3

Тишину палаты нарушает лишь мерный пик медицинского монитора и тихий стук ложечки о фарфоровую чашку.Мишель сит на кровати, укутанная в плед. Бледная, с темными кругами под глазами и застывшим, пустым взглядом, устремленным в одну точку. После потери Эмили мир для неё потерял все цвета. Каждый вдох дается с трудом не только из-за сломанных ребер, но и из-за тяжести в груди, которую не способны заглушить никакие анальгетики.Дверь тихо открывается. В палату входит Феликс. На нем лаконичный черный кардиган, в руках — бумажный пакет с любимым клубничным десертом Мишель, к которому она даже не притрагивается уже несколько дней.Он садится на стул рядом с кроватью, аккуратно ставит пакет на тумбочку и берет её холодную, безвольную руку в свои ладони, согревая.— Как ты, Шелли? Врач сказал, что к концу недели тебя уже могут выписать.Мишель медленно поворачивает к нему голову. В её глазах — бесконечная усталость и тихая боль.— Выписать... Куда, Ликс? Возвращаться в тот дом одному — это... это слишком громко. Там везде её вещи, её смех. Я не смогу.Феликс сжимает её пальцы крепче. За эти недели, проведенные у её больничной койки, его чувства переродились. Это больше не была просто детская привязанность или романтическая влюбленность. Это было всеобъемлющее, пронзительное чувство защиты, выросшее из боли, ужаса той ночи и её беззащитности. Он полюбил её по-настоящему — надломленную, потерянную, всю состоящую из осколков. И он поклялся себе, что соберет её заново.— Ни в какую пустую квартиру ты не вернешься. Ты переедешь ко мне.Мишель вздрагивает, удивленно поднимая на него глаза.— К тебе? Ликс, нет, я не могу... Это слишком. Ты айдол, у тебя график, общежитие, постоянные камеры, папарацци. Я не хочу портить тебе жизнь и быть обузой. И вообще... мы же просто друзья.Феликс горько и тепло улыбается про себя. «Просто друзья». Как же больно звучит эта фраза, учитывая, что его сердце давно бьется только ради неё. Но сейчас не время для признаний. Ей нужно восстановиться .— Никакая ты не обуза. Ты моя лучшая подруга, Шелли. А друзья для того и нужны, чтобы делить крышу, когда буря сносит твой собственный дом. Мои ребята поддержали идею, Чан только за, места хватит всем.Феликс делает небольшую паузу, стараясь разрядить обстановку и вернуть на её лицо хотя бы тень улыбки.—Познакомлю тебя со всеми мемберами поближе, научишь их наконец нормально завязывать шнурки или водить картинг. Переживем это вместе, идет?Мишель смотрит в его искрящиеся заботой глаза, чувствуя, как ледяная стена вокруг её сердца чуть-чуть тает. Она кивает, не зная, что за этой маской «просто друга» скрывается мужчина, готовый отдать за неё весь мир.