Глава 1. Неожиданное событие

https://www.youtube.com/watch?v=5pyT8-mOqH0

Автор Zip-Storm к читателю: Привет, мои дорогие читатели! Многие из вас могут спросить: Zip-Storm, почему именно вселенная G1? Почему не наш обожаемый и эстетичный Transformers: Prime?

О, поверьте, я сама всей душой люблю Прайм за его глубину и драму!

Но именно потому, что по этой вселенной написано уже столько потрясающих историй, мне захотелось чего-то... особенного!Я решила бросить себе вызов и вернуться к истокам!

G1 для меня это не просто мультфильм, это настоящая «ламповая» классика с неповторимой атмосферой!

Здесь есть особый простор для маневров, а персонажи обладают тем самым первозданным шармом. Тот же Старскрим в G1 - это просто кладезь харизмы и коварства, который идеально вписывается в мой Эмоциональный Фанфик!

Я выбрала этот путь, чтобы принести вам что-то свеженькое, оригинальное и при этом до боли знакомое!

Это будет захватывающее путешествие, где старая добрая классика заиграет новыми, порой очень неожиданными красками!

Если вы читаете это, значит, вы уже на верном пути к захватывающему путешествию!

Только не забудьте, что после прочтения этой книги мир уже не будет прежним... ну, или хотя бы ваша лента новостей покажется скучнее! 😅

Надеюсь, вы прихватили с собой чай/кофе/печеньки! Это будет долгое, но увлекательное приключение!

С любовью и искрами, ваша Zip-Storm! 💖👋

W.I.T.C.H. - это аббревиатура, составленная из первых букв имен пяти подруг-чародеек: Вилл, Ирмы, Тарани, Корнелии и Хай Лин.Они являются Стражницами Завесы и обладают магическими способностями, связанными с природными стихиями и энергией.

Их миссия - защищать Землю и другие миры от зла, используя свои силы и дружбу.

Праздничные огни Меридиана отражались в глазах Корнелии, но на душе у неё было неспокойно.

Музыка, смех, крики радости - всё это казалось фоном для одного-единственного человека.

Калеб стоял перед ней, и в его взгляде читалась решимость, от которой у неё сжималось сердце.

Калеб: Послушай, Корнелия...

Его голос дрогнул, перекрываемый шумом толпы.

Калеб: Я должен остаться здесь! На Меридиане! Ты ведь... ты не возненавидишь меня за это?

Корнелия сглотнула подступивший ком.

Внутри всё кричало от боли она снова теряет его, снова эти миры-разделители.

Но она Стражница.

Она должна быть сильной.

Корнелия: Немного грустно!

Она попыталась улыбнуться, но губы едва слушались.

Корнелия: Но я горжусь тобой! Ты нужен этому миру, Калеб! А я... я научилась любить тебя через пространство и время! Моё сердце не знает границ планет!

Он резко подался вперед, сжимая её ладони в своих мозолистых и горячих.

Калеб: Я люблю тебя так, как никого в этой вселенной!

Выдохнул он, и в его глазах вспыхнул фанатичный огонь.

Калеб: Корнелия, выходи за меня замуж! Пусть эта клятва станет сильнее любых расстояний!

Мир вокруг замер. Корнелия чувствовала, как дрожат его руки.

Корнелия: Да, Калеб!

Со слезами на глазах прошептала она.

Корнелия: Да, я стану твоей женой!

Калеб: Ух...

Он с облегчением выдохнул, прижав её руки к своим доспехам.

Калеб: Я так боялся отказа! Как только мы разберемся с последствиями войны, мы сыграем свадьбу! А сейчас... прости! Я дежурю! Долг зовет!

Он быстро поцеловал её и исчез в толпе.

Корнелия смотрела ему вслед, чувствуя себя самой счастливой и одновременно самой одинокой девушкой в мире.

На балконе дворца появилась Элион.

Свет Сердца Меридиана окутывал её, но за этим сиянием скрывалась невыносимая усталость.

Нерисса и её Рыцари Мщения были повержены, но шрамы на теле планеты остались.

Королева Элион: Спасибо! Спасибо всем вам!

Голос юной королевы разнесся над площадью.

Королева Элион: Зло низложено нашими общими силами: Стражницами, повстанцами, каждым из вас! Мы вместе добились успеха и теперь мы снова свободны!

Народ взорвался ликованием. Повстанцы обнимались, строя планы на завтрашний день.

Королева Элион: Мой народ! Завтра мы начнем восстанавливать Меридиан! А сегодня празднуем! Пусть музыка не смолкает, а танцы будут такими же яркими, как наши надежды!

Повстанец 1: Слышал? Завтра начинаем стройку!

Кричал один воин другому.

Повстанец 2: Да! Наконец-то светлые времена! Сделаем город краше прежнего! А сейчас пойдем танцевать!

Повстанец 2: Пойдём! Завтра будет новый день, полный работы, но сегодня наш праздник!

Старый ремесленник сурово похлопал своего ученика по плечу.

Ремесленник: Ну что, юнец, готов завтра гнуть спину?

Ученик: Готов, учитель! Я буду работать за десятерых, чтобы Элион нами гордилась!

Ремесленник: Будет, парень! Мы - народ Меридиана! Мы не сдаемся!

Но пока внизу гремели танцы и звенели кубки, Элион медленно опустила голову.

Шум праздника больно бил по ушам.

Она смотрела на свои руки и видела на них невидимую пыль разрушенных надежд.

Она победила, но какой ценой?

Девушка чувствовала себя раздавленной тяжестью ответственности, которая легла на её плечи в тот момент, когда музыка должна была дарить радость.

Корнелия подошла к Элион, чувствуя, как холодный ветер Меридиана пробирает до костей.

Она видела, что подруга едва держится на ногах.

Корнелия: Элион...

Тихо позвала Корнелия, коснувшись её плеча.

Корнелия: Ты словно не здесь!Расскажи пожалуйста, что произошло подруга?

Элион вздрогнула.

Её взгляд затуманился, унося её назад, в тот кошмарный день.

Королева Элион: Она забрала всё...

Прошептала королева.

Королева Элион: Нерисса обманула меня и выпила мою силу до капли!

Вилл: Но как? Расскажи нам всё. Что она с тобой сделала?

[Воспоминание Элион]

Воздух в тронном зале стал вязким, как смола.

Элион согнулась от внезапной, режущей боли в груди.

Каждый вдох давался с трудом, легкие словно наполнились свинцом.

Она пошатнулась, хватаясь за подлокотник трона.

Королева Элион: Как странно... такая слабость...

Простонала Элион, глядя на свои дрожащие руки.

Моя магия... Нерисса, что происходит?!

Нерисса стояла в тени, и её силуэт казался воплощением самой тьмы. В её руках тускло мерцал кулон.

Нерисса: Этот камень, который я тебе вручила...

Голос ведьмы сочился ядом.

Нерисса: Он был голоден, Элион! Долгие месяцы он пил твою мощь, каплю за каплей! И сегодня он наконец насытился!

Королева Элион: Ты лжешь!

Вскрикнула Элион, но голос сорвался на хрип.

Королева Элион: Камень дала Мудрейшая! Где она?!

Нерисса расхохоталась, и этот смех эхом отразился от стен.

Нерисса: Её нет и никогда не было! Я была твоей тенью, твоей верной слугой, смиренно ожидая, когда плод созреет! Ты сама отдала мне Сердце Меридиана!

Ты слишком слаба и юна для такого дара, дитя! А я... я заставлю эту силу служить истинному величию!

[Конец воспоминания]

Элион закрыла лицо руками.

Королева Элион: Она просто... вырвала её у меня! Вместе с кулоном!

Вилл: Только не это!

Вилл сжала кулаки, чувствуя, как в её собственном Сердце Кондракара закипает гнев.

Ирма: Уверяю тебя, это не конец света!

Вставила Ирма, хотя её голос звучал не так уверенно, как обычно.

Ирма: Ну... по крайней мере, я надеюсь, что у нас есть план «Б»!

Элион подняла голову, стараясь выглядеть достойно, как и подобает королеве, но в её глазах стояли слезы.

Королева Элион: Девочки, вам пора! Меридиан залечивает раны, но вам нужно отдохнуть! Идите...Прощание всегда было маленькой смертью! С каждым разом портал казался всё более непреодолимой преградой!

Каждый раз, когда вы уходите, моё сердце сжимается от тоски!

Призналась она.

Королева Элион: Без вас этот трон - просто холодный камень! Мне будет очень одиноко!

Корнелия крепко обняла подругу, вдыхая запах цветов, который всегда исходил от Элион.

Корнелия: Я знаю, родная! Но ты сердце этого народа! Твоё место здесь! А мы... мы будем рядом, даже если нас разделяют миллионы звезд!

Вилл: Обещаем!

Вилл решительно кивнула.

Корнелия повернулась к Бланку, который копошился неподалеку.

Её взгляд стал строгим.

Корнелия: Бланк, слушай меня! Теперь у тебя самая важная миссия! Я доверяю тебе свою лучшую подругу! Береги её как зеницу ока!

Ирма: И слушай внимательно, вонючка!

Добавила Ирма, пригрозив пальцем.

Ирма: Если ты оставишь её хоть на миг, я устрою тебе такой душ, что ты забудешь, как пахнет свалка! Понял? Она нужна нам целой и невредимой!

Бланк вытянулся во фрунт, смешно выпятив грудь.

Бланк: Бланк проследит! Бланк - лучший защитник! Никто не обидит королеву, пока Бланк рядом!

Королева Элион: Спасибо вам...

Элион едва заметно улыбнулась.

Королева Элион: Я буду ждать! Пожалуйста, не заставляйте меня ждать слишком долго!

Вилл вздохнула и посмотрела на Бланка.

Вилл: Бланк, дружище, верни нас домой! У тебя это выходит лучше всех!

Бланк: Что-ж Бланк поможет и в этом! Хоть какая-то польза от Бланка!

Бланк широко улыбнулся, обнажая свои зубы, и вытащил заветный трофей - зуб Тонга.

Один взмах и пространство перед ними начало рваться, открывая сияющий проход к Земле.

Чародейки в последний раз оглянулись на свою королеву и исчезли в сиянии портала, оставляя Элион наедине с её тихим, восстанавливающимся миром.

Когда портал за Стражницами закрылся, тишина праздничной площади сменилась холодным лязгом оружия в коридорах дворца.

Калеб и Джулиан стояли посреди зала, пытаясь осознать масштаб катастрофы.

Калеб: Нерисса...

Калеб произнес это имя так, словно выплюнул яд.

Калеб: Она всё это время была среди нас под маской Мудрейшей?

Джулиан: Но ведь она помогала восстанию! Каждая победа, каждый шаг... неужели всё было ложью?

Джулиан не мог поверить, его голос дрожал от негодования.

Элион стояла, прислонившись к холодной стене, её лицо было бледнее мрамора.

Королева Элион: Ей нужно было убрать Фобоса!

Тихо сказала она.

Королева Элион: Он был препятствием! Она вела меня за руку только для того, чтобы в нужный момент столкнуть в пропасть! Она забрала мою силу... до последней капли! Я чувствую внутри только пустоту!

Калеб: Мы не дадим ей уйти!

Он обернулся к страже, его глаза горели решимостью.

Калеб: Преследовать ведьму! Оцепить все выходы! Меридиан не станет её новой игрушкой!

Темницы Меридиана встретили их запахом сырости и безнадеги.

Рыцари Мщения, закованные в кандалы, подняли головы, когда в дверях появилась фигура, окутанная сиянием Сердца Меридиана.

Фрост: Пришла мучить пленников, Мудрейшая?

Прохрипел Фрост, сверкая глазами.

Мудрейшая: В каком-то смысле!

Голос гостьи изменился, стал глубже и зловещее.

Рейтер: Твой голос...

Он вцепился в решетку.

Рейтер: Нерисса! Освободи нас, колдунья, пока стража не перерезала нам глотки!

Нерисса рассмеялась, и этот смех заставил содрогнуться даже камни.

Нерисса: Ваши мщения меня никогда не интересовали! Вы были всего лишь пешками, шумом, который отвлекал Стражниц, пока я забирала корону Элион!

Рейтер: Коварная дрянь! Мы доверяли тебе!

Взревел Рейтер.

Нерисса: Доверие? Между хищниками?

Нерисса шагнула в свет факелов.

Нерисса: Вы были инструментом! А инструмент выбрасывают, когда работа окончена!

Фрост: Ты заплатишь за это!

Выплюнул он.

Фрост: Мы расскажем всем, что ты и есть Мудрейшая!

Калеб: Это уже известно!

В дверях появился Калеб в сопровождении Джулиана и отряда стражи.

Калеб: Ведьма, ты окружена! Сдавайся, или эти оковы станут для тебя вечными!

Нерисса медленно обернулась. Её пальцы заискрились изумрудным светом Квинтэссенции.

Нерисса: Сдаться?

Она улыбнулась.

Нерисса: Моя сила теперь превосходит ваши жалкие фантазии!

Одним ленивым взмахом руки она создала энергетический импульс.

Стражников отбросило к стенам, словно тряпичных кукол. Калеб едва устоял на ногах.

Джулиан: Что ты сделала с настоящей Мудрейшей?!

Выкрикнул он, сжимая рукоять меча.

Нерисса: Многие годы я и была ею, Джулиан! Это Мудрейшая освободила меня с горы Танос!

Она была моей подругой... она хотела спасти мою душу! Она хотела, чтобы я «увидела суть вещей»!

Калеб: И что же ты увидела?

Калеб шагнул вперед, презирая опасность.

Нерисса: Я увидела, что этот мир прогнил! Чтобы построить что-то великое, старое должно сгореть! Фобос был мелочным тираном, одержимым властью! Моя цель - порядок через абсолютную мощь! И, кстати... без меня ваше восстание захлебнулось бы в крови еще в первый месяц!

Джулиан: Твоя роль была ничтожна! Мы победили сами!

Отрезал Джулиан.

Нерисса: Ничтожна?

Она подошла к нему почти вплотную, игнорируя направленный на неё клинок.

Нерисса: А кто указал тебе на слабые места в обороне? Кто шептал даты и числа? Помнишь водопады Мигитиан, Джулиан? Вспомни ночи... вспомни даты!

Джулиан замер.

Его лицо исказилось от внезапной, невыносимой догадки.

Джулиан: Что ты несешь?..Это бред! Это невозможно! Ты не можешь быть...

Нерисса: Разве я лгу?

Её голос стал вкрадчивым, почти нежным.

Нерисса: Вспомни те дни, которые знаем только мы двое! Сложи числа!

Джулиан медленно опустил меч.

Шок в его глазах сменился осознанием, которое было тяжелее любой темницы.

Джулиан: Даты... те самые даты...

Прошептал он, и его голос надломился.

Джулиан: Я... я верю!

Калеб: Верни силу Элион! Живо!

Калеб еще не понимал, что происходит, он видел только врага.

Нерисса: Никогда! Теперь Меридиан - это я!

Нерисса вспыхнула ослепительным светом.

Нерисса: Вы букашки под моими ногами!

С яркой вспышкой она исчезла, оставив после себя лишь запах озона и звенящую тишину.

Калеб тяжело дышал.

Калеб: Она стала опаснее всех, с кем мы сражались! Она равна Стражницам... Мне нужно на Землю! Олдерн, как наши?

Олдерн: Ватек и Дрейк побиты, но жить будут!

Отозвался тот.

Но Джулиан всё еще стоял, глядя в пустоту.

Джулиан: Она не лгала... без неё мы бы не свергли Фобоса! Она была сердцем восстания так же, как и я...

Калеб резко развернулся к отцу.

Калеб: Да что с тобой, отец?! Хватит говорить о ней так, будто она наш союзник! Что черт возьми здесь происходит?! Скажи мне правду!

Джулиан поднял глаза на сына, и в этом взгляде было столько боли, что Калеб невольно отступил.

Джулиан: Правда в том, Калеб... что Нерисса - твоя мать!

Портал выплюнул девочек на Землю, и прохладный ночной воздух Хитерфилда показался им чужим после тяжелой атмосферы Меридиана.

Магия всё еще искрила на кончиках пальцев, но силы были на исходе.

Ирма: У меня живот болит... и, кажется, это не от еды, а от чистого стресса!

Она прижала руки к талии, пытаясь унять дрожь.

Ирма: Девочки, умоляю, пошлите в «Серебряный Дракон»! Нам нужно отпраздновать то, что мы вообще выжили!

