Глава

Корпоративная новогодняя вечеринка была в самом разгаре.

Ник стоял у барной стойки, крутя в пальцах бокал с виски, и наблюдал за происходящим с отстранённым любопытством учёного, изучающего незнакомый вид. Три компании их юридическая фирма, айтишники с пятого этажа и маркетинговое агентство, объединились для празднования, и теперь огромный банкетный зал отеля “Метрополь” напоминал муравейник в период брачных игр.

Музыка грохотала. Люди танцевали, смеялись, флиртовали. Алкоголь лился рекой. Всё было ровно так, как должно быть на хорошей корпоративной вечеринке.

И Нику было невыносимо скучно.

— Ник! — Кристина из отдела кадров материализовалась рядом, сверкая блёстками на платье и хищным блеском в глазах. — Потанцуем?

— Спасибо, может позже, — он вежливо улыбнулся.

Кристина надула губы, но отступила. На её место тут же явилась Моника из бухгалтерии с двумя бокалами шампанского и многообещающей улыбкой. Потом была Джессика, потом Эмили, потом кто-то ещё, Ник уже сбился со счёта.

Все они были красивыми,  умными и заинтересованными.

И все же они были женщинами.

В этом, собственно, и заключалась проблема.

Ник сделал большой глоток виски и покосился на часы. Одиннадцать вечера. Ещё час до полуночи, потом можно будет незаметно исчезнуть, не нарушая приличий. Час. Всего час. Он справится.

— Эй, красавчик, — очередная незнакомка на этот раз из маркетингового агентства прислонилась к барной стойке рядом. — Почему такой грустный?

— Не грустный, — Ник снова улыбнулся. — Просто задумался.

— О чём можно думать на вечеринке? — она рассмеялась и положила руку ему на предплечье. — Пойдём потанцуем. Или... — её голос понизился, — можем найти место потише.

— Благодарю, но нет, — Ник мягко высвободил руку и отступил назад. — Мне нужно... подышать.

Он отошёл к дальней стене, подальше от танцпола, от навязчивых улыбок, от приторного запаха чужих духов.

И тогда свет погас.

Не мигнул, не задрожал, а просто исчез. Мгновенно, полностью. Зал погрузился в кромешную тьму, и толпа ахнула единым вздохом

— Что за...

— Это часть программы?

— Где свет?!

Голоса смешались в общий гул. Кто-то смеялся, кто-то визжал, кто-то чертыхался.

Ник стоял у стены, и темнота вдруг показалась ему подарком, где можно было наконец расслабиться, сбросить маску вежливой заинтересованности. Несколько старинных бра давали слабый свет, едва позволяющий различить силуэты. На противоположной стене мерцал экран с новогодним обратным отсчётом — 00:45,00:44, 00:43…

Ник прислонился к стене, наслаждаясь относительным одиночеством. В темноте он мог наконец расслабиться, сбросить маску вежливой заинтересованности.

И тогда он почувствовал это.

Присутствие.

Кто-то стоял рядом. Близко слишком близко для случайности. Ник напрягся, готовый вежливо отшить очередную поклонницу, но прежде чем он успел открыть рот, чужие руки обхватили его лицо.

Мужские руки.

Сильные и уверенные. С длинными пальцами и едва уловимым запахом сандала и чего-то цитрусового.

— Что...

Его прижали к стене. Горячее тело и  определённо мужское, высокое, подтянутое навалилось на него. И прежде чем Ник успел оттолкнуть незнакомца, их губы встретились.

Это был поцелуй, не спрашивающий разрешения. Он не был нежным или вопросительным. Он был утверждением. Жар чужих губ, властных и неумолимых, обрушился на него, не оставляя места для сомнений. В этом движении не было просьбы, была уверенность, граничащая с дерзостью. Незнакомец целовал так, словно это был захват, а Ник, к собственному ужасу и восхищению, безропотно сдавался.

Это было безумие. Чистое, неразбавленное безумие. Он не знал, кто этот человек. Не видел его лица. Не слышал его голоса. Но что-то заставило его ответить на поцелуй с такой же жадностью.

Его пальцы вцепились в чужую рубашку. Незнакомец издал тихий звук, что-то среднее между стоном и вздохом и углубил поцелуй. Его руки скользнули с лица Ника на шею, на плечи, притягивая ближе, ещё ближе, словно он хотел слиться с ним в одно целое.

