4-часть Граница

На следующий день Джеймс проснулся рано. С самого утра он почувствовал, как ноет и сжимается голова, и с трудом разлепил глаза. Оглядевшись, он увидел, что рядом спят незнакомые ребята и его друзья. Он тут же принялся будить Сириуса и Ремуса.

— Саймон, просыпайся, вставай! Первый день всё-таки, давай хоть немного подготовимся, — громко сказал Джеймс, тормоша его. — Да вставай уже!

— Ммм... Джек, пожалуйста, отстань... ещё немного... — Сириус отмахнулся от его руки, так и не открыв глаз.

Джеймс сразу переключился на Ремуса.

— Открывай глаза, вставай, собирайся. Рен, поднимайся, пойдём осмотримся, что ли, — буркнул Джеймс, тряся его за плечо.

— Сохатый, ещё слишком рано, — Ремус с трудом приоткрыл глаза. — Дай ещё пять минут, потом выйдем. А ты пока сходи в душ.

— Тьфу ты... — Джеймс снова вернулся к Сириусу. Но на этот раз он выбрал другой способ пробуждения. Трясти и кричать? Нет. Он разбежался и прыгнул прямо на Сириуса, навалившись сверху и играючи прижимая его одеялом, будто душа.

— Не встаёшь? Ну тогда сам виноват!

— Джееееек!!! — сон окончательно слетел с Сириуса. Как бы ни были сладки его сны, после такого пришлось сдаться. Он выбрался из-под одеяла и сел на кровати, протирая глаза.

— Ну как, проснулся? — рассмеялся Джеймс. — Теперь привыкай, будем всегда рано вставать. Я тебя сам будить буду.

— Ты? Меня? Будешь рано поднимать? — Сириус усмехнулся и вопросительно посмотрел на него. — Не смеши. Ты вообще помнишь, когда сам нормально спал?

— Это неважно! — заявил Джеймс, выпрямившись и гордо подняв подбородок. — С сегодняшнего дня я веду здоровый образ жизни. Ранние подъёмы — это, между прочим, отличный вайб.

— Может, вы уже прекратите? — Гарри с трудом приподнял голову. — Вы тут не одни. Научились бы уважать других.

Сириус воспринял это как приказ. Он посмотрел на Гарри и медленно улыбнулся.

— Оу, Джек, глянь, — протянул он. — Похоже, утренняя лекция уже началась. Это предмет «Как себя вести»?

— Или новый курс — «Воспитаю всех вокруг», — добавил Джеймс, смеясь.

Гарри резко сел. Сон с лица исчез, уступив место злости.

— Вам правда смешно? — холодно спросил он. — Неужели так сложно понять элементарные вещи?

— Любишь командовать, я смотрю, — Сириус не убирал улыбки, но взгляд стал острым.

— Ага, — подхватил Джеймс. — По внешности ведь не всегда видно, что у человека внутри.

К этому моменту Рон и Невилл уже проснулись от шума, а Ремус лишь молча наблюдал.

— Характер у тебя, как на ладони, — насмешливо сказал Сириус.

Гарри, не желая с утра продолжать ссору, замолчал. Но Джеймс, скривив губы, всё никак не мог остановиться и продолжал усмехаться.

— Родители тебя, похоже, ничему не научили, да? — язвительно бросил он. — Видно, без всякого воспитания рос.

Всё произошло в одно мгновение. В глазах Гарри было не просто раздражение — там была боль, копившаяся годами. Он вскочил и схватил Джеймса за ворот.

— Закрой рот! — рявкнул он и, не раздумывая, ударил.

Первый удар пришёлся Джеймсу в лицо. Второй — в грудь. Гарри не пытался победить — он хотел причинить боль.

— Гарри, остановись! — Рон попытался удержать его сзади.— Хватит! — Невилл тоже бросился помогать.

Но Гарри никого не видел и не слышал. Перед ним был только Джеймс.

— Скажи ещё раз! — закричал он, нанося новый удар. — Давай, ещё раз про моих родителей!

В этот момент Сириус кинулся на Гарри.

— Хватит! — заорал он. — Убери руки!

Сириус стал оттаскивать Гарри назад, а Ремус пытался удержать их обоих.

— Саймон, прекрати! — жёстко сказал Ремус. — Не усугубляй!

— Он сам напросился! — процедил Сириус.

В комнате поднялся хаос. Кровати сдвинулись, книги посыпались на пол.

И вдруг дверь с грохотом распахнулась.

— ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! — раздался голос Гермионы.

Она и Лили вошли внутрь и на мгновение словно застыли, увидев картину.

— ПРЕКРАТИТЕ! — закричала Гермиона. — Вы с ума сошли?!