Вилл покачала головой, поправляя рюкзак. Её плечи были опущены.

Вилл: Ирма, честно... я просто хочу упасть в кровать! Волшебство высасывает душу! Спасать миры - это работа, после которой не чувствуешь ног!

Корнелия: Поддерживаю!

Корнелия потерла виски. Глаза её слипались, а перед мысленным взором всё еще стоял Калеб.

Корнелия: Я измотана! Сражения, порталы, погони... Мне нужен не ресторан, а неделя в спа-салоне, чтобы просто перестать чувствовать себя разбитой вазой!

Хай Лин посмотрела на темное небо и глубоко вздохнула.

Хай Лин: Главное, что всё позади! Злодеи там, где им место - в глубокой, темной темнице! Элион снова на троне!

Корнелия: Но какой ценой?

Тихо добавила Корнелия, и в её голосе прорезалась та самая «драма».

Корнелия: Мне было больно оставлять её там! Она выглядела такой... опустошенной!

Тарани, поправляя очки, задумчиво посмотрела на подруг.

Тарани: Нерисса и её рыцари больше не угроза! Мы победили. Почти идеальная операция: без жертв, без руин! Но... у меня из головы не выходит один вопрос. Кто она на самом деле?

Вилл обернулась, её взгляд стал жестким.

Вилл: Она - главный кукловод! Причина каждой слезы, пролитой на Меридиане за последнее время. Нерисса создала этих мстителей, она дергала за ниточки! Она корень зла!

Автор Zip-Storm к читателю:

(Это информация была написана для тех кто не знает)

«Сила не развращает людей, она лишь срывает маски с тех, кто уже был слаб духом перед лицом искушения».

Нерисса не всегда была чудовищем.

Она была Фениксом - самой яркой и амбициозной среди сестёр.

Ей было доверено Сердце, но со временем магическая связь с артефактом превратилась в болезненную зависимость.

Сила Квинтэссенции, текущая в её жилах, нашептывала ей, что она законный вершитель судеб.

Гордыня Нериссы вытеснила долг.

Когда Совет Кондракара увидел, что Сердце в её руках становится инструментом тирании, было принято роковое решение: передать кулон Кэссиди.

Для Нериссы это стало не просто приказом, а актом кражи её собственной души.

Обида затмила разум.

В её глазах подруги превратились в предателей. Финал этой истории написан кровью:

Нерисса заманила Кэссиди в ловушку и, не получив Сердце обратно, совершила немыслимое - убийство сестры по оружию.

В тот миг Стражница внутри неё окончательно погибла, уступив место тени.

За это преступление Оракул приговорил её к самому страшному для гордого сердца - забвению.

Она была замурована в живую могилу на вершине ледяного Таноса.

Но даже в цепях она остается предупреждением для каждой новой Хранительницы.

Хай Лин: Ну, получив от нас такого тумака, она вряд ли скоро высунет нос!

Хай Лин попыталась разрядить обстановку.

Ирма: Вот именно!

Подхватила Ирма.

Ирма: Мы заслужили нормальную жизнь! Школу, прогулки, отсутствие монстров под кроватью! Мы спасли всех, кого можно было спасти! Мы героини, и героиням нужен отпуск!

В небе вспыхнула первая звезда. Хай Лин восторженно указала на неё пальцем:

Хай Лин: Смотрите! Загадывайте желание, скорее!

Ирма: Моё желание простое: чтобы зло взяло бессрочный отпуск!

Фыркнула Ирма.

Ирма: А твоё, Вилл?

Вилл: Не скажу!

Улыбнулась та.

Вилл: Иначе не сбудется!

Ирма: Ой, да ладно! Спорим на шоколадку, что там замешан один симпатичный парень? Я же вижу по глазам!

Девочки потихоньку начали расходиться. Тарани зевнула.

Тарани: Ну что, по домам?

Хай Лин: Эй, Вилл! А портал?

Окликнула Хай Лин.

Вилл замерла.

Она подняла Сердце Кондракара, и мягкое розовое сияние закрыло проход между мирами.

Вилл: Готово! Никто не проберется отсюда на Меридиан... и наоборот! Задача выполнена! Но...

Вилл запнулась, чувствуя странный холод в груди.

Вилл: Почему мне кажется, что битва только начинается?

В это же время, там, где свет не достигает углов, в холодном мареве иного измерения, Нерисса смотрела на отражение Стражниц в сгустке темной энергии.

Кулон в её руке пульсировал силой Элион.

Нерисса: Развлекайтесь, пока можете, маленькие стражницы...

Прошипела она, и её лицо исказила жуткая усмешка.

Нерисса: Смейся, Вилл! Загадывай желания, Ирма! Ваше падение уже предрешено! И когда вы поймете, кто стоит перед вами, будет слишком поздно! Я вам это гарантирую!

1 месяц спустя.

Мир вокруг Вилл перестал существовать.

Не было ни стен её комнаты, ни мягкой подушки только бесконечная, пульсирующая синяя бездна.

Холодный эфир обтекал её тело, заставляя чувствовать себя крошечной песчинкой в океане мироздания.

Голос незнакомца: Вилл...

Голос прозвучал отовсюду и ниоткуда одновременно.

Девушка резко обернулась, всматриваясь в синеву, которая, казалось, сама обладала разумом. Темнота окутывала её, словно тяжелое бархатное одеяло, мешая дышать.

Вилл: Кто это сказал? Кто здесь?

Её собственный голос прозвучал слабо, утопая в тишине.

Из глубины портала, который не был порталом, проступил силуэт. Древний, мудрый и пугающе спокойный.

Голос незнакомца: Альфа Трион...

Прошелестел голос.

Альфа Трион: Приди ко мне! Найди меня, Вилл!

Вилл: Но как? Где вас искать?!

Она сделала шаг вперед, но ноги словно увязли в густом тумане.

Вилл: Я не понимаю!

Альфа Трион: Посмотри вокруг... и загляни внутрь!

голос мужчины был мягким, как прикосновение шелка, но в нем вибрировала вековая печаль.

Каждое слово отзывалось в Сердце Кондракара, заставляя кулон на груди Вилл болезненно пульсировать.

Альфа Трион: Ты узнаешь ответ, когда обретешь себя! Твоя судьба не здесь, она ждет за пределами этого мира!

Вилл чувствовала, как этот голос проникает в самые сокровенные уголки её души, вытаскивая на свет страхи, которые она так тщательно прятала целый месяц после победы над Нериссой.

Вилл: Вы знаете моё имя?

Прошептала она.

Вилл: О какой судьбе вы говорите? О каком путешествии?

Альфа Трион: О, милое, светлое дитя...

Голос Альфа Триона начал отдаляться, растворяясь в нарастающем гуле реальности.

Альфа Трион: Как много тебе предстоит узнать! Готовься, Вилл! Час близок!

Будильник Кермит: ОНА ЖЕ ОПОЗДАЕТ! Вилл, проснись! На дворе уже день, а ты всё летаешь в облаках!

Дребезжащий голос будильника ворвался в сновидение, как удар молота по стеклу.

Вилл подскочила на кровати, тяжело дыша.

Волосы прилипли ко лбу, а сердце колотилось в ритме бешеного барабана.

Комната выглядела такой... обычной.

Слишком обычной после того, что она только что видела.

Вилл: Что? Какому путешествию?

Выкрикнула она в пустоту, всё еще пытаясь ухватить ускользающую нить сна.

Будильник Кермит: Прежде всего путешествию из кровати, соня! У тебя урок с самого утра!

Будильник неумолимо отсчитывал секунды.

Вилл устало опустила голову на ладони.

Вилл: Опять этот сон...

Пробормотала она, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

Вилл: Уже целый месяц одно и то же!

Она посмотрела на зеркало.

В её глазах всё еще отражалась та синяя бездна.

Вилл: У меня нет ни единой догадки, что это значит! Если это послание от Высших Сил или Кондракара, то почему оно такое запутанное?

Она сжала кулаки, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение вперемешку со страхом.

Вилл: Мне бы хотелось, чтобы оно было хоть чуточку яснее, а не просто пугало до дрожи в коленках! Альфа Трион... кто же ты такой?

Вилл металась по комнате, лихорадочно пытаясь найти второй кроссовок.

Время на стене неумолимо издевалось над ней.

Вилл: Боже, я опаздываю! Изволь объяснить, почему ты не зазвонил раньше, кусок железа?!

Она сердито ткнула пальцем в будильник.

Будильник подпрыгнул на тумбочке, его электронные цифры гневно мигнули красным.

Будильник Кермит: Я звонил! Как же ты долго дрыхла, Вилл! Ты не просто спала, ты ушла в астрал!

Вилл: Я серьезно!

Она натянула футболку задом наперед.

Вилл: У меня тест у мисс Барбатеи! Это же верная гибель! Почему ты не разбудил меня вовремя?!

Будильник Кермит: Послушай меня внимательно, хозяйка!

Будильник затрещал от возмущения.

Будильник Кермит: Я предпринимал три попытки штурма твоего сознания.! Первый раз ты вырубила меня со словами: «Еще пять минуточек, я же не лампочка...»! Я, между прочим, обиделся!

Вилл замерла с расческой в волосах.

Вилл: И что было во второй раз?

Будильник Кермит: Во второй раз ты просто смахнула меня со стола в полет!

Будильник драматично звякнул.

Будильник Кермит: Ты пробормотала, что это «всего лишь сон» и что «будильники не умеют разговаривать»! А в третий раз...

Он сделал паузу для эффекта.

Будильник Кермит: Ты подняла меня, посмотрела прямо на дисплей, где капсом горело «ТЕСТ СЕГОДНЯ!», уверенно кивнула, сказала: «Отлично, я готова к тесту», и с чувством выполненного долга рухнула обратно в подушки!

Вилл бессильно опустилась на край кровати.

Вилл: Ладно, молчи... я просто... я исчерпала себя! Похоже, сегодня я буду писать тест в режиме перегоревшей лампочки! Если вообще дойду!

Спустя несколько минут Вилл, пошатываясь, выползла на кухню.

Отражение в зеркале пугало: глаза опухшие, лицо бледное.

Настоящий живой труп.

Вилл: Раз уж я всё равно безнадежно опоздала, выкрою пятнадцать минут на завтрак! Иначе я упаду в обморок прямо на парту!

Прошептала она и подошла к массивному белому агрегату.

Вилл: Джеймс, я умираю с голоду... Что у нас на повестке дня?

Холодильник Джеймс отозвался гулким, размеренным гудением компрессора, в котором слышалось явное неодобрение.

Холодильник Джеймс: Доброе утро, мисс Вандом! В нашем меню сегодня изысканный свежий воздух... и щепотка экзистенциальной грусти!

Вилл замерла с открытым ртом.

Вилл: Грусти? Это что, новый вид обезжиренного йогурта?

Холодильник Джеймс: Нет, мисс Вандом! Это то чувство, которое пронзит ваше сердце, когда вы поймете, что внутри меня - пустыня!

Кое-кто проигнорировал поход в магазин, и теперь мой функционал ограничен охлаждением пустоты!

Вилл: Слышала! Не глухая!

Она раздраженно дернула ручку.

Вилл: Мне нужен сыр, маринованные огурцы и... я хотела попробовать тот новый рецепт! Что скажешь?

Холодильник Джеймс: Как ваш персональный диетолог и хранитель свежести, я настоятельно не рекомендую использовать тот сыр!

Джеймс выдал холодную струю пара.

Холодильник Джеймс: Он слишком долго лежал рядом с огурцами, осознал тщетность бытия и... испортился! К сожалению! А огурцы вы сами приговорили еще вчера вечером, в порыве ночного жора!

Вилл: Но я так хотела этот бутерброд! Это же классика!

Вилл чуть не заплакала от обиды.

Холодильник Джеймс: Классика это свежие продукты, мисс Вандом! Я щепетилен в вопросах гастрономии! Могу предложить вчерашний суп! Он уже обрел характер, собственное мнение и, кажется, готовится подать документы на гражданство!

Вилл: Твои шутки становятся всё кислее, Джеймс!

Холодильник Джеймс: Это не шутка! И, кстати, ваша сметана в углу... она теперь больше похожа на опасный научный эксперимент! Не прикасайтесь к ней без защитного костюма!

Вилл захлопнула дверцу холодильника так, что задрожали стаканы.

Вилл: Прекрати! Я просто выпью кофе и уйду!

Холодильник Джеймс: Кофе?

Джеймс ехидно щелкнул реле.

Холодильник Джеймс: Кофемашина Салли сегодня выглядит крайне подозрительно! Она затаила обиду и, судя по звукам, ждет момента, чтобы эффектно взорваться вам в лицо!

Вилл: Ты сегодня не холодильник, а параноик!

Холодильник Джеймс: Я просто забочусь о вашем выживании! А теперь, если позволите, мне нужно охладить воздух, который вы только что нагрели своим праведным возмущением!

Вилл замерла посреди кухни, глядя прямо перед собой, словно обращаясь к кому-то невидимому.

Вилл к читателю: Не знаю, разговаривает ли с вами ваш холодильник?

Горько усмехнулась она.

Мой, например, болтает без передышки! Он не умолкает с того самого дня, как я узнала, что я Стражница Сердца Кондракара! Моя стихия - Квинтэссенция, оживляющая энергию! И теперь у меня... скажем так, «особые отношения» со всякими электрическими штучками!

Она похлопала по белой дверце агрегата.

Я называю его Джеймсом! И если бы вы пообщались с ним хотя бы пять минут, вы бы поняли, что это строгое, чопорное имя подходит ему идеально! Он - мой самый честный и невыносимый критик!

Холодильник Джеймс: К слову о критике, мисс Вандом!

Голос Джеймса стал тише, почти сочувственно.

Холодильник Джеймс: Ваша мама оставила записку на моем корпусе! Сегодня днем у неё крайне важная встреча Опять!

Вилл почувствовала, как внутри что-то оборвалось.

Она сорвала листок, даже не читая.

Вилл: Ясно! В очередной раз она не знает, когда вернется домой! Пустые коридоры, тишина и свет индикаторов - вот и вся моя семья на сегодня!

Холодильник Джеймс: Не грустите, мисс!

Загудел компрессор Джеймса, и в этом звуке послышалось подобие тепла.

Холодильник Джеймс: Она очень вас любит! Просто мир взрослых... он полон дел, которые нельзя отложить!

Вилл опустила голову, сжимая в руке записку.

Вилл: Я знаю, Джеймс... Но иногда мне кажется, что в её списке дел я где-то между «купить молоко» и «сдать отчет»! Что я не так уж и важна!

Она резко вскинула голову, увидев время на настенных часах.

Вилл: Черт! Почти девять! Нужно бежать, иначе мисс Барбатея сотрет меня в порошок!

Схватив рюкзак, Вилл выскочила в прихожую, едва не запутавшись в собственных ногах.

Вилл: Сегодня очевидно не мой день!

Крикнула она, захлопывая дверь.

Вилл: Существуют дни, когда ты встаешь не с той ноги, и всё катится к чертям!

Весь мир идет наперекосяк, и любая мелочь - холодный кофе, вредный холодильник или пустое кресло матери способна довести до истерики!

Вилл крутила педали так, словно за ней гнались все Десептиконы разом.

Холодный утренний ветер обжигал легкие, а в ушах всё еще эхом отдавался голос из сна.

Она влетела в колледж, когда звонок уже затихал в конце коридора.

Вилл: Сорян, опоздала малость!

Вилл распахнула дверь кабинета с таким грохотом, что штукатурка над косяком жалобно скрипнула.

Мисс Барбатея медленно опустила очки на кончик носа.

Мисс Барбатея: А вот и ты, Вандом! Мало того, что ты лишила нас своего присутствия на десять минут, так еще и решила снести дверь с петель? Садись и приступай к тесту! Если, конечно, твоя совесть не слишком занята разрушением школы!

Вилл рухнула за парту.

Перед глазами всё плыло.

Стоило ей уткнуться в лист с заданиями, как сознание начало предательски соскальзывать в темноту.

Шум класса превратился в гул далеких турбин.

Мисс Барбатея: Что это за звук? Это Вандам!

Голос Барбатеи доносился словно из-под воды.

Мисс Барбатея: Абсолютно недопустимо!

Калькулятор Сэми: Опять она за своё!

Пискнул он под её рукой, вибрируя от Квинтэссенции.