Время остановилось. Или ускорилось. Или перестало существовать. Ник не знал. Он чувствовал только вкус мяты и шампанское. Запах сандал и цитрус. Ощущение жара, мягкость губ, лёгкое царапанье щетины о подбородок.

А потом загорелся свет.

Гигантская ёлка в центре зала вспыхнула тысячей огней. Толпа взревела от восторга. И в ту же секунду незнакомец исчез.

Просто исчез. Растворился. Словно его никогда не было.

Ник стоял у стены, тяжело дыша, с горящими губами и бешено колотящимся сердцем. Вокруг снова включился свет, люди смеялись и аплодировали, не подозревая, что в темноте только что произошло что-то... невозможное.

Он коснулся губ. Они всё ещё покалывали.

Это было реально. Это точно было реально.

Но кто поцеловал его?

***

Следующие несколько часов Ник провёл в лихорадочных поисках.

Он обошёл весь зал, методично, квадрат за квадратом. Вглядывался в лица. Принюхивался к запахам. Искал того единственного, кто пах сандалом и мятой, чьи руки идеально ложились на его лицо.

Безуспешно.

Проблема была в том, что Ник знал почти всех. Три компании, да, но он работал в этом здании пять лет. Ходил на совместные совещания, пересекался в лифтах и кафетерии, кивал в коридорах. Он мог назвать по имени процентов семьдесят присутствующих.

И ни один из них не мог быть тем незнакомцем.

Или мог?

Ник снова и снова прокручивал в голове те секунды в темноте. Рост  выше его, значит, около метра восьмидесяти пяти. Телосложение подтянутое, спортивное, а  руки большие, с длинными пальцами. Запах дорогой парфюм, не из масс-маркета.

Это могло быть кем угодно. И никем.

К двум часам ночи, когда вечеринка начала затухать, Ник сдался. Вызвал такси и поехал домой, унося с собой только воспоминание о вкусе мяты и ощущение, что мир необратимо изменился.

****

Следующие дни были пыткой.

Офис опустел, большинство разъехались на новогодние каникулы. Ник бродил по пустым коридорам, заглядывал в открытые двери, надеясь... сам не зная на что. Что незнакомец появится снова? Что оставит записку? Что вселенная как-то даст знак?

Вселенная молчала.

К двадцать девятому декабря Ник был готов признать поражение. Может, это был случайный гость на вечеринке? Чей-то плюс-один, который улетел на следующий день в другую страну? Может, он вообще всё это придумал от скуки, от одиночества, от невысказанного желания?

Нет. Губы всё ещё помнили. Тело всё ещё помнило.

Это было реально.

— Ник! — голос Леи вырвал его из раздумий. — Эй, земля вызывает Ника!

Он моргнул. Лея его коллега и, пожалуй, единственный настоящий друг в этом офисе, стояла перед ним с двумя стаканчиками кофе.

— Прости, задумался.

— Я заметила, — она протянула ему кофе и уселась на край его стола. — Ты последние дни какой-то... странный. Случилось что-то?

“Меня поцеловал незнакомец в темноте, и теперь я схожу с ума, пытаясь его найти”.

— Нет, ничего. Просто устал.

Лея смотрела на него с подозрением, но допытываться не стала.

— Слушай, мы с Максом устраиваем новогоднюю вечеринку у нас дома. Ну, не вечеринку скорее, тусовку для своих. Друзья, коллеги, кто не уехал праздновать с семьёй. Приедешь?

Ник хотел отказаться. Честно хотел. Последнее, чего ему сейчас хотелось — это толпа людей, шум, необходимость улыбаться и поддерживать светские беседы.

Потом он подумал о своей пустой квартире. О бесконечных повторах рождественских фильмов по телевизору. О том, как он будет сидеть один в полночь, считая бой курантов.

— Да, — сказал он. — Приеду.

***

Дом Леи и Макса оказался огромным, настоящей загородной резиденцией в часе езды от города. Ник присвистнул, паркуясь на подъездной дорожке. Он знал, что Макс занимается чем-то в сфере инвестиций, но не подозревал, что настолько успешно.

