которая больше всего напоминает калейдоскоп

Утром я немного удивил Вику тем, что не пробурчал ей, как обычно: «В добрый путь», – и не стал спать дальше, а условно-бодро пробудился и отправился курить на балкон. И это свидетельствовало о том, что я явно собираюсь вести этим утром созидательный образ жизни.– Ты это чего? – с легкой опаской поинтересовалась она, высунув голову из балконной двери и не зная, что ждать дальше.– Да ничего, с тобой поеду, в редакцию, – сообщил ей я, с удовольствием созерцая затягивание бычка мозолистой пластмассовой дланью под крышку унитаза. Все-таки прикольная пепельница, и ведь придумают люди? Я совершенно отучился кидать бычки с балкона, что не могло не радовать Читателя, все так же сидящего у подъезда с газетой.– Так понедельник же? – Реплика приятно порадовала. Из нее явно следовало, что я, идущий в понедельник на работу, – диковина невиданная.– Ну да, понедельник. Все на работу – и я на работу. Я тоже часть социума.Дальше Вика делала все, что полагается делать молодой женщине, собирающейся на работу, – красилась, снимала и надевала разные вещи, говорила: «Сейчас-сейчас», – что-то искала в сумке и вынимала из нее, после туда что-то клала, била себя по лбу: «А-а-а. Вот еще!» – и пыталась успеть все сразу, включая победу в деле борьбы за мир.Я же делал то, что и должно делать мужчине, отправляющемуся со своей половинкой на работу одновременно и тем самым подписавшему с ней договор о терпении и соответствующем молчании, – созерцал сие броуновское движение и ждал.После третьего: «Все, через минуту выходим», – мы таки вышли на улицу и отправились к парковке.Мне сразу не понравилась нездоровая движуха вокруг нее. Почему-то вид полицейской машины не наводит на позитивные мысли. Я прогнал от себя скверные предчувствия и ускорил шаг.– Вот он! Это он – хозяин! – заорал один из охранников, тыкая в меня пальцем, как только я приблизился к парковке, и сообщая эту информацию мордатому сержанту – дэпээснику.– Нагло врет, – немедленно отреагировал я. – Не я на этой парковке хозяин, я даже не в доле.– Да при чем тут парковка? Сержант Бобков, шестой отряд ДПС, – устало сказал полицейский. – «Шевроле-Импала», госномер...– Угнали... – обреченно вздохнул я. – Угадал?Упорный Бобков все-таки дочитал мне по книжечке госномер машины и кивнул.– Ну елки-иголки, что ж мне так с «американками»-то не прет? – хлопнул я себя по ногам ладонями.– А чего, уже угоняли у вас какие другие машины? – не вполне связно, но вполне понятно спросил сержант.– Угонять не угоняли, предыдущая перед армией дуба дала, – объяснил я.После упоминания о том, что я служил, сержант помягчел и объяснил, как было дело.Оказывается, перед рассветом группа лиц, определенно по предварительному сговору, схомутала всех трех охранников, открыла ворота и угнала мою машину. Предположений, кто это сделал, пока нет, но что заказной угон – несомненно.

– Да это понятно, что нет. Сегодня утром у всех чего-то да нет – у вас предположений, у меня машины. А у парковки – светлого будущего, поскольку я вас, сволочей, разорю. Знаете, сколько эта тачка стоила? – начал орать я на парковщика.– Да нас за твою машину чуть не поубивали! – завизжал мужик. – Напокупают себе раритетных авто! Откуда деньги такие только?Я плюнул, спросил телефон хозяина парковки, пообещал сержанту быть на связи, дав ему свой номер, и сказал Вике:– Вперед, любимая. Нас ждет волшебный мир общественного транспорта!Вика расцвела после «любимой» и всю дорогу мне объясняла, что повода расстраиваться нет – ну угнали и угнали. А машину мы купим новую, накопим – и купим. Мы же сейчас нормально зарабатываем, ведь правда? Порадовало «мы» – закрепляется барышня на позициях, видать, какие-то сильно серьезные выводы для себя сделала и сочла меня окончательно пригодным для создания семейного очага. Подумать надо, нужно ли мне это, хотя... Ветвистые рога мне в ближайшие год-два не грозят, готовит хорошо и не дура, совсем не дура. Впрочем, последнее с одинаковым успехом можно заносить как в актив, так и в пассив. Как и молодость, которая, как известно, со временем проходит.

