20

— Я сказала отвезти его в палату! — крикнула Лазутчикова на медсестру. Ее пациента уже двадцать минут не могли перевести в палату после оказанной ему помощи. Брюнетка прошла к стойке и взяла планшет, чтобы посмотреть, кто следующий пациент. Уже месяц прошёл с того времени, как она вернулась из Сиэтла. За это время она избегала встреч с Лизой, ей было больно видеть девушку. Она слишком открыла для нее душу, а блондинка выбрала работу. Для Лазутчиковой работа тоже очень много значила, и в ответственный момент она также бы отдалась полностью ей, но никогда бы не сказала, что работа важнее любимого человека. Да, еще одним ударом было то, что Ира, наконец-то, осознала, что любит. Любит так, как давно не любила. Но ее характер никогда не позволил бы простить унижение, которое она испытала, смотря в глаза человеку, которому не нужна.— Доктор Лазутчикова, вы сегодня до безобразия шумны, — к Ире подошел Джош и обнял ее одной рукой, при этом целуя в щеку, так как сегодня они еще не виделись, и он решил так поздороваться. — Доктор Мюрей, вы бы тоже были шумны, если бы вашего пациента держали здесь уже двадцать минут, — буркнула Лазутчикова, — как дела? У тебя со скольки смена? Я что-то потерялась во времени.  — Ты давно потерялась во времени. У меня смена заканчивается ровно во столько же, во сколько у тебя. Поэтому, если ты не хочешь встречаться с мамочкой, которая сейчас у тебя дома, то поехали ко мне. Закажем пиццу, выпьем кучу алкоголя, ты поплачешь, — Джош знал, что Ира и Лиза расстались, знал причину, но Лазутчикова говорила, что пережила этот момент своей жизни. А Мюрей прекрасно видел, что это не так. — Лучше бы ты мою маму забрал из моей квартиры, — Ира выдохнула, — но раз так, то поехали к тебе. Чур, мне баварскую пиццу за твой счёт.  — За мой счет пицца, за твой алкоголь, — Джош похлопал Иру по плечу и увидел, как его зовут, — мне пора. Встретимся на парковке, — он убежал, оставляя Иру.  — Угу, разбежалась, — Ира закатила глаза и вновь пошла к пациенту. На ее счастье, осталось еще несколько часов смены. Лиза стояла около двери в квартиру Лазутчиковой. Она еще ни разу не встречалась с ней после возвращения из Сиэтла. Она вернулась в Вашингтон через три дня после расставания с Лазутчиковой. Дело не сдвинулось с мертвой точки. Убитых больше не было, а значит и дополнительных зацепок брать оказалось неоткуда. К тому же команду и вовсе отстранили от расследования этого дела на самом для них высоком уровне. Директору ФБР совсем не понравились звонки окружного прокурора из Сиэтла, пропитанные нецензурной бранью за то, что его агенты посмели задержать уважаемого человека, мецената. Ролистеру и его команде было высказано предупреждение, и они немедленно покинули город. Но Вин договорился с детективом Морилом, что как только появятся новые улики или же произойдет подобное убийство, он ему сообщит. А дальше Вин будет думать, что делать. Для Лизы же возвращение в Вашингтон не сулило ничего приятного. Она не общается с матерью уже несколько недель из-за расставания с Ирой. Наталья поставила дочери ультиматум — пока она не помирится с Лазутчиковой, то не увидит, не услышит мать. Андрияненко старшая съехала обратно в свой дом, не навещая дочь и не узнавая, как у нее дела. Лиза прекрасно понимала, что Наталья действует из лучших побуждений. Но сама ничего поделать не могла. Хотя безумно хотела исправить то, что натворила, даже не заметив этого. Эти слова были сказаны сгоряча, они не лежали на душе, хоть и