К его приезду гостей было уже человек пять,  какие-то друзья Макса, которых Ник не знал. К вечеру набралось челове пятнадцать. Дом наполнился смехом, музыкой, запахом глинтвейна и жареного мяса.

Ник устроился на заднем дворе, в стороне от основной компании. Кто-то из гостей колдовал над барбекю, другие играли в снежки, третьи просто болтали, согреваясь горячими напитками. Он сидел в плетёном кресле, закутавшись в плед, и смотрел на это с привычной отстранённостью.

— Привет.

Голос был низким. Бархатным. С едва уловимой хрипотцой.

Ник обернулся.

Парень стоял чуть поодаль, прислонившись плечом к деревянной колонне веранды. Высокий под метр восемьдесят пять, отметил Ник. Тёмные волосы, чуть взъерошенные ветром. Острые скулы. Губы...

— Привет, — Ник прищурился, пытаясь вспомнить, где видел этого парня. Лицо было смутно знакомым,  кажется, мелькало на каком-то совещании? В коридоре? В лифте?

— Я Ник, — он протянул руку.

— Чарли, — парень шагнул ближе и пожал её.

Рукопожатие было крепким. Тёплым. И определённо слишком долгим для простого знакомства. Ник почувствовал это всей кожей.

— Очень приятно, — сказал Ник, и его голос прозвучал чуть ниже, чем обычно.

— И мне, — Чарли улыбнулся, всё ещё не отпуская его руку. — Очень.

Их глаза встретились. Карие у Чарли, с золотыми искрами в глубине, похожими на отражение огня.

Ник первым отвёл взгляд.

— Ты друг Леи или Макса?

— Макса. Мы вместе учились когда-то. А ты?

— Лея моя коллега. Мы работаем в одной фирме.

— А, так ты тот самый Ник из юридического? — Чарли усмехнулся. — Лея про тебя рассказывала.

— Что рассказывала?

— Что ты загадочный и красивый.

Ник почувствовал, как горят щёки.

— Она преувеличивает.

— Не думаю, — Чарли смотрел на него так, словно видел насквозь. — Совсем не думаю.

***

Тот вечер превратился в странный танец.

Куда бы Ник ни пошёл, Чарли оказывался неподалёку. Не рядом, но в поле зрения. На кухне, когда Ник наливал себе глинтвейн, Чарли стоял у окна, разговаривая с кем-то. В гостиной, когда Ник искал свободное место на диване, Чарли сидел в кресле напротив. На веранде, когда Ник вышел подышать холодным воздухом, Чарли появился через несколько минут, якобы случайно. И каждый раз Ник ловил на себе его взгляд.

Тяжёлый, пристальный и голодный?

Нет, Нику явно мерещилось. Это всё паранойя после того поцелуя. Он видел то, что хотел видеть.

Но Чарли продолжал смотреть.

А потом расстояние между ними начало сокращаться. Чарли становился всё ближе и ближе будто специально. Каждый раз Нику казалось, что эта улыбка принадлежит только ему.

Случайно касался  плечом, локтем или кончиками пальцев и каждое касание прошивало Ника электрическим током.

К полуночи он был на грани.

— С Новым годом! — закричала Лея, поднимая бокал.

— С Новым годом!

Все чокнулись, обнялись, кто-то полез целоваться. Ник стоял в стороне, сжимая бокал, и чувствовал себя посторонним на чужом празднике.

И тут его взгляд снова встретился с взглядом Чарли.

Тот стоял через всю комнату. Не улыбался. Просто смотрел. С такой интенсивностью, что у Ника пересохло во рту.

Потом Чарли одними губами произнёс что-то.

«С Новым годом».

Или: «Я хочу тебя».

Ник не разобрал. Да и какая разница  эффект был одинаковый.

****

Так прошло несколько дней.

Гости приезжали и уезжали, но Чарли оставался. И Ник тоже оставался, хотя мог давно вернуться в город. Говорил себе, что просто наслаждается каникулами. Что ему нравится компания. Что свежий воздух полезен для здоровья.

Конечно врал себе.

Он оставался из-за Чарли.

Из-за его взглядов. Из-за случайных касаний. Из-за голоса низкого и бархатного, который являлся Нику во снах.

Он всё ещё не знал, кто поцеловал его на той вечеринке. Мог ли это быть Чарли? Рост подходил. Телосложение тоже. Что-то неуловимое в манере двигаться казалось знакомым. Но это ничего не доказывало, мало ли высоких темноволосых мужчин было на том празднике?

