Глава 14

Pov: Исо

Если бы вы спросили меня, когда я полюбил Асю...

Я бы не смог ответить.

Правда.

Потому что проблема в том, что я не помню своей жизни без неё.

Некоторые люди появляются в твоей жизни внезапно.

А потом становятся чем-то важным.

С Асей было не так.

Она была всегда.

С самого начала.

Настолько давно, что иногда мне кажется, будто Всевышний создал нас соседями ещё до нашего рождения.

Наши отцы дружили ещё тогда, когда были молодыми.

Наши матери вместе пили чай, мечтали о будущем, строили планы.

Потом родился я.

Через год родилась она.

И всё.

С этого момента наши жизни переплелись настолько сильно, что иногда я сам не понимаю, где заканчивается моя история и начинается её.

Я был первым, кто держал её на руках.

Мне был год.

Конечно, я этого не помню.

Но фотография до сих пор лежит у мамы в альбоме.

Маленькая Ася завёрнута в одеяло.

А я рядом сижу с очень серьёзным лицом.

Будто мне доверили охранять государственную тайну.

Мама до сих пор смеётся над этой фотографией.

А я нет.

Потому что иногда мне кажется, что тогда всё и началось.

Только никто из нас этого не понимал.

Даже я.

Особенно я.

В детстве Ася была ужасным ребёнком.

Если она когда-нибудь прочитает эту книгу, то наверняка начнёт спорить.

Но это правда.

Она была катастрофой.

Маленькой.

Громкой.

Упрямой катастрофой.

Она постоянно падала.

Постоянно куда-то лезла.

Постоянно находила проблемы.

И постоянно каким-то образом оказывалась рядом со мной.

Однажды она решила, что умеет лазить по деревьям.

Не умела.

Упала через две минуты.

Разбила коленку.

Плакала так, будто наступил конец света.

А потом сидела рядом со мной на качелях и ела мороженое.

- Ты сам виноват.

Сказала она.

- Почему я?

- Потому что не остановил меня.

Я помню, как тогда посмотрел на неё.

А потом рассмеялся.

Потому что только Асия могла обвинить человека в том, что сама залезла на дерево.

И знаешь что?

С тех пор ничего не изменилось.

Она до сих пор создаёт проблемы.

Только теперь они стали больше.

Я всегда думал, что отношусь к ней как к сестре.

Все так думали.

Наши родители.

Соседи.

Друзья.

Наверное, даже она сама.

И я тоже.

Долгое время.

Очень долгое.

Пока однажды не произошло кое-что странное.

До сих пор помню тот день.

Мне было пятнадцать.

Ей четырнадцать.

После магриба я возвращался домой из мечети.

И увидел Асю во дворе.

Она сидела на качелях.

В хиджабе.

С книгой на коленях.

Ветер слегка шевелил края ткани.

Она что-то читала и даже не заметила меня.

И вдруг...

Я остановился.

Просто остановился.

Без причины.

Смотрел на неё.

И думал.

"Когда она успела вырасти?"

Вот и всё.

Обычная мысль.

Совершенно обычная.

Но именно после неё что-то пошло не так.

Или наоборот.

Слишком правильно.

Потом стали происходить странные вещи.

Я начал замечать то, чего раньше не замечал.

Например, её смех.

Нет, серьёзно.

Вы когда-нибудь замечали чей-то смех?

Не просто слышали.

А именно замечали.

Я начал.

И это было ужасно.

Потому что теперь я мог узнать её смех среди сотни голосов.

Потом я начал замечать её настроение.

Когда она злится.

Когда делает вид, что не злится.

Когда ей грустно.

Когда она устала.

Когда притворяется сильной.

Я видел всё это.

Даже тогда, когда остальные не замечали.

Особенно тогда.

А потом настал день, который всё изменил.

Окончательно.

Я до сих пор его помню.

До мелочей.

До последней детали.

Ася заболела.

Сильная температура.

Ничего смертельного.

Альхамдулиллях.

Но несколько дней она не выходила из дома.

И знаете...

Это были самые странные дни в моей жизни.

Потому что впервые за много лет я не видел её.

Не слышал.

Не спорил с ней.

Не называл ведьмочкой.

И именно тогда понял одну очень неприятную вещь.

Мне её не хватает.

Слишком сильно.

Ненормально сильно.

Не как друга.

Не как сестры.

Не как соседки.

По-другому.

Совсем по-другому.

Помню, как тогда сидел после иша-намаза и смотрел в окно на её дом.

И впервые испугался.

По-настоящему.

Потому что понял.

Я пропал.

Полностью.

Без шансов на спасение.

Но знаете, что самое смешное?

Я никому ничего не сказал.

Никому.

Даже самому себе.

Потому что как я должен был это объяснить?

Что мне нравится девушка, которую я знаю почти всю жизнь?

Девушка, которую наши семьи считают частью семьи?

Девушка, которая доверяет мне больше, чем большинству людей?

Нет.

Я не мог.

И поэтому сделал единственное, что умел.

Спрятал всё глубже.

Намного глубже.

Она никогда не узнает, сколько раз я ловил себя на том, что ищу её взглядом.

Никогда не узнает, сколько дуа я делал за неё.

Сколько раз благодарил Всевышнего за то, что она есть.

Сколько раз просил защитить её.

Потому что любовь - это не всегда громкие признания.

Иногда любовь выглядит как тихое:

"О Аллах, береги её."

И больше ничего.

Иногда мне кажется, что я люблю её уже столько лет, что сам забыл, когда всё началось.

А иногда думаю, что люблю её каждый день заново.

Когда она смеётся.

Когда спорит.

Когда защищает кого-то слабее себя.

Когда приносит домой очередного котёнка.

Когда ругается на меня.

Когда закатывает глаза.

Когда просто идёт по улице и даже не знает, что кто-то смотрит ей вслед с улыбкой.

Нет.

Не издалека.

Не как в фильмах.

Я же говорил.

Я вырос рядом с ней.

Я видел её худшие дни.

Лучшие дни.

Слёзы.

Страхи.

Ошибки.

И всё равно...

Нет.

Не так.

Не "всё равно".

Именно поэтому.

Потому что любовь - это не любить человека несмотря на недостатки.

Это любить человека вместе с ними.

Но есть вещь, о которой я никогда никому не расскажу.

Кроме вас.

Раз уж мы говорим честно.

Больше всего на свете меня пугает не то, что она меня не полюбит.

Нет.

Я давно смирился с этой мыслью.

Меня пугает другое.

Что однажды она перестанет быть частью моей жизни.

Что однажды я приду во двор и не увижу свет в её окне.

Что однажды она будет рассказывать свои новости кому-то другому.

Что однажды рядом с ней будет стоять другой человек.

Не я.

И вот тогда...

Тогда мне действительно станет страшно.

Потому что некоторые люди становятся для тебя домом.

Не местом.

Не зданием.

Человеком.

И Асия Демир давно стала моим домом.

Только сама об этом не знает.

И, возможно...

Никогда не узнает.

Потому что пока мне достаточно одного.

Видеть, как она улыбается.

Даже если причина этой улыбки никогда не будет связана со мной.