псих

тишина в квартире наступила внезапно, словно кто то просто выдернул шнур из розетки. секунду назад здесь гремел металл, летели маты и крики в сторону мэтта, сухим треском разбилась тарелка, а потом и вовсе полетела вся возможная посуда, а теперь только свист сквозняка и неритмичное дыхание мэтта.

мэтт сполз по стене, игнорируя хруст мелких стеклянных осколков под подошвами своим видавших жизни конверсов. он не стал догонять парня. знал, что сейчас мелло — это оголенный провод под напряжением в пару тысяч вольт. дотронься — и в секунду испепелит обоих.

он перехватил бутылку за горлышко, чувствуя, как холодное стекло немного остужает вспотевшую ладонь. в углу комнаты, в густой тени, блеснул золотистый клочок фольги — единственное, что мелло оставил после себя, кроме этого пиздеца.

— псих, блять, — негромко произнес мэтт в пустоту, и уголок его губ дернулся в слабой, почти неживой усмешке.

он не злился. злится на мелло было все ровно что обижаться на шторм или лесной пожар. мэтт просто ждал. он всегда был лучшим в мире игроком в ожидание: ждал своей очереди в приюте вамми, ждал загрузки уровней, ждал когда амбиции его единственного друга наконец позволят им просто выдохнуть.скрежет шин по гравию стих пару минут назад, но мэтт все еще сидел на полу, прислушиваясь к эху в пустом коридоре. мелло ушел красиво - с битьем посуды, с криками, что ниа чмошник, а эл был бы в ужасе от их методов.

мэтт медленно поднес бутылку к губам. горлышко звякнуло о зубы, а потом холодная жидкость постепенно разливалась по желудку мэтта, оставляя горький привкус, от чего парень скривился.

— громкий ты, михаэль, — пробормотал он, глядя на разбитую посуду. — столько шума, а в итоге сидим в дыре, блять.

за окном красиво догорал закат, окрашивая комнату в цвет ржавчины и запекшийся крови. мэтт не любил этот цвет. он предпочитал неоново-синий или ядовито-зеленый это цвета интерфейса, в котором все логично. в игре, если нажимаешь прыжок, то персонаж прыгает. в жизни с мелло ты нажимаешь помочь, а в ответ получаешь стакан в стену и обвинения, вместе с оскорблениями.мэтт чувствовал себя старым. не по годам, а по количеству увиденного дерьма. в доме вамми их учили быть лучшими из лучших, но никто не учил, что будет когда ты третий, а первый и второй превратили мир в личную игровую площадку с настоящими трупами.

мэтт услышал шорох и обернулся. мелло стоял в дверном проеме. он не зашел, просто прислонился к косяку, тяжело дыша. волосы спутались, а куртка расстегнута, в глазах та самая пустота, которую он так тщательно пытался скрыть за резкостью и жесткостью.

— ты че, еще здесь? — голос мелло треснул также резко, как то самое стекло за спиной мэтта.

мэтт не обернулся. он только приподнял бутылку, салютуя тени дверях.

— уровнем ошибся, — как всегда спокойно ответил он. — сохранение чет не сработало, пришлось остаться на старой локации.

мелло сделал шаг в комнату. осторожный, почти робкий, что совсем на него не было похоже. он присел рядом, но не вплотную, оставив между ними полосу из холодного пола.

— я выследил их, мэтт. мы близко. еще один, сука, рывок, и кира..

— завались, — грубо прервал того мэтт. — давай хоть, блять, десять минут побудем просто друзьями, которым не нужно никого, сука, убивать.

мелло резко замолчал. он уставился на свои дрожащие пальцы, а потом тихо, даже спокойно, уткнулся лбом в плечо мэтта. это даже объятием назвать сложно, это скорее был жест тонущего, который нашел обломок мечты, или что то в этом роде.

мэтт затянулся сигаретой, глядя, как дым уходит куда то в потолок. он знал, что завтра они снова будут рисковать своей собственной шкурой, нарушать законы и играть с самой смертью, но сейчас, в этом заброшенном доме, среди битого стекла и запаха дешевого пойла, он чувствовал странное умиротворение.

— знаешь, мелс.. — мэтт выпустил колечко дыма, а после продолжил. — если бы мы были в игре, то я бы сказал, что мы выбрали самый паршивый для нас финал. но блять, графика здесь пиздец реалистичная.

мелло ничего не ответил. он просто крепче вцепился в рукав куртки мэтта, и в этой тишине весь пиздец и все крики вокруг казались ужасно далекими, не настоящими.. не для них. сейчас они для друг друга, пусть завтра мелло опять сорвется и придется пожертвовать очередной парой посуды.

мелло едва заметно вздрогнул, когда пепел с сигареты мэтта упал рядом с его ладонью, но головы не поднял, его пальцы, все еще перепачканные в чем то темном, то ли в дорожной пыли, то ли в чужой крови, - судорожно сжал грубую ткань куртки мэтта.

— хуйня из тебя геймер, мэтт, — глухо отозвался мелло в его плечо. голос был сухим, лишенным привычного яда. — если финал ублюдский, нормальные игроки выходят из игры.

мэтт усмехнулся, чувствуя, как от этой близости по телу разливается странное, неуместное тепло. он затянулся последний раз и прижал окурок к бетонному полу, прямо рядом с осколком от тарелки, которую мелло безжалостно разбил пару минут назад, а ведь она красивая была, какой то нелепый цветочный узор.

— я никогда не был нормальным, да и кнопку «exit» в этой локации завалило мусором и прочей хуйней, когда мы сбежали из винчестера. так что сиди и не выебывайся.

мэтт медленно, словно боясь спугнуть этот момент редкого перемирия, опустил свободную руку на затылок парня. волосы были жесткими, спутанными и пахли гарью, но кель не отстранился. наоборот, он почти неслышно выдохнул, окончательно расслабляясь и позволяя мэтту трогать его.

за окном окончательно стемнело. ржавый закат сменился холодным, безразличными звездами, которые едва пробивались сквозь темную ночь и серые облака, которые перекрывали почти всю красоту ночного неба.

тишина в квартире больше не была такой мертвой. она стала густой и тяжелой, как одеяло, накрывшее двух парней с головой, которые сидели на куче мусора посреди ледяного пола. они знали, что их «пиздец реалистичная графика» скоро закончится титрами, на которых вряд кто то будет плакать. но именно в эту конкретную минуту, в этой дыре, им обоим впервые за долгое время было достаточно того, что они просто существуют.