Глава 24

Прошли дни, и дворец постепенно вернулся к своему обычному ритму.Эсмахан султан уже уехала к матери, и её имя в коридорах больше не произносили.Но память о случившемся всё ещё жила в каждом взгляде.

Шехзаде Мехмед каждый день был рядом.Не как правитель.Не как шехзаде.А как человек, который тоже потерял ребёнка.Он не говорил об этом громко.Но боль никуда не исчезла.И всё же он оставался рядом сМахфирузе султан - день за днём, помогая ей снова дышать, снова жить.Махфирузе постепенно менялась.Она больше не спорила с Хюррем.Хюррем султан по-прежнему смотрела на неё холодно, но Махфирузе больше не реагировала.Её это больше не ранило.Теперь её мир был уже другим.

Сегодня дворец был особенно тихим.Мехмед пришёл к ней без свиты, без приказов, без дел.

- Я хочу побыть с тобой, - сказал он просто.

Махфирузе посмотрела на него долго.И кивнула.

Они остались вдвоём.Без дворца.Без интриг.Без чужих взглядов.Только они.Мехмед осторожно коснулся её руки.

- Ты стала сильнее...

- А ты - тише, - тихо ответила она.

И впервые за долгое время они слегка улыбнулись друг другу.Он наклонился ближе.И поцелуй был не страстным, не отчаянным -а спокойным.Как обещание.Они пошли в кровать и начали раздевать друг друга. И провели великолепную ночь.

В дворце снова началась суета.Приближался поход - султан и его сыновья должны были отправиться вместе с войском.Тяжёлые приготовления, холодные доспехи, тревожные разговоры.Но для одного человека всё это звучало тише, чем обычно.

Шехзаде Мехмед пришёл в покои без свиты.Он не хотел шумных прощаний.Только одного взгляда.Махфирузе султан уже ждала его.Рядом с ней - маленький Осман.Мехмед остановился у порога.

- Мне пора.

Он подошёл к ребёнку и взял его на руки.Осман улыбнулся, не понимая, что происходит.

- Ты будешь ждать меня? - тихо спросил Мехмед.

Махфирузе смотрела на них обоих.И впервые в её взгляде было не только боль - но и страх потерять снова.

- Я буду волноваться за тебя каждую минуту, - сказала она тихо.

Голос дрогнул.

- Я не хочу... снова тебя потерять.

Мехмед медленно повернулся к ней.И в его взгляде не было шехзаде.Только мужчина.

- Я вернусь.

Пауза.- Ради тебя... и ради него.

Он посмотрел на Османа.Махфирузе сделала шаг ближе.

- Обещай.

- Обещаю.

Он осторожно взял её за руку.И в следующую секунду притянул к себе.Поцелуй был тихим, но глубоким - не про власть, не про страсть, а про страх потерять и желание вернуться.Осман тихо засмеялся у него на руках.И на мгновение всё стало проще.Но за стенами дворца уже ждал поход.И никто не знал, каким Мехмед вернётся обратно.

***

Прошёл месяц.Дворец жил ожиданием возвращения войска. Каждый день казался длиннее, чем должен был быть.И в этой тишине произошло то, о чём Махфирузе молчала даже сама с собой.Махфирузе султан узнала, что снова беременна.Сначала она не поверила.Потом - испугалась.А потом просто долго сидела в тишине, держа руку на животе.И вместе с радостью пришло другое.Страх.

Воспоминание о прошлом - резкое, болезненное, как рана, которая не зажила.Она снова видела тот день.Слышала свой крик.И пустоту после.

Она никому не сказала сразу.ДажеШехзаде Мехмед.Потому что хотела другого момента.Не слёз.Не тревоги.А радости.Сюрприза.Но дворец всё равно узнал.Слуги шептались.Гарем оживился.Даже холодные взгляды стали внимательнее.Хюррем султан услышала об этом одной из первых.Она не улыбнулась.Только задумалась.

- Значит... она снова носит ребёнка шехзаде Мехмеда...

И в её глазах появилась тень расчёта

Махфирузе не обращала внимания на слухи.Она жила другим.Каждый вечер она подходила к окну и смотрела вдаль - туда, где должен был вернуться Мехмед.

И тихо говорила себе:- Я скажу ему сама...

Она представляла этот момент.Он возвращается.Уставший, но живой.И она ждёт его не с тревогой... а с новой жизнью внутри.

Но страх не уходил.Он жил внутри неё тихо, как тень.И иногда она просто сжимала руки, будто боялась снова потерять всё.И всё же она верила:в этот раз она скажет ему не о боли...а о надежде.

Малкочоглу Бали-бей вернулся не с поля боя - а с дорогой, которая была намного сложнее любой войны.Он долго искал её.И наконец нашёл.Во внутреннем дворе стоялаМахфирузе султан.Она как раз выходила из покоев, когда заметила его.

- Бали-бей?..

Он не ответил сразу.И тогда она увидела её.За его спиной стояла девушка.Уставшая. Бледная. Но живая.

(Анна)

- Анна...

Голос Махфирузе сорвался.Анна подняла глаза.И в следующую секунду - побежала.Они встретились посреди двора.И просто упали друг в друга.Слёзы.Дрожь.Тишина.

- Я думала... тебя нет... - шептала Махфирузе.

- Я тоже... - плакала Анна.

Бали-бей стоял чуть в стороне, молча наблюдая.Он не вмешивался.Он просто вернул то, что у неё отняли.Махфирузе отстранилась и посмотрела на сестру.И вдруг - положила руку на живот.Тихо.

- У меня... ещё одна жизнь внутри.

Анна замерла.А потом снова обняла её - уже осторожнее.Он подошёл ближе.

- Я нашёл её... потому что обещал.

Махфирузе посмотрела на него с благодарностью.

- Ты вернул мне половину души.

Во дворце всё ещё стояла тёплая тишина после встречи сАнна.Махфирузе султан отвела сестру в свои покои. Дверь закрылась - и только тогда она наконец смогла говорить спокойно.

Тишина.Анна медленно села.

- Ты... стала частью гарема?

- Да.

Молчание стало тяжёлым.Но потом Анна неожиданно выдохнула - и в её глазах появилось не осуждение, а страх за сестру.

- Ты жива... и это главное.

Махфирузе султан сжала её руки.- Ты останешься здесь.

- Со мной.

- Я не отпущу тебя снова.

Анна кивнула, ещё не до конца понимая, куда попала.

Но новость быстро дошла до дворца.Хюррем султан выслушала доклад холодно.

- Её сестра? - переспросила она.

Сюмбюль ага кивнул.- Она хочет оставить её во дворце.

Хюррем медленно поднялась.- В гареме не место лишним связям.

Её взгляд стал жёстким.- Пусть уберёт её.

Позже Махфирузе узнала об этом.И впервые за долгое время в её голосе появилась твёрдость.

- Нет.

Махфирузе султан посмотрела прямо.

- Анна будет рядом со мной.- Она не просто сестра.

Пауза.- Она моя семья.

Слуги замолчали.Такого тона от неё не слышали давно.Махфирузе продолжила уже спокойнее:

- Она будет жить при мне.- Помогать мне.- Не в гареме как соперница... а как служанка рядом.

Хюррем это не радовало.Но и полностью запретить она уже не могла.