Восемндацатая глава

Шатен выпрямился, провёл рукой по лицу, вытирая чужую кровь. Его дыхание было сбитым, грудь тяжело вздымалась под мокрой от пота и крови рубашкой. Он посмотрел на свои руки, костяшки были разбиты, на них проступала свежая кровь, на растерзанный пиджак брюнета, на его разбитое лицо. Потом перевёл взгляд на свою возлюбленную. Она стояла перед ним, бледная, с широко раскрытыми глазами, в руках она всё ещё сжимала те самые белые розы, подаренные этим незнакомцем. Её руки дрожали, а пальцы побелели от напряжения, даже лепестки уже начали осыпаться на пол.-Это что? - спросил он, и голос его был глухим, хриплым-Гриш, я не... - робко начала она, но даже не успела договоритьОглядев её еще раз, шатен резко протянул руку, вырвал букет из её пальцев и со всей силы швырнул его в стену. Лепестки разлетелись по комнате. На пол упало несколько смятых стеблей и разбитая коробочка с подарком, которая была прицеплена к упаковочной бумаге. Наступила жуткая тишина.-Выходим, - на выдохе сказал зеленоглазый, хватая белокурую за запястье, которая от испуга и неожиданности вздрогнула и попыталась вырваться, но его хватка была крепкой, что казалось останутся синяки - я сказал, выходим, Вика.Он потащил её к выходу. Она спотыкалась на каблуках, пытаясь не отставать, чувствуя, как его пальцы сжимают её руку до боли. В коридоре она попыталась остановиться, упереться, но он был слишком силён.-Григорий! - закричала она - Прекрати! Ты не имеешь блять никакого права вот так брать и тащить меня! -Заткнись, - рыкнул он, не оборачиваясь, и в голосе его звенел жуткий холодОн вывел её на улицу, где их уже ждала машина. Дверь открылась, и он почти затолкал девушку на заднее сиденье, сам сел рядом и хлопнул дверью. Водитель, не дожидаясь приказа, нажал на газ. Машина сорвалась с места.Некоторое время они ехали в тишине. Девушка сидела, вжавшись в угол, глядя на него. Он смотрел в окно, и его лицо было напряжённым, скулы ходили ходуном.-Ты больной, - сказала она, и голос её дрожал от злости - Ты устроил это кровавое месиво при всех! Ты мог его убить!-Я мог, - ответил он, не поворачиваясь - но не убил.-Он просто пригласил меня на ужин!-Он прикасался к тебе! - шатен резко повернулся к ней, и в его глазах горела все та же ярость, которую он, вероятнее всего, все это время пытался заглушить - Ты стояла и смотрела, как он тебя трогает! Ты блять взяла его цветы! Ты улыбалась ему!-Я не улыбалась! Много ли ты видел? Да и черт возьми, это работа, Гриша! Ты сам говорил, что я должна быть вежливой!-С нормальными людьми! - он ударил кулаком по сиденью, и девушка невольно вздрогнула - А он не нормальный! Он смотрел на тебя как на шлюху! Как на вещь, которую можно купить! Ты не видишь разницы?-А ты, значит, лучше? - она подалась вперёд, и в голосе её зазвенела злость - Ты тоже смотришь на меня как на вещь! Ты просто взял и решил за меня! Ты не дал мне даже слова сказать!-А что бы ты ему сказала? - закричал он и его голос сорвался на хрип - Ты бы сказала «нет»? Ты думаешь, он бы остановился? Эти люди не понимают слова «нет»! Они слышат только «да»! Они будут давить, пока не сломают тебя! Ты не знаешь, как мыслят эти люди!-А ты много знаешь? - язвила она, толкая его в плечо и чувствуя под пальцами его напряжение и злость, которая исходила от него - Наверняка, ты и был в рядах таких же, да?-Да, я был! Представляешь? - рявкнул он, и она замолчала - Я был таким, Вика! Я знаю, о чём говорю! Я знаю, что они делают с такими, как ты! Они не остановятся, пока не получат своё! И я не позволю этому случиться! Даже если ты будешь меня ненавидеть!