Всё будет хорошо

— Ты, сука должен меня хотеть! — орала чёрноволосая омега, — Меня все хотят!

— Не мои пробле-е-емы-ы, — внутренний тролль проснулся. — твой ор не сравниться с пением Сала. 

— Опять ты про это сало! Сколько можно?! Ты должен меня хотеть, а не эту потаскушку! — продолжала вещать зеленоглазая.

— Сало ещё не сасало. — захохотал я, понимая, что в каждой шутке есть доля правды. — Хм, как будет потаскушка в мужском роде? — спросил сам себя я. — Потаскух?

— Ты меня слушаешь вообще?! — горланила омега.

— Нет. — плюхнувшись на диван и развалившись на нём, прикрыл глаза, представляя голубоволосое чудо.

— Эй! Ноги убрал! — попыталась столкнуть меня она.

— Как тебя вообще зовут? — не смотря на неё, хмыкнул.

— Эмили, запомни ты наконец это уже! — заорала «жена» и ушла хлопнув дверью.

— Бешенная какая-то, не то, что Сало-ещё-не-сосало. — довольно хмыкнул и вздохнув погрузился в дрёму.

***

   Что ж могу сказать одно точно — наши приключение с Трэвом ещё только начались. Сейчас сидит недовольный и щурится из-за фонаря под глазом. Классно погуляли, побегали, а ещё на заброшку какую-то сгоняли и подрались с шайкой секретуток, приняв, что я отбила «клиента».

— Салли, — блондин перехватил моё запястье и виновато взглянул. — прости.

— Ты дурак, — потрепав его по мягким и шёлковым волосам хихикнула и снова приложила курицу из холодильника.

— Почему? — возмутился чёрноглазый состроив недовольную моську.

— Потому, что гладиолус.

— Он тут причём? Ик. — икнул блондин.

— Помолчи, — просто обняв его улыбнулась и уткнувшись в макушку довольно вздохнула.

— Порой ты меня пугаешь похуже маньяка. — обняв в ответ блондин, убирая курицу на стол.

— Я хуже маньяка? — присев в наглую на колени взъерошила волосы, от чего они встали дыбом во все стороны.

— Хватит домогаться до волос. — пытаясь убрать мои руки с таких мягких волос.

— Не-е-ет, они у тебя пушистые. — ещё больше ерошу патлы и довольно улыбаюсь.

— Зараза. — смирившись, что я не отстану от него, обняв прижал к себе, а я довольная жизнью чешу его за ушком. — Извращенка.

— Вся в тебя. — щёлкнув по носу начинаю тискать его за щёчки, как хомяка. — Хомяк.

— Иди в зад. — снова пытается отцепить руки.

— К тебе? — снова ухмыляюсь представляя эту картину. — Поза рака отлично смотрится с тобой.

— Сейчас ты так встанешь. — рычит блондин.

   Тут же замолкаю, вспоминая, что он альфа и делов может натворить. Только улыбаюсь на его угрозу и чмокнув его в щёчку убегаю на второй этаж.

***

   С каждым днём всё хреновее и хреновее — головная боль и этот странный звон в ушах. Это однозначно ни к чему хорошему не приведёт. Снова валяюсь и бездельничаю от лени. В голову ничего дельного не приходило, кроме, как позвонить патлатому, но абонент не доступен. И приходится страдать, а фантазия так и подкидывает не самые лицеприятные сцены.

   Промычав в подушку, от недовольства и тупости своей фантазии, сгрёб и подмял под себя подушку, прямо, как Ларри тогда... Лёки так и загорелись только об одном упоминании того вечера.

— Чего мычишь и краснеешь? — Салли бухнулась на кровать параллельно стоящей моей.

— Тебе не понять. — щёки ещё сильнее загораются и я пытаюсь успокоить фантазию.

— Ага, на год старше и через четыре года станешь официальным человеком живущим США, ваще круто, тогда и работать начнёшь. — выводила неведомые круги голубоволосая.

— Получается, пока я не стал совершеннолетним, я не существую что ли? — порой мысли своей сестры были настолько абсурдные и интересные, что мы часами можем разговаривать об этом.

— Видимо да. — засмеялась она.

— Прекрасно. — в конец сползя на пол, стал пялиться в потолок.

***

   Оповещение, что Лар в больнице — вызывает волнение и вопросы. Едва накинув курточку, уже бегу в больницу, она только одна. Страх потерять истинного подгоняет всё сильнее. Прохожие будто на зло решили сегодня выйти на улицу прогуляться. Даже возгласы недовольных альф не пугает меня так сильно.

