5. Map

— Почему у тебя на карте все стерто? Невозможно побывать во всех странах! Еще и с Антарктидой...Я оборачиваюсь, не отнимая руки от висящего на стене плаката, поэтому успеваю увидеть, как Каору пожимает плечами.— Вообще я использую ее не по назначению. Мне нравится, что страны разноцветные, поэтому пришлось стереть все разом. Кроме тебя никто не задавал вопросов.— Какие невнимательные люди, — замечаю я, тихонько хмыкнув.— Скажу в их оправдание, что кроме тебя никто и не видел всю карту.— Вот как... — задумчиво выдыхаю я, отворачиваясь. Мои пальцы скользят по холодной гладкой поверхности плаката, пока не натыкаются на шершавую стену, и я опускаю руку. — У тебя не бывает гостей?— Я никому достаточно не доверяю, чтобы приглашать в гости, — отвечает Каору, подходя совсем близко ко мне. — Так чай или кофе?— А ты как думаешь? — Я не умею говорить игриво, как другие девушки, но стараюсь изо всех сил. — Конечно, кофе!Каору зачем-то похлопывает меня по плечу и отступает к плите, чтобы заняться кофе. Я молча устраиваюсь за столом с краю — кажется, это место как раз предназначается гостям. С этого места очень удобно наблюдать, как Каору медленно и методично насыпает кофе в турку, добавляет воды, зачерпывает что-то мерной ложкой из жестяной баночки без подписи, чтобы добавить в кофе, и ставит турку на огонь. Я дышу часто и неглубоко, разглядывая такой знакомый профиль: нос с едва заметной горбинкой, впалые от усталости щеки, темные пушистые ресницы, глаза, меняющие цвет в зависимости от освещения... Каору переводит взгляд на меня, отвлекаясь от закипающего кофе, и я поспешно отворачиваюсь, будто все это время сидела, уставившись в окно. Даже подпираю щеку рукой для верности. «И вовсе не потому, что так ты выглядишь задумчивой и более загадочной!» — комментирует мои действия внутренний голос.Внезапно мне приходит в голову идея.— А если я подарю тебе такую, но поменьше, ты нанесешь на карту только посещенные страны? — спрашиваю я, глядя на отражение Каору в оконном стекле.— Сначала подари, а там посмотрим, — звучит ответ, когда передо мной появляется солнечно-желтая чашка с ароматным кофе.