Калькулятор Сэми: Вильгельмина, очнись! Тест сам себя не напишет! Не усложняй мне жизнь!

Но Вилл уже не слышала.

Перед ней снова была синяя бездна, и в ней материализовался ОН. Гигантский, величественный робот в алом плаще.

Его корпус отливал благородным металлом, а седая механическая борода придавала ему вид древнего пророка.

Альфа Трион.

Альфа Трион: Мне снова удалось коснуться твоих мыслей, юная Хранительница!

Его голос вибрировал в самом фундаменте её существа.

Альфа Трион: Ты ступишь на Кибертрон, Вилл! Твой путь будет тернист, и опасности поджидают за каждым поворотом!

Вилл: Кибертрон? Опасности?

Вилл металась в этом пространстве, пытаясь ухватиться за край его плаща.

Вилл: Почему вы говорите это мне? Кто вы?!

Альфа Трион: Моё имя сейчас лишь звук из прошлого!

Он протянул к ней огромную металлическую ладонь.

Альфа Трион: Кибертрон - мир, где мудрость переплетена с вековой войной! Твои силы, Вилл, будут испытаны пламенем, которого ты еще не знала! Энергоресурсы моей родины иссякают! И ты та, чья судьба связана с нашей искрой!

Вилл: Я не понимаю... вы же здесь! Зачем мне искать вас?

Вилл потянулась к нему в ответ.

Альфа Трион: Я лишь эхо, голограмма в твоем разуме!

Его образ начал меркнуть, рассыпаясь на цифровые искры. Ищи союзников там, где меньше всего ожидаешь.

Альфа Трион: Даже в самой глубокой тьме Кибертрона горит надежда! Ты готова, Вилл?

Вилл: Я готова...

Прошептала она, закрывая глаза.

Альфа Трион: Будь осторожна. Судьбы миров сплелись в один узел!

Мисс Барбатея: Доброе утро, мисс Вандом! Надеюсь, я не помешала вашему свиданию с подушкой?

Вилл подскочила, едва не перевернув парту.

Над ней возвышалась мисс Барбатея, и её взгляд был холоднее льдов Меридиана.

Весь класс хихикал.

Лист теста был абсолютно пустым, если не считать пары капель слюны на полях.

Вилл было не просто стыдно - ей было больно.

Сон оборвался на самом важном, оставив в душе чувство невосполнимой потери и странное предчувствие, что её жизнь в Хитерфилде только что закончилась.

Вилл смотрела на пустой лист теста, и ей казалось, что буквы заданий издевательски плывут перед глазами.

В кабинете стояла удушливая тишина.

Вилл: Простите!

Она вскинула голову, пытаясь отогнать остатки синего тумана Альфа Триона.

Вилл: Я... я почти не спала этой ночью!

Мисс Барбатея сложила руки на груди. Её взгляд, тяжелый и холодный, пригвоздил Вилл к стулу.

Мисс Барбатея: Допустим, Вандом. Но это не объясняет, почему ты спала вчера. И позавчера! И неделю назад! Мои уроки не спальный вагон!

Вилл: Я знаю!

Вилл сжала край парты так, что побелели костяшки.

Мисс Барбатея: Для тебя тест окончен! Я поставлю оценку за то, что ты успела... то есть, за пустое место! И, думаю, твоей маме будет очень интересно узнать, почему её дочь предпочитает мир грез моей математике! Я позвоню ей сегодня же!

Вилл: Нет! Умоляю, не надо!

Вилл вскочила, и её голос сорвался на крик.

Вилл: Мисс Барбатея, пожалуйста! Верните работу, я всё напишу, я всё знаю! Только не звоните маме!

Мисс Барбатея: Поздно, дорогуша! Слишком поздно!

Конец учебного дня встретил девочек проливным дождем.

Небо над Хитерфилдом стало свинцовым, превращая город в декорацию к депрессивному фильму.

Корнелия: Ну и день!

Корнелия раскрыла зонт, недовольно глядя на свои намокшие туфли.

Корнелия: Сплошная серость! Я даже тест не закончила, мозг просто отключился в самый ответственный момент! Я выдохлась, Вилл!

Вилл шла рядом, не замечая капель дождя, стекающих по лицу.

Вилл: По крайней мере, у тебя есть оправдание!

Тихо произнесла она.

Корнелия украдкой взглянула на подругу.

Вид у Вилл был пугающий: мертвенная бледность, темные круги под глазами.

Вилл: Знаешь!

Она остановилась, глядя в лужу.

Вилл: Я ничего не могу с собой поделать! Стоит мне закрыть глаза, как я слышу голос этого незнакомца! Он зовет меня, Корнелия! Он говорит о Кибертроне!

Корнелия: Опять эта байка про голоса?

Корнелия вздохнула, ускоряя шаг.

Корнелия: Знаешь, на твоем месте кто угодно уже сошел бы с ума!

Вилл: Наверное, это уже происходит со мной!

Прошептала Вилл себе под нос.

Корнелия: Ой, всё, смени тему!

Корнелия раздраженно махнула рукой.

Корнелия: Хватит про эти глупые сны! У нас и реальных проблем по горло!

Вилл: Это не смешно, Корнелия! Это серьезно!

Вилл замерла, и в её глазах вспыхнули искры Квинтэссенции.

Вилл: Я чувствую себя загнанной в угол! Это не просто сон, это послание из мира, о котором мы ничего не знаем! А что, если этому существу... этому Альфа Триону... нужна наша помощь? Что, если целая планета на грани гибели?

Корнелия: У всех бывают странные сны, Вилл! У тебя просто тяжелый день!

Отрезала она.

Вилл: Хуже!

Вилл закрыла лицо руками.

Вилл: У меня не зачет! И если мама поговорит с Барбатеей, я под домашним арестом до конца вечности! Я могу порвать этот тест, съесть его, сжечь но это не поможет!

Чуть поодаль Ирма пыталась подбодрить Тарани.

Ирма: Что-то ты сегодня тише воды, Тарани! Опять проблемы в «райском саду»?

Тарани поправила очки, и её взгляд был полон затаенной ярости.

Тарани: Моя мама методично губит мою жизнь! Она застукала меня с Найджелом!

Хай Лин: И?

Хай Лин сочувственно наклонила голову.

Тарани: И отобрала мобильный! Теперь Найджел под запретом. Мама считает его «плохой компанией», относится к нему с таким предубеждением, будто он Десептикон под прикрытием! Я злюсь на неё, и на него потому что он слишком «правильный» и подыгрывает ей!

Ирма: Да, с разумным парнем тяжело!

Хмыкнула Ирма, пытаясь разрядить обстановку, но Тарани даже не улыбнулась.

Вилл стояла в стороне, чувствуя, как холодный дождь пробирает до костей.

Она достала телефон и в десятый раз набрала номер.

Корнелия: Опять Мэтту звонишь?

Спросила Корнелия, заметив движение.

Вилл: Нет!

Быстро ответила Вилл, пряча телефон в карман.

Она не хотела признаваться.

Не хотела показывать, как сильно ей нужно услышать хоть один знакомый голос, который не будет поучать её или просить спасти мир.

Но телефон Мэтта упрямо молчал, оставляя её один на один с призраками Кибертрона.

Дождь усилился, превращаясь в сплошную стену.

Вилл прижалась к телефонному автомату, дрожащими пальцами прижимая к уху свой мобильник.

Мэтт Олсен: Это Мэтт... оставьте сообщение!

Отозвался холодный голос записи.

Вилл: Привет, Мэтт...

Она старалась, чтобы голос не дрожал.

Вилл: Тебя не было на занятиях сегодня! Ты не заболел? Надеюсь, что нет! Если ты простужен, я могла бы... ну, сварить тебе куриный бульон! Вернее, его сварят в «Серебряном Драконе», но я могла бы завезти его тебе, если...

Телефон Эд: Детка, ты заболталась!

Бесцеремонно вклинился в разговор Телефон Эд, завибрировав в её руке.

Вилл: Да...

Вилл вздрогнула.

Вилл: Короче, звони, как будет время! Пока!

Она сбросила вызов и сердито посмотрела на экран.

Вилл: Ну вот, опять... Эд, ты мог бы быть немного вежливее!

Телефон Эд: Я вежлив!

Отозвался Эд синтетическим басом.

Телефон Эд: Я просто экономлю ваше время, чтобы вы успели заказать тот самый бульон из «Дракона», о котором так долго рассуждали!

Вилл: Ты невыносим!

Телефон Эд: Я всего лишь ваш личный ассистент с зачатками интеллекта!

Вилл сунула телефон в рюкзак, но, подняв голову, замерла.

Напротив неё, под навесом, стояла Мэнди.

Её взгляд был острым, как бритва, а на губах играла странная, почти торжествующая улыбка.

Вилл: Мэнди?

Вилл выпрямилась, чувствуя, как внутри всё сжалось.

Вилл: Чего тебе надо?

Мэнди: Наверное, мне не стоит этого говорить, Вилл...

Мэнди сделала шаг вперед, и её голос прозвучал тише шума дождя.

Мэнди: Но Мэтт тебя не любит!

Мир вокруг Вилл пошатнулся.

Вилл: Не верю!

Выдохнула она.

Вилл: Он никогда бы так не поступил! Мы с ним... мы...

Мэнди: Что? Ты думала, это навсегда?

Мэнди сощурилась, и в её глазах мелькнуло что-то пугающее, нечеловеческое.

Мэнди: Очнись! Он говорил мне, что ты слишком навязчивая! Твоя забота его душит, Вилл!

Вилл: Это ложь! Ты просто завидуешь!

Мэнди: Завидую?

Она рассмеялась, и этот смех был холоднее Квинтэссенции.

Мэнди: Чему? Тому, что ты единственная, кто не видит очевидного? Мы с Мэттом вчера весь вечер смеялись над твоими сообщениями!

Он даже не читал их - просто удалял, одно за другим! Это его способ «мягко» закончить этот фарс! Ты ему не нужна! И никогда не была нужна!

Вилл почувствовала, как земля уходит из-под ног.

Слова Мэнди падали тяжелыми камнями, разбивая её веру вдребезги.

Она не видела, как лицо Мэнди на мгновение исказилось, а лоб прорезала суровая складка.

Мэнди смотрела, как Вилл, едва сдерживая слезы, разворачивается и уходит в темноту.

Красивое лицо девушки на мгновение застыло, отражая истинные мысли существа, скрытого под кожей.

Мэнди: Кто бы мог подумать, что сеять семена раздора так просто?

Подумала она с брезгливостью.

Мэнди: Слово здесь, слово там - и вот она уже готова, бери её голыми руками!

Неудивительно, что она такая дура! Я вообще в шоке от этой планеты... Здесь живет один сброд! Надо было назвать её не Землей, а Планетой Убогих!

Дождь превратился в ледяную изморозь.

Вилл стояла у ворот, её пальцы онемели от холода, но внутри всё горело.

Когда в тумане показался силуэт Мэтта, она заставила себя сделать вдох, который отозвался болью в груди.

Вилл: Вот он... Давай, Вильгельмина, дыши глубже!

Прошептала она себе под нос, прежде чем шагнуть ему навстречу.

Вилл: Мэтт! Где ты был? Я не видела тебя вечность! Я обрывала телефон, я сходила с ума от беспокойства!

Мэтт остановился, не поднимая глаз.

Его куртка намокла, и он выглядел до странного отчужденным.

Мэтт Олсен: Прости, что не отвечал! Я был занят!

Голос его звучал глухо, как из-под земли.

Мэтт Олсен: Что-то не так, Вилл? Послушай, я не хотел тебя обидеть... Если тебя что-то гложет, давай просто это обсудим!

Вилл почувствовала, как к горлу подступает ком.

Вилл: Ты выбрал Мэнди, не так ли?

Слова вырвались прежде, чем она успела их обдумать.

Мэтт вздрогнул, и на его лице отразилась мучительная борьба.

«Как мне ей объяснить?» читалось в его растерянном взгляде.

Вилл: Давай, наберись смелости и скажи правду!

Вилл шагнула ближе, её глаза опасно блеснули.

Вилл: Я не собираюсь тебя винить, но хотя бы признай это прямо сейчас!

Мэтт Олсен: Вилл, я больше так не могу!

Вдруг взорвался он, и в его голосе прорезалось отчаяние.

Вилл: О чём ты, Мэтт?

Мэтт Олсен: Мои дни «разделения бремени» Сердца Кондракара с тобой закончены!

Он наконец посмотрел ей в глаза, и Вилл отшатнулась от холода в его взгляде.

Мэтт Олсен: Я устал от магии, от порталов, от постоянной опасности! Я хочу вернуться к жизни нормального парня, с нормальной девушкой! Мы с Мэнди вместе! Это правда!

Вилл замерла, не веря своим ушам. Мир вокруг начал рассыпаться на куски.

Вилл: Почему ты молчал? Почему не сказал мне в лицо?!

Мэтт Олсен: Я хотел! Правда хотел! Но подходящего момента просто не было! Я люблю её, Вилл! Пока я был с тобой, я пытался это задушить, но больше не могу!

Вилл: Но ты говорил... ты говорил, что я особенная!

Её голос сорвался на хрип.

Мэтт Олсен: Именно, говорил!

Мэтт нервно взъерошил волосы.

Мэтт Олсен: А теперь я сыт этим по горло! Я хочу вернуть себе свою жизнь! Давай всё забудем, Вилл! Что бы там ни было между нами раньше - это давным-давно перегорело! Всё кончено!

Вилл смотрела на него, и внутри неё Квинтэссенция отозвалась яростным коротким замыканием.

Ей хотелось ударить его, закричать, разрушить всё вокруг, но она лишь крепче сжала кулаки.

Вилл: Я думала, ты мой друг...

Прошептала она, и каждое слово давалось ей с трудом.

Вилл: Я думала, ты знаешь меня! Я доверяла тебе всё! Лживый бабник!

Мэтт Олсен: Я никогда не врал тебе!

Выкрикнул Мэтт ей вдогонку, когда она резко развернулась.

Мэтт Олсен: Вилл, постой! Не уходи, дослушай! Я всё объясню!

Но Вилл уже не слушала.

Она почти бежала прочь, не разбирая дороги.

Мэтт остался стоять под дождем, опустив голову, как нашкодивший мальчишка, который только что разбил бесценную вазу.

Вилл: Мэтт... как он мог?

Вилл глотала слезы, которые смешивались с дождевой водой на её щеках.

Вилл: Несколько лет... Мы были вместе несколько лет! Он говорил, что любит, а сам за моей спиной... Мэнди была права! Каждое её ядовитое слово оказалось правдой!

Она чувствовала, как внутри неё умирает что-то очень важное. Доверие, тепло, надежда - всё это смывало холодным ливнем Хитерфилда.

Вилл: Я никогда его не прощу! Никогда!

Она всхлипнула, закрывая лицо руками.

Вилл: Надеюсь, у девочек дела идут лучше! Потому что я... я официально в аду!

Глаза Вильгельмины наполнились слезами, и в этот момент она была не великой Стражницей, а просто преданной девочкой, чье сердце было разбито вдребезги.

Дом Хай Лин всегда был для Стражниц тихой гаванью, но сегодня воздух в нем казался тяжелым от невысказанных слов.

Вилл сидела на диване, сжавшись в комок, и яростно смахивала непрошеные слезы.

Корнелия: Привет, девочки! Почему такие минорные ноты?

В комнату впорхнула Корнелия, её глаза светились так ярко, что, казалось, могли разогнать тучи над Хитерфилдом.

Корнелия: У меня новости, от которых вы просто сознание потеряете!

Тарани: Корнелия, ты вовремя...

Тарани сочувственно взглянула на Вилл.

Ирма: А у нас тоже новости!

Вставила Ирма, и её голос был лишен привычного задора.

Но они, скажем так, не из тех, что празднуют с тортом.

Корнелия осеклась, заметив состояние подруги.

Корнелия: Вилл? Что с тобой?

Вилл: Я... я надеялась, что у нас с Мэттом всё по-настоящему!

Всхлипнула Вилл, закрывая лицо ладонями.

Вилл: А у него «любовь» с Мэнди! Я не могу поверить... Я не думала, что он способен на такую низость!

Корнелия: Вильгельмина, выше голову!

Корнелия решительно села рядом.

Корнелия: Хватит лить слезы из-за того, кто их не стоит! Ты это переживешь, ты сильнее, чем думаешь!

Ирма: Ну и прекрасно!

