26 глава

***

— Дазай хотел стать трансом.

— ...

В комнате повисла гробовая тишина, что даже с первого этажа было слышно пьяного Федю, который играл в шахматы с Одой, как думали эти трое.

— ШАХ И МАТ БЛЯТЬ! — кричал Федор.

— А можно без мата? — спокойно поинтересовался Сакуноске.

— ШАХ И БЛЯТЬ! — сказал брюнет и хлопнул по столу рукой, ухмыляясь.

Тут к ним подошла ржущая Марина, которая сквозь смех еле-еле выговарила:

— ДАУНЫ, ЭТО ШАШКИ!

В другой обстановке, если бы они это услышали, то обязательно заржали бы, но из этих троих заржал только Коля. Видимо он не понял, что ляпнул явно лишнего.

Дазаю же стало очень стыдно перед Чуей. Тот в свою очередь не стал смеятся над этим. А смысл? Ну хотел и хотел, что теперь?

— Не стал же им и сейчас видимо не хочет, раз стоит перед нами в своем облике парня, — спокойно сказал рыжик, но по взгляду видно, что он недоволен такой выходкой друга Дазая. Ибо он только успокоил его над другой волнующей его темы. А тут...

— В этой тумбе кстати лежат женские вещи и много косметики.

— ... — Осаму стоял сам не свой, кажется даже побледнел и будто вовсе не дышал.

— Коль, перестань, мне кажется это уже личное Дазая и не стоило мне этого слышать, хотя бы с твоих уст. Надо было бы, Дазай мне сам это рассказал, — спокойно говорил рыжуля, хотя в душе он готов был прибить блондина.

Фрилансер сел обратно на пол и закрыл лицо руками сгорая со стыда. Рыжий увидев это, сел на против него и обнял.

— Да с ним все нормально, — отмахнулся гетерохромик.

— Да-да... Все просто замечательно, — поджал губы. Сейчас ему очень хотелось закрыться в одной комнате подальше ото всех. Даже от Чуи. Ему пиздец как стыдно. Даже в глаза ему смотреть страшно, боясь увидеть смешинки в его голубых глазах. Но нет, там можно было развидеть еле заметную ярость на его друга и понимающий, не осуждающий, нежный взгляд.

— Дозь... Мое мнение об услышанном о тебе ни капельки не поменялось, оно как было положительным и светлым, так и осталось. Я все также тебя люблю, слышишь? — чмокнул в щечку, к которой прилила кровь и она немного покраснела, то ли от стыда, то ли от смущающих слов рыжего. Но скорее всего вариант первый.

— Как мило, — улыбнулся Николай облокачиваясь об эту злочастную тумбочку задницей.

Сука. Накахара прямо сейчас бы прибил его бы за это, суку такую! Голубоглазый взялся руками за скулы парня и направил его лицо на себя, дабы тот посмотрел на него, что тот собственно и сделал. Боязливо. И он не увидел то, чего так боялся, а только нежный взгляд, но и одновременно серьезный. Не единого намека на смех или унижение за его прошлые «хочу».

— Все нормально, — твердо, но и одновременно с любовью сказал рыжий, — не думай, что я буду смеятся над этим. Это глупо и только придурок будет смеятся, — мягко намекнул на Колю, но никто этого подтекста не заметил и слава Богу, — поэтому прошу, не загоняйся по этому поводу, что было, то прошло. Сейчас же ты этого не хочешь и сидишь передо мной, красавчик-мальчик, — чмокнул в нос.

Дазая немного расслабили эти слова, но не до конца. Осадок все еще оставался. Поэтому он только «угукнул» на это и отвел взгляд. Накахара вздохнул. Тут уже инициативу взял на себя Гоголь. Дабы загладить вину.

— Да ладно тебе, Дазай, все же и правда нормально. Об этом уже все знают, ты сам с легкостью рассказал нам, а Чуе стесняешься.

С одной стороны рыжеволосый был согласен с его другом, но сука с другой... Не хер было говорить об этом. Если бы шатен захотел, то сам бы рассказал, когда посчитал бы это нужным. Они знакомы от силы пару месяцев. А ты уже такие вот величайшие секреты раскрываешь.

Сакуноске уже надоело играть в шашки с этим пиздаболом Федькой, который, когда «съедал» эти ебучие фишки, то кидал их в парня. Долбаеб. Была бы воля Оды, он бы ему пизданул за это, но это его друг.

