глава 2

Акико Окумура выбрала сторону добра и в ее карму записан еще один хороший поступок. Честно говоря Акутагава просто отлынивал. Наблюдал за противником и... не делал кикаких выводов. Просто смотрел на Ацуши. За каждым движением, вслушивался в смех, видел неувереннисть и веру в победу. Плавность каждого взмаха руки была словно кошачьей.

- Акутагава!!! Ты меня вообще слушаешь?!- разьяренно крикнул учитель Чуя.

Закатив глаза Рюноскэ четко ответил《нет》. Да зачем? Всегда орущий рыжий демон его ни капли не интересовал. Он так нагло влез со своими нотацыями в розмышления. Просто величайшая наглость.

Чуя только сильнее разозлился. А все в классе начали перешептываться. Акутагава по началу не обращял на это никокого внимания. Зачем? Поболтают, потешат свое эго и оставят его в покое. Он так и продолжил бы пропускать все мимо ушей, но кто-то из класса выкрикнул 《Лучший ученик? Ха! Он проиграл какому- то вшивому ангелу! Да чтоб я рога потерял, чем проиграл в первый поединок!》.Рюноскэ было откровенно плевать на то, что о нем думают. А вот, как обозвали его Ангела... Такое обращение-《вшивый ангел》- было не допустимо и вывело демона из себя. Его рога стали чисто смолянисто-черными, крылья очень ярко засветились кровавым пламенем, как и весь силуэт. Вид демона заставил содрагнуться и учителя, а что говорить об днокласниках?

- Слышишь, отморозок!? У этого " вшивого " имя есть! И если я услышу от тебя хоть писк по отношению к Моему Ангелу, ты потеряешь не только рога!!! Над Ацуши имею право издеваться только я. И никто иной!- буквально прорычал брюнет, с невыразимой яростью смотря на источник оскорблений.

Все демоны окаменели под взглядом этих дьявольских, серых глаз. Заткнулся даже учитель. Впервые этот рыжий карлик умолк. Его голубые глаза излучали коварство, как обычно, и превеликое удивление. За сколько времени юный демон стал походить на Дьявола. Такого же нетерпящего приреканий к своим словам, с призрением и ярстью в глазах. Вот о каком потанцыале гворил ему Дазай. Да этот малый принесет всем много сюрпризов.

Эту гнетущюю атмосферу прервал вежлевый стук в дверь. Чуя среагировал первый и коротко ответил:

-Войдите.

Сразу после этих слов в класс зашел Накаджима. Злой, как черт. Иронично... Акутагава в тот же миг преобразился, свичение попало и глаза засверкали... радостью? В серых пучинах заигроли озорные огоньки, а взгляд стал лукавым.

- Рюноскэ! Сколько мне тебя возле зала состизаний ждать?! Если такое повторится, мой пунктуальный демон, я вне очереди пойду влиять на смертного!!!- процедил-прорычал он, и сделал акцент на словах " мой пунктуальный демон". Они прозвучали немного слащяво, словно пытался обольстить или сильно поддеть.

Эти чертовы три слова заставили демона сосредоточиться только на губах ангела, которые сразу ему захотелось попробовать на вкус. Акутагаве казалось, что они должны иметь сладковатый привкус на языке, и мягкими, особенно нежными на ощупь. Неумелыми в поцелуе.

Эти весма странные мыслишки пришлось нехотя покинуть. Пауза держется слишом долго. Ацуши начал уже отходить от злости, как его " напарник" все же соизволил заговорить. С прикрытой нежностью, что наровила вырваться из под контроля. Да откуда она вообще взялась?

- Ангел, ты что-то мне говорил. я прослушал. Повтори-ка.- сказал он, вставая из-за парты.

Ацуши тихо вздохнул. Остыв полностью, он скрестил руки на груди и начал взглядом исследовать парту демона. На ней быле две книги, телефон, наушники и на удивление все аккуратно. Взор цепляется за светлую тетрадь. Двухцветные глаза раскрываются в немом удивлении. Эта тетрадь личный днивник обладателя этих глаз. Что он делает на столе у Акутагавы?

- Рюносэ, ты... откуда на твоей парте мой дневник?!- перепугано- вослицательно спросил он.

Демон улыбнулся и взял злощясную тетрадь в руки. Он пролистал половину листов и остановился. На одной из разкрытых перед ним страниц предцтал его портрет в полный рост, к тому же очень правдоподобный. Все тютелька в тютельку. Детализировано и акураттно. Словно Ацуши всю жизнь только его и рисовал.

- Ангел мой, я тебе настолько понравился, что ты решил меня зарисовать? И кстати очень не дурно.- ехидно спросил демон, разворачивая тетрадь рисунком к блондину.