И всё же Ник ловил себя на мысли: а вдруг?

***

Утро третьего января.

Ник проснулся рано ещё до рассвета. В доме стояла тишина; все отсыпались после празднований. Он тихо спустился на кухню, мечтая о чашке крепкого кофе.

Чарли был уже там.

Он стоял у окна, глядя на заснеженный сад. Серый свитер, домашние штаны, босые ноги на тёплом полу. Волосы взъерошены после сна. Чашка кофе в руках, от которой поднимался пар.

Ник замер на пороге.

— Доброе утро, — Чарли обернулся, и уголки его губ дрогнули в улыбке. — Не спится?

— Доброе. Привык просыпаться рано, — Ник прошёл к кофемашине, стараясь игнорировать, как близко они стоят. — Даже на каникулах.

— Я тоже.

Несколько минут они молчали. Ник делал кофе. Чарли смотрел на него, Ник чувствовал этот взгляд кожей, хотя стоял спиной.

— Ник, — голос Чарли стал другим, немного серьёзнее и глубже. — Слушай, у меня есть предложение.

— Какое?

— Мои друзья пригласили меня в домик в горах. Час-полтора езды отсюда. Маленький, уютный, с камином и видом на долину. Поедешь со мной?

Ник обернулся так резко, что едва не пролил кофе.

— Я?

— Ты.

— Почему?

Чарли сделал шаг ближе. Потом ещё один. И ещё.

— Потому что я не могу перестать на тебя смотреть. Потому что последние несколько дней я думаю только о тебе. Потому что...

— Чарли...

— Потому что я хочу побыть с тобой наедине.

Он стоял так близко, что Ник чувствовал тепло его тела. Видел золотые искры в карих глазах. Уловил запах сандал и чего-то цитрусового.

Сандал и цитрус.

Мир качнулся.

— Я не знаю, — прошептал Ник. — Я не думаю, что...

Тогда Чарли обхватил его лицо тёплыми и уверенными руками, и поцеловал.

Вкус мяты? Это был вкус мяты!!!

Это был он.

Это был тот самый незнакомец.

Несколько секунд Ник позволял себе тонуть в этом поцелуе. Снова. Как тогда, в темноте. Губы Чарли двигались так же уверенно, так же требовательно. Его руки держали лицо Ника так крепко.

А потом до Ника дошло.

Он знал.

Чарли всё это время знал. Следил? Подстроил эту встречу?

Ник оттолкнул его. Резко и сильно так, что Чарли отступил на несколько шагов.

— Ты это специально? — голос Ника дрожал. — Всё это время, знал? Поиздеваться решил?

— Ник, я...

— Ты поцеловал меня на вечеринке. В темноте. И сбежал. А потом,что? Пришёл сюда, чтобы поиграть со мной?

— Нет! — Чарли протянул к нему руку, но Ник отшатнулся. — Ник, послушай, я могу объяснить...

— Не хочу слушать.

Ник поставил чашку на стол так резко, что кофе расплескался. Развернулся и вышел из кухни, не оглядываясь.

За спиной раздался тихий, надломленный голос:

— Ник, пожалуйста...

Но он уже не слышал.

***

Весь день Ник провёл как в тумане. Он избегал общих комнат. Избегал разговоров. Избегал особенно Чарли. Когда их пути случайно пересекались, Ник разворачивался и уходил в  другую сторону, игнорируя тоскливые взгляды и попытки заговорить.

Он злился. На Чарли за этот дурацкий розыгрыш. На себя  за то, что повёлся. За то, что последние дни провёл в каком-то романтическом дурмане, воображая себе невесть что.

Но где-то глубоко внутри, под слоем обиды и смущения, тлела другая эмоция.

Надежда?

Нет, глупости.

Ник спустился вниз только к ужину. 

За столом было шумно и весело. Лея разливала вино, Макс рассказывал какую-то смешную историю, гости смеялись. Ник скользнул взглядом по лицам  и не нашёл того, кого искал.

— А где Чарли? — вырвалось у него прежде, чем он успел себя остановить.

Лея пожала плечами.

— Уехал пару часов назад. Сказал, что срочные дела в городе. Даже толком не попрощался странно, на него не похоже.

