25

На боевом построении были только адептки, но судя по окрикам, адепты в утреннем развлечении так же участвовали, только с другой стороны корпуса, и им уже было весело. Нам стало веселее едва раздалось:— Равнение на середину!И мы все увидели высокую, черноволосую женщину в черном костюме с символикой Школы Искусства Смерти.— Меня зовут капитан Верис, — мрачно произнесла она, оглядывая наши ряды желтыми глазами с ярко-красным зрачком, — и у нас не так много времени, чтобы поднять уровень вашей физической подготовки. Начнем с бега, кто устанет, может пройти некоторое время, для восстановления дыхания, но дистанцию в десять кругов должны миновать все. На старт, марш!И мы начали забег в новую жизнь Академии Проклятий, даже не догадываясь, что ждет нас впереди. А впереди согласно расписанию значились — Теоритическая часть, которая преподавалась до обеда, а после очередной порции физических упражнений начиналась Практическая часть. Но самое забавное я выяснила вечером, устроившись с учебниками после плотного и на удивление вкусного ужина, хотя ранее в столовой питаться, было нереально. Так вот, спустя несколько часов, я поняла странное и удивительное — учиться очень легко. А выполнять домашнее задание просто и даже интересно, если на него есть время. Время у меня было, и когда я уже закончила с заданием по Теории преступления, ко мне постучалась Яна, со словами:— Тебе с домашкой помочь?— Входи, — дала я разрешение на допуск, после которого открылась дверь, но едва Яна вошла, честно ответила: — Я уже все сделала.Тимянна застыла, потом недоверчиво поинтересовалась:— А задачу по Смертельным проклятиям?Молча подвинула ей уже закрытую тетрадь, в которой все в кои то веки было аккуратно и красиво вписано.— Ну ты даешь, — выдала Ян, присаживаясь рядом и приступая к беззастенчивому списыванию моей домашки.Я была не против, наоборот приятно, что наконец списываю не я, а у меня. И оставшееся до вечернего построения время, я использовала как для повторения изученного сегодня материала, так и для того, чтобы прочитать новые параграфы, которые нам только предстояло пройти.На следующий день мои тетради украсили потрясающие записи «Блестяще! Отлично! Выше всех похвал!», и самое приятное от магистра по Смертельным проклятиям «Вы меня приятно удивили, адептка Риате».Я смотрела потом на эту запись и чувствовала себя как в сказке. В самой лучшей из сказок, потому что это было реальностью.— Что, Риате, зубрилкой стала? — Ригра подошла и уселась на мою парту, игнорируя тот факт, что своим… бедром, смяла мою тетрадь.— Слезь немедленно, — неожиданно грубо приказала я.Демонстративно вскинув руки, она подчеркнуто медленно сползла, а потом на всю аудиторию:— Знай свое место, подавальщица!Я захлопнула учебник, который читала до ее появления и с неожиданным вызовом поинтересовалась:— И какое же у меня по-твоему место?!Ригра подобного явно не ожидала. Но опомнилась быстро и развернувшись, ехидно произнесла:— Разносить вонючую еду, вонючим пьяницам в вонючей таверне!Наверное, ранее я бы смолчала, а сейчас спокойно ответила:— Ну и тварь же ты. Мелкая, беспринципная и злая тварь.В аудитории стало тихо, а я вернулась обратно к чтению учебника, не обращая внимания на так и застывшую с открытым ртом Ригру. Надоело молча глотать обиды! Просто надоело!— Грязная прислужница, — прошипела взбешенная Ригра.Я захлопнула учебник, встала, подошла вплотную к уже изрядно доставшей меня адептке Дакене и медленно, четко, с расстановкой ответила:— Еще слово, и я тебя ударю. Просто потому, что надоело постоянно сдерживать это желание. И я ударю по лицу, Ригра, так, чтобы остался синяк, а глаз заплыл. И после этого ты две недели будешь отворачиваться от зеркала, чтобы не видеть как место удара сначала краснеет и напухает, затем синеет, а после синева медленно сменяется отвратительной желтизной с фиолетовыми прожилками.