7

Поздний вечер, сразу после свидания на смотровой площадке.После смотровой площадки машина Феликса сворачивает к закрытому гоночному комплексу. Ночь глубокая, паддок погружен в тишину, а сама трасса залита холодным светом софитов и ждет рассвета.Мишель, переполненная адреналином и сияющая от счастья, затягивает туже ремни безопасности в запасном тренировочном болиде команды, предварительно получив разрешение от ночного дежурного менеджера. Феликс стоит на пит-лейне, с улыбкой наблюдая за тем, как ревет мотор, оживая под ее управлением.Болид срывается с места, разрезая ночной воздух невероятным свистом, оставляет позади крутые повороты и исчезает в темноте прямой. Спустя пару минут машина возвращается, плавно тормозя прямо у боксов.Мишель снимает шлем, встряхивая темными волосами, и смотрит на Феликса сверху вниз из кабины, сияя от восторга.— Ну как тебе, Ликс?!Феликс подходит ближе, опираясь руками о бортик кокпита. В его глазах смешаны восхищение, гордость и безумная нежность к этой девушке, которая принадлежит стихии скорости.— Огонёк... ты потрясающая. Просто невероятная.Спустя полчаса спортивная машина останавливается у массивных автоматических ворот уединенного, утопающего в зелени современного особняка на холме. Мишель выходит первой и набирает код на панели. Тяжелая дверь распахивается, открывая вид на просторный светлый холл с панорамными окнами и минималистичным дизайном.Феликс идет следом, оглядываясь по сторонам. Статус топ-гонщицы Формулы-1 и рекламные контракты с мировыми брендами давно сделали Мишель долларовой миллионершей, но она редко говорила о материальной стороне своей жизни, предпочитая скромность. Сейчас же этот дом говорит сам за себя.Феликс останавливается посреди огромной гостиной, присвистнув от удивления.— Ого... Огонёк, это было неожиданно. Серьезно, я впечатлен.Мишель улыбается, ставя ключи на мраморную стойку, и слегка смущенно пожимает плечами.— Ну как, Ликс, нравится? Я еще не совсем вещи разложила, переехала сюда незадолго до... той ужасной ночи. Здесь тихо, и никто не мешает отдыхать после гонок.Феликс медленно подходит к ней, забирает из её рук сумочку и мягко обнимает за плечи, вглядываясь в уютное пространство вокруг.— Тут очень красиво и уютно... Главное, чтобы тебе здесь было безопасно и тепло. Я рад, что теперь у тебя есть такой дом.Позже ночью они сидят на просторной террасе второго этажа, завернувшись в один мягкий кашемировый плед. Внизу мерцает огнями ночной Сеул, а над ними раскинулось темное бархатное небо.Мишель устраивается головой на плече Феликса, чувствуя невероятное умиротворение. Боль от потерь больше не рвет душу на части — рядом с ним её мир постепенно исцеляется.Феликс нежно перебирает пряди её волос, чувствуя, как она расслабляется. Он наклоняется ближе, заглядывая в её глаза, в которых отражаются далекие звезды.— Ты сегодня была королевой трассы, огонёк. И королевой моего сердца.Мишель тихо выдыхает, чувствуя, как по коже бегут мурашки. Она приподнимается на локте, встречаясь с его взглядом, полным безграничной преданности и любви.Феликс больше не ждет. Он бережно придерживает её лицо ладонью и мягко, но страстно накрывает её губы своими. Этот ночной поцелуй в тишине её нового дома становится финальным аккордом их долгого пути друг к другу — нежным, сладким и абсолютно правильным.Спальня в особняке Мишель. Панорамные окна во всю стену, сквозь которые начинает пробиваться мягкий розовый свет раннего сеульского рассвета.Комната утопает в полумраке, разогнанном лишь первыми лучами солнца, окрашивающими небо в нежные оттенки персикового и золотого.Мишель просыпается первой. Ей не хочется шевелиться, ведь она чувствует, как крепко и надежно Феликс прижимает ее к себе, устроившись на огромной кровати в ее новом доме. Его рука покоится на ее талии, а дыхание ровное и спокойное.Она поворачивается к нему лицом, аккуратно касаясь пальцами его светлых волос и россыпи золотистых веснушек на переносице. Прошлое больше не душит по ночам. Страх перед одиночеством исчез, растаяв в лучах этого утра. Теперь у нее есть дом, есть любимое дело, и есть он — ее главный огонёк и опора.Феликс приоткрывает глаза, сонно моргая. Заметив перед собой Мишель, он тут же улыбается той самой чистой, мальчишеской улыбкой, от которой у нее каждый раз замирает сердце.— Доброе утро, моя чемпионка... Который час?— Рассвет, Ликси. Самое красивое утро за последние несколько лет.Феликс притягивает ее еще ближе, не оставляя между ними ни единого сантиметра пространства, и мягко цепляет носом ее нос.— я бы хотел просыпаться так каждое утро. Только ты, я, и никаких графиков, перелетов и гонок... хотя нет, гонки ладно, твою скорость я запрещать не имею права.Мишель заливается звонким смехом, обнимая его за шею и утыкаясь носом ему в грудь.— Договорились. Но сегодня никуда спешить не нужно. Мы дома.Феликс нежно цепляет ее подбородок, заставляя поднять взгляд, и накрывает ее губы долгим, трепетным утренним поцелуем.