Часть 25

Хёнджин на секунду оцепенел, не веря собственным ушам. Вся его сущность, гордость и искренняя преданность Феликсу взбунтовались против услышанного. Он резко вырвал свою ладонь из хватки старшего, а его глаза налились опасной кровью.- Ты что сейчас сказал?! - процедил Хёнджин, и его голос сорвался на опасный, утробный рык.- Встречайся со мной, - абсолютно спокойно, глядя прямо в глаза брату, повторил Банчан. На его лице не дрогнул ни один мускул. Он знал, на какие болевые точки нажимает.- Ты совсем берега попутал, Чан?! - Хёнджин сделал шаг вперед, едва сдерживаясь, чтобы не схватить сводного брата за грудки его идеального темно-красного пиджака. - У меня человека похитили! Мою жизнь разрушают прямо сейчас, а ты устраиваешь этот чертов цирк?!Банчан на это лишь равнодушно пожал плечами. В его глазах промелькнула холодная, железобетонная уверенность в своей правоте.- Раз так, тогда помогать я тебе не буду, - ледяным тоном отрезал Чан. Он демонстративно развернулся спиной к Хёнджину, подошел к панорамному окну и взял со стола свой бокал с вином, показывая, что аудиенция окончена. - Можешь уходить и искать своего веснушчатого мальчика сам. Посмотрим, сколько от него останется, когда ты наконец найдешь Чонгука.Эти слова ударили Хёнджина под дых. Перед глазами пронеслись страшные картинки: Феликс в подвале, Феликс на цепи, Феликс, умоляющий о помощи. Времени на гордость не оставалось. Сделка была чудовищной, но цена отказа - смерть Феликса.Хёнджин стиснул зубы так, что послышался хруст. Он сделал два стремительных шага, грубо ухватил Банчана за плечо и с силой развернул его к себе, заставляя выплеснуть пару капель вина на пол.- Ладно! Я согласен! - крикнул Хёнджин прямо в лицо брату, тяжело дыша. - Я сделаю всё, что ты хочешь. Только найди его!Банчан хищно, победоносно улыбнулся. Вино больше не имело значения - он поставил бокал и в то же мгновение крепко перехватил Хёнджина за талию, прижимая к себе. Прежде чем младший успел опомниться, Чан властно, глубоко и требовательно впился в его губы поцелуем, запечатывая этот безумный, греховный контракт. Хёнджин замер, зажмурив глаза от отвращения к ситуации, но не посмел оттолкнуть старшего - жизнь Феликса теперь была в руках этого безумца.