Ирма развела руками.

Ирма: Просто выкинь его из головы! Признай, Вилл, я была права насчет вас! Это не могло длиться вечно!

Вилл резко повернулась к ней, и в её глазах мелькнула опасная искра Квинтэссенции.

Вилл: Ты что, на его стороне?!

Ирма: Не надо на меня срываться!

Ирма не отступила.

Ирма: Я реалистка! Ты не можешь заставить парня любить тебя насильно! Хочешь совет? Отрасти волосы, купи нормальные джинсы, начни краситься... Хорошая тушь творит чудеса, может, тогда Мэтт и передумает!

Вилл: Да кому он нужен?!

Выкрикнула Вилл, вскакивая.

Вилл: Мне плевать на Мэтта! И на твою тушь!

Ирма: Да ладно!

Пожала плечами Ирма.

Ирма: Ты же не виновата, что влюбилась в того, кто запал на Мэнди! Просто она ему больше нравится!

Вилл: Ненавижу его!

Она бессильно опустилась обратно на диван.

Вилл: Как вы меня только терпите... я просто ходячая катастрофа!

Корнелия ощутимо ткнула Ирму локтем в бок.

Корнелия: Иногда лучше жевать, чем открывать рот, Ирма! Вилл и так плохо, а ты сыплешь соль на рану!

Ирма: Я же ей добра желаю!

Буркнула Ирма.

Корнелия: С таким «добром» и врагов не надо!

Отрезала Корнелия.

Хай Лин мягко положила руку на плечо Вилл.

Хай Лин: Не суди себя строго! Ты удивительная, и нам чертовски повезло, что ты наша подруга! Я знаю, что поможет... особый чай по рецепту моей бабушки! Он помогает переварить даже самую горькую правду и глупость Мэтта!

Пока Хай Лин хлопотала над заваркой, Ирма тихо подошла к Вилл.

Ирма: Слушай... прости! Меня иногда заносит на поворотах!

Вилл: Всё в порядке, Ирма! Извинения приняты!

Вилл приняла дымящуюся чашку. Аромат трав немного успокоил её израненную душу.

Вилл: Корнелия, ты ведь хотела что-то сказать?

Корнелия глубоко вздохнула, её пальцы нервно перебирали край кофты.

Корнелия: Я давно собиралась... В общем... Калеб сделал мне предложение! И я согласилась! Мы женимся!

В комнате на мгновение повисла тишина, а затем взорвалась радостными криками.

Тарани: Ого! Поздравляю!

Тарани обняла подругу.

Ирма: Ура! Наконец-то!

Ирма запрыгала на месте, хлопая в ладоши.

Все окружили Корнелию, и только Вилл осталась сидеть на месте, молча помешивая чай ложечкой.

Звон металла о фарфор звучал как погребальный колокол по её собственным мечтам.

Корнелия: Вилл? Ты... ты не рада за меня?

Корнелия посмотрела на неё с опаской.

Вилл подняла глаза, пытаясь выдавить улыбку, но губы дрожали.

Вилл: Конечно, рада! Правда! Просто... когда я думаю о свадьбе, о любви... мне становится так невыносимо грустно! Всё, что было у меня с Мэттом - прах! И видеть твое счастье сейчас... это больно, Корнелия!

Корнелия села рядом и крепко взяла Вилл за руку.

Корнелия: Всё наладится, слышишь? Ты обязательно встретишь того, кто сделает тебя счастливой! Того, кто будет достоин тебя!

Ирма: И кто знает!

Ирма подмигнула.

Ирма: Может, на свадьбе Корнелии ты встретишь свою судьбу! Например, какого-нибудь заезжего принца или рыцаря!

Вилл впервые за день искренне улыбнулась.

Вилл: Ладно... если там будет пицца, то я с вами!

Буду заедать горе! Неважно, как мне одиноко я знаю, что могу рассчитывать на вас! Без вас я бы точно пропала!

Хай Лин: Мальчики приходят и уходят!

Она обняла их всех вместе.

Хай Лин: А дружба это Квинтэссенция, которая никогда не перегорает!

Немножечко о Чародейках:

«Под спокойной гладью воды всегда скрывается электрический шторм».

Вилл это электрический разряд, спрятанный в хрупкую оболочку.

Со стороны она кажется сдержанной, порой даже замкнутой, но это лишь броня.

Она носит груз своих переживаний, словно тяжелый невидимый медальон, который тянет её к земле.

Когда тревога становится невыносимой, она неосознанно накручивает прядь волос на палец её личный способ «заземлиться», когда мир вокруг начинает искрить.

Её жизнь это вечная борьба с неуверенностью.

Боль от развода родителей и страх быть преданной заставляют её держать дистанцию.

Бассейн - её единственный храм тишины.

Там, под толщей воды, все проблемы Хитерфилда замолкают.

В её комнате живут лягушки спокойные существа, ставшие для Вилл символом того умиротворения, которого ей так не хватает в собственной душе.

Вилл не святая, и в этом её прелесть.

Она ревнива, ранима и иногда поддается искушению использовать свою магию в личных целях.

Её лидерство это не громкие приказы, а тихая, несокрушимая воля.

Она загадка, требующая времени и терпения, чтобы пробиться сквозь стальные стены её недоверия.

«Истинная элегантность всегда идет рука об руку с непоколебимой верностью».

Корнелия это воплощение статности и ледяного достоинства.

Её высокая фигура и прямой взгляд создали ей репутацию высокомерной красавицы, но это лишь миф.

Её сарказм и небольшая брезгливость - защитный барьер, через который пробиваются лишь единицы.

Но те, кто прошел проверку временем, находят под этим льдом настоящий якорь.

Она голос разума, способный взять лидерство в самый критический момент.

Корнелия непоколебимо «правильная» и собранная.

За её гордостью скрывается золотое сердце и редкая преданность: она будет стоять за подругу до конца, даже если та тысячу раз неправа.

Её доброта тихая, но абсолютно искренняя.

«Смех — это единственное оружие, которое не требует перезарядки».

Ирма это неиссякаемый фонтан дерзости.

Она команда КВН, воплощенная в одной девчонке.

Её острый язык - обоюдоострый меч: она шутит там, где другие дрожат от страха, разряжая обстановку своим безбашенным юмором.

Она обожает быть в центре внимания и может всерьез обидеться, если её «выступление» проигнорируют.

За маской вечного двигателя веселья скрывается очень чуткая натура.

Ирма эксперт по флирту, главный фанат вкусной еды и обладательница самого громкого смеха в компании.

Она тот самый свет, который не дает команде погрузиться в уныние, даже когда всё вокруг рушится.

«Зачем ходить по земле, если можно танцевать среди облаков?»

Хай Лин это сгусток позитива, который, кажется, живёт, оторвавшись от реальности на пару сантиметров.

В её мире фантазии и вдохновение важнее скучных фактов.

Именно её вера в чудо стала тем самым толчком, который заставил команду поверить в свои силы.

Она не просто рисует - она видит мир через призму искусства, превращая всё вокруг в холст.

Эта Стражница не фанат спорта, но она влюблена в свободу движения: будь то полёт в небесах, катание на роликах или танцы под дождем.

Её рассеянность - это её шарм.

Идеи в её голове проносятся со скоростью урагана, и она часто записывает их прямо на ладонях, чтобы не потерять.

Хай Лин слишком наполнена счастьем, чтобы долго хранить обиды; негатив просто не задерживается в её «воздушной» душе.

«Логика - это карта, но чувства - это огонь, который заставляет нас двигаться».

Тарани это воплощение собранности.

В то время как остальные могут поддаться панике, она прокладывает путь сквозь хаос с помощью чёткого расчёта и логики.

Она не терпит неопределенности и всегда старается следовать плану.

Но за этой броней «отличницы» скрывается застенчивая и ранимая натура, которую очень легко расстроить.

Несмотря на свою внешнюю мягкость, Тарани - мастер выстраивания границ.

Она четко знает, где заканчивается вежливость и начинается посягательство на её личность.

С её чувствами нельзя играть: если Тарани загнать в угол или нарушить её принципы, её стеснительность испаряется, уступая место первобытной ярости огня.

Она та самая Стражница, которая думает трижды, прежде чем ударить, но если бьет то точно в цель.

Когда Вилл наконец переступила порог квартиры, её лицо превратилось в маску изнеможения.

Расстроенная гримаса словно приросла к коже, а в ушах всё еще звенели ядовитые слова Мэнди и холодное прощание Мэтта.

Вилл: Вот я и дома...

Прошептала она, бросая рюкзак прямо у порога.

В пустой прихожей её голос прозвучал пугающе одиноко.

Холодильник Джеймс: Мисс Вандом!

Привычное гудение Джеймса сегодня звучало почти тревожно.

Холодильник Джеймс: Датчики фиксируют аномально низкий уровень эндорфинов!

Вы выглядите не просто расстроенной, вы выглядите так, будто по вам проехал грузовик с Десептиконами!

Вилл: Я просто устала, Джеймс!

Вилл прошла на кухню, не зажигая свет.

Вилл: Сегодняшний день - это тотальный провал! Черная дыра, из которой нет выхода! Ничто его уже не спасет!

Холодильник Джеймс: Не спешите с выводами, мисс!

В недрах холодильника что-то щелкнуло, и дверца приоткрылась, выпуская облако холодного пара.

Холодильник Джеймс: На моей нижней полке, в самом секретном отсеке, притаилось оружие массового утешения! Шоколадное масло! Хлеб с ним творит чудеса, проверено поколениями Вандомов!

Это лучшее средство от упадка духа, которое я могу предложить в рамках моей гарантии!

Вилл слабо усмехнулась.

Вилл: Хм... звучит как жест отчаяния, но я готова на всё! Спасибо, Джеймс! Сегодня только шоколадное масло стоит между мной и полным безумием!

Она достала заветную банку.

Масло пахло какао и уютом тем самым миром, который Вилл так отчаянно пыталась сохранить.

Вилл: Джеймс, ты лучший друг, который когда-либо у меня был, - искренне сказала она.

Холодильник Джеймс: Рад служить, мисс! И, кстати... не забудьте пополнить запасы молока! Оно на исходе, как и моё терпение по отношению к вашему рациону!

Вилл дрожащими руками намазала густой слой масла на хлеб.

Наверное, её вид действительно был кошмарным, раз даже чопорный Джеймс предложил ей столь нездоровую еду.

Но когда она поднесла аппетитный бутерброд к губам, к горлу внезапно подступил тугой ком.

Аппетит исчез, сменившись тошнотой от осознания того, что Мэтт сейчас, возможно, так же смеется с Мэнди.

Она с досадой положила лакомство на тарелку, отодвинув его подальше.

Вилл опустила голову на сложенные руки, и тишину кухни разорвал её тяжелый, надрывный вздох.

Сьюзан Вандом: Как ты думаешь, Вилл... что я чувствовала, когда мне позвонила мисс Барбатея?

Голос матери прорезал сумерки кухни, как удар кнута.

Вилл вздрогнула всем телом, едва не сбросив тарелку со стола.

Из тени гостиной вышла Сьюзан Вандом.

Её лицо было бледным от гнева, а взгляд - холодным и разочарованным.

Вилл: Мама?!

Вилл подскочила, чувствуя, как сердце уходит в пятки.

Вилл: Ты уже дома? Так рано? Я... я не ждала тебя...

В этот момент Вилл поняла: день еще не закончился.

Настоящая битва только начиналась.

Сьюзан Вандом стояла в тени кухни, и её силуэт казался Вилл непреодолимой стеной.

Сьюзан Вандом: Где ты была, Вилл?

Голос матери был лишен эмоций, что пугало больше всего.

Сьюзан Вандом: Почему явилась так поздно?

Вилл: Я была с девчонками...

Она старалась не смотреть матери в глаза.

Вилл: Прости, что задержалась!

Сьюзан Вандом: Мисс Барбатея звонила мне! Она сказала, что ты снова спала на уроке! Я требую объяснений, юная леди! Прямо сейчас!

Вилл почувствовала, как внутри закипает бессильный гнев.

Ей хотелось крикнуть, что она спасала её мир, пока та была на свиданиях, но вместо этого она буркнула:

Вилл: Дай мне пять минут, чтобы придумать оправдание...

Сьюзан Вандом: Я не собираюсь слушать твои выдумки, лягушонок!

Сьюзан шагнула в свет лампы.

Сьюзан Вандом: То, что ты сделала плохо! Но хуже всего то, что ты не призналась! Мне больно, что ты не доверяешь мне! Если бы ты рассказала о проблемах раньше, я бы помогла, пока твои оценки не превратились в руины!

Вилл резко дернула плечом, уворачиваясь от маминой руки, словно от удара.

Сьюзан тяжело вздохнула и присела на край стула.

Она машинально потянулась к ломтику хлеба с шоколадным маслом, но, как и дочь минуту назад, положила его обратно.

Аппетит отравляло разочарование.

Сьюзан Вандом: Почему, Вилл?

С грустью в глазах спросила Сьюзан.

Сьюзан Вандом: Я ведь переживаю за тебя! Что случилось? Проблемы с девочками? Или... с Мэттом? Ты ведь знаешь, что можешь поделиться со мной любой тревогой!

Вилл: Прости, мама!

Она сжала кулаки под столом.

Вилл: Это трудно объяснить! Ты всё равно не поймешь!

Сьюзан Вандом: Как я пойму, если ты закрылась в своей раковине?!

Сьюзан внезапно сорвалась на крик.

Сьюзан Вандом: Я потратила на тебя всю свою жизнь! Из-за тебя у меня никого не было! Я тоже человек, Вилл! Я тоже хочу быть счастливой, хочу, чтобы меня позвали замуж!

Я должна налаживать свою жизнь, и ты тоже! Но ты... ты ведь даже не пытаешься учиться!

Вилл: У меня не получается!

Выкрикнула Вилл, и в её глазах на мгновение вспыхнул опасный розовый свет.

Вилл: Да, я всё делаю не так! Я посредственная дочь, средняя студентка и...

Она осеклась, не договорив «и никудышная Стражница».

Сьюзан Вандом: Ты должна повзрослеть! Жизнь - не игра, и учёба твой первый приоритет!

Вилл чувствовала, как ногти впиваются в ладони.

Лидер великих Стражниц сейчас ощущала себя маленькой, забитой девочкой, которую душат контролем.

Вилл: Именно поэтому ты продолжаешь давить на меня! Мам, твои разговоры не помогают, они убивают!

Сьюзан Вандом: Какая же ты упрямая!

Сьюзан выпрямилась, её голос стал стальным.

Сьюзан Вандом: И кстати, завтра вечером к нам придет мистер Коллинз! Мы встречаемся, и ты должна смириться!

Вилл: Что?!

Вилл подскочила со стула.

Вилл: Я вижу его в колледже каждый день, это и так пытка! У меня душевная травма, я хочу остаться одна! Гулять с моим учителем это жуть!

Сьюзан Вандом: Коллинз хороший человек, и он делает меня счастливой!

Вилл: А как же папа?! Почему вы не можете быть вместе?

Вилл сорвалась на рыдания, которые переходили в крик.

Вилл: Я ненавижу этот развод! Я ненавижу Коллинза! И я... я ненавижу тебя за то, что ты всё разрушила! Я не твоя игрушка! Оставь меня в покое! Достала!

Пощечина тишины была звонче любого удара.

Сьюзан замерла, её лицо исказилось от боли.

Сьюзан Вандом: Я столько жертвую ради тебя, Вилл... Я прощаю плохие оценки, но не допущу такого хамства! Завтра ты встретишься с ним!

Он вводит дисциплинарные меры против отстающих студентов, и я полностью его поддерживаю! А теперь марш в свою комнату! Живо!

Вилл смерила мать ледяным, чужим взглядом.

Вилл: Да, мама...

Процедила она сквозь зубы.

Она вылетела из кухни и с такой силой хлопнула дверью своей комнаты, что задрожали стекла во всей квартире.

Оставшись одна в темноте, Сьюзан бессильно опустилась на стул.

Сьюзан Вандом: Боже... кажется, я перешла черту!

Прошептала она, закрывая лицо руками.

Сьюзан Вандом: Зачем я всё это ей наговорила?

А за дверью Вилл упала на кровать, кусая губы, чтобы не закричать.

В этот момент она окончательно поняла: здесь ей больше не место.

Её дом теперь там, где слышен голос Альфа Триона.

В мире, где от неё не требуют хороших оценок, а просят спасти целую цивилизацию.

В комнате Мэтта царил полумрак, нарушаемый лишь тусклым светом настольной лампы.

Парень сидел на кровати, обхватив голову руками. Мистер Хаглз, его верная соня, сочувственно потирал лапкой его плечо.

Мэтт Олсен: Знаешь, приятель, мне так паршиво...

Прошептал Мэтт в пустоту.

Мэтт Олсен: Я обидел Вилл! Я трус, Хаглз! Я не смог сказать ей про Мэнди сразу, тянул до последнего, пока всё не взорвалось! Она заслуживает правды, а я... я просто всё растоптал!

Он тяжело вздохнул, глядя на выключенный телефон.

Мэтт Олсен: Она мне дорога, понимаешь? Но я всё испортил! Я такой дурак! Мне больно от того, что я причинил ей боль! Интересно, сможет ли она когда-нибудь меня простить?

Внезапно краем глаза Мэтт заметил движение во дворе.

Фигура была слишком крупной для животного - она скользила в тенях деревьев, словно призрак.

Мэтт Олсен: Я уверен, что мне не привиделось!

Мэтт вскочил и распахнул окно. Холодный ночной воздух ворвался в комнату.

Мэтт Олсен: Мэнди?

Он удивленно уставился на девушку, стоявшую прямо под его окном.

Мэтт Олсен: Привет... Что ты здесь делаешь в такое время? Я как раз собирался о тебе вспомнить!

Мэнди: Привет, Мэтт!

Мэнди улыбнулась, но в её улыбке не было тепла.

Мэнди: Просто прогуливалась. Подумала, дай-ка загляну к тебе.

Внезапно Мистер Хаглз, до этого мирно сидевший на плече, встрепенулся.

Его шерсть встала дыбом, и маленький зверек издал грозный, почти утробный рык, оскалив крошечные зубы.

Мэнди: Ой!

Она картинно отпрянула.

Мэнди: Мистер Хаглз, ты что, с ума сошел?

Мэнди: Я... я не знаю, что с ним, прости!

Мэтт попытался успокоить соню, но тот лишь сильнее вцепился в его куртку, не сводя глаз с девушки.

Мэнди: Извинения не нужны, дорогой Мэтью...

Голос Мэнди вдруг изменился.

Он стал глубже, в нем зазвучали металлические, властные нотки.

Мэтт замер.

Холодок пробежал по его спине.

Он внимательно всмотрелся в лицо девушки.

При свете луны её кожа казалась сероватой, а глаза... они светились едва заметным изумрудным пламенем.

Мэтт Олсен: Ты... ты в порядке?

Голос Мэтта дрогнул.

Мэтт Олсен: Ты выглядишь как-то... иначе!

Мэнди: Иначе?

Она склонила голову набок, и этот жест был неестественным, птичьим.

Мэнди: Что ты имеешь в виду? Я всё та же Мэнди! Твоя Мэнди!

Мэтт Олсен: Нет...

Мэтт попятился от окна.

Мэтт Олсен: Ты не она. Её глаза... они никогда не были такими холодными! Скажи мне, кто ты?!

Мэнди расхохоталась.

Звук её смеха заставил стекла в рамах задребезжать.

Вспышка зеленого света - и перед Мэттом уже не стояла школьница.

В ночном воздухе парила величественная и пугающая фигура в темных одеждах.

Мэнди: Ах, ты догадался. Как жаль!

Она взмахнула рукой, и Мэтт почувствовал, как невидимая сила пригвоздила его к стене.

Нерисса: А я так старалась быть убедительной! Ты прав, Мэтью! Я не Мэнди! И теперь... ты мой!

Мэтт Олсен: Нерисса...

Выдохнул парень, пытаясь вырваться из магического плена.

Мэтт Олсен: Что тебе нужно?!

Нерисса: Как грубо, Мэтт! Неужели ты не рад видеть ту, что избавила тебя от «бремени» Стражниц?

Ведьма подплыла ближе к окну.

Нерисса: Я пришла предложить тебе кое-что интересное!Раз уж ты такой проницательный и так жаждешь «нормальной жизни»... может быть, ты захочешь присоединиться к моей армии?

В комнате Вилл царил мрак, разбавленный лишь холодным светом уличных фонарей, пробивающимся сквозь дождь на стекле.

Девушка стояла посреди комнаты, и слова матери всё еще жалили её, как осы.

«Позор, что ты ещё такой ребёнок! Ты должна повзрослеть, Вилл!»

Вилл: Почему... почему она меня не понимает?!

Прошептала Вилл, и её голос дрогнул от сдерживаемой ярости.

Она сорвала с шеи Сердце Кондракара.

Магический артефакт, который должен был быть символом силы, сейчас казался ей раскаленным клеймом, приковавшим её к ответственности, которую она не просила.

С резким замахом Вилл отшвырнула кулон.

Драгоценный камень со звоном ударился о паркет, проскользил через всю комнату и забился в темный угол, под шкаф, где его розовое сияние стало тусклым и болезненным.

Вилл рухнула на постель, уткнувшись лицом в подушку.

Вилл: Я больше так не могу...

Её плечи затряслись.

Вилл: Мэтт меня ненавидит, мама меня ненавидит, в школе всё рушится! Где я свернула не туда? Почему я должна вести за собой других, если я не могу справиться даже с собственной жизнью?!

Она перевернулась на спину, глядя в потолок, где плясали тени от ветвей деревьев.

Вилл: Я так устала! Как бы я хотела, чтобы всё это просто исчезло! Чтобы не было магии, не было порталов, не было Нериссы! Просто быть обычной... Просто быть невидимой!

В голове снова всплыл голос Альфа Триона. «Твоё время пришло... Тебе пора в путешествие».

Вилл: Если бы я могла сбежать... глаза Вилл лихорадочно блестели в темноте!

Туда, где никто не знает, кто я такая! Где нет бесконечных лекций, нет этого проклятого развода родителей и нет чертовой ответственности за спасение Вселенной каждые выходные...

Я бы сделала это не задумываясь! Прямо сейчас!

Она закрыла глаза, надеясь, что завтрашний день принесет забвение, но в глубине души Вилл знала: после этой ночи её жизнь в Хитерфилде уже никогда не будет прежней.

Нерисса парила в воздухе, и её темные одежды развевались на ночном ветру, словно крылья гигантской летучей мыши.

Она с наслаждением вдыхала эманации горя, идущие от дома Вандомов.

Нерисса: Даже девочка, способная летать, может пасть духом после стольких разочарований, не так ли?

Ведьма приложила ладонь к груди, притворно вздыхая.

Нерисса: Бедняжка Вилл! Эти поражения, эта неспособность контролировать собственную судьбу... для неё это бремя стало абсолютно неподъёмным!

Мэтт Олсен: Ты не знаешь её, Нерисса!

Мэтт сжал кулаки, пытаясь перебороть магическое давление.

Мэтт Олсен: Она сильнее, чем ты думаешь! Её дух не сломить какими-то сплетнями!

Нерисса: Оставь эти сказки, Мэтью! Ты же сам видел она раздавлена!

Она опустилась чуть ниже, и её глаза сверкнули торжеством.

Нерисса: Но ты можешь прекратить её муки! Избавить её от этой боли! Принимай моё предложение, пока от твоей Вилл осталось хоть что-то, что можно спасти! Мои

Рыцари Мщения оказались жалкими неудачниками!

Я думаю, ты идеально их заменишь!

Она хищно улыбнулась, обнажив белые зубы.

Нерисса: Подумай сам... Я получу Сердце Кондракара и власть над мирами, а ты... ты станешь инструментом её окончательного краха! Я обожаю делать этим Стражницам гадости, Мэтт!

Смотреть, как их хваленое «добро» рассыпается в прах под весом предательства тех, кого они любили - это высшее наслаждение!

Мэтт Олсен: Ничего не выйдет, Нерисса!

Выкрикнул Мэтт.

Мэтт Олсен: Я не предам её! Ты ничего от меня не добьешься! Точка!

Нерисса: Ты так считаешь?

Ведьма склонила голову набок.

Нерисса: А что, если я сделаю твою жизнь и жизнь твоих близких немного... неудобной?

Она резко вскинула руку в сторону Мистера Хаглза.

Соня, всё еще сидевшая на подоконнике, внезапно замерла.

Тельце зверька начало неестественно раздуваться, кости хрустели, а шерсть превращалась в жесткие пластины брони.

Мэтт Олсен: Стой! Хаглз! Нет!

В ужасе закричал Мэтт.

Немного о Нериссе.

«Порядок требует жертв, а идеальный мир - отсутствия воли у тех, кто в нём живет».

Нерисса это воплощение абсолютного холода.

За её маской стратегического спокойствия скрывается разум, который никогда не спит и не ошибается под влиянием импульса.

Вселенная для неё шахматная доска, где целые миры и жизни миллионов лишь пешки в грандиозной партии.

Здесь нет места чувствам, есть только логика и неизбежность её триумфа.

Самое страшное проявление её натуры отношение к собственному сыну, Калебу.

Его рождение не было актом любви; это был высший стратегический расчет.

Нерисса создала Калеба как «идеальный ключ», живое оружие, способное сокрушить Кондракар и вскрыть Завесу изнутри.

В её глазах он не ребенок, а фундамент её будущего восхождения, инструмент для разрушения старого миропорядка.

В отличие от Десептиконов, жаждущих разрушения, Нерисса ищет Мир.

Но её идеал -это стерильная реальность, очищенная от ошибок, воли и сомнений других существ.

Она искренне верит в своё божественное право быть «Тираном-Спасителем».

Для неё тотальное подчинение Вселенной - это единственный способ избавить её от слабости и междоусобиц.

Жажда Сердца Кондракара для неё не жадность, а «восстановление справедливости».

Нерисса видит в талисмане инструмент, который позволит ей переписать саму структуру магии по своему образу и подобию.

Она убеждена, что только её гений достоин такой силы, а её заточение было лишь временная помеха на пути к статусу выше самой судьбы.

Нерисса посмотрела на монстра, в которого превратился маленький зверек, с презрительной, насмешливой улыбкой.

Нерисса: Хаглз... Какое неблагородное имя! Знаешь, есть легенда о чудовище, которое питалось яростью! Его звали Гор! Да... Гор-разрушитель! Тебе очень идет!

Мэтт Олсен: Что ты сделала с ним?!

Мэтт попятился, глядя на чудовище глазами, полными ужаса.

Нерисса: Не беспокойся за него!

Прошептала Нерисса, поднимая свой посох.

От кристалла на его вершине исходила чистая, пульсирующая темная энергия.

Нерисса: Теперь твоя очередь!

Вспышка ослепила Мэтта.

Он почувствовал, как его человеческая суть выжигается изнутри, заменяясь холодной, бескрайней ненавистью.

Его тело трансформировалось, обретая мощь, о которой он не мог и мечтать.

Золотая маска скрыла его лицо, а за спиной раскрылись черные крылья.

Нерисса: Отныне ты Шегон! Мой ангел зла! Силу Гора питает ярость, а твою ненависть твоих врагов! И твоим первым врагом будет та, чьё сердце ты только что разбил!

Шегон медленно поднял голову.

В его глазах больше не было ни капли сочувствия или любви к Вилл Вандом.

Только абсолютная преданность своей госпоже.

Шегон: Да, госпожа!

Прогрохотал его новый, лишенный человечности голос.

Нерисса торжествующе вскинула посох к темному небу Хитерфилда.

Воздух вокруг неё заискрился от избытка магии.

Нерисса: В жуткие годы нужны жуткие воины!

Её голос гремел, перекрывая шум дождя.

Нерисса: Квинтэссенция! Жизнь из пустоты!

Она сделала резкое круговое движение, и вокруг кристалла на посохе закружились снежинки, принесенные неестественным, мертвенно-холодным ветром.

Ледяные частицы начали срастаться, уплотняться, пока не приняли форму могучего воина.

Стальные доспехи покрывала изморозь, а за спиной раскрылись тяжелые, костяные крылья.

Нерисса: Ты теперь Тридардт!

Провозгласила ведьма, и иней на доспехах воина вспыхнул синим пламенем.

Нерисса: Твоя сила это не просто лед! Твоим залогом победы станет страх! Враги будут мерзнуть от ужаса в твоем присутствии, прежде чем ты успеешь их коснуться!

Тридардт: Я повинуюсь тебе, госпожа...

Тридардт склонил голову, и звук его голоса напоминал треск ломающегося ледника.

Нерисса, не теряя ни секунды, перевела взгляд на трещину в земле, из которой внезапно забил фонтан раскаленной лавы.

Нерисса: И ты... воплощение пламени и бесконечной боли... Эмбер!

Она ударила посохом о землю.

Нерисса: Твоя пища это горе тех, кто осмелится сопротивляться моему новому порядку!

Фонтан магмы застыл, принимая очертания грозной, пугающе красивой женщины.

Её кожа отливала медью, глаза светились багровым огнем, а в руках она сжимала копье, выкованное в самом сердце вулкана.

Эмбер: Славно!

Эмбер обвела двор жадным взглядом, и трава под её ногами мгновенно превратилась в пепел.

Эмбер: Когда на охоту? Я горю от нетерпения пустить кому-нибудь кровь!

Нерисса посмотрела на своих новых слуг - Шегона, Гора, Тридардта и Эмбер.

Её армия была готова.

Нерисса: Завтра...

Злобная ухмылка исказила её губы.

Нерисса: Мы дождемся, когда Вилл останется одна! Без подруг она лишь раненая птица в клетке собственного отчаяния!

Нам нужна её сила, Сердце Кондракара, а не её жалкое сопротивление!

Она обернулась к окну Вилл, где всё еще горел тусклый свет.

Нерисса: А потом... пустим девчонку в расход! Она станет лишь топливом для нашего триумфа!

Утро в зоомагазине пахло опилками и кормом для птиц.

Вилл стояла у входа, перебирая пальцами лямку рюкзака.

Ночь раздумий принесла свои плоды - гнев поутих, оставив лишь ноющую пустоту.

Вилл: Наверное, я слишком погорячилась вчера!

Прошептала она себе под нос.

Под курткой привычно пульсировал кулон - Вилл не смогла оставить его в углу, Сердце Кондракара было частью её самой.

Вилл: Сегодня я встречусь с ним. Выслушаю! Может, всё это действительно... просто недоразумение?

Мистер Олсен: Здравствуй, Вилл!

Мистер Олсен поднял голову от прилавка. Его лицо выглядело осунувшимся.

Мистер Олсен: Хорошо, что ты заглянула! Чем могу помочь?

Вилл: Здравствуйте, мистер Олсен! Я ищу Мэтта! Мы должны были...

Мистер Олсен: Его нет, Вилл! Сегодня он не придет!

Сердце Вилл пропустило удар.

Вилл: Я опоздала? Мы договаривались...

Мистер Олсен: Нет, ты пришла раньше срока! Но Мэтт...

Дедушка Мэтта замялся, доставая из кармана мятый листок.

Мистер Олсен: Скажи, ты получала от него письмо? Его родители в полном шоке, я сам не свой! Послушай, что он написал...

Мистер Олсен начал читать дрожащим голосом:

«Дорогой дедушка, я уезжаю в Голливуд! Говорят, там каждые пять минут рождается новая рок-группа, и я намерен стать солистом в одной из них! За мистера Хаглза не беспокойся, он со мной! Береги себя! С любовью, Мэтт».

Мир вокруг Вилл замер. Звуки города исчезли, остался только шум крови в ушах.

Вилл: Он уехал... не простившись? Не сказав ни слова... мне?

Её голос звучал так, будто она разучилась дышать.

Мистер Олсен: Не сердись на него, Вильгельмина,

Вздохнул старик, пытаясь утешить её.

Мистер Олсен: Иногда молодым людям надоедает всё: учёба, работа, ответственность! Им хочется просто сбежать!

«Сбежать...»

Это слово отозвалось в голове Вилл горьким эхом. Но она знала Мэтта. Он бы не бросил дедушку и её вот так.

Вилл: Ведьма...

Едва слышно прошипела она, сжимая кулаки.

Вилл: Мэтт оставил меня! Бросил одну, когда я так нуждалась в нем!

Автор Zip-Storm к читателю:

«Любовь - это доверие, но как доверять другому, если ты не доверяешь самой себе?»

С Мэттом Вилл связывали болезненные отношения, которые с самого начала напоминали прогулку по тонкому льду.