Накаджима  моментально покраснел. Его лучистые глаза цвета заката забеголи по всему помещению. В них появились мольба и отчаинье. Со стороны это выглядело забавно, демону стало даже жаль его. Но не совсем. Поэтому он решил все же отдать тетрадь владельцу, весьма не стандатным способом.

- Ты хочешь вернуть себе эту тетрадь?- спросил Рюноскэ, закрываая вышеупоиянутюю вещь и превращяясь в смертного. Ацуши согласно кивнул.- Тогда отними! Но в человеческой форме.

Ангел покорно превратился в человека. А Акутагава моментально быстрым шагом направился к выходу из кабинета, при этом улыбаясь лукаво и радосно. Словно ребенок, не замечая ничего, за исключением светловолосого. Накаджима заметил этот трюк и перекрыл этот путь отступления. Брюнет отошел от "напарника" на пару шагов, как он рванул ему в догонку. Сероглазый тоже побежал только вокруг класса и непонятно из-за чего начал смеяться.

Демоны наблюдали за этим действием, как за странным явлением из другого мира. И большинство видело его таким впервые. Ну как большинство, все за исключением Чуи. Он второй раз лицизреет это выражение баззаботности и детского, безумного, чистейшего счастья.

Серые глаза переполнял азарт, каждый раз когда Ацуши его доганял и мог дотянуться, но не получалось. Они пробожали пару кругов по классу и Рюноскэ захотел поменять локацию. Открыва дверь, выбежал из кабинета, а ангел следом.

Чуя покачал головой беззлобно и понимающе улыбнулся, сказав 《дети》. А контекст был таков : 《 ох, уж эти дети! Мне бы в их возраст...》. Сразу после шум востановился.

"Напарники" побежали по коредорам, лестничным пролётам, не спускаясь на этажи где учатся смертные.пробежав по всему периметру школы Акутагаве надоела игра в доганялки и он прибежал к залу состезаний. Накаджима был весьма удивлён таким поворотом. Он засмотрелся на то как брюнет бежит задом-наперёд и чуть не врезался в кого-то. Хотя... нет. Все таки задел плечём. Светловолосый мигом остановился и стал яро извеняться перед прохожим. Демон тоже притормозил, но не начал извеняться, а внимательно рассматривал. На нём белое кимано, традиционные гэтэ, кудрявые, каштановые волосы, рост около 180 сантиметров, широкие плечи, крылья черные, такой же нимб, но он словно сделан из колючей проволки. Только один ангел подходит под такое описание. Дазай Осаму. Бывший демон решивший стать на сторону добра. Он призренен среди рогатых и в почёте у перьекрылых. Мол молодец, выбрал сторону какую тебе угодно бла-бла-бла. Он был раньше учителем,который вызивал встрах и восхищение у многих, в том числе и Рюноскэ. Вот только восхищение переросло в ненависть. Жгучую, ядерную, пожирающюю все на пути. Молодому демону хотелось разорвать бывшего учителя на клочья и сжеч в пламени. Это желание не стихло и сейчас, но перед этим нужно оттащить от этого ублюдка Ацуши. Почему-то приоритетом было именно оттянуть ангела.

Ему надоело стоять в стороне. Но вмешиваться не очень хочется. Рюноскэ не сводил взбешённых глаз от спины чёрного ангела, намереваясь прожеч в нем дыру во весь его рост. Неожиданно шатен разварачивается и здоровается.

- Здравствуй,Акутагава-кун!- улыбнулся он. А окликнутый еще больше нахмурился и оскалился уже в открытую.

Глаза стали темнеть и на них легла пелена ужасающего желания убить. Слишком много он потерпел унижений и потерь. И во всём виноват, теперь улыбчивый, кареглазый. И трогать свою собственность он ему не позволит.

В это время ангелы беседовали кто виноват, а кто нет. Дазай потрепал Ацуши по светлой мокушке, что второму не особо понравилось. Поэтому он играючи пытался избежать прикосновений. Это облегчило немного злость брюнета, но не искоренило ее. Вот ангел начал отнекиваться и предательски мило краснеть, пытаясь улизнуть, обьясняя, что ему пора. А шатен теотрально обиделся и наигранно ныл 《меня никто не любит-пойду повешусь!》. Только он захотел это "повеситься" на ангела, как способность Рюноскэ сработала, поставив между ними прозрачную красную стену.

- Ты так и не изменился, Акутагава-кун.- он хитро улыбнулся и коснулся барьера, который моментально исчез.- и наверное забыл, что на меня человеческие способности не действуют.- снова упрекнул.

Ацуши стоял с изумлением смотря то на Осаму, то на "напарника". Он знал кем был в прошлом его учитель. И даже не прдозревал насколько тот хорошо знает демона. А что сказать? Он его почти выростил, но весма жестоко.

