10

— Я не буду ждать, Рэнни! — Лиза, стой. Ролис приказал ждать. Стой, черт! Шибанутая! — Мур пытался, разговаривая с Лизой по телефону, остановить ее. Но она вошла в ангар, где в особой опасности находился потерпевший и его дочь. А вместе с ними агрессивный психопат. Маньяк с намерениями изнасиловать дочь на глазах отца, а потом убить обоих. Команда Ролис раскрыла этого субъекта за два дня, а еще один день искали его след. Команду вызвали в Джексонвиль после двух подобных убийств с разницей в три дня. За те дни, в которые Ролисы находились в городе, им удалось сдержать преступника и не допустить третьего случая его преступлений. До сегодняшнего дня, когда он сумел похитить одиночку-отца и его пятнадцатилетнюю дочь. Как бы страшно это не звучало, но именно похищение этих людей вывело агентов на след психопата.

Когда Андрияненко вошла в ангар, перед ее глазами развернулась ужасающая картина. Избитый отец был прикован цепями к бетонному столбу, а преступник, Алекс Стоун, двадцати пяти лет, бил сопротивляющуюся практически голую девушку, которая даже не помышляла ему поддаться. На первый взгляд парень не был вооружен, по его складу ума и профессии тренера по борьбе ему это было и не нужно. Андрияненко пришла как нельзя вовремя и со словами: — Стоять. ФБР. Убери от нее руки, грязный ублюдок! — крикнула Лиза. Она не могла выполнить приказ Вина, который гласил не входить без подкрепления. Ролистер с подкреплением должен был приехать с минуты на минуту. Лиза приехала в ангар первой, в котором убивает своих жертв Стоун, так как остальные территориально находились дальше, вместе с подкреплением проверяя другое место. — Ты откуда здесь? — Алекс приставил к горлу потерпевшей Ребекки Кларк раскладной охотничий нож. Девушка замерла, увидев оружие, а сердце ее забилось быстрее, видя подмогу. Отец от травм, полученных от борца, был без сознания, отключаясь всего несколько минут назад. — Опусти пистолет или я разрежу ей горло! — Алекс смеялся. По мимике лица парня можно было с легкостью понять, что он не в себе. — Алекс, убери нож и отпусти девушку! — Лиза умерила пыл, не приближаясь к парочке, но угрожала пистолетом. Девушка чуть вскрикнула, так как Алекс резанул ее по горлу. — Опусти пушку! — Хорошо, хорошо, я убираю его, — Андрияненко медленно подняла оружие, показывая, что больше не целиться, а потом опустила пистолет на пол. Она действовала аккуратно. — Отшвырни в сторону, — потребовал убийца и Андрияненко пришлось подчиниться. — Стоун, ты же понимаешь, что не выйдешь отсюда живым, — угрожала словами агент, прекрасно зная, что подмога близко. — А ты понимаешь, что я убью вас всех раньше! — он истерично засмеялся. Парень прикрывался почти обнаженной молодой девчонкой, на которой было надето только нижнее белье, ведь всё остальное он успел порвать. — А ты хоть заметил, что ее отец не видит твоих злодеяний, — Лиза отвлекала психопата, так как они узнали его главную цель. Зрительный контакт для отца. Ведь даже убивает отцов он после дочерей. Этому психологическому трюку, как и многому другому, команду Ролис научили в Квантико, где агенты пробыли три недели, обучаясь у лучших профайлеров США. Агенты команды Ролистера несколько отличаются от команды Аарона Хотчнера, но стремятся к таким же успехам, как и агенты в Квантико. Стоун отвлекся, смотря на прикованного к бетону мистера Кларка, и этим моментально воспользовалась Ребекка, видя сигнал от Андрияненко. Девушка была не из робкого десятка, и даже в такой смертельной ситуации смогла понять, что не нужно стоять и ждать своей участи. Она ударила Алекса локтем в бок. Секунда замешательства со стороны Стоуна, и он тут же сбит с ног агентом Андрияненко, которая голыми руками набросилась на маньяка, вызволяя Ребекку. Девушка сразу убежала от парочки, подбегая к отцу, пытаясь привести его в чувства и отцепить цепи.  — Ах ты, сука, — Стоун встрепенулся и накинулся на Лизу. Он сразу несколько раз ударил ее по лицу, а потом за ворот рубашки ударил о столб плечом, — ты вместе с нами здесь сдохнешь, — он еще раз хотел нанести удар. Но ему не позволил это сделать боевой прием агента. Лиза ухватила его руку в суставе и резко вывернула, заставляя Стоуна скорчиться от боли. По велению организма его удары по Лизе прошлись эхом болезненных ощущений, которые были бы у обычного человека, но не более. — Ублюдок! — Андрияненко ударила Стоуна коленом в грудь, чтобы повалить на пол. Но все же Стоун был сильнее и также обладал знаниями борьбы. Он вывернулся и нанес очень сильный удар в живот, а потом по лицу Лизы, разбивая скулу в кровь, — не надейся. Ты еще посмотришь на то, как я убью ее и ее слизняка отца. Лиза почувствовала боль и слабость. Да, она агент, но соперник ей достался, во-первых, мужчина, а во-вторых, спортсмен, да к тому же борец. Это была неравносильная драка, но Лиза не сдавалась. Она не видела свой пистолет и отброшенный нож. В ход приходилось пускать только руки и ноги. — Изнасилование соседом так на тебя повлияло? Или то, что твой папочка не защитил тебя? Так, а почему девочки, а не такие же мальчики? — Лиза встала ровно, но не нападала вновь. Она чувствовала во рту металлический привкус, а её чуткий слух уловил подъехавшие машины.  — Заткнись! — Алекс сделал выпад, но Лиза увернулась, — на мне ничего не отразилось. А на тебе сейчас отразится то, что ты не спасешь их, — парень схватил мешок и кинул в Лизу, чтобы отвлечь. Андрияненко сразу нагнулась, чтобы в нее не попал мешок. И в этот момент она увидела, где ее пистолет, и сразу побежала в ту сторону. Преступник кинулся за ней. Он также увидел, где лежит пистолет агента. Лиза успела схватить оружие, но Алекс завалил ее на пол, придавливая своим телом. Андрияненко дергалась, но не могла прицелить оружие в парня. Вырваться не получалось до того момента, как в ангар не начали забегать полицейские с криками «полиция, ФБР, бросайте оружие». Эти крики отвлекли Стоуна, и Лиза быстро оттолкнула его и, встав сначала на одно колено, поймала цель мушкой пистолета. — Не двигаться! — она не шевелилась, чтобы психопат понял, что она выстрелит при любом его движении. Но ему уже больше нечего было терять. Он ринулся на Лизу с целью нанести последний удар. С разных сторон прозвучали выстрелы. Стоун был мгновенно застрелен. — Андрияненко, мать твою! Ты какого черта сюда пошла одна?! — Вин подошел к Лизе и мертвому телу Алекса Стоуна. — А что мне нужно было делать? — Лиза посмотрела в сторону девушки и отца, к которым сразу подбежали полицейские помогать. Андрияненко же встала на ноги и захотела убрать пистолет в кобуру, как скорчилась от неприятных ощущений. Стоун хорошо приложил ее по ребрам, что даже Андрияненко почувствовала собственную боль.  — Идиотка, — Ролистер покачал головой, — потом поговорим. А сейчас в больницу. Врача сюда, — крикнул он, — с тобой Адель поедет.  — Минутку, только с девушкой поговорю, — Лиза пошла целенаправленно к потерпевшей, которую уже укутали в плед и вели из ангара. Ее отца также отцепили от цепей и покатили на каталке из этого места. Вокруг как обычно мигали красно-синие огни, а за кадром играла бы мелодичная завершающая тяжелое дело мелодия. Но в жизни никакой мелодии не было, а только разговоры полицейских, врачей и шум улицы. — Ребекка, — Андрияненко подбежала к девушке уже когда они вышли на улицу.  — С вами все хорошо? — Ребекка, увидев агента, очень обрадовалась, — спасибо вам, вы нас спасли. Если бы не вы…  — Тише, — Лиза обняла девушку. Она не видела своего лица, ведь не чувствовала там сильных ран. А они были. Запекшаяся кровь на скуле, подбородке, брови. Но сейчас не это было главное. Андрияненко собиралась поддержать девушку, чтобы та не впала в психологическую яму после всего пережитого. И неважно, как при этом выглядит «психолог», — всё будет хорошо. Этого больше не повторится. А твой отец придет в сознание. Ему помогут врачи. И тебе помогут. Ты, главное, не замыкайся в себе. Не думай постоянно о прошедшем, а думай, как жить в будущем.  — Спасибо вам еще раз. Я вам очень благодарна, — девушка отстранилась, — вам нужна помощь, вам тоже очень досталось.  — Пройдет. А сейчас иди, — Лиза показала взглядом на ожидающего Ребекку врача, — помни — думай о будущем, в котором всё будет хорошо.  — Ага. Я буду, обещаю, — Ребекка чуть улыбнулась, так как была очень благодарна Лизе за все, а главное, за спасение. Она еще раз обняла Андрияненко и побежала к врачам. Лиза же осталась стоять на месте, только повернулась и посмотрела в ангар. Там стоял Ролистер и разговаривал с полицейскими около тела убитого. Рядом с ним была Адель, а Мур находился в полицейском участке, так как курировал поиски с помощью ноутбуков и интернета.  — Езжай в больницу, — Ролистер увидел, что Лиза стоит одна и, отвлекшись от разговора с полицией, сказал Андрияненко.  — Я лучше тут побуду, — Лиза вздохнула полной грудью и пошла в ангар. Она умом осознавала, что нужно поехать, провериться, обработать раны, но не могла сейчас отойти от такого сложного задержания.  — Адель, забирай ее и вези в больницу. Не хочу, чтобы она после такого дела в ящик сыграла, — Вин и в этот раз не собирался уступать. — Хорошо, — на выдохе сказала Бранд, понимая, как ей будет тяжело это сделать. Девушка пошла за Лизой. — Андрияненко. Лиза. Вин сказал ехать в больницу.  — Я это слышала, — просто ответила агент и подошла к одному из полицейских, начиная с ним разговор.  — Лиза. Извините, — Адель извинилась перед полицейским и за руку дернула Андрияненко в сторону, — тебе нужно в больницу. Что твоя врачиха скажет, если увидит в таком виде?! — команда уже знала про то, что у Лизы есть девушка, которую она не называет девушкой.  — Адель, моя врачиха ничего не скажет. Она не в этом городе. И вообще, не называй ее врачихой! — фыркнула Андрияненко, — сейчас здесь закончим и поедем в твою больницу.