часть 2

Феликс стоял на ватных, почти не держащих его ногах, полностью сломленный и послушный после первого же раза, когда учитель Хван грубо развернул его и перенес на большой демонстрационный стол посреди кабинета. Связанные галстуком руки за спиной не давали опереться, поэтому Феликс лежал грудью на холодном дереве, дико дрожа всем телом под тяжестью преподавателя.​- Ну-ну, тише, сладкий котик, чего ты так трясешься? - с извращенной нежностью сюсюкал Хёнджин, поглаживая его по светлым волосам и одновременно расставляя его бедра под совершенно новым, еще более глубоким углом. - Ты же у меня послушный мальчик, правда? Сопротивляться ведь глупо, ты же сам видишь.​Хёнджин вошел в него снова - резко, без предупреждения, наотмашь пробивая до самого основания. Феликс зашлся в истеричном, громком стоне, выгибая спину дугой, пока учитель продолжал жесткий, беспощадный марафон под другим углом, извлекая из него самые пошлые звуки.​- Ах... м-м-м... учитель, умоляю хватит... как глубоко... а-ах... - плакал Феликс, чувствуя, как его внутренности плавятся от жара и боли, смешанной с извращенным кайфом.​Хёнджин стонал вместе с ним, его дыхание было тяжелым и звериным, а бедра работали в бешеном, механическом темпе. Каждое движение отдавалось сильным ударом, а пошлые разговоры о том, какой Феликс маленький и беспомощный, только сильнее заводили старшего. Когда мощнейшая вторая волна оргазма прошила тело ученика, Хёнджин излился следом глубоко внутрь с хриплым рыком. Не давая ему прийти в себя, учитель снова наклонился над дрожащим телом и принялся жадно, с чавканьем слизывать пот с его шеи, плеч и лопаток, наслаждаясь каждым сантиметром разгоряченной кожи.Для третьего раза учитель Хван изменил положение, заставив Феликса закинуть ноги себе на плечи, пока тот лежал на краю стола, абсолютно беззащитный и истощенный. Ножки ученика продолжали крупно дрожать от пережитого шока и колоссальной нагрузки, что вызывало у Хёнджина волну дикого, ненасытного возбуждения.​- Смотри на свои ножки, зайчёнош, как они трясутся, бедный мой маленький котенок, - издевательски-ласково шептал учитель, грубо сжимая его бедра и вбиваясь в него под третьим, самым разрушительным углом.​Ф: А-а-ах... учитель, м-м-х... больше не могу, всё горит... а-ах... - надрывно стонал Феликс, полностью отдавшись на милость этого темного гиганта.​Хёнджин не слушал мольбы, продолжая жестко и безжалостно долбить его в самые чувствительные точки, наслаждаясь абсолютной властью. Его собственный голос срывался на хриплые стоны удовольствия, когда он вгонял свое тело всё глубже и глубже. В финальном аккорде они оба зашлись в оглушительных стонах: Феликс кончил от перенапряжения, а Хёнджин влил в него последнюю порцию семени, прижавшись всем весом. Когда всё стихло, учитель развязал галстук на его запястьях, но не отпустил, а в третий раз наклонился и медленно, с жадностью черного леопарда слизал весь пот с груди и живота своего ученика.​- Отличный урок, Феликс, - шепнул Хёнджин ему на ухо, целуя в мокрый лоб. - Завтра закрепим материал.