Но Гарри не собирался останавливаться. Когда Гермиона и Лили попытались встать между ними, Гарри не заметил, как случайно задел Лили. Лили отступила назад и остановилась. На мгновение казалось, что всё замерло.

— Лили! — голос Ремуса дрогнул.

Гарри только тогда понял, что произошло. Он резко оглянулся. Лили держала лицо руками, глаза расширены, но она не кричала.

— Я... — кулак Гарри постепенно расслабился. — Я не заметил...

— Хватит! — громче закричала Гермиона. — ВСЁ!

Сириус схватил Гарри изо всех сил и прижал к стене. На этот раз не от злости, а чтобы остановить его.

— Посмотри, что ты творишь! — сквозь зубы сказал он. — Это уже не драка!

Рон и Невилл тоже встали между ними. Ремус подошел к Лили и тихо спросил:

— Всё в порядке?

Лили кивнула. Потом перевела взгляд на Джеймса.

Джеймс сидел на полу. Лицо красное, губы потрескались. Но он не двигался от боли, а словно от стыда. Впервые он ничего не сказал.

Гарри посмотрел на него. На мгновение.

— Я... — медленно сказал он. — Я ударил тебя из-за того, что ты сказал. Ты перегнул. Но... этого не должно было происходить.

— Но произошло, — холодно сказала Гермиона. — Теперь всё произошло, придут учителя. Скрыть это вы не сможете.

В этот момент из коридора раздались шаги.

— Что произошло? — прозвучал строгий голос.

У двери стояла профессор Макгонагалл. В комнате воцарилась тишина. Макгонагалл окинула взглядом всё: перевернутые кровати, книги на полу, бледное лицо Лили, состояние Джеймса, сжатые кулаки Гарри.

— В мой кабинет, — коротко сказала она. — Все.

Гарри на этот раз посмотрел на Джеймса. Не с гневом, а спокойно.

Профессор Макгонагалл молча повела их. Каждый шаг эхом отдавался в коридоре — как будто они шли в зал суда.

Она остановилась только, когда закрылась дверь кабинета.

— Садитесь, — сказала коротко.

Никто не возражал.

Джеймс с трудом уселся на стул. На лице остался след удара, но ещё хуже — он не мог поднять глаза.Гарри сидел прямо. Плечи напряжены, кулаки всё ещё сжаты.Сириус стиснул зубы молча.Ремус — самый спокойный, но и он сейчас был обеспокоен.

Макгонагалл стояла за столом и окинула всех взглядом.

— Я могла бы наказать каждого из вас по отдельности, — сказала она спокойно. — Но сначала хочу понять одно.

Она устремила взгляд на Джеймса.

— Мистер Крейвен. С чего начался этот конфликт?

Джеймс сглотнул. Голос не вышел. Наступила мгновенная тишина.

— Я... — наконец сказал он. — Я перегнул.

— Перегнул? — Макгонагалл слегка подняла бровь. —Ты нарушил границы, и осмелился говорить про чужих родителей.  Это не «перегнул», это — переступил границу.

Джеймс опустил голову ещё ниже.

Затем Макгонагалл повернулась к Гарри.

— А вы, мистер Поттер. Применение силы — в любых обстоятельствах недопустимо.

Джеймс, услышав свою фамилию, мгновенно удивлённо посмотрел, не понимая. Но глаза профессора были направлены на Гарри. Гарри сидел прямо.

— Он говорил о моих родителях... — тихо сказал Гарри. — Он не знал...

— Я знаю, — сказала Макгонагалл, тихо, но твёрдо. — Но именно поэтому ты должен был остановиться. Ты должен управлять своим гневом разумом, а не кулаком.

Гарри оторвал взгляд. Эти слова задели его глубоко.

— Профессор, — тихо сказал Ремус. — Это была не просто драка. Здесь... было много эмоций.

— Именно поэтому это крайне опасно, — сказала Макгонагалл. — Человек, который не умеет контролировать эмоции, завтра повторит ту же ошибку.

Она посмотрела на Сириуса.

— А вы, мистер Блэйк. Подливать масло в огонь — не храбрость.

Сириус стиснул зубы, но молчал.

— Наказание последует, — в конце сказала Макгонагалл. — Всем вам.

Комната словно остыла.

— Но ещё важнее, — медленно сказала она. — Вы действительно причинили вред друг другу.— И это не физический след. Это остаётся внутри.

Она открыла дверь.

— Идите.

Никто не сказал ни слова. Они вышли из кабинета, не глядя друг на друга.

Джеймс вышел в коридор, посмотрел на Гарри, но решил молчать.