Ник кивнул, стараясь сохранить равнодушное выражение лица.

«Вот и хорошо, — сказал он себе. — Так и должно быть».

Но он не чувствовал облегчения.

***

Ночь опустилась на дом мягким одеялом. Гости разбрелись,  кто по комнатам, кто на улицу смотреть на звёзды, кто к камину с бокалом вина. Откуда-то снизу долетали обрывки смеха и негромкие голоса. Ник лежал в темноте своей комнаты, глядя в потолок, и не мог уснуть.

Мысли крутились по кругу. Поцелуй на вечеринке. Поцелуй на кухне. Глаза Чарли тоскливые и почти отчаянные, когда Ник его оттолкнул.

“Поиздеваться решил?”

Но что, если нет? Что, если...

Телефон зазвонил.

Номер был незнакомый. Ник несколько секунд смотрел на экран, потом всё-таки ответил.

— Да?

На том конце кто-то дышал. Тяжело, неровно. Знакомый голос, только теперь он был другим смазанным и нетвёрдым.

Пьяным.

— Ник... — это был Чарли. — Ник, ты слушаешь?

— Чарли? Ты пьян?

— Немного, — короткий смешок. — Ладно, много. Но это не важно. Важно... важно, что я должен тебе сказать.

— Чарли, может, утром...

— Нет! — в голосе прорезалась отчаянная нотка. — Утром я струшу. Как всегда. Я три месяца трусил, Ник. Три месяца.

Ник сел на кровати.

— О чём ты?

— Я наблюдаю за тобой уже три месяца, — Чарли говорил быстро, сбивчиво, словно боялся, что Ник повесит трубку. — С того совещания в сентябре. Помнишь? Ты делал презентацию о чём-то юридическом, я ни слова не понял, но не мог отвести от тебя глаз.

Ник помнил то совещание. Скучное и рутинное. Он даже не обратил внимания на присутствующих.

— Я хотел подойти, — продолжал Чарли. — Каждый раз, когда видел тебя в коридоре, в лифте, в кафетерии, хотел подойти и заговорить. Но все говорили, что у тебя есть парень. Что ты занят. Что нечего даже пытаться.

— У меня нет... — начал Ник, но Чарли его не слышал.

— А потом была эта вечеринка. И отключился свет. И я увидел тебя, ты стоял у стены, один, и в свете этих дурацких бра. Ты был... Господи, Ник, ты был как видение. И я подумал — это шанс. Один на миллион. Сейчас или никогда.

На заднем плане раздался грохот что-то упало.

— Чарли? Ты в порядке?

— Это бутылка... неважно. Я поцеловал тебя, потому что не мог больше сдерживаться. Потому что три месяца представлял, как это будет. И когда свет включился... я испугался. Испугался, что ты увидишь моё лицо и... не знаю... засмеёшься? Оттолкнёшь? Ударишь?

Ник молчал. Сердце колотилось так громко, что наверняка было слышно на том конце провода.

— А потом меня пригласили к Максу. Я не знал, что ты тоже будешь там. Клянусь, не знал. Но когда увидел тебя на веранде... — ещё один грохот, на этот раз громче. — Это было как знак. Как второй шанс. И я опять всё испортил.

— Чарли...

— Прости, что обидел. Я не хотел играть. Не хотел издеваться. Я просто... — его голос надломился. — Я просто влюбился в тебя, Ник. По-настоящему влюбился. Как идиот.

Повисла тишина.

— Я попытаюсь больше не попадаться тебе на глаза, — продолжил Чарли после паузы. — Прости за всё. Я уволюсь и уеду…

— Чарли, — Ник наконец обрёл голос. — Чарли, ты где?

— Что?

— Где ты сейчас? Дай адрес.

— Зачем?

— Потому что я еду к тебе.

Тишина. Потом  неверящий, почти детский голос:

— Ко мне?

— Да.

— Ты... ты не шутишь?

— Нет.

Чарли продиктовал адрес запинаясь, переспрашивая, словно не верил в реальность происходящего. Ник записал его на первом попавшемся листке и бросился одеваться.

Его руки дрожали.

***"

Квартира Чарли находилась в хорошем районе, новый дом, консьерж, мраморный холл. Ник влетел в лифт, нажал нужный этаж и все двадцать секунд подъёма пытался унять бешеное сердцебиение. Но не получалось.