были пропитаны умом. Лиза скучала безумно по Ире, по ее голосу, смеху, взгляду, прикосновениям. Андрияненко несколько раз приезжала к больнице на тонированной машине и наблюдала, как Лазутчикова принимает пациентов или же садится в свою машину, чтобы поехать домой. Блондинка ни разу не выходила, не заводила разговор. Она знала, что обидела эту стойкую женщину, знала, что виновата. Но также Андрияненко знает, что хочет исправить эту ошибку. Она не может отпустить чувства к Ире. И никогда не сможет. Через месяц она набралась смелости и поехала к Ире домой. Зная ее расписание, Лиза была абсолютно уверена, что Лазутчикова дома. Но Иры не было, она, как и договаривалась с Джошем, поехала к нему. Она действительно хотела просто расслабиться и выпить с другом, не думая о том, что скучает по Андрияненко. Дома же была Анна. Женщина каждый день приезжала к дочери для поддержки, и несколько раз Ира очень сильно ссорилась с матерью из-за этого. Она не хотела, чтобы кто-то лез в ее личную жизнь, в которой сама-то разобраться не могла.— Ира, ты чего, ключи забыла? — старшая Лазутчикова открыла дверь. Женщина была крайне удивлена увидеть Лизу на пороге, — Лиза?! Здравствуй…  — Миссис Лазутчикова, добрый вечер, — Лиза сглотнула, увидев мать Иры. Она не была к этому готова. Но ей пришлось взять себя в руки, — Ира… она дома?  — Ира?! Ой, а она… проходи, — женщина открыла шире дверь, приглашая Лизу войти, — не стой на пороге.  — Спасибо, — Андрияненко вошла. Она глазами осматривала квартиру, нутром чувствуя, что Иры здесь нет. Лиза остановилась в гостиной, — она не приедет сегодня? — Ее сегодня Джош забрал. Она просто… — Анна хотела сказать, что ее дочь расстроена, но решила не лезть, как и просила Ира, — если хочешь, я могу тебе дать его адрес?! — Наверное, всё же нет, миссис Лазутчикова, — Лиза не хотела мешать Ире. Да и понимала, что им нужно поговорить вдвоем, не привлекая больше никого, — я пойду. Простите, что побеспокоила, — Андрияненко направилась на выход.  — Лиза, подожди, — старшая Лазутчикова окликнула блондинку, — она сказала не лезть, но я не могу на нее смотреть. Она так из-за развода не переживала. Поэтому, езжай к ней. Я напишу адрес, — она взяла листок и ручку. Лиза остановилась около двери, ожидая, когда Анна передаст ей листок. — Я хочу всё исправить, — в момент передачи листка произнесла тихо Андрияненко, смотря в глаза женщине.  — Я бы тоже хотела, чтобы ты все исправила, — женщина поджала губы и отпустила руку.  — Вы общаетесь с моей матерью? — прежде чем уйти, спросила Лиза. Она волновалась за маму, которая даже не отвечала на звонки.  — Да. С ней все хорошо, и она очень переживает за тебя, — Анна не поддерживала Наталью в ее бойкоте. — Передайте ей, что я заходила. Я хочу, чтобы она знала — я не сдамся без боя, — последнее, что сказала Лиза, прежде чем покинула квартиру.  — Обязательно передам, — сказал громко женщина, чтобы Лиза ее услышала. Лазутчикова старшая часто общалась со старшей Андрияненко, ведь то, что их дочери находятся в ссоре, не рушило их дружбу.