— Нет, мы сейчас поедем. Ролистер приказал, и хватит делать так, как ты хочешь, у тебя есть начальник. Вот когда создашь свою команду, тогда и делай, что хочешь, — Адель сорвалась. Она очень переживала за дело, за каждого из их команды, и не понимала, почему Андрияненко так безалаберно относится к своей жизни. Лиза вскинула бровь, а вернее, захотела это сделать, но ей помешало щипание, и она оставила эту идею. Но это не лишило ее удивления от короткого монолога девушки. — Кхм… — Андрияненко кашлянула, смотря на Адель невозмутимо и в тоже время скрывая восхищение. — Тебе нужно в больницу, и сейчас мы в нее поедем, или я доложу Ролистеру, — Бранд выдохнула. Девушка и сама от себя не ожидала такого.  — Ладно. Черт с тобой, — Андрияненко показывала свое недовольство, но пошла из ангара. Она не собиралась прыгать от эмоций Бранд, а наоборот, давала ей понять, что она неправомерно приняла тактику наезда на Свон. — Вот и хорошо, — Адель хитро улыбалась. Она была рада, что у нее получилось добиться от Лизы того, что ей нужно. Андрияненко сама подошла к карете скорой помощи. — Доктор, осмотрите меня, может, не так всё страшно, — Андрияненко улыбнулась женщине-врачу, которая стояла около автомобиля.  — Да уж, осмотрите ее, — Бранд была на контроле, поэтому не отходила от Лизы. — Присаживайтесь, сейчас посмотрим, — доктор дружелюбно улыбнулась и открыла специальный ящичек. Лиза с некоторым трудом, но всё же села на пол машины, свешивая ноги. Она смотрела на Адель. Пристально, пиля ее своим тяжелым взглядом.  — Вам нужно наложить несколько швов, — сразу сказала доктор насчет ссадин на лице, — а теперь расстегните рубашку, я вижу у вас скованность в движениях. Андрияненко была без бронежилета, так как ее нахождение в этом ангаре изначально не было запланировано как задержание преступника. Лиза расстегнула рубашку, под которой чуть выше живота красовалось красное пятно, которое в скором времени начнет синеть.  — Вам нужно сделать УЗИ. Без аппарата я не могу понять, что у вас с внутренними органами, — доктор осматривала Андрияненко, — с ребрами у вас, по моему мнению, все хорошо, они не сломаны. Но внутренние повреждения нужно исключить. — Отлично, тогда мы едем в больницу, — сказала Адель, — залазь в машину.  — Хорошо, — Лиза только пожала плечами и подняла ноги в машину. Уже в ней она привстала, пересаживаясь в кресло. Блондинка застегивала пуговички на рубашке.  — Я поеду сразу с вами, чтобы быть в курсе, — Адель тоже залезла в машину скорой помощи, — даже не думай, что твоя врачиха вновь тебя выпишет. Я все расскажу Ролистеру, поняла?!  — Адель, не груби, — коротко, но весомо и холодно осадила Бранд Лиза. Она не собиралась терпеть такого отношения к себе, к тому же после такого тяжелого дня. Адель поняла, что переборщила, — я и не грублю, а забочусь о тебе, — девушка отвернулась от Андрияненко и тяжело вздохнула.  — Я поняла. Но это можно делать в другой форме, нежели выбрала ты. В агентстве не любят хамство, как и я в том числе, — Андрияненко смотрела на Бранд, но говорила нравоучительно. — Я не хамила, — Бранд посмотрела на Эмму, — просто ты не слушаешь своего начальника, а мне за тебя отвечать, — Адель понимала, что могла обидеть Лизу, но хамством, по ее мнению, это точно назвать было нельзя, — а вообще, знаешь что… делай ты, что хочешь. Я не нянька с тобой ездить, — Адель выскочила из еще не уехавшей машины врачей.  — Агент Бранд, вернитесь в машину, — Лиза остановила водителя, чтобы он не тронулся. Андрияненко не собиралась спускать Адель ее выходки. Молода еще.  — Уже бегу, — Адель пошла к Ролистеру, чтобы спросить, что делать. Она не собиралась быть нянькой Андрияненко, которой вообще плевать на все правила.  — Подождите, пожалуйста. Я сейчас, — попросила Лиза врачей и тоже вышла из машины, подходя к Вину и Адель.  — Сейчас поедешь с Муром в больницу и узнаешь, как состояние потерпевших, — Лиза успела услышать только это из уст Вина, — так, а ты почему не в больнице? — спросил он у Андрияненко.  — Сейчас поеду. Только с Адель поговорю. Бранд, отойдем? — Лиза посмотрела на девушку и отошла от напарников.  — Ты, перед тем, как ее ругать, на себя посмотри, — сказал Вин Лизе, и сам пошел к машине. Адель сказала ему, что не хочет быть нянькой у человека, которому это не нужно, а остальное Ролистер и сам понял. Бранд же подошла к Лизе  — Адель, ну ё-моё. Такой тяжелый день, хоть ночь не делай такой же, — Лиза усмехнулась и с этой полуулыбкой смотрела на девушку. Она не собиралась ее отчитывать, но и не поговорить не могла.  — Я?! Это ты на меня наехала, — пробубнила девушка, — ну да ладно. Езжай в больницу, тебе нужно полноценное обследование.  — Я поеду в больницу, но при условии, что в будущем ты не будешь так остро реагировать на критику. Ее никто не любит, в том числе и я. Но без нее мы не становимся лучше, как в профессиональном плане, так и в жизни, — Лиза не хотела обижать Адель, но чувствовала, что должна учить ее, а не спускать всё на тормозах.