Она сделала шаг назад, потом еще один, а в итоге с воплями «капитан Верис» бросилась из аудитории.— Не ожидала от тебя, — сказала Яна, когда я вернулась обратно за парту.— Сама от себя не ожидала, — призналась я, возвращаясь к чтению.Долго читать мне не пришлось, так как вскоре в коридоре послышался усиленный магией приказ:— Адептка Риате, в кабинет к куратору Верис.И ведь знаю же, что в любой ситуации стоит промолчать, так нет же. Идя по пустеющим после звонка коридорам, я сначала думала о том, как буду оправдываться. Но затем… я не буду оправдываться! Она достала! Четыре года издевательств я вытерпела, но с меня хватит! И я…Легкое сияние и передо мной материализовался возрожденный дух смерти. Дара казалась почти живой и материальной, и голос ее прозвучал как обычный женский:— Адептка Риате, в кабинет директора! Немедленно!Я остановилась, опустила глаза, а потом:— Не пойду! — вскинула голову и посмотрела в ярко-алые глаза духа. — Я не совершила ничего такого, за что меня следует наказывать лично директору. Вопросы мелкого нарушения дисциплины рассматривает куратор нашего отделения, если она сочтет необходимым, она и отправит!Дара выслушала, не перебивая, затем улыбнулась и уже не так официально, я бы даже сказала с улыбкой, добавила:— Это по личному вопросу.На мгновение я замерла, потом ощутила, как краснею всем лицом, разозлилась уже на себя и гораздо грубее, чем хотелось бы, выпалила:— А личных дел с лордом директором, у меня нет, и никогда не будет! Темных дней вам, Дара!И обойдя возрожденный дух смерти, я продолжила маршировать, в направление к кабинету нашего куратора.Постучала, и не дожидаясь разрешения войти, ворвалась в отделанную черным деревом резиденцию кабинета леди Верис, чтобы оторопело замереть на пороге.— Двадцать шесть, двадцать семь, двадцать восемь… — меланхолично отсчитывала едва удостоившая меня кивком капитан Верис, наблюдая за тем, как приседает уже покрасневшая от натуги Ригра. — Двадцать девять, тридцать, тридцать один, тридцать два, тридцать три, и пока хватит.Дакене не удержалась на ногах и свалилась.— Это вы хорошо придумали, — прокомментировала ее действия леди, — вот в том же положении еще десять отжиманий, приступайте адептка.И вот после этого, уже не отсчитывая вслух, впрочем там пока и отсчитывать было нечего, леди Верис повернулась ко мне и приветливо произнесла:— Адептка Риате, ваши успехи меня очень радуют. Такой скачек в успеваемости, даже не ожидала. И не понятно мне только одно, почему ранее ваши оценки были едва ли не ниже среднего?При Ригре мне отвечать не хотелось, и капитан, как это ни удивительно, меня поняла.— Дакене, хватит стонать на полу, тренируйтесь, отработаете мне свое наказание через неделю в двойном объеме, сейчас свободны.Ригра поднялась с трудом, глядя в пол буркнула «Разрешите идти», и получив разрешение тяжело вышла, осторожно прикрыв за собой двери. А леди Верис, мило улыбаясь указала мне на стул, и потребовала:— Ну же, утолите мое любопытство.Я прошла, села, и не смотря на то, что делиться подробностями своей жизни не было никакого желания, честно ответила:— По ночам я работала, и на подготовку домашнего задания времени практически никогда не было.Я ожидала чего угодно, только не вопроса:— Тяжело было? — удивленно смотрю на леди Верис, та улыбнулась мне и продолжила. — Работа подавальщицы не из простых, всю ночь на ногах, в шуме, руки явно к утру отваливались, а голова гудела, и все же вы упорно учились и работу не бросали. Откровенно говоря, Риате, вы меня удивили — работа, учеба… счет в гномьем банке.Я вздрогнула, сердце забилось втрое быстрее, а леди, словно не замечая моего напряжения, продолжила:— И сумма там уже довольно приличная… за четыре-то года собралась.Вот теперь на бледнеющую меня смотрели с легкой усмешкой, а затем капитан уже откровенно «добила»: