№13

Его вдруг стало так много, что я терялась в потоке мыслей: «Чен сказал...», «Чен сделал...», «Чен этого не любит»... Он мерещился мне среди толпы, в одиноких прохожих, в чужих погасших окнах, в сумерках наступающей ночи... И мне было страшно. Думать так много о чужом человеке — дико. Какая мне разница, по большому счёту, любит он тишину или уединение, о чём думает перед сном и что делает прямо сейчас. Но стоило мне только отвлечься на секунду и разрешить мыслям свободно перетекать в сознании, как они непременно сбивались в тесных хоровод, в центре которого хитро усмехался и щурился обладатель самых чёрных глаз — Чен.И что это за чувства такие удушающие, словно стопки книг положили на грудь, стоит мне только его увидеть? И сковывающая неловкость, оцепляющая и без того деревянное тело. И все мысли встревоженной стайкой выпархиваю из ушей, оставляя голову абсолютно пустой. И желание... подойти ближе, ещё ближе, и как-нибудь ненароком коснуться, ненавязчиво, но так, чтобы пальцы сохранили покалывающее ощущение чужой кожи.— Соя? Соя, ты меня слышишь? — я встрепенулась и к своему стыду обнаружила, что снова отвлеклась от важной темы, и Чен ждёт ответа, да и остальные заинтересованно уставились на меня.— Я уже минут пять объясняю тебе, что нужно делать, — Чен тяжело вздохнул, а я сглотнула, отводя взгляд от его кадыка. — Надеюсь, ты думала о прекрасном.— О Чене, — брякнул Чанёль, и ребята заулыбались, ещё больше вгоняя меня в краску.— Ты можешь думать обо мне, но в свободное от работы время, — легко согласился Чен, — хорошо?И я согласно кивнула и по хихиканью Бэкхёна поняла, что сдала себя с головой.Чен ещё раз повторил этапы операции, но на этот раз я усиленно и внимательно слушала, всеми силами пытаясь не отвлекаться на его глубокий и волнующий голос. Получалось так себе.Мне доставались мелкие поручения: рано утром или в вечерних сумерках я передавала незнакомым людям послания, пару раз оставляла в условленных местах инструменты и кольца кабеля.