Утрата машины, конечно, меня невероятно опечалила, не скрасили ее и испуганные лица моих опричников, не ожидавших меня и по этой причине тут же напридумывавших себе тысячу поводов того, зачем меня черти на работу принесли – от увольнения личного состава до выяснения того, кто кофе на ковер пролил.Вика шикнула на них, сказала ко мне не лезть, и мальчуки затихли за своими столами. Я было тоже направился в свой кабинет, но зазвонил мобильный.– Доброе утро, Киф. Ну ты вчера дал! – Зимин явно был бодр и лучился оптимизмом.– Доброе утро. Я старался, – у меня придать голосу бодрости не получилось, и Зимин это почувствовал.– Что опять случилось? – лаконично поинтересовался он.– Машину угнали, подарок ваш. Прямо с парковки, – поделился я с ним своей печалью.– Та-а-ак – протянул он. – Ты сейчас где? Дома, в полиции?– В редакции.– В понедельник? Хотя да, в игре тебе сейчас делать особо и нечего. Я сейчас отключусь, жди звонка.Мне стало чуть веселее – может, пособят, найдут...– Так, спиногрызы, чего притихли? – Я обвел взглядом своих подчиненных. – Давайте, поведайте папке, что у нас в следующий номер есть?Телефон зазвонил минут через десять, когда я узнал последние новости, порадовался, что появляются добровольные корреспонденты-игроки, которые присылают на редакционную почту свои игровые наблюдения. Особой остротой взгляда обладал игрок с ником Старый Дервиш, поведавший нам о нескольких забавных случаях, а его история о бриге «Ностормус» вообще взорвала наш мозг.

– Алло, Харитон. Это начальник службы безопасности «Радеона», меня зовут Илья Павлович Азов, мы вроде как незнакомы еще, хотя кое-кого из моих парней вы знаете. Хотел с вами познакомиться на даче у Максима Андрасовича, да вот дела отвлекли, не смог приехать. Мне жаль, что для знакомства выдался столь печальный повод.– Да, добрый день, ну условно, конечно. У меня тут...– Я в курсе. Кто занимается этим делом, не знаете?– Да откуда... Опрашивал меня некто сержант Бобков, из шестого отряда.– Ага, хорошо. И адрес парковки мне сразу дайте. А, даже телефон хозяина есть? Ну вообще отлично. Не печальтесь, найдем мы вашу машинку.– Да как бы она уже в страну, где звучат тосты, длинные как жизнь, и растут мандарины, не уехала, – печально поделился я с ним своими опасениями.– Да хоть в ту, где сигары крутят и дайкири пьют, все одно найдем. Я буду вас держать в курсе. И еще – запишите-ка мой телефон и звоните, не стесняясь, буде чего случится.И вы знаете – я ему поверил. Уж не знаю почему, но как-то сразу стало бодрее. И это понял Зимин, когда я ответил на его звонок.– Ну, смотрю, хандра развеялась?– Ну да, сдается мне, что, если кто и найдет, так это он.– Да, он у нас такой. Только не спрашивай, кем он был до работы на нас, – зловеще-шутливо припугнул меня Зимин.– А если спрошу? – подыграл ему я.– Тогда ему придется тебя убить! – захохотал Зимин. – Хотя, может, ему придется это сделать и без всяких вопросов!Я из солидарности с ним посмеялся. Та еще шутка...– Ладно. Вчерашнее зрелище было бесподобно. Мы даже нагнали сумерек чуть пораньше, жаль только совсем темноту сделать было нельзя. Но все равно хольмганг – это было что-то! Мы даже сами не знали, что это реализовано в программе, Кит потом еще полночи в коде копался.– Вы-то смотрели, а я там был, когда Гуннар этого Кривого располовинил. На самом деле, очень натуралистично. Надеюсь, Марину это не испугало?

