На кончиках кисти

Сцена 1. Комнаты Ханина. Поздний вечер

Мягкий свет лампы. Тишина. Ханин сидит за большим столом, в задумчивости вертит в пальцах кисточку для рисования. Входит Чаран. Он в расстёгнутой тёмной рубашке, слегка растрёпанный после дневных дел.

Чаран (улыбаясь): — О чём думаешь, художник мой несостоявшийся?

Ханин (смотрит на него взглядом, полным жара): — О тебе.

Чаран слегка хмелеет от этого взгляда.

Чаран (осторожно): — Обо мне?

Сцена 2. Просьба о портрете

Ханин резко встаёт и подходит ближе, почти вплотную.

Ханин (тихо, горячо): — Нарисуй меня. Прямо сейчас. Я хочу, чтобы ты смотрел только на меня. Чтобы твои глаза изучали каждую черту моего лица... моих глаз... моих губ...

Чаран слегка смущён, но не может отвести взгляд.

Чаран (шёпотом): — Ты понимаешь, что просишь?

Ханин (уверенно): — Да. И я хочу этого.

Чаран качает головой с лёгкой улыбкой, достаёт альбом и карандаш.

Сцена 3. Рисование

Ханин садится на стул напротив Чарана, запрокидывает голову, чуть прищурив глаза. Чаран начинает быстро и чётко выводить линии.

Чаран (тихо, сосредоточенно): — Не двигайся. Хочу запомнить каждую тень на твоём лице.

Ханин наблюдает за его руками, за тем, как Чаран кусает губу от концентрации. Он не может скрыть трепет.

Ханин (шёпотом): — Никто и никогда так на меня не смотрел...

Чаран (не поднимая глаз): — Потому что никто и никогда тебя так не любил.

Сцена 4. Продолжение на теле

Ханин встает, подходит к Чарану, накрывает его ладони своими. Его голос дрожит от желания и волнения.

Ханин (горячо): — Хочу, чтобы ты продолжил рисовать... но уже на мне.

Чаран (поражённо): — На тебе?..

Ханин: — На моей коже. Чтобы линии были только нашими. Чтобы твои пальцы оставляли на мне следы.

Чаран медленно кладёт кисть на стол, его дыхание учащается.

Чаран (тихо): — Если я начну... я не смогу остановиться.

Ханин (подходит ещё ближе, шёпотом в ухо): — И не надо.

Сцена 5. Рисунок на теле

Чаран берёт тонкую кисть, макает её в чёрную тушь. Ханин снимает рубашку, остаётся с обнажённым торсом. Чаран проводит кистью по его ключице — тонкая, чуть щекочущая линия.

Ханин (замирает, шепчет): — Холодно... но так приятно.

Чаран начинает медленно рисовать изогнутые линии от ключиц вниз, вдоль рёбер. Ханин дрожит под каждым прикосновением.

Чаран (шёпотом): — У тебя невероятная кожа. Как шёлк. Каждый миллиметр — как холст.

Ханин (прикрывает глаза, тихо): — Я хочу, чтобы ты рисовал меня снова и снова. Чтобы это было только между нами...

Сцена 6. Внезапный момент

Чаран склоняется ближе, их губы почти соприкасаются. В этот момент дверь внезапно приоткрывается — Чакри снова врывается в самый неподходящий момент.

Чакри (в изумлении, почти орёт): — Господи... Ну, вы двое вообще когда-нибудь отдыхаете?!

Ханин резко оборачивается, полуголый, с тушью на груди. Чаран в панике прячет кисть за спиной.

Ханин (смущённо, но с вызовом): — Чакри! Учись стучаться!

Чакри (разводит руками): — Я стучал! Два раза!

Ханин закатывает глаза, Чаран смеётся, но в глазах у обоих всё ещё горит огонь желания.

Конец серии

Камера медленно отъезжает, оставляя троицу в комнате — Чакри с поднятыми руками, Чаран с кистью и Ханина, с мерцающими линиями на коже.