Она влюбилась мгновенно, но эта любовь принесла с собой мучительные вспышки ревности.

Мэтт был магнитом для внимания более взрослые и успешные девушки постоянно крутились рядом, и Вилл, терзаемая неуверенностью, топила себя в бесконечных сравнениях.

Сам Мэтт разглядел в Вилл то, чего не было в других: редкое сочетание стальной внутренней силы и пронзительной хрупкости.

Он искренне тянулся к ней, но столкновение с реальностью мира W.I.T.C.H. стало для него непосильной ношей.

Его пугала не магия, а та стена лжи и полуправды, которую Вилл возвела вокруг себя, пытаясь защитить свою тайну Хранительницы.

Их связь не выдержала испытания секретностью.

Мэтта измотало ощущение, что он вечно остается на периферии её настоящей жизни.

Точка была поставлена из-за невыносимой эмоциональной пропасти, а его внезапный отъезд стал лишь финальным аккордом - трусливым способом закрепить ту дистанцию, которую они так и не смогли преодолеть вдвоем.

Рабочий день тянулся вечность. Когда солнце скрылось за горизонтом, Вилл молча собрала вещи.

Вилл: Я домой, мистер Олсен!

Мистер Олсен: Если хочешь, я подброшу тебя, Вилл! На улице холодно!

Вилл: Нет, спасибо! Я пройдусь пешочком! Мне нужно подумать!

Ночь была тихой, но какой-то неестественной.

Хитерфилд словно затаил дыхание.

Вилл шла дворами, выбирая путь через пустырь - там редко можно было встретить прохожих, и тишина помогала сосредоточиться на внутренних терзаниях.

«Мэтт не мог так поступить! Это не в его характере! Но если Нерисса приложила к этому руку...»

Внезапно Вилл остановилась. Температура вокруг резко упала, изо рта вырвалось облачко пара.

Вилл: Что-то прохладно стало...

Пробормотала она, оглядываясь.Пустырь выглядел зловеще.

Тени от заброшенных построек казались слишком длинными.

Вилл: Мне кажется, или за мной следят?

Вилл прижала руку к груди, чувствуя, как Сердце Кондракара под курткой начало тревожно вибрировать, предупреждая об опасности.

Она еще не знала, что за углом старого склада уже занесли свои ледяные и огненные клинки Тридардт и Эмбер, а в небе, скрытый облаками, кружил тот, кого она когда-то называла своей любовью.

В сумерках пустыря, среди ржавых конструкций и битого кирпича, проскользнула высокая черная тень.

Вилл испуганно ахнула, отступая на шаг.

Сердце Кондракара под курткой забилось в лихорадочном темпе, обжигая кожу.

Вилл: Мэнди?

Вилл прищурилась, узнав знакомый силуэт.

Вилл: Что ты здесь делаешь? От тебя веет таким негативом, что воздух кажется ядовитым!

Фигурка Мэнди издалека казалась маленькой и беззащитной, но по мере её приближения Вилл чувствовала, как по спине пробегает ледяной холод.

Выражение лица девушки изменилось в одно мгновение: фальшивое дружелюбие осыпалось, как сухая штукатурка, обнажая непроницаемую, жестокую маску.

Мэнди: Приветствую, Вильгельмина!

Голос Мэнди прозвучал низко, скрежеща, как металл о металл.

Мэнди: У тебя есть кое-что, что по праву принадлежит мне! И я пришла забрать свой долг!

Плечи Вилл напряглись.

В голове набатом забили колокола тревоги.

Вилл: Не понимаю, о чем ты...

Начала она, но вдруг осеклась. Этот голос... эта интонация...

Вилл: Твой голос... Ты звучишь совсем как Нерисса!

Но самая жуткая перемена произошла с глазами Мэнди.

Человеческая радужка растворилась, уступая место холодному, желтому пламени.

В них не осталось ничего от той девчонки, что вчера смеялась над Вилл в школе.

Вилл: Не притворяйся!

Выкрикнула Вилл, сжимая кулаки.

Вилл: Я тебя раскусила! Ты не Мэнди!

Мэнди: Ну, наконец-то до тебя дошло!

Нерисса (в облике Мэнди) расхохоталась, и этот смех эхом отразился от стен заброшенных складов.

Мэнди: Больше нет смысла тратить энергию на эту никчемную маскировку! Если бы ты знала, Вилл, как трудно мне было играть роль этой ограниченной девицы!

Холодный блеск в желтых глазах был лишь началом. Тело Мэнди начало искажаться, окутываясь темным туманом.

Ткань реальности вокруг неё трещала.

Спустя секунду перед Вилл предстала сама ведьма в своем истинном, пугающем обличье.

Нерисса: Давно не виделись, Вилл!

Нерисса вскинула посох, и молнии разрезали серое небо.

Вилл: Нет!

Вилл попятилась, но тут же остановилась.

Вилл: Мы же остановили тебя! Мы заперли тебя навсегда!

Нерисса: Мне нужно Сердце Кондракара!

Прошипела ведьма, делая шаг вперед.

Нерисса: И на этот раз я вырву его из твоей груди вместе с душой!

Вилл: Никогда!

Вилл выпрямилась, и в её взгляде появилось то самое упрямство, которое так злило её мать.

Вилл: Ты забыла главное правило, Нерисса! Сердце нельзя забрать силой! Его можно только отдать... или принять!

Она рванула воротник куртки, и Сердце Кондракара вспыхнуло ослепительным розовым светом, разгоняя тьму пустыря.

Вилл: Плевать, сколько ты готовилась! Даже не надейся меня одолеть! Я никогда тебя не боялась! И сейчас, когда ты забрала у меня всё... мне тем более нечего терять!

ЕДИНСТВО!

Выкрикнула Вилл.

Воздух вокруг неё взорвался чистой энергией.

Розовая кофточка и джинсы исчезли, сменившись сверкающим костюмом Стражницы.

За спиной раскрылись прозрачные крылья, вибрирующие от мощи Квинтэссенции.

Вилл взмыла вверх, её глаза сияли силой, способной сокрушать горы.Она была готова к своей последней битве на Земле.

Нерисса парила над пустырем, и её смех разносился над заброшенными складами, как карканье ворона.

Нерисса: О, как благородно! Иного от сопливой девчонки я и не ожидала!

Она презрительно скривила губы.

Нерисса: Но мне плевать на твои высокие идеалы, Вилл! Ты вечно всё портишь! Ты испытываешь моё терпение, а оно не безгранично! Раз переговоры не принесли плодов... что ж, разбирайся с ними!

Она взмахнула посохом, и из теней, соткавшись из самого ночного мрака, лавы и инея, вышли четверо.

Их аура была настолько тяжелой, что Вилл на мгновение забыла, как дышать.

Вилл: Кто... кто вы такие?

Выдохнула она, чувствуя, как Сердце Кондракара пульсирует в такт её участившемуся пульсу.

Лидер четверки, закованный в золотую броню с мощными черными крыльями, шагнул вперед.

Его голос, искаженный магией, ударил по нервам Вилл странно знакомым резонансом.

Шегон: Я - Шегон!

Прогрохотал он.

Шегон: А это Тридардт, Гор и Эмбер! Мы - Рыцари Гибели! Твоей гибели, Стражница! Ты обречена!

Вилл окинула их взглядом. Один против четверых. Против мощи стихий, искаженных злобой Нериссы.

Вилл: Вчетвером против одной?

Вилл заставила себя усмехнуться, хотя её крылья мелко дрожали.

Вилл: Как это в твоем стиле, Нерисса! Совсем не честно!

Шегон: Тридардт!

Шегон холодно кивнул ледяному великану.

Шегон: Возьми её на себя!

Тридардт: С огромным удовольствием!

Проскрежетал Тридардт.

С каждым его шагом лужи на пустыре затягивались коркой льда, а воздух становился густым и колючим.

Вилл: Этот холод...

Вилл обхватила себя руками.

Вилл: Мне так холодно!

Тридардт: Лучше привыкай к нему, маленькая Стражница!

Тридардт поднял свой массивный топор, лезвие которого сияло мертвенно-голубым светом.

Тридардт: В твоем сердце и так царит ледяная пустыня! Отчаяние из-за юноши, которому ты безразлична, питает мою силу! Ты уже мертва внутри, я лишь закончу начатое!

Он замахнулся, и топор со свистом рассек воздух.

Вилл в последний момент успела кувыркнуться в воздухе, отлетая в сторону.

Огромное лезвие с оглушительным треском врезалось в асфальт, выбивая крошку и вздымая облако ледяной пыли.

Вилл: Серьезно?

Вилл выпрямилась, тяжело дыша.

Вилл: Это всё, на что ты способен, Снеговик-переросток?

Тридардт: Это только начало, деточка!

Тридардт вскинул руку, и вокруг него закружился яростный вихрь.

Тридардт: Приготовься познать истинный холод всей своей жизни! Надеюсь, летать с замороженными крыльями не слишком сложно? Ледяная атака!

Поток абсолютного нуля ударил Вилл прямо в грудь.

Холод пронзил её нежные крылья, как тысячи раскаленных игл. Она вскрикнула - Квинтэссенция внутри неё болезненно сжалась.

Хрупкая слюда крыльев покрылась белым инеем, они отяжелели и перестали слушаться.Вилл рухнула на одно колено, тяжело дыша.

Асфальт под ней трескался от мороза.

Она была одна, лишена главного преимущества - полета, а четверо монстров Нериссы только начинали свою охоту.

Эмбер медленно обходила Вилл по кругу, и жар от её тела заставлял лед на асфальте шипеть и испаряться едким паром.

Эмбер: Вы только посмотрите, как она слаба!

Эмбер издевательски прикрыла рот ладонью, в её глазах плясали искры лавы.

Эмбер: Это всё равно что отнять конфету у младенца! А я-то думала, что Хранительница Сердца Кондракара - это нечто величественное! Но увы... перед нами лишь сломленная девчонка!

Вилл: Мои крылья...

Прошептала Вилл, безуспешно пытаясь пошевелить онемевшими отростками за спиной.

Вилл: Вот только этого мне не хватало...

Эмбер: Ох, чувствуете?

Эмбер зажмурилась, втягивая воздух ноздрями.

Эмбер: Её терзает восхитительная, острая боль! Она слаще любого нектара!

Шегон завис в воздухе прямо над Вилл, его черные крылья закрыли остатки лунного света.

Шегон: Я бы посочувствовал тебе, если бы мог, Эмбер!

Его голос, пугающе похожий на голос Мэтта, вибрировал от скрытой угрозы.

Шегон: У неё впереди еще целая жизнь! Долгая, пустая жизнь без магии! Жалкое существование в тени собственного провала!

Нерисса, наблюдавшая за расправой с безопасного расстояния, довольно кивнула.

Нерисса: Ну что, Вилл? Приятно чувствовать беспомощность? Приятно осознавать, что в этом огромном мире никто не придет к тебе на помощь?

«Это невыносимо...»

Вилл сжала зубы так, что челюсть свело судорогой.

«Они слишком сильны! Долго я так не продержусь! Я должна освободиться! Нельзя дать им забрать Сердце... только не им!»

Эмбер: Куда-то торопишься, красавица?

Эмбер преградила ей путь, направив раскаленное копье прямо в горло Вилл.

Эмбер: Останься, поиграй с нами еще немного! Смерть подождет!

Шегон: Никуда ты не пойдешь, милая моя!

Шегон приземлился перед ней, его тяжелые сапоги сокрушили лед Тридардта.

Шегон: Это тупик, Вилл! Тебе не пройти мимо нас! Твоя сила ограничена, а наше терпение - нет! Тебе не победить!

В глазах Вилл защипало.

Отчаяние, одиночество и физическая боль сплелись в один удушающий узел.

Но она ни за что - ни за что на свете! не собиралась плакать перед этими мерзавцами.

Опираясь на дрожащие руки, она заставила себя подняться.

Сначала на колени, потом во весь рост.

Шегон: Тебе не надоело, Вилл?

Шегон презрительно качнул головой.

Шегон: Сэкономь время! Сдавайся!

Эмбер: Давайте еще раз помучаем её!

Взвизгнула Эмбер, занося копье.

Эмбер: Она просто маленькая, слабая мошка! Мне так хочется раздавить её и посмотреть, как вытекает Квинтэссенция!

Шегон: Хватит!

Шегон прервал её резким жестом.

Шегон: Мы пришли за кулоном! Нерисса ждет! Отдай нам Сердце Кондракара, Вилл! Нашей госпоже суждено владеть им! Отдай его по-хорошему!

Вилл выпрямилась, и в этот момент она выглядела выше любого из них.

Розовое сияние Сердца на её груди стало пульсировать ровно и мощно, резонируя с её собственным пульсом.

Вилл: Вы мне надоели!

Выкрикнула она, и в её голосе зазвучала сталь.

Вилл: У меня больше нет времени на ваши фокусы! Сердце Кондракара и мое сердце едины! Оно принадлежит мне, и только я могу им управлять!

Пытаться отнять его у меня - не просто глупо, это смертельно опасно!

И даже если бы я хотела... я бы не смогла его отдать! Но я никогда не отдам его тебе, Нерисса! Никогда!

Лицо Шегона под золотой маской исказилось в ярости.

Шегон: Неправильный ответ, Стражница! Предлагаю проучить тебя так, чтобы ты запомнила это на те недолгие мгновения, что тебе остались!

Вилл стояла на коленях, чувствуя, как лед Тридардта пробирается к самому сердцу.

Но внутри, за барьером боли, проснулся её аналитический ум лидера.

«Соберись, Вильгельмина! Они читают меня как открытую книгу... Они поглощают мою силу, подпитываясь моим страхом и болью!»

Эмбер: А сейчас моя очередь развлечься!

Эмбер выступила вперед, её кожа раскалилась добела.

Шегон: Она твоя!

Шегон холодно кивнул, складывая руки на груди.

Шегон: Наслаждайся!

Эмбер: Я не буду тянуть удовольствие!

Эмбер занесла свое пылающее копье.

«Я должна отказаться от чувств!»

Вилл закрыла глаза, делая глубокий, ровный вдох.

«Если я стану пустой, им нечем будет питаться. Я лишу их источника энергии!»

Эмбер бросилась в атаку с безумным криком:

Эмбер: Что ты делаешь? Думаешь, медитация тебя спасет? Глупая мошка! Я тебя поджарю! Выброс лавы!

Огромный поток расплавленного камня обрушился на то место, где стояла Вилл.

Но вместо криков боли раздался лишь сухой треск электричества.

Вилл: О, правда?

Вилл открыла глаза. В них не было страха. Только чистая, холодная Квинтэссенция.

Вилл: А как тебе это?

Тридардт: Эмбер, что с тобой?

Крикнул Тридардт, видя, как пламя на теле напарницы начинает затухать.

Эмбер: Я... я не чувствую её боли!

Прошипела Эмбер, глядя на свои гаснущие руки.

Эмбер: Моя сила не действует!

Вилл: Любишь играть с огнем?

Вилл вскинула руку, и мощный разряд бело-розовой молнии ударил прямо в грудь Эмбер.

Вилл: Ну тогда получи сдачу! Квинтэссенция!

Шегон: Гор! Отвлеки её!

Скомандовал Шегон, видя, что ситуация выходит из-под контроля.

Гор: РРРРРРРРРР!

Гор, массивное воплощение ярости, бросился на Вилл с быстротой молнии.

Его когтистые лапы сомкнулись на ребрах Стражницы, выдавливая воздух из легких.

Вилл почувствовала, как сознание начинает мутиться.

Вилл: Фу... ну и рожа!

Прохрипела она, глядя в налитые кровью глаза монстра (в которых она всё еще не узнавала Хаглза).

Вилл: Отпусти! Ты делаешь мне больно...

Она почувствовала, как энергия утекает в Гора.

«Он высасывает меня! Его питает мой гнев? Нет... я не дам тебе этой подпитки!»

Шегон: Гор не сможет долго её сдерживать!

Крикнул Шегон.

Шегон: Эмбер! Хватай кулон и уходим!

Эмбер: Я разберусь!

Эмбер, оправившись от удара, снова занесла копье.

Эмбер: Тебе придется жарко, Стражница! Огненное копьё!

Вилл: Эта атака была всего лишь маневром?

Вилл нахмурилась, её взгляд стал жестким.

Вилл: Смешно!

С тихим рыком Вилл сконцентрировала остатки сил в одной руке и ударила Гора точечным разрядом прямо в челюсть.