Вика, гревшая уши неподалеку, нахмурилась, услышав имя Вежлевой. А ты как думала? Пока ты спишь, враг качается.– Марину? Ее прямое попадание атомной бомбы в соседний дом не напугает. Кстати, ты ей понравился, говорю как мужчина мужчине.– Она мне тоже.– И еще – там сегодня к тебе мальчуган приедет, денежку тебе привезет.– Какую?– Бумажную, какую же еще. Жили бы в Австралии – была бы пластиковая, а так – какая есть.– Эм?– Доля твоя. Мы вчера ставки делали, на тебя и против тебя. Мы выиграли – я, Кит, Марина, еще Боб, ты его не знаешь, Данилов, его ты видел у меня, ну и Азов, он вообще не думая на тебя поставил. Ну а девять человек в тебя не верили и поставили против.– Это они зря, – вставил я свои пять копеек.– Не то слово. Вот мы и подняли денег маленько, а тебе по справедливости двадцать пять процентов решили отдать.– Очень кстати, – не стал кокетничать я. – Пойду хоть машину куплю какую, ездить-то на чем-то надо.– Вот тебе и раз, – удивился Зимин. – Покупать-то зачем, у нас целый парк машин есть. Звонишь, вызываешь, приедут, отвезут, увезут. Да и девочку свою всегда с ними отправлять можешь – в магазин там или на СПА...– Да ну я так не люблю. Да и – пока она приедет... Ну и потом – казенное, оно такое казенное... Не свое, в общем.– Понятно, сам такой. Слушай, ты, надеюсь, без этих всяких принципов?– В смысле? – Я правда не понял.– Ну давай мы тебе машину купим разъездную, незамысловатую – и все. А эту, когда ее Палыч найдет, в наш гараж поставим – захочешь пофорсить, приедешь заберешь. Зато точно не угонят, с гарантией.– Не, в этом отношении без принципов. Не откажусь – это точно.– Ну и славно. Приедет мальчуган, тот же, что в прошлый раз, пригонит тебе машинку.– А...– Не-не, выберу сам, люблю машинки друзьям выбирать. И еще – если будут звонить из полиции, на предмет угнанной машины, посылай всех к Палычу. Телефон он оставил?– Да.– Ну и все. Бывай, ожидай.И повесил трубку.– Что такое? – подошла Вика. – Чего там?– Да все нормально. – Я улыбнулся. – Шеф мне сказал, что и старую машину найдут, и еще новую сегодня пригонят. Ну не пафосную, просто для поездок.Вика слегка посмурнела – общие покупки сближают, а вот когда так, что-то с неба валится, оно скорее разъединяет. Надо было это все заканчивать, такие вещи надо сразу вырезать, хирургическим путем. А то опять выдумывать начнет.

– Вик, я скажу тебе так. Если мы после всех позавчерашних засад еще не разбежались, то теперь уж точно не разбежимся, я так полагаю. Ну если только ты не выберешь себе кого помоложе или побогаче.– Балбес ты! – Она легонько ткнула меня кулаком в живот. – Я замуж за тебя хочу. И это не шутка. Кончились шутки.И впрямь, глаза у нее были серьезные донельзя и ждущие ответа. Отвечать надо было прямо – видать, не так просто ей эти слова дались, по идее, я их говорить должен, не она. А не тем ответом вообще все поломать можно и навсегда.– Можно об этом подумать, не вижу тому препятствий. Вот только кое-какие дела доделаю, и мы вернемся к этому разговору, хорошо? И еще просьба – балбесом меня не называй больше. Лучше дураком.Про Вежлеву не спросила, умничка. Нет, правда, надо подумать. Ну не про сейчас конечно, а так, ближе к следующему лету. И с сестрой ее познакомиться надо наконец, а то как-то нехорошо выходит, она, поди, переживает – с кем там Вика живет? На обед ее пригласить, например, или на ужин, пообщаться, потом – она тоже игрок, может, и знакомые в игре общие найдутся.Мальчишка, как обещал Хозяин, прибыл после обеда, на в высшей мере демократичной и симпатичной, хотя и устаревшей BMW седьмой серии, цвета «черный рубин», которая почему-то мне понравилась даже больше, чем «Шевроле». Может, потому что я все время подсознательно ждал, когда ее угонят?Передал он мне и конверт от Зимина. Открыв его, я порадовался благосостоянию работников «Радеона» – только с очень больших зарплат такие неслабые ставки ставить можно...Пройдя снова все круги оформления личного автотранспорта, я забрал Вику, на которую машина тоже произвела более чем благоприятное впечатление («Ой, это кожзам? Кожа?! Сколько кнопок! У-у-у!»), и мы отправились домой.– Слушай, может, пригласим твою сестру к нам? – спросил я у нее, когда мы уже почти подъехали к стоянке.– Зачем это? – сдвинула она брови.– Ну как зачем? С мамой-папой твоими я познакомиться прямо сейчас не могу, просто нет времени, хотя, конечно, на новогодние мы до них доедем, как, кстати, и до моих. А вот с сестрой надо бы, как-никак она думает, что за тебя в ответе, переживает, наверное.Вика помолчала, накручивая волосы на палец.– Ну, во-первых, чтобы до твоих родителей доехать, Нового года ждать особо не надо, это мои не в Москве живут, а твои здесь. Так что в ближайшее время и съездим. А что до Эли? Ну давай позовем. Только не думаю, что она сильно переживает за меня, она на игре реально повернута, ей что я есть дома, что нет...– Тем не менее давай играть по правилам. Это дело вежливости и глубокого уважения. Придет – придет, нет – так нет – наше дело пригласить.