С каждым днём Чен становился всё менее разговорчив. Он всё так же часто уходил по ночам, напоминал о том, куда мне стоит обратиться в том случае, если он не вернётся, приходил под утро, спал пару часов и снова садился за чертежи и телефоны. Я освоилась на кухне, немного разгребла книжные завалы и старалась не приставать к нему с расспросами, пока однажды утром вместо Чена не пришёл Чанёль.У меня всё похолодело внутри, когда на пороге я увидела Пака.— Не паникуй раньше времени, — натянуто улыбнулся парень, проходя в квартиру (за неугасающий оптимизм ему можно медаль давать). — Ночью мы смогли подключиться к национальному телевидению, но нас вычислили. Уйти ребята не смогли.— Не смогли, — повторила я, затрудняясь даже представить, что с ними сделают жандармы.— Их не схватили, — Чанёль прошёл на кухню и загрохотал чашками. — Они остались в шахте, пережидая облаву.— В шахте? — направилась за ним. — А это не опасно?— Конечно, опасно, — парень налил себе чаю, — ещё как опасно.Я дёрнула его чашку на себя, расплескав немного на его футболку.— Тогда почему ты здесь?! Почему не там?! Почему не помогаешь?! Ты должен что-то придумать! Вы все должны что-то придумать, чтобы достать его! — выпалила я. — Не пить чай, а думать!— Мы думаем, Соя, думаем, но при свете дня мы не можем пробраться в телебашню и помочь им выйти!— А кто может?— Что?— Кто имеет доступ в телебашню днём? Есть ли люди, которые легко входят? Кто-нибудь следит за этими шахтами? — мозг усиленно заработал, подбрасывая новые и новые варианты. — Нельзя ли переодеться и проникнуть внутрь? Нужны удостоверения? А Сехун не может в этом помочь? С какой стороны ребята проникли в шахту? Почему нельзя оттуда выйти?Пару секунд Чанёль ошарашено моргал, глядя на меня, а потом с уважением произнёс:— А ты соображаешь!Он забрал у меня чашку, допил остатки чая и только потом направился к столу, на котором были разложены всякие карты и чертежи, придерживаемые телефонами.— Чен рассказывал, над чем мы сейчас работаем? — великан склонился над столом и заводил пальцем по линиям.— Нет, он вообще мало говорит о работе, — было даже обидно, словно мне не доверяют.— Мы смогли взять склад с оружием. Наши люди уже там, — Чанёль ткнул в квадрат за чертой города. — Карьер уже тоже под нами, рабочие поднимутся по сигналу.— Сигнал?— Да, для сигнала нам и нужна телебашня. Мы подключились к уличным экранам, к радиочастотам, нам осталась только эта, — он нажал на чёрную точку в центре карты, — чёртовая башня.— А без неё никак?— У нас подготовлены видео, которые показывают беспредел и неравность в обществе: это показания осуждённых, принижение рабочего класса и даже недовольная укладом элита, — хмыкнул Чанёль.— Не думала, что есть такая.— Есть. Мы проделали огромную работу. Её начали ещё наши родители, — в памяти ожил рьяный революционер — отец. — Мы хотим попробовать всё изменить мирно: показать всему городу, что так жить нельзя, заставить всех задуматься.— А потом? Что вы предлагаете потом? Ну, увидят, задумаются, всплакнут, а дальше что?— Мы предлагаем провести выборы и избрать новый департамент. Сейчас у власти только элита, причём, как ты знаешь, раз в два года они проводят внутренние выборы и меняются местами, но суть та же, ведь класс В не имеет права голоса. Мы хотим вынести предложение избрать в департамент и представителей второго класса, а после и вовсе стереть само понятие — классы. Управлять должны самые достойные.— Это звучит слишком сказочно.Чанёль обиженно насупился:— Я в это верю! Мы в это верим, — пробурчал он. — И Чен в это верит, — к чему-то добавил он.— А если мирно не получится и люди испугаются менять всё так кардинально? Да и элита вряд ли так просто уступит.— Для этого мы захватили оружие, — он угрожающе прищурился. — Захватим и посадим тех, кто решил, что может повелевать судьбами.— Думаешь, они не обезопасят себя?— Соя, мы готовы сражаться. Если выиграю не я, то тот, кто придёт после меня или после него, но однажды это надоест нашему народу, и он выйдет на улицу и изменит свою жизнь.Но все эти мечты и утопические разговоры меня не особо волновали. В центре моего мозга пульсировало имя — «Чен». Сможет ли он выйти живым? Остальное отходило на второй план.— Что вы планируете предпринять, чтобы достать из башни застрявших ребят?— Сейчас там кругом жандармы. Они ищут внутри и снаружи, рассчитывая на то, что мы пытаемся атаковать компьютеры. Мы же, на самом деле, подключаемся при помощи кабелей, которые проложены в узких шахтах.Я живо представила, как Чен задыхается в железном гробу, и меня бросило в холодный пот.— Нельзя их там оставлять...Чанёль взволнованно взъерошил свою красную шевелюру.— Мы обдумываем разные варианты. Проблема в том, что мы не знаем, где конкретно в башне находятся ребята. Они успели подключить кабель, а дальше... Корпус сооружения гасит сигналы, и позвонить им мы не можем, — парень устало опустился на стул и уставился в развёрнутую карту.В другой ситуации можно было бы посидеть и подумать, прикинуть разные варианты, мысленно проиграть их и выбрать наиболее подходящий, но времени не было. Если жандармы найдут их, нам их больше не видать. Мне — не видать. И от этого такой ужас нахлынул, что даже уши заложило подскочившим от волнения давлением.— Если жандармы сосредоточены в башне, — медленно начала я, пытаясь правильно сформулировать возникшую идею, — значит, надо переключить их внимание на что-то другое. Нельзя ли взорвать что-нибудь ненужное поблизости?Ошарашенный Чанёль удивлённо уставился на меня.— Тогда... тогда все кинутся к другому месту, а у ребят будет время покинуть башню, — сбивчиво пояснила я.— Да я понял! — вскочил Чанёль и закопошился в телефонах. На одном из них он набрал номер и вкратце пересказал мою мысль. Судя по всему, с той стороны за эту мысль живо вцепились и начали развивать. Чанёль мгновенно забыл обо мне и, прихватив телефон, выскочил из квартиры, забыв закрыть за собой дверь.Я перевела взгляд на карту. А что, телебашня не так далеко отсюда.Куртка Чена с капюшоном подошла, как влитая. Кофту, в которой была в прошлый раз, больше не брала. Если повезёт, то в суматохе он и не заметит, что я в его вещи. Вопрос, чем я могла там помочь, в моей голове даже и не возник. Я должна быть там. Всё внутри гнало меня туда, билось в голове молоточком «Вперёд! Быстрей!», и я не стала сопротивляться внутреннему чутью.И не зря.  

Примечание автора:

Ах, как давно меня здесь не было...

Всё так закрутилось... Надеюсь, в ближайшие недели мне станет полегче, и я постепенно буду наращивать темпы. Надеюсь, вы ещё помните о моём существовании)

К Новому году желающим предлагаю обменяться письмами (кому-то и я напишу ^_^): https://vk.com/worlds_lovets?w=wall-92432467_10922

А после выполнения некоторых этапов обещаю снять целое видео-послание для моих любимых читателей! - https://vk.com/worlds_lovets?w=wall-92432467_10948

Кстати, у меня на улице зеленеет травка. Эх, быстрей бы снег...