— Хорошо, — Адель улыбалась, — потом позвони, расскажешь, как дела, — сейчас она не обижалась на Лизу, хотя ее слова и были обидны девушке.  — Договорились, — Андрияненко похлопала Адель по плечу и пошла к машине скорой. — Доктор Лазутчикова, свободных врачей нет. Это ваш пациент, — девушка-регистратор, Амели Мирог практически уговаривала уставшую Иру, которая отработала двадцатичетырехчасовую смену, принять еще одного пациента. — Ты издеваешься?! — Ира была очень уставшей и просто физически не могла злиться. Она смотрела на девушку и мысленно готова была ее убить, четвертовать, но руки не поднимались, — хорошо, но, если этот пациент будет дольше, чем на двадцать минут, я оставлю его умирать, потому что сама сдохну, — грубо выразилась Лазутчикова и, схватив карту, пошла к пациенту. На койке лежал парень тридцати лет. У него болела голова, а привезли его потому, что он упал в обморок прямо посреди баскетбольной игры, в которую играл всего две минуты.  — Здравствуйте, я доктор Лазутчикова, — брюнетка посмотрела на пациента, — на что жалуетесь? — она изучала карту, но хотела знать, что волнует самого мужчину.  — Да я не жалуюсь. Просто в обморок упал, вот и привезли сюда. Голова только болит. Но я мужчина, потерплю, — без восхваления сказал мужчина спокойным голосом. — Ну сейчас посмотрим, — Лазутчикова устало улыбнулась, — я сейчас буду водить пальцем, а вы следите. Просто так обмороков не бывает.  — Да я понимаю, — ответил пациент и стал следить за пальцем.  — Палец видите четко? — Ира пока не понимала, что может быть причиной обморока.  — Да вроде, — ответил мужчина.  — Вроде или да? Закрывайте каждый глаз по очереди и смотрите, — Ира сделала заметку в карте и вновь показала палец. Пациент так и сделал. — Знаете, вроде всё нормально. Вижу хорошо, только голова болит. Может, мне просто таблетку какую и домой?  — То есть головная боль усилилась?! — Ира уже понимала, что быстро с пациентом ей не расправиться, — я назначу вам МРТ. Нужно проверить вашу голову.— Хорошо, — пациент пожал плечами, не споря с врачом, — а это надолго? И что это вообще такое? — Это займет какое-то время. Мы сделаем снимок, посмотрим его, а потом будем думать, что с вами делать. Надеюсь, у вас ничего серьезного, — возможно, это звучало саркастично, но Ира этого не подразумевала. Да, она безумно хотела домой и лечь спать, но понимала, что парню нужно помочь.  — Ладно. Давайте сделаем этот снимок. Куда уж деваться. Только можете сказать моей девушке, чтобы она зашла? Или так нельзя?  — Да можно, — Ира задрала голову к потолку и выдохнула, — уф… Как ее зовут? Сейчас позову, все равно мне нужно узнать, свободен ли томограф.  — Уитни. Она в зале ожидания, в кресле сидит. А вы… с вами всё в порядке?  — Не переживайте, со мной все хорошо, — Лазутчикова поняла, что пугает пациента, — я сейчас позову вашу девушку и медсестру, — Лазутчикова улыбнулась и, увидев, что мужчина выдохнул, вышла из палаты. — Амели, узнай насчет томографа. И пожалуйста, принеси мне кофе, или я засну стоя.  — Хорошо, доктор Лазутчикова. Сейчас всё будет, — ответила девушка и встала со своего места, чтобы исполнить просьбы врача. — Ирина?! — окликнула женщина сорока пяти лет на вид, сразу, как только врач зашла в зал ожидания. Лазутчикова с удивлением посмотрела на женщину. Она совершенно не понимала, откуда эта незнакомка ее знает, — да… простите, а вы кто? — Ира озиралась по сторонам, ища девушку пациента, но в комнате ожидания сидели трое мужчин и женщина в возрасте, девочка лет пятнадцати и незнакомка.  — Ты… а ты меня не помнишь? Ха. Не удивлена, — женщина засмеялась, качая головой.  — Нет… — Ира хмыкнула, — а должна? — брюнетка с удивлением смотрела, по ее мнению, на не знакомую женщину.  — Вообще-то, могла бы. Мы целую ночь, не переставая… запоминали друг друга! — женщина фыркнула на Иру, уперев руки в бока.  — Да?! — протянула удивленно Лазутчикова, — а… м… не помню, — Ира решила не выкручиваться. Ей в принципе было все равно на то, что она когда-то переспала с этой женщиной. Правда ей было интересно, когда?!  — Я это уже поняла. Я смотрю, ты врач. Ужасно выглядишь, — женщина скорчила лицо, — надеюсь, не ты врач моего любимого?!  — Любимого? Ты не парня с обмороком имеешь ввиду?! Если он — я его врач, и выгляжу я не ужасно, а просто хреново.  — Ну конечно же! Кто еще мог ему достаться, если не ты?! — саркастически протянула Уитни, — где он? Я хочу увезти его в другую больницу.  — Ты что, дура? Если я тебя… — Ира показала движением то, что они делали ночью, — это не значит, что я плохой врач. И уж точно я не дам тебе рисковать молодым парнем из-за задетого самолюбия. — Я тебя не спрашивала, что у меня задето. Деточка, лучше заткнись и покажи, где мой будущий муж. А иначе я такой скандал здесь устрою, что тебя уволят без выходного пособия, — Уитни действительно была обиженной стервой, у которой задето самолюбие. Зря Ира ее не запомнила. Истеричная особа с ужасным характером.  — Ой, реально, дура, — Лазутчикова усмехнулась, — ладно, делайте, как знаете, но, если он у тебя в машине копыта откинет, это будет не моя вина. Вы подпишите нужную бумажку или тебя выкинут отсюда, — брюнетка развернулась и пошла из комнаты ожидания.  — И только попробуй ему хоть слово ляпнуть! В подъезде изнасилую! — Уитни пошла за Лазутчиковой и, не стесняясь, громко говорила.  — Я как будто хочу позориться сексом с тобой, — спокойно сказала Лазутчикова, даже не посмотрев на идущую за ней женщину.  — А той ночью ты отпускать меня не хотела. Даже номер продлила на целый день, чтобы удовлетворять меня. Но я ушла. И как же я правильно поступила. А ты, сука, даже не запомнила меня. Наверное, через тебя вагоны баб проходят. Немудрено тогда, что память такая, — Уитни шла практически вплотную к Лазутчиковой, обзывая ее в открытую распутной женщиной. Ира, наконец-то, вспомнила Уитни. Это был эксперимент в не очень трезвом состоянии. Да, секс был хорош, но он прекратился не из-за того, что женщина ушла, а из-за того, что Лазутчикова заснула. — Ну да, конечно, это же я сперла из номера дорогущую бутылку шампанского. Так что за ночь с тобой я достаточно заплатила. А сейчас бери своего парня и не порть мне нервы, — Лазутчикова открыла дверь в приемную палату. На этом моменте Уитни замолчала и подбежала к своему парню. — Пупсик, ты как? Мне эта врач сказала, что тебе нужно в другую больницу. Поедем, быстрее. Тут у них не те условия, — она чуть ли не вешалась ему на шею. — Эй, стоп. Вы же сказали, что мне нужен какой-то снимок? — парень даже не дернулся от объятий своей взрослой девушки.  — Это одна из лучших больниц, и здесь вам окажут нужную помощь, — спокойно сказала Лазутчикова, — вы в праве решать самостоятельно.

