Полночь в Западной башне

Колокол академии пробил двенадцать. Звук эхом разнесся по пустым коридорам, заставляя Чонина вздрагивать. Он ненавидел чувствовать себя загнанным в угол, но приглашение (или приказ?) Сынмина жгло кожу сильнее любого заклятия.

Чонин все-таки надел ту самую юбку. Короткую, вызывающую, дополненную высокими гольфами. Если Сынмин хотел зрелищ — он их получит, но Чонин не собирался играть роль послушной жертвы. Его кошачьи ушки нервно подергивались, улавливая каждый шорох старинных камней.

Дверь на вершину башни была приоткрыта. Внутри пахло сухими травами, холодным камнем и... дорогим парфюмом с нотками металла. Запах Сынмина.

— Ты опоздал на две минуты, — раздался спокойный голос из темноты.

Сынмин сидел на широком подоконнике, одна нога была небрежно согнута, а в руках он вертел старинный гримуар. Лунный свет падал на его лицо, делая кожу вампира почти прозрачной, а глаза — пугающе темными.

— Считай, что я делал макияж, чтобы тебе было приятнее на меня смотреть, — фыркнул Чонин, скрестив руки на груди. Его хвост раздраженно хлестнул по бедрам. — Итак, я здесь. Будешь читать нотации о правилах академии или сразу перейдешь к пыткам?

Сынмин медленно закрыл книгу и спрыгнул на пол. Его шаги были бесшумными. Он начал обходить Чонина по кругу, словно хищник, изучающий добычу.

— Правила академии меня мало волнуют, — Сынмин остановился за спиной неко, и Чонин почувствовал, как волоски на затылке встали дыбом. — Но ты нарушил моё правило. Ты заставил меня ждать. И ты заставил меня заинтересоваться тобой больше, чем положено.

Холодная ладонь Сынмина легла на талию Чонина, чуть выше края юбки. Омега дернулся, но вампир удерживал его крепко, почти властно.

— Ты думаешь, что ты охотник, Ян Чонин? — Сынмин наклонился к его шее, едва касаясь носом чувствительной кожи за ушком. — Думаешь, что пара взорванных склянок делает тебя опасным?

— Я могу сделать намного больше, — прошипел Чонин, оборачиваясь к нему лицом. Теперь их разделяли считанные сантиметры. — Тебе напомнить, что ведьмаки-неко умеют проклинать кровь?

— О, прошу, прокляни мою, — Сынмин ухмыльнулся, и в его глазах блеснул красный огонек. — Она и так полна яда. Но давай договоримся: за каждую твою выходку я буду забирать что-то взамен.

Он потянул за тонкую ленту на блузке Чонина.— Сегодняшний штраф за «Липкий туман»... я хочу, чтобы ты неделю выполнял все мои поручения в библиотеке. И да, — Сынмин скользнул взглядом по его ногам, — в этой самой юбке. Без шорт под ней.

Чонин задохнулся от возмущения:— Ты... извращенный кровосос!

— Я просто ценю эстетику, — Сынмин отстранился, возвращая себе маску ледяного безразличия. — Свободен, лисенок. И не забудь: завтра в шесть я жду тебя с чашкой вербены.