– Хорошо, я ей завтра позвоню, – пообещала Вика. – А ты завтра со мной или спать будешь?– Сама подумай, что сказала? И не провоцируй меня больше, а то я ведь отвечу, – хмыкнул я.Охранники стоянки прошипели мне вслед: «И откуда у людей такие деньжищи? Только утром машину угнали», – но мне до них не было дела.Назавтра я снова отправился в редакцию, написал передовицу, покопался в материалах и, заскучав часам к двум, сказал Вике:– Вик, я поеду.– Да, езжай, конечно, – на автомате ответила корпевшая над материалом Вика. – Я часам к восьми буду. Еда в холодильнике, только разогрей, холодное не ешь.– Я тебе машину из «Радеона» на семь вызову – темнеет все раньше.– Да ну на фиг, – отмахнулась Вика. – Не хочу я. И так доеду.– Ну смотри. И сестре позвони.Раздав цэу мальчукам, подивившись на редкостно-синюшный оттенок лица Юшкова и посоветовав ему так не кирять и поберечь печень, я отбыл домой.На Севере нынче была на редкость мрачная погода. Низкие тучи нависли над Хольфстригом, и было даже непонятно, чем они разродятся – то ли дождем, то ли снегом. Я поежился и стал размышлять, чем заняться. Впервые за долгое время, а может, и вообще впервые в игре мне не надо было никуда бежать, спешить, мчаться. Я мог просто постоять или даже пойти в харчевню попить пивка.В городе стояла тишина. Кениг, надо полагать, отбыл с ополчением в Кайгер, поэтому и НПС толком видно не было, судя по всему, остались только квестовые, которым по определению бегать по бургам нельзя. Да и игроков здорово поубавилось. Надеюсь, они не за кенигом устремились? Если это так – то у меня точно проблема.В общем, печальная картина.Посмотрел я на это и пошел в близлежащую харчевню, где за кружечкой эля, глядишь, и придет решение, чем мне, бедолаге, заняться.Отхлебнув кислый эль, я хлопнул себя по лбу – надо ж квесты разобрать, давно собирался.В журнале заданий был если не хаос, то нечто весьма к нему близкое. Я удалил с полдюжины заданий, висевших еще с Востока, которые я набрал, когда набивал уровни неустанным качем в дюнах. Откуда-то вылезло задание на добычу конечностей кабанов, которое я уже вроде как удалял. Этапы большого пути, елки.А вот и задание дедушки Серхио, на добычу пергамента, сто лет как выполненное. Пергамент этот, если бы настоящий был, уже в сумке в труху бы превратился. Сходить, что ли, сдать? Полторы тысячи, конечно, жалко, но, с другой стороны, мне умения надо учить, а он после пергамента, может, мне чего дефицитное даст? Да и по местам боевой молодости пройтись приятно будет.Я зашел в гостиницу, взял из сундука немного денег и, подумав немного, прихватил кое-какую мелочишку и свиток «Огонь и Лед» – может, потом еще на аукцион загляну, что-то выставлю, что-то оценю.Фладридж был все тот же. Тишина и покой, солнечный свет, приятно радующий после свинцово-серого неба Севера, время от времени мимо пробегали игроки с жутко сосредоточенными лицами, кто-то собирал пати на свирепого, с их слов, монстра с жутким именем Гормогонс, судя по описанию, больше всего похожего на БТР в облике полярного медведя.Я вошел во двор Серхио и увидел сидящего на табуреточке и греющегося на солнце мастера.– Добрый день, почтеннейший, – поклонился ему я.– И тебе добрый день, воин. Да мы никак знакомы?– Было дело, наставник. Давно, правда, уже. Вы тогда мне еще посетовали, что пергамента у вас для змеев нет, просили мне его вам с Востока привезти. Так я привез.«Вами выполнено задание «Раздобыть пергамент». Награды: 1000 опыта; активное умение – на выбор».– Вот спасибо-то! – всплеснул руками мастер. – Вот порадовал! Чем же тебе отплатить?– Да не надо мне ничего, вы мне знаний дали – чего может быть дороже? – осторожно сказал я.