Уитни кинула злой взгляд на Лазутчикову, а на нее уставился удивленный ее парня. — Детка, ты опять мне врешь? Сколько раз можно из-за этого ссориться? — он сразу понял, что к чему, так как не первый день знаком с этой женщиной. — Оу, милый, любимый, дорогой мой. Нет, я тебе не вру. Это она мне так сказала! — Уитни тыкнула пальцем в сторону Лазутчикову.  — Мистер Грогстер, я не буду вам врать. Я такого не говорила, и вы получите всю нужную помощь в этой больнице. Но если вы этого сами не хотите, вам стоит подписать только несколько документов, — Ира стояла, скрестив руки на груди, и смотрела исключительно на пациента.  — Пупсик, я… — защебетала женщина, но грозный тон парня заставил ее замолчать. — Заткнись и иди в зал ожидания. И так голова болит. — Тебе не жить! — выходя из палаты, прошипела Уитни прямо в лицо Лазутчиковой. — Извините её. Она иногда бывает невыносима, — Грогстер проводил взглядом свою девушку.  — Я уже это поняла, — Ира выдохнула, — ну что, все готово, пойдемте. Пересядьте в кресло, и я вас отвезу. Только я предполагаю, что вы скажете, что не поедете, а я вам скажу, что надо. Так как я не хочу собирать вашу голову по кусочкам, если вы вновь рухнете, — Ира открыла дверь и закатила кресло-каталку.  — Ладно. Я не привык спорить с врачами, — пациент сел в кресло, — но можно я хотя бы сам колеса буду крутить? — он взглянул на Иру с улыбкой.  — Вам что, будет в кайф самому крутить эти грязные колеса? Я бы на вашем месте дала себя покатать симпатичному доктору, — Лазутчикова подмигнула, и сама взялась за ручки кресла.  — Я мужчина и не могу позволить симпатичному доктору напрягаться, — парень взял руку Иру и, поцеловав, убрал от ручек, а потом сам покатил себя по коридору, — я знаю, как с ним обращаться. Травма была, пришлось два месяца так кататься. Ира пошла рядом, — но вы на ногах, и сейчас не будет ничего серьезного. Я вам обещаю.  — Надеюсь. А то она тогда во все тяжкие кинется, — говорил он про свою девушку. — Простите, если полезу не в свое дело, но она вас старше, да и характер просто ужасный, — Ира усмехнулась. Она понимала, что возраст никогда не был преградой в отношениях, но все же решила спросить.  — Это так, — пациент усмехнулся, — но знаете, это неважно. Она любит меня не за деньги, не за власть, как многие девушки в нашей стране, да и не только в нашей. У меня нет ни того, ни другого. Но у меня есть она, и мне этого достаточно. Как говорится — мы не выбираем в кого влюбиться. Ира еще раз усмехнулась. Она задумалась над словами этого парня и над тем, что он действительно прав. В ее сердце сейчас тоже разгоралось чувство влюбленности, которое она, в свою очередь, пыталась затушить. Брюнетка убеждала себя, что ей достаточно того, что есть, и новые сильные чувства опять сделают из нее «пленницу». Последние несколько лет брака напрочь отбили у нее всякое желание принадлежать кому-то одному. Любить и посвящать себя этому человеку. Наверное, изначально эта позиция была неправильной, и из этого выходило, что нужно не отказываться от чувств, а просто изменить к ним свое отношение. — А вы правы. Поэтому я вас поздравляю с тем, что у вас есть такой человек, — Ира улыбнулась. — Спасибо. И не обращайте на нее внимание. Я уже привык, а вы нас просто забудете, — Грогстер подмигнул Ире, и они заехали в лифт. Двери не успели закрыться, как в него прыгнул Мюрей.— О, Ира! Ты что, еще тут? — уточнил друг.  — Да, пациента привезли, — Ира посмотрела на Грогстера, — но ничего, мы сейчас сделаем снимок, и я, наконец-то, поеду домой. А ты как?  — Добрый вечер, — Джош поздоровался с Грогстером, и тот в ответ кивнул. — Скорее, ночь уже, — поправил пациент, усмехаясь. — Да, вы правы, — сказал Джош парню и посмотрел на Лазутчикову, — а я только вышел. В лабораторию иду. Слушай, на тебя смотреть страшно. Вали спать, я подстрахую.  — Все нормально, — еще десять минут назад Ира бы передала пациента Мюрею и убежала домой, но сейчас ей хотелось убедиться, что с парнем все будет хорошо, — я справлюсь.  — Ну смотри, — двери лифта открылись на нужном Джошу этаже, — ладно, побежал. Потом поговорим. Пока, — он оставил Лазутчикову и Грогстера, так как им нужно было еще на этаж подняться. Они быстро поднялись на следующий этаж. — Вам сейчас сделают снимок, а я его сразу посмотрю. Не переживайте, — Лазутчикова передала Грогстера рентгенологу, а сама пошла в соседнюю комнату, откуда могла наблюдать.  — Доктор Миллс, на снимках ничего нет. Может, просто переутомление? — читая данные с аппарата, предположил рентгенолог.  — Сделай еще один снимок с контрастом, — Лазутчикова почему-то не успокаивалась, ей хотелось на сто процентов знать, что пациент здоров.  — У него хоть страховка нормальная? А то ради вашего интереса залезет мужик в долги, — хмыкнул рентгенолог, которого подняли из дежурки, в которой он сладко спал.  — Делай, — Ира прониклась к этому парню и не хотела, чтобы из-за денег его жизни что-то угрожало.  — Да делаю, делаю, — фыркнул мужчина и продолжил делать свою работу. Ира смотрела на экран, когда через десять минут появился новый снимок. Она сразу увидела в височной доле Грогстера аневризму. Она и влияла на его головную боль и потерю сознания. — Черт, — выругалась брюнетка, — вызовите нейрохирурга, — попросила она медсестру, а сама пошла к двери кабинета МРТ.  —Ну что там? Всё в норме? Просто таблеточку? — с улыбкой спрашивал Грогстер, когда подошел к Ире безо всякого кресла.  — Не совсем. Вы нуждаетесь в операции, но подробнее вам расскажет нейрохирург, — Ира выдохнула, — но не переживайте, все будет хорошо.  — Операция? — пациент заметно напрягся, — что со мной?  — У вас аневризма сосуда головного мозга. Ее клипируют, и вы вновь будете здоровым, — Ира поддерживающе похлопала парня по плечу, — мне позвонить вашим родным или просто сообщить вашей девушке?  — А вы еще хотите с ней общаться? — парень засмеялся, — слушайте, я ведь просто упал в обморок, и сразу операция? Я думал, такое в фильмах только бывает.  — Нет, в жизни тоже случается. Но я передам вас отличному врачу, и он назначит операцию. Поверьте, хорошо, что вы просто упали в обморок, последствия могли быть намного хуже. А с ней я поговорю, поверьте, я справлюсь, — Лазутчикова подмигнула.  — Верю, — Грогстер подмигнул своему врачу, и за ним пришел интерн из нейрохирургического отделения. — Доктор Лазутчикова, я забираю пациента? — уточнил молодой парень у Лазутчиковой.  — Да. Я буду узнавать о вас и навещу завтра, — брюнетка развернулась и пошла к Уитни.  — Спасибо, — крикнул вдогонку Грогстер и пошел за интерном, который по неопытности не заставил пациента сесть в кресло и повезти его.

Уитни стояла около аппарата с батончиками, который находился в зале ожидания. Она проголодалась. Ира подошла к женщине, — нам нужно поговорить.  — Что ты с ним сделала? — женщина сразу потеряла интерес к еде.  — Я его обследовала и вовремя нашла аневризму в головном мозге. Сейчас его отправили в нейрохирургическое отделение. Я попрошу тебя к нему проводить, — спокойно и даже успокаивающе, сказала Лазутчикова.  — Аневризма? О, Господи! Он будет жить? Всё будет хорошо? Где мой пупсик сейчас? Я хочу к нему! — женщина после страшных слов Лазутчиковой забыть забыла о связи с Ирой, желая быстрее оказаться рядом с будущим мужем.  — Все будет хорошо. Врач расскажет вам обо всех рисках и о том, что будет дальше. Твой пупсик в надёжных руках, — Ира скривила моську от своих же слов, — можешь к нему пойти. — Куда идти? Где он? — Уитни было уже абсолютно всё равно на Лазутчикову.  — Сейчас, — Ира нашла глазами медсестру, — проводите, пожалуйста, вот эту женщину в отделение нейрохирургии, — на просьбу Иры женщина только кивнула, — иди с ней, — сказала она Уитни. И больше ничего не говоря, пошла к регистратуре, чтобы сказать, что она уходит. А Уитни торопила медсестру, чтобы она быстрее проводила ее к Грогстеру. Лазутчикова же поехала домой. Она даже не стала заходить в магазин за продуктами, хотя знала, что дома в холодильнике совершенно пусто. Но зайдя домой, Ира сразу почувствовала прекрасный запах вкусной, недавно приготовленной еды. У нее сразу начали появляться варианты того, кто у нее дома. Первая и самая не хорошая, что это Анна и сейчас начнутся нравоучения. Или же это Грэй прилетел, но он бы предупредил, да и вообще, он бы поехал к Джошу. Третий и самый приятный, что это Теодор. Лазутчикова быстро разулась и пошла вглубь квартиры, но сразу поняла, что это не сын, когда увидела открытую в ее спальню дверь и включенный там телевизор. Брюнетка напряглась и медленно зашла в спальню. Каково было ее удивление, когда она на своей кровати увидела Андрияненко. Девушка лежала в одной белой майке с пачкой сухариков в руке и смотрела телевизор. Кроме света, исходящего от телевизора, в спальне света не было, поэтому брюнетка плохо видела лицо гостьи.— Ты что здесь делаешь? Ты как сюда попала?  — О, наконец-то. Я тут уже три часа тебя дожидаюсь. Волноваться уже думала начать, — Лиза не двигалась, а просто положила в рот еще парочку сухариков. Они с Лазутчиковой не виделись почти неделю, и Андрияненко не хотела ждать следующего дня, поэтому воспользовалась заранее сделанным в тайне от Иры ключом от ее квартиры. Лазутчикова прошла дальше и остановилась у кровати. Она была очень рада видеть Андрияненко, но удивление ее переполняло. — Так как ты сюда попала? У тебя что, есть ключ? И вообще, почему ты ешь в постели сухарики?!  — Я не дождалась тебя и поужинала. Но оставила тебе на тарелке, просто в микроволновку засунь, — Лиза хоть и не умела готовить изысков, но из полуфабрикатов уметь и не нужно. Закинул в духовку, и вкусная лазанья готова. Андрияненко продолжала лежать, но чуть привстала, чтобы полусидеть. Она смотрела на Иру, но тело чувствовало усталость после перелета. Лиза вела себя очень спокойно, по-домашнему. Как будто это всё в порядке вещей. В этот момент лицо Андрияненко осветил экран телевизора, и Ира увидела синяки и ссадины. — А это что такое? — она быстро включила торшер, — что у тебя с лицом?! — Да всё нормально. Я даже в больнице была, — Андрияненко села в позу лотоса и протянула Ире руки, — никаких серьезных повреждений нет. Иди ко мне.  — Нет. Сначала я тебя осмотрю, — Ира кинула сумку в кресло, — я уже вижу, что тебя зашивал сапожник, — брюнетка пошла в ванную, чтобы вымыть руки. А Андрияненко только вздохнула и легла обратно на подушки. Она была довольна, что находится именно в этой квартире, с этой женщиной. Жизнь блондинки последние несколько лет была однообразной, но с появлением Лазутчиковой она улучшилась в разы. Андрияненко, конечно, еще не готова была сказать «люблю», но и «прощай» знала, что теперь не скажет. Лазутчикова вернулась с аптечкой. — Ты можешь вспоминать обо мне не только тогда, когда тебя ранили? — брюнетка села на кровать, — у тебя синяки, ссадины, что это вообще такое?  — Производила задержание преступника, — Лиза продолжала лежать. Она доела свои сухарики и откинула пустую пачку на другую сторону кровати, чтобы она не мешала. А потом положила руку на ногу Иры, поглаживая.  — Дай посмотрю, — Ира не замечала поглаживаний. Она повернула немного голову Лизы к свету, — швы наложены отвратительно. Их нужно переделать. Что-то еще повреждено?  — В области живота синяк. Но он уже не болит, — ответила Андрияненко и перехватила руку Иры, целуя в ладонь, — я соскучилась. Так что давай перешивать моё лицо Франкенштейна ты будешь завтра?!  — Завтра это делать нельзя, швы уже не так легко будет снять, — Ира вытащила руку, — дай посмотрю синяк. Тебе УЗИ делали? — женщина задрала майку, — Андрияненко… — Лазутчикова закатила глаза, — а трусы тебя не учили надевать?  — Скажи «спасибо», что я в майке, а не голая, — Андрияненко захватила руки Иры и повалила на себя. Ей сейчас очень хотелось поцеловать женщину. И для этого она уложила брюнетку на спину, придавив своим телом, — хватит болтать. Лазутчикова и опомниться не успела, как ее губами завладел жаркий поцелуй.  — Ум… Андрияненко… — Ира выдохнула, и сама начала целовать блондинку. Она тоже соскучилась, и этот поцелуй был безумно желанным. Лиза не прекращала то, что начала. А наоборот, приумножила, переходя руками от поглаживаний к лишению Иры одежды. — Андрияненко, — протянула Ира, когда Лиза стала целовать ее шею и грудь. Она была дико уставшей, — я засыпаю на ходу, сейчас я с абсолютной уверенностью могу сказать, что под тобой будет лежать бревно. Тебе повезет, если я не засну.  — Ты не уснешь. Сначала я доведу тебя до оргазма, потом ты меня. Потом ты поешь, а только потом спать, — сквозь быстрые поцелуи говорила Андрияненко и опустила лифчик Иры, припадая губами к торчащим от возбуждения соскам. Лазутчикова усмехнулась, — скорее всего, твой план оборвется на моем оргазме. Так что раздень меня сама. И еще одно маленькое предупреждение, мое тело не видело душа уже более полутора суток. Поэтому свежести и благоухания не обещаю.  — Да пофиг, — кинула Андрияненко и села на ноги Иры, приступая к полному лишению ее одежды, — твое тело для меня — наркотик. Не могу без него.  — Расскажи мне пока, как у тебя дела. Ты позвонила мне только один раз, — Ира, как марионетка, лежала под Лизой.  — Я тебе всё расскажу, обещаю, но чуть позже, — Лиза сама пообещала Ире то, что не должна была обещать. Рассказывать подробности своей работы она не имеет права, но сейчас и думать об этом нет времени. Андрияненко раздела Иру, стянула с себя майку и легла на нее, но держала вес на коленках и руке, приступая к поцелуям по шее. — Стой, — Ира немного отстранила Лизу от себя, — а ты приехала ко мне только для того, чтобы переспать?  — Чего? — Андрияненко снова села на ноги Иры, поджав под попу свои ноги, — что ты сказала?  — Я не сказала, а спросила. Для чего ты ко мне приехала? — Ира лежала под Лизой и смотрела на нее снизу вверх. Для нее стал важен этот вопрос после разговора с пациентом. — Я соскучилась. Мы неделю не виделись, — Лиза слезла с Лазутчиковой, но села на край кровати. Она просто ответила, не лукавя. Так как чувствовала тягу к Лазутчиковой не только в том смысле, который сейчас хотела осуществить.  — Я это слышала. Я хочу понять, почему ты скучаешь? — Ира повернулась к Лизе, ложась на бок.  — Не люблю отвечать вопросом на вопрос. Но, чтобы ответить на твой, тебе придется ответить на мой, — Лиза положила руку на бок Иры, — ты скучала по мне эту неделю?!  — Да. Да, я скучала по тебе, — Ира выдохнула, — я рада тебя видеть, но я должна знать, мы просто занимаемся сексом или между нами будет что-то большее. — Вот как, — Лиза склонила голову и погладила Иру ладонью по боку. Не переходя грань вверх или же, наоборот, на попу, — а почему этот вопрос сейчас? Надоели эксперименты?  — Нет, — Ира покачала головой, — просто хочу экспериментов только с тобой. Хочу звонить тебе и говорить, что скучаю. Хочу, чтобы ты не исчезала, а потом, когда появлялась, мы бы сразу прыгали в кровать. Мы можем оставить, как есть, — Ира поняла, что хочет быть просто честной перед самой собой, — но тогда это будет происходить только в гостинице.  — Твоя квартира мне больше по душе, — Лиза похлопала Иру по попе, совсем легонько и встала на ноги, — ладно, пойдем покормлю тебя и спать. Я вижу твои красные глаза. Лиза ответила на главный вопрос Иры завуалировано, но положительно, и это было понятно. И Лазутчикова это поняла. Возможно, в других обстоятельствах, с другим человеком она бы выбрала обратный вариант, но с Лизой она шла к тому, чего желало ее сердце. — А что у нас на ужин? Андрияненко заглянула в шкаф и достала оттуда два шелковых халата. Один отдала Ире, а второй надела на себя. — Лазанья. Идём, — на ходу надевая, Лиза пошла из комнаты.  — Ну, пойдем, — Ира улыбнулась и, надев халат, поспешила за Лизой. — А ты не привезла, случайно, изумительный пирог своей мамы?  — Я не была дома еще. Сразу к тебе поехала, а тебя нет, — Лиза стояла около микроволновой печи, разогревая Ире ужин.  — Ради пирога могла бы и заехать. В прошлый раз, когда ты его привезла, я съела его весь, — Лазутчикова вспомнила, как Лиза несколько недель назад привезла презент от Натальи, и Ира за ночь его весь сожрала, других слов она подобрать не могла.  — Я помню, — Андрияненко с теплой улыбкой смотрела на Иру. Но ее избитое лицо не давало полностью понять этого умиления и тепла.  — Ой, только не нужно вот этих взглядов, — фыркнула по-детски Лазутчикова, — давай, корми меня уже, я есть хочу.  — Что выпьешь? — Андрияненко поставила перед Ирой тарелку и положила приборы.  — Нет, если выпью прямо здесь, засну. Поэтому только еда, — Ира попробовала лазанью, — ну… ничего так, есть можно, но больше не покупай эту гадость. Лучше закажи в ресторане каком-нибудь. — Не выпендривайся. Мы народ простой и этим можем перебиться, — Андрияненко присела рядом с Ирой, перед этим налив по стакану сока из холодильника, — как прошла твоя неделя?  — Нормально, если не считать сегодняшнего сложного дня. Я устала как физически, так и эмоционально.  — Что сегодня было? Расскажи, мне интересно узнать побольше о твоей работе. Хочу всё знать, чтобы никаких утаек.  — Тебе хочется знать, как я вскрыла нарыв? — Лазутчикова засмеялась, — у меня сегодня был обычный рабочий день. Единственное, я встретила женщину, с которой переспала и забыла её, — Ира сделала несколько глотков сока.  — Забыла? И что, меня тоже могла постичь твоя амнезия? — Андрияненко засмеялась. — Вообще, возможно, — Ира прищурилась, — но у тебя был плюс, ты починила мою трубу.  — То есть, починка трубы тебе запомнилась, а секс нет? — Андрияненко наигранно возмущалась.  — Ну… — Ира прикусила губу, — твой язычок мне запомнился.  — А лицо? — Лиза продолжала коситься на Лазутчикову недобрым взглядом.  — У меня плохая память на лица, — Ира засмеялась, смотря на блондинку, — ну не переживай так. — Пф, да я и не переживаю, — совершенно спокойно Лиза пожала плечами и отпила сок. Она усмехалась их разговору, но снова, как и каждый раз с Ирой, чувствовала комфорт.  — Да, я вижу. Ни единой эмоции у тебя это не вызывало. А вот у Уитни такой гнев это вызвало. Она даже своего жениха забрать хотела.  — Так в итоге ты ее вспомнила? — уточнила Лиза.  — Да. Вспомнила, как она свистнула бутылку шампанского из бара, а я потом платила. У меня тогда наутро так голова болела, что мне было легче оплатить и поехать домой, — Ира доела лазанью, — Тео потом меня два дня выхаживал.  — Что за праздник отмечала? День медицинского работника? — Андрияненко усмехалась подобной ситуацией.  — Экспериментировала после развода. Джош потащил меня в бар, после него все и случилось, — на ехидство брюнетка ответила ехидством.  — Джош интересный друг. Пускает во все тяжкие, да и сам не прочь туда окунуться, — Лиза встала из-за стола, забрала тарелку и бокалы и подошла к раковине.  — Он тогда все делал, чтобы отвлечь меня от тяжелого расставания с Грэем. Мы любили друг друга, но только на сексе я больше семью строить не хотела. Он уехал, мы остались. И я решила вспомнить молодость. Мне всегда нравились девушки. — Но не подвернулась ни одна, чтобы строить отношения, — добавила от себя Лиза, — это поправимо. Сейчас.  — Тогда я и не хотела этого, да и… — Ира посмотрела на Лизу, — до недавнего момента.  — Уже привыкла отнекиваться. Ничего, отучишься, — Андрияненко через плечо смотрела на Иру, вытирая посуду. Она ей подмигнула, когда закончила и повернулась, — идём в спальню. Я докажу тебе, что приехала сюда не за сексом.  — В спальне?! Ты докажешь мне это исключительно в спальне? — Ира засмеялась, — ну пойдем. Когда они вошли в спальню, Лиза сняла с себя халатик и легла на уже расстеленную постель. — Ты чего застыла? Иди ко мне.  — Хочу понять, что будет дальше, — Ира разделась и подошла к кровати.  — Ложись и повернись ко мне спиной, — Лиза засмеялась, смотря на ничего не понимающего врача.  — Ну… — Лазутчикова скептически посмотрела на Лизу, но сделала так, как сказала девушка. Она легла на бок спиной к блондинке. Андрияненко прижалась к Ире, обняла ее одной рукой, покоя ладонь на животике брюнетки, закрыла глаза.— Спокойной ночи, — вздохнув аромат темных локонов, произнесла Андрияненко. Ира улыбнулась. Ей было приятно то, что Лиза ее поняла. Она прижалась плотнее к Андрияненко, — спокойной ночи. Лиза сама улыбнулась. Она в момент почувствовала, что находится там, где должна. По-другому Лиза не хочет. Она нашла своё место и из кожи вон вылезет, но сделает эту женщину счастливой.