-Ты не имеешь права решать за меня! - крикнула она, и слёзы обиды и злости потекли по её лицу-А ты хотела, чтобы я просто стоял и смотрел? - его голос стал тише, но от этого только жёстче - Чтобы я смотрел, как он лапает мою женщину? Как он прижимает тебя к себе и шепчет всякие гадости на ушко? Ты моя, Романова, слышишь? Я не позволю никому к тебе прикасаться!-Ты меня душишь! - она ударила его в грудь ладонями, но он даже не дрогнул - Ты пытаешься меня контролировать, как будто я сама не могу с этим справиться.-Ты и не можешь с этим справиться сама, как ты этого не поймешь? Я тебя охраняю! - рявкнул он, схватив её за запястья - Есть же разница! Потому что я не могу спокойно сука смотреть, как кто-то к тебе прикасается! Мне становится плохо физически! Я не могу сдерживать это! Я скажу тебе это еще раз, я не позволю никому тебя тронуть и пальцем.-Я не твоя вещь! - крикнула она, пытаясь вырваться, но он снова держал крепко - Разве ты лучше этого урода, раз присваиваешь меня к себе?-Нет, - сказал он, притягивая её ближе, и его голос стал почти шёпотом, но в нём все также проступали нотки жестокости - ты не вещь. Ты моя женщина, малыш. И я буду защищать тебя от всего мира, даже если это значит, что я буду делать больно другим. Даже если это значит, что ты будешь злиться на меня за это. Потому что я не хочу потерять тебя из-за каких-то долбоебов. Я слишком долго выстраивал этот ебучий мост между нами, чтобы ты сейчас была со мной и отдать тебя кому-то просто так я не готов.Она замерла, глядя на него. В его глазах не было никакого раскаяния за содеянное, только твёрдая, бесконечная уверенность. Она знала, что он говорит правду, что он не шутит и что он действительно готов убить за неё, если будет такая необходимость.-Ты просто дикий, Ляхов, - сказала она, и голос её опять предательски дрогнул -Знаю, - ответил он, отпуская её запястья и роняя ее на свою грудь, тем самым заключая в ласковые объятия - и я не могу быть другим, малыш.Белокурая смотрела на него, чувствуя, как внутри неё бушует самая настоящая буря. Она не могла его изменить. Да, наверное, и не хотела этого. Потому что в этом безумии, в этой ярости, в этой одержимости была та самая любовь, масштабы которой он мог ей показать. И она знала, что она никуда не уйдёт от него. Потому что без него она тоже не могла. Безусловно, сколько бы она ему не говорила, что справилась бы с этим уродом сама, она понимала, что это невозможно, что если бы не её возлюбленный, то с ней бы могло произойти все что угодно. В такие моменты она, действительно, понимала насколько сильна его любовь и насколько он готов уйти в безумие, чтобы отгородить её от опасностей. Несмотря на всю эту нездоровую часть, она все равно его любила до одурения. Машина выехала на набережную. Вечерний город мелькал за окнами. Мужчина опустил стекло и в салон ворвался прохладный ветер, смешанный с запахом реки. Он достал пачку сигарет из кармана своих брюк, выбил одну, ловко перехватил губами. Щелчок зажигалки, и кончик сигареты вспыхнул рыжим огоньком, осветив его лицо на мгновение. Он глубоко затянулся, и дым, смешанный с вечерней прохладой, потянулся к открытому окну.-Придется теперь руками выстирывать твою рубашку, - тихо сказала она, поправляя его запачканный воротник и отсаживаясь обратно на свое прежнее место - если уж получится.-Я куплю себе новую, - отмахнулся он, роняя свою ладонь на её колено и пристально смотря на неё. Сигарета тлела в его пальцах, и казалось, что вместе с её жаром уходит и та злость, что горела в нём несколько минут назад, теперь он был ласков, как и прежде - ты себе хочешь что нибудь? Новое платье? Или украшения?-Ты же знаешь, какое у меня отношение к украшениям, подаренным тобой, - усмехнулась она, отворачиваясь к окну и слыша его смешок, а после тихонько добавляя - сейчас я бы хотела только отдохнуть.