— Включи музыку, не хочу тишины, — Ира лежала на диване, — и через сколько там пицца приедет?  — Я передумал насчет заказа, — крикнул из кухни Джош. У него была просторная квартира. Не с таким экстравагантным ремонтом, как у Иры, но вполне подходящая для него по стилю. Спокойные тона, много техники, удобства, трехкомнатная. Много места. Эта квартира была создана для семьи, которую Джош до сих пор не хочет создать.  — В смысле? — Ира посмотрела на дверь, перегнувшись через подлокотник. Она надеялась на веселый вечер с алкоголем и неправильной едой, — ты хочешь, чтобы я умерла с голоду? Мне нужна моя пицца!  — Будет тебе пицца. Идем, поможешь колбасу нарезать, — Джош врубил на полную громкость музыку. Колонки от центра находились как в гостиной, так и на кухне. А сам центр стоял в коридоре, ведущем во все комнаты этой квартиры. Мюрей только выглянул в дверной проем, чтобы включить музыку и не слышать возражения подруги. — Что?! Ты чего, обалдел? — Ира вскочила с дивана и побежала на кухню, — какого черта ты творишь? Я хочу пиццу, а ты ее ваять будешь до завтра. — Руки мой и за готовку. У нас получится обалденная пицца, — Джош пританцовывал под музыку, держа в руках два бокала с первой порцией алкоголя. Его азартные глаза смотрели на Иру, а улыбка трогала лицо своей искренней непосредственностью.  — Вот гад! Припахал, сволочь, — Ира выдохнула и взяла бокал, — мне нужен градус, чтобы хоть что-то начать делать. А вообще, она была рада, что так проведёт время с другом. Ведь они давно не общались по душам. — Пей, танцуй, — Джош приобнял Иру рукой за талию, заставляя танцевать вместе с ним. В этот вечер он собирался отстранить ее от всех проблем этого мира. Лазутчикова сделала несколько глотков алкоголя и, пританцовывая, пошла мыть руки. Параллельно она еще пела, хотя это больше было похоже на обычное орание слов под музыку. — А какая у нас будет пицца?! — она вернулась к столу.  — Много разной колбасы и сыра! И плевать на всё остальное, — Джош не стал заморачиваться с тестом. А просто купил готовое замороженное и сейчас занимался им, раскатывая его на противень. — Ну окей! Значит, едим хрень! — Ира начала прыгать, при этом нарезая колбасу. Это совершенно было на нее не похоже, ведь куски представляли непонятное месиво. Брюнетке было просто плевать на эстетическую красоту блюда, ведь на вкус все равно будет одно и тоже. — Ууу… уу… ох бейби… — Е… е… е, — Джош подпевал Ире, помогая с приготовлением. Они не часто позволяли себе в силу своих характеров подобного рода веселье. Но сейчас оно оказалось куда эффективней любых разговоров. Они пили, танцевали, смеялись. Этот вечер они продолжили, устроившись на полу в гостиной, поедая пиццу и уже изрядно опьянев. — Нет. Ну ты только подумай — мы херовы великие кулинары! — Джош говорил с набитым ртом, его пьяный язык заплетался, — пицца — веееееещь! Шикарнейше! — Не, вообще офигенски, — Ира практически лежала, и ей было все равно на то, как это выглядело со стороны.— Нужно почаще, наверное, готовить самим пиццу. А… — Ира проглотила то, что жевала, — в следующий раз мы с тобой будем делать суши. Вот! — Да без базара! — Джош опустошил свой бокала со скотчем и лег на пол, одновременно с этим слыша звонок в дверь, но никак не реагируя.  — Эй! Там кто-то пришёл, — Ира показала ногой на дверь, — девушка, да? Я, наверное, мешаю.  — Похер. Мне с тобой хорошо. Почему мы еще ни разу не переспали? — Джош потянулся к Ире. Ему было плевать на того, кто пришел. Лазутчикова захохотала, — ты хочешь со мной переспать? — она оттолкнула руку Джоша от себя и начала вставать, — ты же мне как брат, а это инфест… нет… инцест! Во. Я не сплю с братьями, — брюнетка с трудом встала.  — Ты старомодная. Бе! — Мюрей сел и потянулся к бутылке. Мужчина был пьян, но хотел еще выпить.  — Я здравомыслящая, — с трудом выговорив, сказала Ира и пошла открывать дверь, — я не лишу тебя секса. Я же знаю, что значит его лишиться. Я вот сейчас хочу, но не с кем, — она подошла к двери и начала ковыряться с замком.  — Переспи с тем, кто пришел, — крикнул Джош и засмеялся над своей, как он думал, смешной фразой.  — Точно! Так и сделаю, — Лазутчикова закончила с замком и наконец-то распахнула дверь, но слова вылетели раньше, чем понимание, кто перед ней, — мне плевать, кто ты, но мы идем в спальню трахаться, — это слово Ира всегда считала пошлым и никогда не использовала в своем лексиконе.  — Оу… — это единственное, что вырвалось из губ Андрияненко. Она за доли секунд поняла, что Ира пьяна, но от этого усмешка на ее губах после этой фразы стала только шире. Конечно, Лиза не ожидала увидеть такой Лазутчикову, а возгласы Мюрея «давай, девочка, сделай это» еще больше заставляли ее удивляться происходящему. Лазутчикова сфокусировала взгляд на Лизе, и ее улыбка сразу спала с лица, — ты какого черта приперлась? Я, по-моему, ясно сказала тебе забыть обо мне, — Ира фыркнула на продолжающиеся вопли от Мюрея, — да замолчи ты, тут не вариант.  — Действительно, не вариант. Ведь тебе не удастся меня уговорить… трахаться… — Андрияненко язвила.  — Так какого ты приперлась? — Ира облокотилась плечом о дверной косяк. — За тобой, — Лиза проделала тоже действие, тем самым становясь ближе к Ире  — Значит, ты все же не поняла того, что я тебе сказала?! — Ира не могла смотреть на Лизу так близко, она у нее расплывалась, — уходи. — Ты скучаешь по мне, также, как и я по тебе. Я не уйду, — Андрияненко стояла на своём. — Вы уже в спальню что ли провалились? Так почему дверь не закрыли — дует!  — Нет, сейчас закрою, — крикнула Ира и встала ровно, — уходи! Мне не нужна девушка, которой не нужна я.  — Если было бы так — я здесь не стояла бы, — Андрияненко продолжала стоять, облокотившись плечом о косяк. Она любовалась Ирой с настолько близкого расстояния, которое не могла позволить себе в течение месяца. — Андрияненко, хватит тут стоять, мне дверь нужно закрыть, — Лазутчикова показала на дверь, — и вообще, меня пицца ждет.  — Поняла, — Лиза оттолкнулась плечом от косяка. А еще через мгновение, отстраняя от дверного проема Иру, вошла в квартиру, — угостишь пиццей? Я голодна.  — Эй! Тебя не приглашали, — завопила брюнетка, когда Лиза нагло вошла в гостиную, где на полу с бутылкой у рта сидел Джош, — мы тут переспать собирались.  — Андрияненко? — Мюрей поперхнулся алкоголем. Он закашлялся, плюя скотчем на пол и на свои же ноги. — Оо, интересный экземпляр для страстно проведенной ночи, — Лиза с издевкой и одновременно с осуждением посмотрела на Лазутчикову.  — Не твое дело, — Ира фыркнула и подала Джошу салфетку.  — Спа… сибо… — кашляя, кивнул мужчина, пока не имея возможность комментировать появление Андрияненко. — Ты меня накормишь или нет? — Лиза видела, что пиццы у друзей осталось больше половины. А это означало, что они больше налегали на спиртное, нежели на еду.  — Нет! Андрияненко, уйди. Я не хочу тебя видеть, общаться, — Ира зло смотрела на Лизу. Поэтому, взяв бутылку, сделала несколько глотков из горла, — у нас тут вечер на двоих.  — Вали, предательница! — Джош медленно начал вставать. Но пьяные конечности его не слушались, и он упал обратно на задницу, едва поднявшись. — Я не уйду, Лазутчикова, — Лиза села на подлокотник дивана, смотря на происходящее через призму спокойствия.  — Тогда мы пойдем, — Лазутчикова подала руку Джошу, — в спальню, — Ира не собиралась спать с другом даже назло Лизе. Но она была обижена на девушку и не хотела сейчас с ней разговаривать. Мюрей попытался встать с помощью Иры. И через некоторое время ему это удалось, но с подключением силы агента. Андрияненко не хотела больше видеть жалкие попытки Лазутчиковой поднять на ноги пьяного мужчину. — Может, вам помочь дойти до спальни? — закатывая глаза, спросила Андрияненко. — Сами справимся. А вообще, ты чего это тут раскомандовалась? Тебя никто не ждал. Мы хорошо сидели, ели, пили, и тут ты приперлась. А ну, давай… — Ира замахал руками, — сваливай.  — Весь праздник испортила. Андрияненко, иди отсюда, а то вдарю, — Джош толкнул Андрияненко в плечо. Лиза сделала шаг назад, но ей не понравилось рукоприкладство друга Иры. И Лазутчикова могла лицезреть это по ее лицу.  — Джош, — Ира и сама не хотела, чтобы друг трогал Лизу, все же чувства никуда не ушли, — а ты, нечего тут свои взгляды кидать. Он прав, тебя никто не ждал. Иди, работай, лови своих маньяков. А мне и без тебя хорошо. — Ответь честно, и я уйду, — Лиза пронзительно взглянула в глаза Ире, — тебе хорошо без меня? Ты готова окончательно отпустить меня, порвав нашу нить? Я уйду, но ты ответь честно, Ира. Ведь я не могу без тебя жить. Ты. Мне. Нужна, — Лиза дотронулась руки Лазутчиковой невесомым касанием пальцев, — солнце… Лазутчикова не знала, что сказать. Она уже приняла для себя решение, что больше не будет с Лизой, но оно пошатнулось при первой же встрече с девушкой. Ира не хотела отпускать Андрияненко, она нуждалась в ней и очень скучала.  — Ладно, я понял, — Мюрей сделал шаг к Андрияненко, — она скучает. А ты только попробуй её обидеть! — он пригрозил Лизе пальцем. Но потом ушел, оставляя женщин наедине. — Его слова ничего не значат, — Ира посмотрела на Андрияненко, — да, я скучаю, но вновь наступать на те же грабли я не хочу.  — Ира, нам нужно поговорить, — Лиза взяла Лазутчикову за руку, совсем невесомо гладя большим пальцем ладонь, — очень нужно.  — Я считаю, нам не о чем говорить. Ты выбрала работу, а на это я не подписывалась. Мне нужны нормальные отношения с человеком, который меня для себя во что-то ставит.  — Я ставлю. Ты выше работы в моей жизни. Но и от нее я отказаться не могу. Никогда не смогу, — Лиза опустила взгляд на их руки. — По-моему я тебя и до этого не просила этого делать, но ты решила по-другому. Ты сказала, что работа важнее меня и наших отношений. Я приехала к тебе через весь город, чтобы узнать, почему ты бросила трубку, почему ты не отвечала на мои звонки. А ты начала дергать меня и орать, что у тебя работа. Поэтому хватит мне тут петь песни о счастье.  — Я была на взводе. Маньяка, который убил двух мужчин, решили выпустить на свободу. Это тот человек, который предложил тебя подвезти. Ира, я прошу прощения за свои несдержанные эмоции. Я не должна была говорить то, что сказала, — Лиза дотронулась другой рукой до свободной руки Иры.  — Отлично, твой маньяк еще и ко мне подкатывал, — Ира смотрела на руки Лизы. Она наслаждалась этими прикосновениями, по которым очень соскучилась.  — Я не позволю ему или кому-то еще причинить тебе вред, — Лиза поднесла обе руки Иры к губам, поочередно нежно целуя тыльную их сторону, — прости меня. Ты важна для меня. Солнце моё…  — Если ты ещё раз мне скажешь, что я и наши отношения идут после твоей работы, ты больше никогда меня не увидишь, — Ира с любовью смотрела на Андрияненко. Алкоголь все еще был в крови, и она была далеко не трезва, но это не мешало ей осознавать, что она в любом состоянии хочет быть с этой девушкой.  — Я так не скажу. Я сделала свой выбор, — Лиза улыбнулась. Внутри она буквально прыгала от счастья, ведь Ира начинает оттаивать.  — И что ты лыбишься? Поцелуй меня уже или не соскучилась? — Ира закатила глаза.  — Я хочу, чтобы ты это сделала. Тогда я почувствую, что прощена, — Андрияненко опустила руки Иры себе на талию, сама также обняла женщину.  — А ты и не прощена. Я просто дала тебе шанс вновь завоевать мое доверие, — Ира приблизилась и дотронулась носом до щеки блондинки.  — Я его завоюю. Но начну не здесь, — Лиза замерла, закрыв глаза. Она наслаждалась этим моментом, буквально дрожа.  — Что это значит?  — Это значит, что я хочу похитить тебя у твоего друга, — Лиза прошептала эту фразу в ухо Иры. — Похитить?! —спросила  Ира, — ну не знаю, согласна ли я на это, — кокетничала Лазутчикова. Она висела на Андрияненко, ведь слабость в ногах давала о себе знать.  — Ты сделала свой выбор, и теперь я не буду тебя спрашивать, — Лиза подхватила Иру на руки и пошла из квартиры.  — Эй! Ты что делаешь? — Ира не ожидала таких действий, — а Джош, а мои вещи, ключи, сумочка… — Самое главное, что одежда на тебе, а всё остальное сейчас не важно, — Лиза открыла входную дверь. Она боком вышла в дверной проём и направилась вниз по лестнице. Джош живет на третьем этаже, и лифта смысла ждать не было.  — А обувь? — Ира посмотрела вслед, убедившись, что дверь захлопнулась, — мой пиджак. Я его купила три дня назад.  — Я тебя донесу, а потом что-нибудь моё обуешь. А пиджак тебе Джош вернет на работе, — Лиза командовала. Но делала так исключительно потому, что видела и знала, что Ира не против этого.  — Ум…ф... — Ира расслабилась и откинула голову, — а куда ты меня похищаешь?  — В подвал, — Андрияненко спокойненько ответила. Она скрывала улыбку, рвущуюся наружу.  — Куда? Да там холодно, а я без обуви. Не хочу в подвал, — Ира действительно не поняла шутки.  — Ты еще там без одежды останешься. А еще наручниками прикую, чтобы никуда не убежала, — Лиза усмехнулась.  — Только розовые и с мякушкой. Я такие в сексшопе видела, — пробубнила Лазутчикова, — а еще там такая хрень была с хвостом. — Кошачий хвост? — Лиза засмеялась. Они вышли на улицу.  — Там разные были, — хихикнула Лазутчикова, — а ты БДСМ увлекалась? — она воодушевилась и посмотрела на Лизу.  — Опыт был, — Андрияненко пожала плечами, тем самым чуть приподняв Лазутчикову, но тут же опустив. Они дошли до машины, — так, держись за шею, я ключи достану.  — Был?! А с кем? А когда? А вы просто играли или по-настоящему? — Ира держала за шею. Ей стала интересна эта тема, хотя раньше она никогда об этом не думала. — Всего понемногу, — Андрияненко открыла дверь и усадила Иру. Она хотела поцеловать Лазутчикову, прежде чем вылезти, но решила предоставить эту возможность Ире. Чтобы точно понять, что действительно прощена. Быстро обежав авто, Андрияненко заняла место на водительском сидении.— А ты развратница, — Ира толкнула блондинку в плечо. У нее было игривое настроение. Она помирилась с Лизой, и с души свалился этот ком.  — Это не моя вина, — Андрияненко засмеялась. Она завела двигатель, не отрывая взгляда от Иры. Хоть Лазутчикова была немного пьяна, но Андрияненко знала, что это совсем им не мешает понимать друг друга. — Тебя совратили?! Какой ужас. Кстати, я о тебе такого и подумать не могла. Ты плохая Андрияненко, плохая! Тебя нужно наказать. — О, нет, дорогая, — Лиза засмеялась, качая указательным пальцем из стороны в сторону, — тебе не удастся перехватить инициативу. — Так, а ты не надейся быть выше, мала еще со взрослой тетей в такие игры играть, — Ира засмеялась и схватила Лизу за палец. — Ай, — Андрияненко дернулась ближе к Ире, клацая зубками. — Зубы молочные не сломай, — Ира приблизилась, но не целовала девушку, хотя очень хотелось.  — Не сломаю. Будь уверена, — томный шепот окутал салон автомобиля. Глаза сверкали от такой близости с Ирой.  — Поехали, — Ира отстранилась. Лизе не нужно было повторять несколько раз. Она хотела быстрее оказаться дома. — Слушай, а ты хочешь поиграть в БДСМ, или твои слова были сказаны для поддержания шутки? — осторожно поинтересовалась Лиза.  — Ты хочешь! — воскликнула Ира, — ах ты хулиганка. Хочу. Хочу наказать тебя за твоё поведение, — брюнетка села в позу лотоса и смотрела на девушку. Ира бы и хотела поиграть, но знала, что их характеры и внутренняя сила не позволят одной из них подчиняться. — Дело не в этом, — Лиза покачала головой, — была у меня пару лет назад одна девушка, — Андрияненко кашлянула, — она была, мягко говоря, помешана. — Помешанная?! Порола тебя что ли?  — Нет, — Лиза засмеялась и с удивлением посмотрела на Лазутчикову, — наоборот.  — Ум… ты ее! И как? Ты была строгой? — Ира заинтересовалась самим моментом.  — Была, — Лиза не собиралась скрывать, — но она оказалась мазохисткой, а из меня хотела сделать садистку. — Фу! Я люблю страсть, но не боль. И вообще, я не люблю, когда меня шлепают. Это для меня не приемлемо.  — Да? — Лиза удивилась, — а когда я тебя несколько раз шлепала, ты оказалась не против.  — А теперь вспомни, как ты меня шлепала, и что после этого делала я. Я же не лежала у тебя на коленях попой вверх?!  — А… то есть, шлепание во время бурного секса позволительно? А в знак наказания — нет, — озвучила Лиза и вновь засмеялась. — Оно нежелательно. Лучше хватания, сжимания и поглаживания. Понятно?! — Ира отклонилась на дверь автомобиля и немного приоткрыла окно, чтобы ее не начало мутить. — Понятно, понятно. Но это я и так знаю. И вообще, главное я услышала, — Лиза посмотрела на Ирк, но потом вновь вернула внимание дороге, — если хочешь, засыпай. Я перенесу тебя. — Нам ехать-то еще пятнадцать минут максимум, так что переживу. Вот ты завтра не могла прийти мириться, а? Мы так хорошо с Джошем сидели, пили, болтали. Я изливала ему душу. — На насущную тему? Или еще что-то случилось, чего я не знаю?  — Насущную. А еще меня все же беспокоит Тео. Я разговаривала с Грэем, он сказал, что не увеличивал деньги для него. Лиза на секунду закрыла глаза, вспоминая о сыне Иры. С делом Доррсена она совсем забыла про пацана и про то, что хотела как можно больше выяснить о его работе. — Солнце, нам предстоит поговорить о нем. Но ты должна пообещать, что позволишь мне помочь ему самой.  — Что?! — Лазутчикова насторожилась. Ей совершенно не понравилось то, что только что сказала Лиза, — в чем ты должна сама помочь моему сыну? Андрияненко не собиралась быть нечестной с Ирой. — Твой сын работает на одного из боссов криминального мира Сиэтла, — она вздохнула, — но, прошу, успокойся. Не психуй.  — Успокоиться?! Не психовать?! Как долго ты знала об этом? Месяц? Ты знала об этом с того момента, как я тебя попросила узнать что-то о его работе, и ты сказала, что все хорошо! Андрияненко, ну ты и… — Ира очень зло посмотрела на девушку. — Я сказала это только для того, чтобы ты видела, что я честна с тобой. Но на этом я прошу тебя, — Лиза посмотрела в глаза Ире, — не лезь и не ссорься с сыном. Будет хуже.  — Я не с ним буду ссориться, а с тобой. Ты опять мне солгала. Я просила узнать, ты узнала, а мне не сказала. Я была там, я могла с ним поговорить. Останови машину! Вот идиотка. Какого черта я влюбилась именно в тебя?! Опять ошиблась. Опять, — Ира готова была «выпрыгнуть» из машины.  — Ира, солнце, черт! — Лиза ударила по рулю руками после того, как Лазутчикова пулей выскочила из машины, когда Андрияненко припарковалась на обочине. Но блондинка не дала ей долго находиться одной, выбегая за ней. — Стой, не убегай в очередной раз от меня, — Андрияненко не хватала Лазутчикову, а просто догнала и крепко обняла. Но потом и вовсе подняла на руки, так как Лазутчикова была не обута.  — Отпусти меня! Ты в очередной раз плюнула на меня. Ты поставила свои потребности выше моих. Это мой сын, а ты сказала, что все хорошо, а сейчас он работает на мафию, — Ира не брыкалась, так как, выбежав, уже наколола ногу, — отвези меня обратно и больше никогда не появляйся в моей жизни! Ненавижу тебя! — Прости меня. Я действительно виновата перед тобой за этот поступок. Я поставила свои интересы выше твоего сына. Но прошу, дай и здесь мне шанс, — Лиза смотрела в непосредственной близости на Лазутчикову и говорила очень искренне, — я всё тебе расскажу, и мы вместе решим, что делать. Не кричи, не убегай, не бросайся жестокими словами, которых по-настоящему не чувствуешь.  — Андрияненко! Ну почему, почему я тебя встретила? — Ира ослабла в руках Лизы, — почему я раз за разом получаю от тебя удар. — Потому что ты любишь меня, а я люблю тебя. И мы с этим уже ничего поделать не можем, — Лиза сказала самые высокие для отношений слова настолько легко, насколько их по-настоящему чувствовала. В этот момент резко пошел дождь. Ливень обрушился на их головы. Небо осветила быстрая и яркая молния, я через несколько секунд небо разверглось в оглушающем грохоте. Ира прижалась к Андрияненко. Она действительно любила, и то, что сейчас происходило, ее очень расстраивало. Ведь ложь никогда не могла быть основой отношений. Это же понимала и Лиза. С сегодняшним приходом к Ире Андрияненко не просто приняла решение о ее важности в своей жизни. Но и окончательно поняла, что с этой женщиной хочет провести остаток своей жизни. И когда Лазутчикова спросила про сына, Лиза, не раздумывая, ответила честно. По-другому в их отношениях быть не могло, и с этого момента и не будет. — Не бойся. Погода нам благоволит, — Андрияненко крепко обнимала Иру. Ее не пугали ни гром, ни молния, ни возможность полностью промокнуть, — мы всё сможем вместе. Я люблю тебя, Ирина Лазутчикова. И никуда, никогда не отпущу, — агент говорила эти слова от сердца, ее глаза горели любовью, когда она смотрела в глаза брюнетке. Губы сложились в улыбку, демонстрируя честность произнесенных слов. — Я тебя… — Ира также смотрела в глаза девушке. Она бы и хотела сказать, что ненавидит, что презирает, но не могла. Брюнетка не чувствовала этого. Да, была зла, обижена, но Лиза сказала то, что было правдой, они справятся со всем, ведь любят, — люблю тебя, — женщина приблизилась и поцеловала эти мягкие и такие желанные губы. Андрияненко почувствовала ощущение полета. Никогда в своей жизни она не была так счастлива, как сейчас. Да, у них тяжелые характеры и не менее тяжелые работы. В их жизни пока не присутствует сто процентное доверие. Но в данной ситуации это неважно, ведь у обеих присутствует желание быть счастливой, любимой. У них есть куча времени, чтобы разобраться со всеми их тараканами и по-настоящему осчастливить друг друга.