– Нет уж, я знаю, что говорю. Выбирай себе умение, только делай это с умом. Одно из них позволит тебе ненадолго создать в глазах противника иллюзию, что ты находишься не там, где на самом деле. Второе же позволит тебе нанести сильный удар щитом и причинить этим ударом противнику большой вред.Ну, это надо думать. Со вторым скиллом все ясно, удар щитом – вещь хорошая, но не всегда им ударить получается, бью-то я все больше мечом. А вот первое... Маскировка – это всегда хорошо, вопрос как ненадолго?– Отец, первое давай, – все-таки решился я.«Вы изучили активное умение «Фантом» 1-го уровня. При применении для дезориентации противника создается ваша точная статическая копия на том месте, где вы укажете, сроком на 15 секунд. Стоимость активации умения – 240 единиц маны. Время восстановления умения – 5 минут».Ну, на панель не выведу, а так, может, где и пригодится.– Наставник, – обратился я к Серхио. – А мне еще одно умение выучить можно, я точно говорю.Наставник прозвонил меня опытным взглядом и кивнул.– Можешь выучить все то же активное умение про щит или пассивное умение «Повелитель змей».– Что за «Повелитель»?– Вероятность того, что змея тебя укусит, куда меньше будет, – пояснил Серхио.Активный скилл мне-то не слишком нужен. А вот защита от змей, пусть и небольшая... С учетом Юга, который перед мной уже маячит...«Вы изучили пассивное умение «Повелитель змей» 1-го уровня. Агрессия змей против вас снижена на 30 %. При укусе змеи существует 20 % вероятность мгновенного излечения».Ну вот, хорошая вещь!– Спасибо вам, мастер. – Я еще раз поклонился старику.– Удачи тебе, сынок. – Мастер помахал мне рукой.Не успел я выйти за калитку, как пискнул оповещатель внутренней почты. Это оказалась Милли Ре. С чего бы это? Тем более, по внутренней почте она мне сроду не писала, все больше на ящик.«Ты где опять ходишь? Почему тебя все время искать надо?»«А чего меня искать?» – опасливо ей отписал я. Знаем мы эти поиски. Сначала меня ищут, а как найдут – гонять начинают, как сидорову козу.«Ты у нас в цитадели был? Портировать сюда сможешь или за тобой прийти?»«Был. А точно надо, а то у меня дел полно?»«Ты дурак?»С подобным утверждением спорить было глупо, и я решил, что черт с ним, сгоняю. Хоть, конечно, свитка и жалко.«У тебя свиток портала есть, может, выслать?»Э нет. Мы бедные, но гордые, не будем уподобляться кое-кому.«Сейчас буду».Двор цитадели «Гончих Смерти» меня встретил шумом и гамом. Было довольно странно видеть это сумрачное здание украшенным какими-то китайскими фонариками, гирляндами и тому подобной праздничной лабудой, а уж тем более видеть оркестр, наяривающий некий лихой танец. Наиболее отвязные девчонки уже вскарабкались на столы, поставленные огромным квадратом и уставленные едой, и отплясывали на них с колокольцами в руках.В центре двора бил фонтан, извергающий из себя бордовую жидкость, судя по всему – вино. Если бы тут был Флоси, то скорее всего он надумал бы тут поселиться.В конце двора, на небольшом возвышении, стоял еще один стол, довольно длинный, за которым сидело человек тридцать, в центре была сама Седая Ведьма, слушающая какого-то воина в блестящем доспехе.– Это у вас чего тут? – ошарашенно посмотрел я на Милли Ре.– Ты все-таки идиот, – повертела она пальцем у виска. – У Ведьмы день рождения!– Да я-то откуда знал про это? – чуть не заорал на Милли я. – Об этом в газетах не пишут, по радио не говорят. И пригласительный мне не приходил.– И мне не приходил, – огрызнулась Милли. – Однако ж знаю. И в газете, кстати, про это писали. В «Вестнике Файролла» русским по белому писали: будет вечеринка у «Гончих Смерти». Прессу читать надо!