Монстр взревел и отлетел на три метра, рухнув навзничь.

Не теряя ни секунды, Вилл создала вокруг себя полусферу магического барьера.

Огненное копье Эмбер с шипением разбилось о щит.

Вилл: Вы действительно думали, что сможете меня победить?

Вилл поднялась во весь рост, её крылья сбросили ледяную корку и вспыхнули ярким светом.

Вилл: Я не позволю вам, уродам, забрать мою силу!

Эмбер: Проклятье!

Она в ярости ударила копьем о землю.

Эмбер: Она меня достала! Еще бы минута, и я бы её уничтожила!

Тридардт: Сегодня нам не везет!

Он попятился.

Тридардт: Нериссе это не понравится!

Шегон медленно поднялся в воздух, глядя на Вилл свысока.

В его голосе прозвучала странная, почти нежная нота, от которой у Вилл мороз пробежал по коже.

Шегон: Хорошо... остановимся на этом! У нас еще есть козырь в рукаве! Если бы мы не были врагами, мой рыжий ангел, ты была бы моей любимицей!

Мне будет не хватать твоей ненависти... Знаешь, она как наркотик!

Изумительный вкус!

Нерисса парила над Вилл, и её глаза светились триумфом.

Нерисса: Поздравляю, Вилл!

Прошипела она, и её голос эхом разнесся по пустырю.

Нерисса: Маленькая победа в маленькой битве! Но война... война только начинается!

Есть другие миры, другие Сердца, и ты не сможешь спасти их все! Сейчас, Стражница, ты не в силах спасти даже саму себя!

Ведьма вскинула посох, и земля под ногами Вилл задрожала.

Нерисса: Квинтэссенция!

Выкрикнула Нерисса.

Из трещин в асфальте вырвались извилистые, черные как смоль ползучие растения.

Они двигались с неестественной быстротой, словно живые змеи. Прежде чем Вилл успела вскрикнуть, лозы оплели её запястья и лодыжки, врезаясь в кожу.

Всего за минуту лидер Стражниц оказалась распята в воздухе, беспомощная и скованная магическими путами.

Нерисса: Вот и всё, Вилл! Тебе некуда бежать!

Нерисса медленно подлетела к ней, её лицо было в сантиметрах от лица Вилл.

Вилл: Нет... Мы... мы еще сразимся!

Вилл пыталась вырваться, но путы высасывали из неё силы.

Вилл: Я покончу с тобой, Нерисса!

Нерисса: Неужели ты не понимаешь, что проиграла?

Ведьма коснулась холодным пальцем Сердца Кондракара на груди Вилл.

Нерисса: Ты что, оглохла? У тебя нет шансов! Я испробую свою новую мощь на тебе! Твоя жизнь закончится здесь, в этой грязи! Что мне передать твоим занудным подругам? Твой предсмертный крик?

Вилл посмотрела в желтые глаза ведьмы, и в её собственной душе поднялась волна яростной горечи.

Вилл: Что ты собираешься сделать? Убить меня, как Кэссиди?!

Выкрикнула она.

Вилл: Неужели память о ней для тебя - пустой звук?!

Лицо Нериссы исказилось от ярости.

Нерисса: Ты ничего не знаешь!

Взревела она.

Нерисса: Ты не знаешь, что я пережила! Ничто не кончено! КВИНТЭССЕНЦИЯ!

Тьма вокруг Вилл начала сгущаться, превращаясь в смертоносный кокон.

«Я не могу пошевелиться...»

Паника ледяной волной накрыла Вилл.

«Думаю, самое время уносить ноги! Я должна... я должна исчезнуть!»

Она закрыла глаза, концентрируя всё свое отчаяние, всю боль от предательства Мэтта, весь гнев на мать и страх перед Нериссой в одну точку.

Магия, чутко реагирующая на пиковые эмоции, отозвалась оглушительным звоном.

Вилл: Сердце Кондракара!

Взмолилась Вилл в пустоту своего сознания.

Вилл: Я в опасности! Помоги мне! Забери меня отсюда! Туда, где я нужна!

В этот момент реальность над пустырем пошла трещинами. Сердце Кондракара вспыхнуло не розовым, а ослепительным синим светом, который резонировал с далеким зовом из её снов.

Магия перемещения, искаженная вмешательством из другого измерения, сработала как взрыв.Вспышка была такой силы, что Нерисса отлетела назад, закрывая лицо руками.

А когда свет погас, пустырь был пуст.

Только обрывки обгоревших лоз медленно оседали на холодный асфальт.

Вилл Вандом исчезла с Земли.

Автор Zip-Storm к читателю:

«Сила, способная созидать миры, или превращать их в пепел - всё зависит от того, в чьих руках бьётся это Сердце».

Древние предания гласят, что Сердце появилось, когда великая Нимфа, не в силах выносить бессердечие своего отца, обратилась в дракона и покинула этот мир.

Всё, что осталось от её света и боли - этот сияющий кристалл.

Он обладает уникальной способностью: поглощать и объединять магию других талисманов.

Именно так, слившись с Печатью Фобоса, Сердце Кондракара научилось открывать порталы в Завесе и взламывать любые замки.

Сердце Кондракара - это не просто кулон.

Это духовный центр крепости Кондракара. Позже выяснилось, что у каждого измерения есть своё «Сердце».

Иногда это камень, а иногда - живое существо.

Элион стала сердцем Меридиана, а маленькая Лилиан Хейл - воплощением силы Земли.

Раз в несколько поколений Оракул выбирает пять новых Стражниц с Земли, доверяя Сердце самой достойной. Раньше его несла Нерисса, теперь - Вилл.

Но эта власть имеет свою цену.

Без кристалла Стражницы лишаются большей части своих сил, становясь уязвимыми.

Именно поэтому за Сердцем охотятся все: от древних тиранов до, возможно, тех, кто бороздит просторы космоса на стальных кораблях.

Ночь в Хитерфилде была душной, но в комнате Хай Лин веяло ледяным сквозняком, который не могли остановить закрытые окна.

Девочка металась в постели, её пальцы судорожно сжимали одеяло, а веки дрожали от сменяющихся перед глазами пугающих образов.

Хай Лин: Ааа! Н-нет... нет!

Хай Лин задыхалась, пытаясь вырваться из липкого кошмара.

В её видении не было привычных облаков или порталов Кондракара.

Она видела бесконечные коридоры из холодного, тускло мерцающего металла.

Слышала лязг шестерен и видела вспышки синего, электрического света.

А главное - она чувствовала Вилл. Её отчаяние было настолько острым, что Хай Лин физически ощущала боль в груди.

Хай Лин: Хватит... это просто сон!

Хай Лин закричала, и этот крик разорвал тишину комнаты.

Хай Лин: О нет! Вилл! Уходи оттуда! Ч-что происходит?! Она в беде!

Хай Лин резко села.

Пот тонкой струйкой стекал по виску, а сердце колотилось о ребра, как пойманная птица. В ушах всё еще стоял скрежет металла.

Чен Лин: Хай Лин?

Раздался за дверью обеспокоенный голос её отца, Чен Лина.

Чен Лин: Ты в порядке? Я слышал крик!

Девочка глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь.

Хай Лин: Ух... ничего, пап! Просто... просто плохой сон приснился!

Дверь приоткрылась, и в комнату вошел Чен Лин, включая мягкий ночник.

Он подошел к кровати и с тревогой посмотрел на дочь.

Чен Лин: Ты вся вспотела, милая! Ты с самого детства не просыпалась с таким криком! Что тебе снилось? Ты бледная, как бумага!

Хай Лин смотрела в пустоту перед собой, словно всё еще видела те холодные стальные залы.

Хай Лин: Это был ужасный кошмар, пап! Я чувствовала... холод! Настоящий, могильный холод! И страдание! Как будто кто-то очень близкий оказался в ловушке, и на него охотится само зло!

Чен Лин присел на край кровати, нежно гладя дочь по голове.

Чен Лин: Страдание? Милая, это просто твое беспокойство! Вы, девочки, вчера пережили очень напряженный день! Это просто перегрузка эмоций!

Хай Лин: Нет, пап!

Хай Лин перебила его, и её голос стал непривычно серьезным.

Хай Лин: Это было другое! Я видела металл! Мертвый, холодный металл! И бесконечное одиночество! Ей было так страшно, а я... я не могла до неё дотянуться!

Отец улыбнулся, хотя в его глазах читалась грусть.

Чен Лин: Ты всегда была очень чувствительной, моя маленькая художница! Твоё доброе сердце переживает за подруг! Но сейчас  пожалуйста, постарайся уснуть!

Хай Лин: Пап, прости, что напугала. Я... я в порядке! Правда!

Он поцеловал её в лоб и встал.

Чен Лин: Тогда ложись! Завтра занятия, тебе нужны силы! И поменьше фантазируй перед сном, хорошо? Спокойной ночи!

Когда дверь закрылась, Хай Лин еще долго сидела неподвижно. Тишина комнаты больше не казалась ей уютной.

Хай Лин: Этот сон...

Прошептала она, сжимая край подушки.

Хай Лин: Я чувствовала не просто страх. Я чувствовала сбой! Сбой в самой магии!

Она посмотрела на свои ладони, словно ожидая увидеть на них следы того странного синего света.

Хай Лин: У меня очень плохое предчувствие! Это было предупреждение! Вилл не просто в опасности... она изменилась! И она далеко! В месте, где только холод, сталь и тишина!

Хай Лин глубоко вздохнула, принимая решение.

Хай Лин: Утром я должна поговорить с Ирмой, Корнелией и Тарани! Если Сердце Кондракара не в силах вернуть её, значит, случилось нечто, выходящее за рамки наших сил!

Она знала: то, что она видела, не было «просто сном». Это была молитва о помощи, застывшая в металле.

Пятница в Шеффилдском колледже всегда была наполнена гулом голосов и предвкушением свободы. Но для четверых подруг воздух казался густым и тяжелым.

Они стояли на ступенях, и отсутствие одной рыжеволосой фигуры ощущалось как физическая рана.

Хай Лин: Я была рядом с ней!

Хай Лин всплеснула руками, её голос дрожал.

Хай Лин: Во сне я чувствовала такую жуткую немощь, будто из меня выкачали всю жизнь! Я видела Нериссу!

Всё было настолько реально, что я до сих пор не могу унять дрожь в пальцах. Девочки, она в опасности! Моё чутье вопит: нам нужно что-то делать, и немедленно!

Тарани: М-может, тебе просто нужно выпить воды и успокоиться?

Тарани поправила очки, хотя её собственные руки подрагивали.

Тарани: Подождем день или два? Ты просто перенервничала из-за вчерашнего! Кошмары - это не всегда вещие сны!

Хай Лин: Где Корнелия и Вилл? 

Хай Лин проигнорировала попытку её успокоить.

Хай Лин: Почему их до сих пор нет?

Тарани: Корнелия звонила полчаса назад, обещала скоро быть!

Ответила Тарани, нервно поглядывая на часы.

Хай Лин: А Вилл?

Тарани: Глухо! Телефон недоступен, дома её нет! Она просто... испарилась!

Ирма: А вот и наша королева шпилек!

Подала голос Ирма, кивнув в сторону входа.

Ирма: Хотя сегодня она без них, зато с каким-то странным грузом!

Корнелия шла к ним быстрым шагом, прижимая к себе потертый рюкзак.

Лицо её было бледным и сосредоточенным.

Корнелия: О чем шушукаемся?

Спросила она, подходя вплотную.

Тарани: О сне Хай Лин и о том, что Вилл исчезла!

Отрезала Тарани.

Корнелия: Это её рюкзак? Нашла его на обочине, в переулке за пустырем!

Корнелия бросила рюкзак на скамью.

Корнелия: Всё это выглядит очень паршиво!

Ирма: Может, обронила? 

Неуверенно предположила Ирма.

Ирма: Засмотрелась на какого-нибудь красавчика и не заметила, как лямка соскользнула?

Корнелия: Очнись, Ирма!

Корнелия резко расстегнула молнию.

Корнелия: Её телефон внутри. Вилл никогда не расстается с телефоном! Вообще! Никогда! Это значит, что её забрали силой или...

Договорить она не успела.

Рюкзак на скамье ожил, вибрируя и заливаясь бодрой мелодией. Девочки вздрогнули, как от взрыва.

Тарани робко взглянула на экран.

Тарани: П-привет, миссис Вандом!

Выдохнула она в трубку, когда Ирма нажала «принять».

Тарани: Это Тарани!

Сьюзан Вандом: О, Тарани, дорогая!

Голос Сьюзан Вандом звучал подозрительно бодро.

Сьюзан Вандом: Как дела? Вилл с тобой?

Ирма, поняв, что Тарани сейчас упадет в обморок от стресса, выхватила телефон и театрально пробасила:

Ирма: Миссис Вандом, это Ирма! У нас тут... ситуация!

Сьюзан Вандом: Ситуация? Что случилось? Вилл в порядке? Вы в больнице?!

В голосе Сьюзан мгновенно прорезалась паника.

Корнелия закатила глаза и отобрала телефон, включая режим «идеальной отличницы»:

Корнелия: Она более чем в порядке, миссис Вандом! Просто... она вчера так увлеклась нашим общим проектом по... э-э... сравнительной мифологии пришельцев...

Хай Лин: Инопланетян! Скажи про инопланетян!

Зашипела Хай Лин ей в ухо.

Тарани: Да-да!

Быстро подхватила Тарани, притиснувшись к трубке.

Тарани: Мифология инопланетян! Мы так засиделись, что она... ну, в общем, осталась ночевать у Корнелии!

Сьюзан Вандом: Ночевать? 

Сьюзан замолчала на секунду. 

Сьюзан Вандом: Вилл? Но она всегда возвращается домой!

Корнелия: Ну, не всегда, миссис Вандом!

Корнелия нервно хихикнула, бросая на подруг испепеляющий взгляд.

Корнелия: Творческий порыв, знаете ли... он такой! Сегодня пятница, пар нет, так что мы все тут, рядом с колледжем! В кафешке!

Ирма: Ест мой пончик!

Выкрикнула Ирма на заднем плане, надеясь добавить достоверности.

Сьюзан Вандом: Ест твой пончик?

Сьюзан, кажется, поверила.

Сьюзан Вандом: Ну ладно, передавайте ей привет! И пусть позвонит, когда закончит со своими инопланетянами!

Девочки: Обязательно! Пока!

Хором выдохнули девочки и нажали отбой.

Ирма бессильно повалилась на скамью.

Ирма: Фух! Это было близко! Моя актерская игра заслуживает «Оскара» в номинации «лучшая роль обжоры»!

Корнелия: Теперь главное, чтобы она не решила прийти в это мифическое кафе!

Проворчала Корнелия, глядя на рюкзак Вилл.

Корнелия: У нас есть максимум несколько часов!

Тарани снова посмотрела на часы.

Тарани: Если Вилл не найдется до вечера, нам придется признаться, что мы понятия не имеем, где наш лидер!

Ирма: А пока...

Ирма потянулась к своей сумке. 

Ирма: Кто хочет еще пончик? Я так нервничала, что съела свой, даже не заметив вкуса!

Хай Лин не слушала их.

Она смотрела на рюкзак Вилл и чувствовала, как от него исходит холод - тот самый холод из её сна. Металлический, чужой и бесконечно далекий.

Разговор о пончиках и алиби оборвался мгновенно. Воздух над кампусом Шеффилда внезапно задрожал, наполнившись сухим, электрическим треском, от которого заложило уши.

Прямо перед застывшими девочками начал формироваться вертикальный столб пульсирующего фиолетового света, выбрасывающий в стороны искры чистой энергии.

Корнелия: Э-э... кто-нибудь из вас заказывал портал с доставкой на дом?

Корнелия попятилась, прикрывая глаза ладонью от яркого сияния.

Тарани: Ты о чем, Корнелия?

Голос Тарани сорвался на шепот.

Тарани: Это не обычный разлом... Это похоже на... на энергетический взрыв!

Ирма: Мы должны восторгаться этим фиолетовым вихрем или уже пора начинать орать от ужаса? 

Ирма сжала кулаки, чувствуя, как волоски на руках встают дыбом.

Ирма: И почему у меня стойкое ощущение, что наш законный выходной только что превратился в неоплачиваемую сверхурочную работу?

Лицо Хай Лин в свете портала казалось высеченным из камня. Она единственная не отвела взгляд.

