Глава 15

В укромном уголке маленького кафе «Марида», у самого дальнего столика, расположились трое учеников. Стены заведения хранили пёструю коллекцию картин, а воздух был пропитан дразнящим ароматом свежих пряников. В этой умиротворяющей атмосфере время словно замедляло свой бег, маня остаться здесь навсегда. 

— Я разузнал, где он сейчас, — с ленцой произнес Кан, вальяжно развалившись на диванчике. Двое друзей, Хёна и Шиын, внимательно слушали, сидя напротив.  — И когда лучше прийти? — задумчиво спросила школьница. — Кстати, ты выяснил, что связывает Сухо с этим типом?  — Не всё так просто, — протянул Уён, неспешно попивая шоколадный напиток. — Отца Бомсока знаете?  — Да, — хором проговорили друзья.  — Этот ублюдок — близкий друг Барона. Они вместе проворачивали какие-то мутные делишки. И, похоже, Сухо об этом очень много знает.  В голове не укладывалось. Во что встрял Сухо? Что он пытался выяснить? Что он делает у влиятельного наркодилера?  — И что ещё ты узнал? — встревоженно спросила Хёна. Тень беспокойства легла на её лицо, отражая страх за судьбу близкого друга.  — Больше ничего, — глухо отозвался Кан.  Он резко поднялся, перекинул сумку через плечо и, не глядя на друзей, бросил на ходу:  — Я пошёл.  — А как же счёт? — воскликнул Шиын, но парня уже и след простыл.  — Сухо... — девушка скатилась по диванчику. — В чём же ты погряз? — полушёпотом проговорила та, утопая в собственных мыслях. 

Парень шёл быстрым шагом. Мимолетные взгляды прохожих скользили по его лицу, искажённому гримасой неприкрытого гнева. Он был вымотан. Внезапная вибрация телефона пронзила тишину. Незнакомый номер высветился на экране. Уён, не раздумывая, ответил:  — Кто это? — рыкнул парень. В ответ раздался лишь зловещий, леденящий душу смех. Кан замер. Не может быть...  — Мне тут одна птичка напела, — промурлыкал бархатный голос, словно лаская слух, — что ты меня искал.  — Ублюдок... — прошипел Уён сквозь стиснутые зубы. — Нахрена тебе Сухо?  — Так это твой дружок? — прозвучал притворно удивленный ответ, словно собеседник и понятия не имел, о ком речь. — Представляешь, его бабуля взяла у меня должок и не смогла расплатиться, — в трубке раздался раскатистый издевательский хохот. — А этот малец решил сам разобраться. Но ты же знаешь, что за неоплаченный долг проценты набегают.  — Что тебе нужно?  — Приходи ко мне, поворкуем, как в старые добрые... Адрес уже знаешь.  Гудки оборвались.  — Чёрт! — взверел Уён так, что стайка бездомных кошек, греющихся на тротуаре, шарахнулась в разные стороны. Ни Хёну, ни тем более Шиына, он в это дело впутывать не собирался. Ни за что. Он пойдёт один и разберётся со всем этим раз и навсегда. Выбьет из этого ублюдка всю спесь, заставит молить о пощаде. И, может быть, даже стрим проведёт.  Развернувшись, Уён пошёл в другую сторону от дома. Ему нужно было как можно скорее добраться до места назначения.

Такси затормозило у фешенебельного пятизвездочного отеля, которым, по слухам, управлял Барон. Многоэтажное здание кричало о власти и богатстве его владельца — это было сделано специально. Здание находилось в центре города.  Архитектура отеля отличалась строгой элегантностью: прямые линии фасада, купающиеся в багрянце заката, создавали иллюзию монументальности и неприступности. Но Уён знал правду. Знал, что Барон — скользкий тип, наверняка отжал этот отель у какого-нибудь несчастного, не сумевшего расплатиться с долгами.  Кан не спеша вышел из машины, переведя телефон в беззвучный режим. На пороге, словно каменные изваяния, застыли два охранника. Уён прошел мимо них, не встретив ни взгляда, ни жеста. Предупреждены, черти. Просторный холл отеля поражал своим размахом. Кан направился к стойке ресепшена, за которой стояла девушка, одарившая его приторной ухмылкой. Не обращая на это внимания, Уён спросил:  — Где Барон?  — Двадцать третий этаж, — пропела девушка, растягивая губы в пугающей, неестественной улыбке. — Вас ожидают.  Кан лишь презрительно скривился. Лицемерие давно стало его привычным спутником, но обычно окружающие хотя бы пытались скрыть мерзкие отблески. Эта же особа, казалось, наслаждалась демонстрацией своей неприязни, словно выставляя её напоказ, как драгоценное украшение.  Лифт поражал своим размахом. Мраморные плиты отражали призрачный свет, льющийся из-за зеркала, и ни единой рекламной листовки не оскверняло безупречные стены. Уён не удивился бы, обнаружив такую же стерильную чистоту и в коридорах. Но руки этого мерзавца чистыми не станут никогда.  Поднявшись, Кан оказался в длинном коридоре, утопающем в бархате алого ковра. Стены, словно шепчущие истории, были увешаны картинами. Сумрак окутывал это вытянутое пространство — лишь одинокая, надрывно мигающая лампочка маячила огоньком в самом конце, у двери.  Парень медленно двинулся вперёд. Дверь, как и ожидалось, оказалась не заперта. Едва он приоткрыл её, как в лицо ударил ослепительный синий свет. Комната поражала своими размерами. Дорогая мебель, казалось, впитала в себя стойкий запах сигарет, въевшийся в каждый уголок.