Глава 8. Те, кто остаются

Особняк Эвергреев стоял, с видом на весь город - от стеклянных башен до старых кварталов, где улицы пахли дождём и бензином.Вектра спала с открытыми глазами. Даже ночью здесь горели фонари, и тени двигались сами по себе.

Арабесса не спала.

Она сидела у окна в длинной рубашке, зажав кружку кофе в руках, который давно остыл.На стекле отражались её волосы - белые, с алыми кончиками, будто пламя застывшее в снегу.В отражении за её плечом - Калион, опершийся на стену.

Он был странно спокоен, как всегда.Только пальцы, постукивающие по стеклу бокала, выдавали, что внутри него идёт война.

- Они не закроют школу, - сказал он.- С чего ты взял? - не оборачиваясь, спросила Арабесса.- Потому что школа - это не просто школа. Это витрина для города, - в его голосе звучала усталость. - Родители платят за престиж, а не за безопасность.- Престиж, на котором кровь.- Кровь всегда была частью их декораций. Просто раньше её смывали быстрее.

Арабесса усмехнулась.- Ты говоришь, будто сам часть этой системы.- Мы и есть часть, - спокойно ответил он. - Дети тех, кто сделал Вектру такой, какая она есть. Хотим мы этого или нет.

Он поднялся, прошёл к бару, налил себе воды и посмотрел в зеркало над камином.- Знаешь, иногда я думаю, - продолжил он, - что отец не умер. Что его просто... убрали. Потому что он знал слишком много.- Не начинай, Калион.- Почему нет? - он резко повернулся к ней. - Мы вернулись в его город, в его школу. Три убийства за месяц, а всех заставляют делать вид, будто это не имеет значения. Разве тебе не кажется, что всё это не совпадение?

Она хотела ответить - но не смогла.Он был прав.

Калион всегда был другим.Не таким, как она - вспыльчивым, острым, искренним.Он был холодом. Точностью.Каждое его слово - выверено, каждый шаг - просчитан.Он мог лгать, не моргнув глазом, и улыбаться, когда хотел врезать.Но за этим спокойствием всегда стояла ярость - тихая, безымянная,ярость человека, которому пришлось слишком рано стать взрослым.

- Я ненавижу Вектру, - сказала Арабесса.- А она тебя любит, - ответил он с тенью иронии. - Любит ломать тех, кто пытается уйти.

Он снова сел напротив, скрестив руки.- Слушай, - сказал он после паузы, - если это действительно повторение... если кто-то снова открывает ту игру, что началась при отце...- Тогда?- Тогда мы в ней пешки. Но я собираюсь стать тем, кто перевернёт доску.

Часы пробили полночь.Огонь в камине погас, оставив только тлеющие угли.Тишина была почти физической, и вдруг Арабесса спросила:

- Ты чувствуешь, что за нами следят?- Уже давно.

Он посмотрел в окно, где на миг мелькнуло что-то похожее на отражение.Может, человек. Может, просто игра света.

- Завтра идём в школу, - сказал он наконец.- После всего?- Чем быстрее мы там появимся, тем меньше они будут подозревать. В Вектре не прячутся - притворяются.

Утро было странно солнечным.Солнце - редкость для Вектры, и оно выглядело почти оскорбительно ярким.

Близнецы приехали в «Сент-Джеймс» в одной машине, молча.Школьные ворота сияли, как будто здесь не было ни крови, ни смерти.На газонах - студенты, будто ничего не произошло.Фальшивая идиллия, пахнущая страхом.

Когда Арабесса вошла в здание, первые, кого она увидела, были Мориэн, Лиам и Дриан.Они стояли у лестницы, как обычно - в центре внимания, как короли в коридоре.

Мориэн оторвался от разговора и, увидев её, ухмыльнулся.- Доброе утро, Бесса.

Она замерла.- Не называй меня так.- Почему? - его голос был ленивым, почти мягким. - Подходит тебе. Коротко. Звучно. С огоньком.

- Это не имя, а издёвка.- Всё зависит от того, кто произносит.

Лиам хмыкнул, Дриан усмехнулся.Калион, стоявший рядом, посмотрел на Мориэна с выражением, которое можно было бы принять за спокойствие, если бы не лёгкое дрожание пальцев на его рукаве.

- Она сказала "не называй", - тихо произнёс он.- А я не привык подчиняться приказам, - спокойно ответил Мориэн.

Напряжение между ними повисло в воздухе, как натянутая струна.

Директор объявил об утреннем собрании.В актовом зале снова говорили о "трагедии", "безопасности", "сплочённости".Все эти слова звучали как бумага, слишком тонкая, чтобы прикрыть реальность.

Мисс Орин, новая преподавательница, сидела в первом ряду. Её взгляд остановился на близнецах чуть дольше, чем нужно.Арабессе показалось, что она что-то знает. Или ждёт.

После собрания Мориэн догнал её у выхода.- Ты изменилась, Бесса, - сказал он, словно они были старыми знакомыми.- Я не меняюсь под давлением.- Вот и проблема, - ухмыльнулся он. - Давление - это то, на чём держится этот город.

Он наклонился ближе, почти касаясь её плечом.- Осторожнее. Иногда те, кто слишком громко борются против системы, становятся её украшением. В мраморе.

- Это угроза? - холодно спросила она.- Предупреждение. От друга.- Ты мне не друг.- Ещё нет, - произнёс он и ушёл.

Калион подошёл почти сразу.- Что он тебе сказал?- Что я плохо поддаюсь давлению.- Значит, ты всё делаешь правильно, - ответил он.

Он накинул на неё пиджак - свой, тёмный, слишком большой.- Будь начеку. Мориэн играет, но не всегда словами.

Она кивнула.Солнце скользнуло по мраморному полу, и на мгновение показалось, что на нём снова проступает кровь.

Арабесса моргнула - и видение исчезло.Но ощущение не ушло.

Что-то в этой школе менялось.Что-то невидимое, но всё ближе.И с каждым днём, всё чаще, ей казалось,что игра, начатая родителями,только входит в силу.