Он позвонил в дверь.

Она открылась почти сразу.

Чарли выглядел... разбитым. Волосы мокрые, будто только что из душа? Глаза красные. На нём были мятая футболка и спортивные штаны. За его спиной виднелась гостиная,  опрокинутый стакан на полу и пустая бутылка виски на столе.

— Ник? — он моргнул, словно не веря своим глазам. — Ты правда...

Ник не дал ему договорить.

Он шагнул вперёд, схватил Чарли за футболку и поцеловал.

Его поцелуй был таким же неистовым, как тот, что он украл у Ника в полумраке вечеринки. Таким же ненасытным, как желание, что копилось в нём все эти дни.

Чарли охнул от неожиданности, но уже через секунду его руки обхватили Ника, притягивая ближе. Они ввалились в квартиру, не отрываясь друг от друга, и Ник ногой захлопнул дверь.

— Ник, — прошептал Чарли между поцелуями. — Ник, я...

— Заткнись.

Он снова поцеловал его. И снова. И снова. Пока оба не задохнулись. Пока губы не стали саднить. Пока реальность не начала возвращаться  медленно, неохотно.

Они стояли посреди прихожей, всё ещё обнимаясь, тяжело дыша.

— Я вёл себя как идиот, — сказал Ник наконец. — Утром. Прости.

— Нет, это я... — начал Чарли.

— Тихо. Моя очередь.

Чарли послушно замолчал. Его глаза  всё ещё немного пьяные, но уже совсем другие, светящиеся смотрели на Ника с такой надеждой, что было больно.

— Ты не издевался, — продолжил Ник. — Я понял. Мне нужно было время, чтобы понять, но я понял. И... — он глубоко вздохнул. — Я тоже не мог перестать на тебя смотреть. Все эти дни. Думал, что схожу с ума.

— Правда?

— Правда.

Улыбка Чарли была ослепительной. Такой широкой и счастливой, что Ник почувствовал, как его собственные губы растягиваются в ответ.

— Так ты поедешь со мной? — спросил Чарли. — В горы? Домик, камин, всё как обещал?— Да, — сказал Ник. — Но не сегодня. Сегодня ты пьян, и тебе нужно проспаться.

— А ты?

— А я никуда не уйду. Если ты не против.

Чарли не ответил. Просто снова притянул его к себе и поцеловал медленно и нежно, как обещание.

***Год спустя

Снег падал крупными хлопьями, укрывая горную долину белым одеялом.

Ник стоял на веранде маленького деревянного домика, того самого, куда Чарли привёз его год назад и смотрел, как огоньки ближайшей деревни мерцают в сумерках.

В руках была чашка горячего глинтвейна, а на губах улыбка. Из дома доносился запах корицы и яблочного пирога.

— Эй, — раздался голос за спиной. — Ты там не замёрз?

Тёплые руки обняли его сзади такие  знакомые и родные. От них пахло сандалом и почему-то ванилью.

— Ты пахнешь пирогом, — пробормотал Ник, откидываясь назад и позволяя себе утонуть в этих объятиях.

— Потому что я его пеку, — Чарли рассмеялся ему в шею, и от этого смеха по коже побежали мурашки. — Так что, замёрз?

— Нет. С тобой никогда.

Чарли крепче прижал его к себе, уткнувшись носом куда-то за ухо.

— Помнишь, как год назад...

— Ты позвонил мне пьяный в три часа ночи и признался в любви?

— Я собирался сказать “как мы впервые поцеловались”, но да, твоя версия тоже работает.

Ник рассмеялся.

— Помню. Каждую секунду.

— И не жалеешь?Ник развернулся в его руках. Посмотрел в эти карие глаза с золотыми искрами. В лицо, которое стало для него самым родным на свете.

— Ни секунды, — сказал он. — Ни единой секунды.

Где-то вдалеке часы пробили полночь. Новый год. Ещё один год вместе.

Они поцеловались под падающим снегом, и Ник подумал, что больше никогда не будет бояться темноты.

Ведь именно в темноте он нашёл свой свет.

— С Новым годом, — прошептал Чарли.

— С Новым годом, — ответил Ник.

И это было лучшее начало, которое только можно было представить.