Сказав что-то подобное «мне нужно в уборную», он пошел на второй этаж к ребятам, ибо они уже минут двадцать торчат там. Зайдя к ним в комнату он увидел сидящего грустного и загнаного Дазая и рядом сидящий и обнимающий его Чую, ну и Кольку, который видимо что-то сказанул не то.

— Почему вы так долго? Что случилось? — сразу завалил он их вопросами.

— Да все нормально, иди к остальным, — махнул блондин.

— Скажите что случилось и уйду, — твердо сказал парень, — потому что просто разговаривать вы тут не можете.

— Почему это? — возмутился гетерохромик.

— Потому что, что тут, что там нет никакой разницы, а здесь вы все получается на едине и скрываете что-то, ведь так? — вскинул бровь бывший парень Осаму.

— Блять... — вздохнул Гоголь, — тебя хуй проведешь...

Одасаку только хмыкнул.

— Так что случилось? — подошел к своему другу и присел рядом.

Накахаре так и хотелось сказать ему «пять метров, пять метров дистанция! », но не стал. Может и не настолько он плохой, как думает Чуя? Он не лезет к Дазаю с обнимашками, поцелуйчиками и всякой подобной хуйней, что обычно любят делать бывшие, когда видят нынешнею пару своего бывшего парня или девушку. Вообще Ода больше всех молчит в их компании. Но и нельзя о нем сказать, что он лишний.

— Да... Просто Коля сказал, того, что видимо не нужно было говорить... — немного ворчливо произнес рыжик.

— Про стриптиз что ли? — спросил Сакуноске и приобнял Дазая за плечо поверх обнимающих рук Накахары.

Тому ну очень не понравился такой жест, пришлось держать себя в руках, чтобы не подавать виду и не свести брови к переносице.

— А что в этом такого? Ты же сам всем рассказывал на отъебись.

— Я про транса, — вздохнул Гоголь.

Немного помолчав, Ода продолжил.

— Что тебя смущает уже в этом? Что Чуя знает?

Осаму тихо угукнул.

— И все? Ты не хотел чтобы он этого знал?

— Угу...

— Дазай, ну я же сказал, что это не значит, что я возьму и разлюблю тебя. Я все по прежнему люблю тебя таким какой ты есть, — подключился к их разговору голубоглазый.

— Согласен, — кивнул парень с лазурными глазами.

Осаму все также был грустным. На что двое рыжих парней глубоко вздохнули.

— Пойдем выпьешь, — сказал Сакуноске.

— Я сегодня пить не буду...

— Нихера, — в унисон сказали Ода и Коля.

— Обычно самый первый... — в ахуе сказал блондин.

— Да ну все это короче... — ответил шатен, немного надув губы от обиды.

— Вот это Япония меняет людей... Я в ахуе... — произнес гетерохромик, — может тоже туда съездить?...

— Так, Дазай, не кисни, — потянул его за щеку, Одасаку, после чего ткнул пальцем в эту же самую щеку.

— Так, Ода... Ничем эти твои тыки хорошим не заканчиваются, — настороженно сказал Осаму. На что, его бывший усмехнулся и начал щекотать, — ДА БЛЯХАХАХАХАХА ТАК И ЗНАЛ СУКАААА ВХАХАХХАХВ, — от безысходности шатен залез на своего парня.

— Тихо, тихо, тихо, — немного смеялся рыжик.

— Чуя, спаси меня от этого чудовища.

— Ода, ты прям мастер успокаивать Дазая, — подметил блондин, на что парень улыбнулся этому.

Только вот Чуя немного обидчиво засопел. Но этот прием возьмет на заметку.

— Что суждено, то суждено, как говорится, — встал на ноги.

— Обожаю твои цитаты, — смеясь сказал Гоголь.

— Пошли, клоун, — дал ему не сильный подзатыльник, тот только «айкнул», но выбежал из комнаты самый первый, — и вы тоже ребят подходите, — вышел прикрыв за собой дверь.

— Дазай, ты успокоился? — тихонечко поинтересовался рыжуля.

Осаму чмокнул его в щеку и улыбнувшись, ответил: «да».

— Да ты ж мой зайка, — смачно чмокнул его.

Хихикнув, Дазай обнял его за шею, Накахаре пришлось приобнять его за поясницу.

— Чу.. — шепотом произнес Осаму, — а ты меня к Оде не ревнуешь?...

— ...

_____________

Продолжение следует...

Продолжение все также 200⭐🙂