- Я не забывал. Как забудешь тут? Мне шрамов достаточно!- рыкнул сероглазый, скрестив руки на груди.- Вы походу забыли на проч мою натуру. А раньше так точно били по ранам. Я не успевал считать сколько раз за пять минут вы плевали мне на самооценку...

Демон сделвл шаг в сторону ангелов. Руки засунул в карманы плаща, по старой привычке, готовясь к удару под дых. Но беседа все продолжалась.

- Мне только что Чуя сказал, что ты вышел из себя на уроке. Перед приходом раздраженного Ацуши-куна. Но не суть. Тебя тяжело задеть за живое. А тут бац! И ты готов сжечь школу к святым духам. Что было тобою услышано?

Щеки Акутагавы преобрели розоватый оттенок. Их сразу скрыли за стоящим воротником. Надо было выйти из себя только потому что ангела кто-то обозвал! Теперь это замётано Дазаем и он будет глумиться. А это не очень приятно, учитывая все еще не зажившие душевные раны.

- Вы ведь и так все знаете с первых уст. Я зачем?- процедил и вновь вернулась аура убийцы.

Накаджима отшатнулся от этих двоих. Мало ли и он под горячую руку попадет. А последствий не сосчитать будет.

По коридору идет запуганый до смерти демон. Он опустил взгяд в пол и ступает мелкими шашками. Дайдя до разьяренного Акутагавы, сделал огромною ошибку.

Брюнет почуствовал, что на его плечё легла рука. Он резко отправил этого палаумного поцеловаться с стенкой спиной. По коридору раздался крик боли. Будь он смертным сломал бы себе позвоночник и пару рёбер. А так пару синяков.

Рюноскэ развернулся к пострадавшему и проткнул его плечё насквозь тоненькой лентой, идущей от плащя. Он поставил ногу на тоже место где проткнул так, чтоб каблук был точно на ране и нажал пару раз. И стоял ровно, высказывая превасходство.

- Акутагава, я извиниться пришёл! Я больше ничего такого не скажу!- кричал пострадавший демон.

- О, как запел! Надо мозги включать, палоумный идиот! На меня наговаривайте сколько душе влезет, но не трогайте его! А то отрежу рога и запихну из по самые гланды, очень изощренным способом.- дикой яростью и едким холодом было пропитано это рычание.

Мимолетно брюнет посмотрел на Ацуши в его глазах был страх. Это больно ударило. Он не хотел страха от него. Другие позавидовали бы. Это же такая удача заставить дрожать от страха ангела! Но будь здесь какой-то другой Рюноскэ разделил бы этот восторг. Серые глаза наполняются сожелением, которое моментально скрывают базразличием. Перед шатеном человечность показывать, смерти сравнимо.

- Вали ушлёпок, в следующий раз так легко не отделаешься.- и отошел, давая убужать. Этим благополучно воспользовались.

Дазай удовлетворённо улыбнулся. Он только этого и ждал. Удобный случай, который сам и подстроил. Попросив Чую прислать этого чертёнка сюда в определенное время, ради консерта.

- Акутагава-кун, тебе теперь точно прийдется все рассказать.- хитро прищюрив глаза Осаму ждал очередного рыка. Но получил совсем не то.

- Я не стерпел обзывания в сторону моего Ангела. Вот этот упырь, с которым я только что разговаривал, назвал его " вшивый ангел"- на самом цитировании он брезгливо сморщил нос.- На мой взгляд к нему это не подходит.- добовил.

Ацуши округлил глаза от удивления. Акутагава защищял его честь? Уголки губ своевольно поползли вверх, растягивая губы ангела в таинственной улыбке.

Заметив перемены настроения и улыбку демон не смог не облегченно выдохнуть. Все хорошо. Он не боится. А это главное. Глаза цвета стали заблестели радостными огонньками. И Акутагава уже благополучно забыл про Дазая, и чем может поплатиться за человечность.

Осаму наблюдал за обоими учениками и сделал вывод, что один влюблен по уши, а другой считает его просто другом-демоном. Но зная Накаджиму в френдзоне брюнет не продержется. Может и нет. Откуда ему точно знать. Ацуши по сложнее будет, чем Рюноскэ.

-Ладно я пойду. Не буду заставлять кое-кого ревновать.- сказал он и удалился, оставляя медленно краснеющих парней рабираться самих.

Парни молча решили, отпавиться к залу. Так и поступили. Акутагава все еще держал дневник ангела в руках и вспомнил о нем поздно, только возле двери. А отдать его не успел, Накаджима уже зашел. Ему оставалось зайти следом. Помедлив, все таки вошел пряча тетрадь в внуренний карман плащя...