Хай Лин: Это знак!

Выдохнула она.

Хай Лин: Наш знак!

Корнелия: Какой еще знак, Хай Лин? 

Корнелия обернулась к подруге. 

Корнелия: Может, хоть кто-то объяснит мне, что здесь, черт возьми, происходит?

Хай Лин: Знак, что мы должны действовать!

Хай Лин сделала шаг навстречу вихрю.

Хай Лин: Мой кошмар, исчезновение Вилл, этот портал... всё это части одной цепи! Нерисса похитила её, или случилось что-то куда более жуткое! Мы не можем больше ждать!

Корнелия: Мы понятия не имеем, где её искать!

Корнелия указала на пульсирующий разлом.

Корнелия: И мы не знаем, куда ведет эта... фиолетовая рвота пространства! Это может быть ловушка!

Хай Лин: Мы не знаем, но Совет Кондракара должен знать!

Хай Лин указала на центр вихря. 

Хай Лин: Посмотрите! Этот портал несет отголоски магии Сердца! Он не мог появиться случайно именно сейчас! Он возник, потому что наши мысли о Вилл создали резонанс! Мы должны прыгнуть сейчас, девочки!

Тарани: Мы не можем просто бросаться в случайные дыры в пространстве!

Тарани поправила очки, которые едва не сползли от вибрации воздуха.

Тарани: Вдруг он ведет прямо в челюсти Нериссы?

Ирма: Знаешь что?

Ирма решительно шагнула вперед.

Ирма: Лучше в челюсти Нериссы, чем в пасть разгневанной миссис Вандом, когда она узнает правду! Мои ботинки уже начинают плавиться от этого излучения! Хватит ныть! Идем!

Корнелия тяжело вздохнула, бросив последний взгляд на спокойный кампус колледжа.

Корнелия: Ладно! Хорошо! Но если мы окажемся в мире инопланетян-мифологов, которые выглядят как гигантские ящерицы, Хай Лин, я заставлю тебя лично объясняться с Оракулом! Пошли!

Девочки, не раздумывая больше ни секунды, одна за другой бросились в фиолетовый зев портала.

Воздух схлопнулся с оглушительным звуком, оставив на пустой дорожке лишь запах озона и забытый рюкзак Вилл.

Высоко в облаках, за пределами времени и пространства, возвышалась крепость Кондракар. Здесь, среди бесконечных залов, пропитанных магией, двое старейшин наблюдали за пульсацией миров.

Галинор: Хм, интересно...

Галинор всматривалась в мерцающую пустоту, её голос дрожал от напряжения.

Тибор: Тебе не следует быть здесь, Галинор!

Тибор, не оборачиваясь, продолжал изучать свитки судьбы. 

Тибор: Ты ищешь ответы там, где остались лишь вопросы!

Галинор: Я боюсь за будущее Кондракара, Тибор!

Она сделала шаг вперед, и её аура вспыхнула тревожным светом.

Галинор: Ты ведь тоже это чувствуешь?

Тибор: Я слышу отчаяние в твоем голосе!

Мягко ответил старейшина.

Тибор: Но страх - плохой советчик для тех, кто хранит равновесие!

Галинор: Тебе прекрасно известно, что старая, печальная история повторяется!

Галинор почти перешла на крик.

Галинор: Вилл исчезла, Нерисса пробудилась... Мы не должны допустить этого снова! Позволь мне вмешаться, позволь мне направить их, пока...

Тибор: Хватит!

Тибор резко обернулся, и его взгляд был подобен грому.

Тибор: Галинор, никто из нас не вправе вмешиваться в решения других! Судьба - это путь, который каждый должен пройти сам! Поэтому я прошу тебя: держись от Стражниц подальше!

Галинор: Но они же еще дети! 

Галинор всплеснула руками.

Галинор: Если Сердце Кондракара попадет в руки Нериссы, всей Вселенной придет конец!

Тибор: Не суди книгу по обложке, старая подруга! Посмотри на них получше!

Тибор указал на магический кристалл, где отражались образы девушек.

Тибор: Они стали старше, сильнее! Ирма, семнадцати лет - стремительная и неукротимая, как сама Вода!

Тарани, восемнадцати лет - чей Огонь горит ярче, чем когда-либо! Храбрая Корнелия, в свои двадцать лет обретшая мудрость Земли!

И самая младшая, шестнадцатилетняя Хай Лин - чей Воздух приносит ей видения из иных миров! И, конечно, их лидер - девятнадцатилетняя Вилл! Да, сейчас она отсутствует, но её связь с Сердцем не разорвана!

(Здесь Стражницы старше, чем в событиях комиксов и мультсериала.)

Галинор горько усмехнулась, качая формой.

Галинор: История повторяется, Тибор! Я не могу с этим смириться! Мы уже совершили эту ошибку однажды, когда оставили Кэссиди на растерзание её собственной судьбе...

Она посмотрела на кристалл, где четыре стражницы только что шагнули в фиолетовый вихрь.

Галинор: Четыре стражницы оставили Вилл! Одна против всего мира... Ошибка прошлого возвращается, Тибор! И на этот раз цена может быть слишком высока!

Зал Совета Кондракара встретил девушек звенящей тишиной и прохладой.

Оракул стоял в центре, его фигура казалась почти прозрачной на фоне плывущих облаков.

Оракул: Спасибо, что пришли так быстро!

Его голос эхом отозвался под сводами.

Оракул: Расскажите, что тревожит вас, Стражницы!

Хай Лин: Вы и сами знаете!

Хай Лин выступила вперед, её глаза лихорадочно блестели.

Хай Лин: Где Вилл, Оракул? Правда! Нам нужна только правда!

Оракул обвел теплым, но печальным взглядом повзрослевших чародеек.

Оракул: Хорошо, что ты так предана подруге, Хай Лин! Вы поступили как истинные соратницы: почуяв неладное, не стали ждать рассвета! Но новости, которые я храню... тяжелы!

Лицо мудреца омрачилось, и по залу пробежала тень.

Ирма: Надеюсь, ничего серьезного?

Ирма нервно поправила волосы. —

Ирма: А то моё «несерьезное» обычно заканчивается многочасовыми битвами за спасение миров!

Тарани: Я тоже надеюсь, Ирма!

Тихо добавила Тарани.

Тарани: Но посмотри на Оракула! На его лице написано: «готовьтесь к худшему»!

Оракул: К сожалению, девочки, правда горька!

Оракул тяжело вздохнул.

Оракул: Нерисса вернулась!

Ирма: Ох, нет!

Ирма всплеснула руками.

Ирма: Я сглазила! Вот это действительно «бингo» плохих новостей!

Корнелия: Не может быть... 

Корнелия побледнела, отступая на шаг.

Корнелия: Мы же покончили с ней! Это невозможно! Я не верю!

Хай Лин: Поверь, подруга!

Хай Лин положила руку ей на плечо.

Хай Лин: Мои сны никогда не лгут. Это не просто кошмар!

Оракул: Спокойно, Корнелия! 

Голос Оракула стал тверже.

Оракул: Скоро ты всё поймешь! Вилл сейчас нуждается в вас как никогда! Но вы не найдете её в Хитерфилде! И даже не на Земле!

Девочки замерли.

Оракул: Ваша подруга находится на борту корабля Десептиконов под названием «Немезида»!

Продолжил Оракул.

Оракул: Этот крейсер сейчас рассекает пустоту космоса, направляясь к планете Кибертрон!

Ирма: Десептиконы?!

Ирма вскинула бровь.

Ирма: Это что, какой-то новый дерзкий бойз-бэнд? Они хоть поют хорошо? А Вилл что - их новая вокалистка на разогреве?

Тарани: Ирма, сейчас не время! 

Шикнула на неё Тарани.

Хай Лин: Кибер... что? 

Переспросила Хай Лин. 

Хай Лин: Простите, я не ослышалась?

Оракул взмахнул рукой, и в воздухе соткалась проекция планеты, полностью состоящей из металла и светящихся жил энергии.

Оракул: Миллионы лет назад Кибертрон был оазисом мира,

Начал он, и в его голосе зазвучала эпическая скорбь.

Оракул: Пока жадные до энергии Десептиконы не развязали великую войну! Не созданные для битв, мирные Автоботы были разгромлены и порабощены!

Многие бежали, но горстка отважных механизмов изменила тактику и перешла в контрнаступление!

С тех пор мир на этой планете длится не дольше вспышки искры!

Тирания сменяется восстанием, десептиконы свергают правителей, автоботы отвоевывают свободу... Война там бушует и по сей день!

Ирма: Просто блеск!

Ирма упала духом.

Ирма: Наша Вилл угодила в самую гущу разборок ржавых консервных банок! Хоть раз у нас может всё пройти нормально?

Она посмотрела на свой безупречный маникюр и вздохнула.

Ирма: Ну что ж, «нормальная жизнь» официально отменяется! Опять спасать мир? Опять лезть в логово к злодеям?

Мои ногти этого не переживут, но ради Вилл... я готова разнести этот металлический шарик на куски!

В огромном зале Кондракара повисла тяжелая пауза.

Слова Оракула о далекой войне и "железных монстрах" эхом отдавались в сознании девушек.

Хай Лин: Ирма, это серьезно!

Хай Лин резко обернулась к подруге, её голос больше не дрожал.

Хай Лин: Вилл в опасности.!Разве не наш долг - хранить порядок во всех мирах, какими бы странными они ни были?

Ирма: Я знаю...

Ирма понурилась, её обычный задор исчез.

Ирма: Мне тоже за неё страшно, Хай Лин! Просто... я так пытаюсь скрыть этот холод внутри!

Тарани: Мы теперь даже колдовать толком не можем!

Тарани обхватила себя плечами, глядя на свои пустые ладони.

Тарани: Без Вилл и Сердца Кондракара мы бессильны! Что, если мы никогда не вернем её назад? Кто мы без неё? И что станет с Кондракаром, если Хранительница погибнет в пустоте космоса?

Корнелия: Сейчас нам только не хватает перессориться, как маленьким детям!

Корнелия решительно шагнула в центр круга.

Корнелия: Главное - найти её! Под угрозой не только магический баланс, но и жизнь нашей подруги!

Оракул смотрел на них с глубокой печалью.

Оракул: Никогда не ссорьтесь! Вас осталось четверо, и я боюсь, что в этом приключении вам понадобятся все ваши силы и всё ваше мужество, чтобы просто выжить!

Корнелия: Значит, вы даже не знаете, что нас ждет?

Корнелия заглянула в глаза мудрецу.

Корнелия: Вы не можете сказать, удастся ли нам вернуть её домой?

Оракул медленно склонил голову.

Оракул: Нет, Корнелия! Мой взор туманится, когда я смотрю на звезды Кибертрона! Я могу только надеяться, что у вас всё получится!

Корнелия: Вы отправите нас туда? Как скоро?

Оракул: Сейчас, моё нетерпеливое дитя! Немедленно!

Хай Лин: А как же наши семьи? 

Хай Лин испуганно округлила глаза.

Хай Лин: Они же будут сходить с ума от волнения!

Оракул: Об этом не беспокойтесь,

Оракул взмахнул рукой, и в воздухе возникли призрачные образы девушек.

Оракул: Я уже создал астральных дублей для каждой из вас, включая Вилл! Они останутся в Хитерфилде, чтобы никто ничего не заподозрил! Ваши родные будут видеть, как вы занимаетесь обычными делами!

Тарани: Значит, мы летим в мир роботов, пока наши копии едят завтраки с нашими родителями?

Тарани нервно поправила очки.

Тарани: Это чистое безумие!

Ирма: Ну, астральные дубли - это удобно!

Ирма попыталась выдавить улыбку.

Ирма: Никаких объяснений за опоздания!

Корнелия обернулась к подругам, в её взгляде горел огонь решимости.

Корнелия: Девочки, за работу! Все готовы? Вместе мы всегда сильнее  с магией или без!

Четыре Стражницы переглянулись, и в этот миг между ними снова вспыхнула та самая невидимая связь, которая делала их командой.

Ирма: Конечно!

Выкрикнула Ирма.

Ирма: Какие бы ужасы ни ждали нас впереди, мы справимся! Мы всё еще Стражницы!

Оракул: Я не могу отпустить вас с пустыми руками!

Оракул простер ладони к небу.

Из центральной колонны света вылетели четыре сияющих сфер.

Оракул: Ваша сила сейчас ограничена, а Кибертрон - суровый мир! Возьмите это частицы ваших Арамер!

Они станут вашим внутренним источником! С ними в ваших жилах снова потечет магия, и вы сможете обходиться без Сердца Кондракара какое-то время!

Сферы впитались в грудь девушек, и зал наполнился гулом пробуждающейся стихии.

Автор Zip-Storm к читателям:

«Магия не рождается из пустоты; она течет по невидимым венам Вселенной, соединяя сердце Стражницы с душой Кондракара».

Арамеры - это мистические артефакты, выступающие в роли «ретрансляторов».

Каждый из пяти Арамеров настроен на уникальную частоту одной из Стражниц. Они служат невидимым мостом, который качает волшебную энергию Кондракара через границы измерений прямо к кулону Вилл и её подругам.

Именно благодаря Арамерам девочки остаются Стражницами, где бы они ни находились - на Земле, на Меридиане или на борту десептиконского крейсера.

Это их спасательный круг. Если связь с Арамером оборвется, магия угаснет, оставив девочек один на один с суровой реальностью без какой-либо защиты.

Ирма почувствовала, как по телу разливается забытое тепло магии. Она посмотрела на свои руки, искрящиеся энергией Арамер.

Ирма: Это что... повышение по службе?

Попыталась она пошутить, но голос подвел её.

Оракул: Разве что микроскопическое, Ирма!

Оракул смотрел на них с нескрываемой тревогой.

Оракул: Я дал вам всё, что было в моих силах! Теперь - идите! Время утекает сквозь пальцы, как звездная пыль!

Тарани: Вперед!

Тарани поправила очки, и в её глазах отразилось пламя.

Тарани: Мы должны спасти Вилл!

Ирма: Давайте превращаться в фей...

Ирма на мгновение замолчала, поправляя себя.

Ирма: То есть, в Стражниц! ЕДИНСТВО!

Зал наполнился вспышками стихий.

Четыре фигуры взмыли в воздух, окруженные ореолами воды, огня, земли и воздуха.

Хай Лин, чувствуя, как ветер подхватывает её, бросила последний взгляд на безмятежные облака Кондракара.

«Интересно, какое испытание ждет нас на этот раз?»

Подумала она.

«Впрочем, поворачивать назад уже поздно. Мы либо спасем её, либо исчезнем в этой пустоте вместе с ней».

Оракул: Удачи, Стражницы!

Оракул поднял руки, открывая межзвездный тоннель.

Оракул: Пусть вас защитит безграничная сила Кондракара! Я верю... в вас!

Волшебный вихрь подхватил девушек, унося их сквозь пространство и время, превращая их силуэты в крошечные точки света.

Оракул долго смотрел им вслед, пока портал не закрылся.

Оракул: Я предвижу необычайное развитие событий!

Прошептал он в пустоту.

Оракул: Впереди их ждет тяжелая борьба! Если они не справятся, жизнь во Вселенной в том виде, в каком мы её знаем, будет уничтожена! Вместе они выстоят... но порознь падут!

Наступили трудные времена, и им понадобится помощь, даже если они об этом еще не знают!

Альфа Трион, я надеюсь, ты сделал правильный выбор, доверив судьбу своего мира этим детям...

Пока в небесах решалась судьба галактики, на Земле жизнь текла своим чередом.

В ресторане «Серебряный Дракон» пахло имбирем и жасмином, но атмосфера была наэлектризована.

Калеб метался по залу, его лицо было сосредоточенным и мрачным.

Ян Лин: Девочек здесь нет, Калеб!

Ян Лин медленно опустила чашку чая, её взгляд был устремлен куда-то за пределы стен ресторана. 

Ян Лин: Они отправились на важную миссию. Они в Космосе.

Калеб: Миссию?

Калеб резко остановился.

Калеб: Куда? Когда они вернутся, госпожа Лин?

Ян Лин посмотрела на него, и в её глазах Калеб увидел вековую печаль.

Ян Лин: Они отправились на Кибертрон, искать Вилл!

Тихо ответила она.

Ян Лин: И вопрос не в том, «когда» они вернутся, Калеб... А в том, вернутся ли они вообще!

Продолжение следует...