– Ну да, – согласился я. – Надо. Но про днюху ее там слова не было. И ты, кстати, тоже не показатель, ты из ее клана, чего тебе пригласительный слать?– Да она уперлась: кому надо – те знают, те помнят. Кто помнит, тот и придет, – посетовала Милли. – А потом расстроится опять.– Вот в чем дело, – засмеялся я.– Ты о чем? – не поняла Милли.– Да моя кланлидерша вся извелась – не несут ей билет на вечеринку. Плачет по ночам, подушку грызет. А ларчик просто открывается.– Надо бы ей сказать, – обеспокоилась Милли. – Сейчас напишу.– Хейген, друг мой, это ты там? – донесся до меня голос Седой Ведьмы.– Иди, – подтолкнула меня Милли. – Поздравляй.Поздравляй. Легко сказать, подарка-то нету. Понятное дело, что все сделают вид, будто так и надо, но все равно халявщиком себя ощущать неприятно. Ой, как свиток с умением жалко, прямо сил нету...– Добрый день, магистресса, – неторопливо подойдя к столу, склонился я в поклоне. – Рад от лица моего клана «Буревестники» и конечно же от себя лично поздравить вас с очередным восемнадцатилетием и заверить в том, что не видела земля и небеса Файролла более достойного игрока и лидера, а так же столь красивой женщины.– Вот ведь врет, а как приятно, – заулыбалась Седая Ведьма.– А у «Буревестников» лидер сменился? – удивился воин, сидящий рядом с ней. – А Элина куда делась? Хотя она последнее время такая дерганая была...– Нет, Хейген – просто член клана, – не стала углубляться в детали Ведьма, но воину хватило и этого объяснения. Он кивнул головой и захрустел яблоком.– Я продолжу. Если бы вы знали, сколько хлопот доставил нам ваш праздник, – тут все за столом удивленно уставились на меня. Ведьма прищурилась, в глазах бегали смешинки. Не нравится мне это, она уже читает меня как книгу и явно знает, что я скажу. Нет, ход типовой, но все равно... – Ох, как было хлопотно придумать, что же подарить вам на день рождения. Мы даже подумывали объявить конкурс на лучшую идею, но все разрешилось само собой. Вы истинная женщина, а истинная женщина – это противоречие жары и холода, ночи и дня, огня и льда. Вот именно огонь и лед мы вам и дарим.Я сделал несколько шагов вперед, встал на одно колено, опустил голову и протянул Седой Ведьме свиток, держа его в двух руках.Ведьма, судя по шагам, вышла из-за стола и подошла ко мне.– Я благодарю моих друзей, клан «Буревестники» за то, что они не забыли про мой скромный праздник и почтили его своим присутствием, – громко сообщила она. Оркестр стих. – Я очень рада, что наши кланы сходятся все ближе и ближе, они уже в глазах игрового сообщества практически одно целое. И недалек тот час, когда ветер наполнит паруса кораблей, на которых эмиссары наших кланов отправятся завоевывать для нашего союза новые земли, и в этой битве мы будем стоять плечом к плечу.Раздались аплодисменты, которые быстро стихли. Я не поднимал головы.– Также я рада, что мой праздник посетил игрок, с которым я познакомилась недавно, но к которому испытываю самые теплые чувства. Я говорю о Хейгене. За недолгий срок я, как ни странно, неплохо узнала его и даже могу сказать, что очень привязалась к нему. И сейчас я смело называю его своим другом и знаю, что если со мной будет какая беда, я могу на него рассчитывать. Ну а случись с ним какая неприятность – я сочту ее своей личной проблемой.Свиток покинул мои руки, и я понял – время встать с колена. На меня смотрела вся площадь. Взгляды были самые разные: что-то прикидывающие, любопытные, оценивающие, залихватский – Милли Ре и полыхающий чистой, незамутненной ненавистью – Элины, стоящей у ворот как раз там, куда недавно прибыл я сам.