   В помещении пахнет хлоркой и мёртвым воздухом. Мед.сестра стоит на ресепшене и чиркает в журнале, паралельно отвечая в телефон, что-то про больного.

— Лоуренс Джонсон в инфекционной, второй этаж, вторая дверь слева. — без вопросов произносит гамма и показывает в сторону куда мне нужно.

— Спасибо!

   Сразу бегу по указанному направлению. Звон в ушах и полнейшая тишина сопровождаемая моим тяжелым дыханием и стуком сердца в рёбрах, от этого становится не по себе. Палата для одного человека и шатен сидит на кровати, зачёсывая свои патлы назад.

— Дурак, я за тебя переживал! — возмущенно шиплю и крепко обнимаю.

— Я тоже. — хмыкает кареглазый, обнимая в ответ и опуская руки ниже пояса.

— Руки. — пищу от смущения и страха, что сейчас кто-то может зайти.

— Не, — ухмыляется патлатый прижимая к себе и в конец садя к себе на колени, приходится обнять его за шею, чтобы не упасть на пол. — она такая упругая и явно скучала по мне. — томно шепчет альфа в чувствительное ухо.

— Дурак! — пытаюсь отстраниться от Джонсона, но он мне сделать этого не даёт. — Почему в больницу загремел?

— Ты же знаешь, что истинные долго не живут без друг друга и они загибаются, — спокойно начал Ларри, — если они снова не сойдутся вместе. — и нова эта похабная улыбка альфы.

— Ты серьёзно? — мурашки прошлись табуном по спине, — Прямо в больнице?

— Почем бы и нет? — улыбается Ларри показывая клыки. — Можно поэкспериментировать.

— Ты извращенец. А если застукают? — протез лежит на кровати и шатен полностью видит мои пылающие щёки от смущения.

— Не застукают. — уверенно произносит альфа и опускает меня на пол.

   Протез остаётся на кровати и я следую за альфой хвостиком. Пациентов на этом этаже почти нет. Пытаюсь перебороть смущение, как меня затягивают в одну из кабинок. Смущение отходит на второй план, как Ларри притягивает меня к себе за щёки вовлекая в мокрый поцелуй. Обвиваю руками шею, прижимаясь теснее к телу, а запах хвои усиливается и перекрывает всё, что даже на пользу нам. Его руки на бёдрах, слегка сжимая их, а я дрожу и мычу в поцелуй.

   Стенка кабинки обдаёт приятной прохладой, награждая мурашками. Горячее дыхание на шее, закусываю губу, чтобы не издавать лишних звуков. Длинные пальцы металлиста слабо царапают спину, я же хнычу от неприятной тесноты в джинсах. Альфа довольно усмехается, рывком освобождая от лишней ткани меня и себя.

   Заглушаю стон в укусе плеча альфы, довольно жмурясь и обвивая пояс патлатого ногами. Ларри гулко рычит, вдавливая в стенку, сразу попадая по заветной точке. Судорожно ловлю ртом воздух, оставляя красные полоски на плечах шатена. Движения резкие и до одури приятные, до звёздочек в глазах. Губы искусаны мной и вдобавок Ларри.

   Едва стоя на ногах и умываясь холодной водой, кое-как дохожу до палаты и сажусь на кровать. Сам же Ларри довольнёхонкий, зараза этакая. Что уж говорить, что ниже пояса всё болит? Это и так всё понятно. Джонсон приземляется рядом и довольно вздыхает, захапав в объятия.

— Доволен? — смущённо бурчу в шею этой падле. — «Ларри Падлов, неплохо звучит».

— Нет, но это можно исправить. — даже не успеваю возмутиться, а уже снова затянут в бездну страсти.

***

   Смирившись с тем фактом, что мы истинные Джим аннулировал брак. И мы продолжили ходить в школу, как не в чём небывало. Вскоре этот инцидент с тем блондином, не с Трэвисом, был забыт, но ненадолго из-за Салли. Эта стрекоза снова поцапалась с ним и удар пришёлся ниже пояса. Трэвис был и рад, и проклинал её за такой бойкий характер.

   Жизнь налаживается. Через три года я стану официальным работником и теперь смогу нормально работать в полную смену. Ну как работать, буду пытаться. А так всё прекрасно.

Примечания:

Автор: Радуйтесь извращенцы, прода вышла с трахом, конец сказки :з

И нет, мне не стыдно :)

Это конец

Идите читайте новый фик. Он не менее интересный :З