Глава 1. Прощай, Касабланка

Говорят, что солнце Касабланки способно согреть даже самое ожесточенное сердце. Но мое сердце сейчас напоминало кусок льда, который медленно, но необратимо покрывался трещинами.

Я стояла посреди своей комнаты, которая еще вчера казалась самым безопасным местом на земле, а сегодня превратилась в безжизненную коробку из четырех стен. На полу выстроились три огромных чемодана. В них была упакована вся моя жизнь. Семнадцать лет воспоминаний, аккуратно сложенных, спрессованных и застегнутых на молнию. Каждый свитер, каждая книга, каждая мелочь пахли домом - сухой ванилью, терпким шафраном и соленым ветром с Атлантического океана.

Я подошла к зеркалу в полный рост и поправила свой хиджаб. Сегодня я выбрала платок глубокого кофейного оттенка, который мягко обрамлял мое лицо, подчеркивая серо-зеленые глаза. В Марокко на мой хиджаб никто никогда не обращал внимания. Здесь это было такой же естественной частью пейзажа, как раскидистые пальмы или белоснежные фасады домов, за которые наш город и получил свое название. Хиджаб всегда был моей крепостью. Моей невидимой броней от внешнего мира, защитой и символом того, кто я есть. Но внутри этой брони сейчас все дрожало.

- Далия, милая! Ты готова? Такси уже внизу! - донесся из коридора взволнованный, но невероятно счастливый голос мамы.

Я сглотнула подступивший к горлу ком. Мама светилась от радости последние три месяца, с тех самых пор, как в ее жизни появился Томас Хауген. Он прилетел в Касабланку по делам своей строительной компании, они случайно пересеклись на деловом обеде, и... завертелось. Настоящая сказка про любовь с первого взгляда. Томас оказался невероятно заботливым, надежным и добрым. Он сделал маму счастливой, и за это я была ему искренне благодарна. Но цена этого счастья для меня была слишком высока. Томас увозил нас в Норвегию. В Осло. Из вечного лета в вечную мерзлоту.

Я подошла к окну и толкнула резные деревянные ставни. В лицо тут же ударил плотный, горячий воздух, пропитанный запахом свежей выпечки из пекарни дяди Ахмеда на углу и едва уловимым ароматом цветущего апельсина. Наша улица жила своей привычной, шумной жизнью. Дети пинали потрепанный футбольный мяч прямо на пыльной мостовой, женщины в ярких кафтанах неторопливо переговаривались у лавок с фруктами, а старый торговец коврами лениво пил мятный чай в тени своего навеса.

Это был мой мир. Мир, где я знала каждый камень, каждую трещину на асфальте. Здесь была моя школа, мои подруги, мои корни. А теперь мне предстояло бросить все это и уехать туда, где небо большую часть года имеет цвет мокрого асфальта.

- О Аллах, дай мне сил, - тихо прошептала я, прижимая ладонь к стеклу.

Внутри меня снова зашевелился тот самый старый, болезненный червь сомнения, который преследовал меня с самого детства. Мой биологический отец бросил маму, когда узнал о ее беременности. Он просто испарился, вычеркнул нас из своей жизни еще до того, как я сделала первый вдох. И сколько бы я ни повторяла себе, что сильна духом и чужое мнение меня не волнует, в глубине души всегда сидел один и тот же вопрос: «Если я оказалась не нужна собственному отцу, то зачем я нужна кому-то другому?» Да, Томас был прекрасным. Но страх того, что в один день эта иллюзия идеальной семьи рухнет, не покидал меня.

- Далия? - мама тихо приоткрыла дверь, прерывая мои мысли.

На ней был красивый изумрудный платок, а глаза блестели от слез - наполовину от грусти прощания с родиной, наполовину от предвкушения новой жизни. Она подошла ко мне и мягко обняла за плечи. От нее пахло родным домом.

- Я знаю, как тебе тяжело, родная. Но поверь, Томас ждет нас. Он приготовил для тебя все самое лучшее. Осло - прекрасный город. Ты найдешь там новых друзей, поступишь в отличный лицей. Все будет хорошо, обещаю.

Я заставила себя улыбнуться, чтобы не портить маме момент. Она заслужила быть счастливой. Вырастить ребенка в одиночку в Марокко - это огромный труд, и теперь, когда Всевышний послал ей любящего мужа, я не имела права капризничать.

- Я знаю, мам. Все в порядке. Просто... буду скучать, - ответила я, подкатывая первый чемодан к двери.

Каждый шаг по лестнице нашего старого дома давался с трудом. Когда мы вышли на улицу, соседи собрались, чтобы проводить нас. Дядя Ахмед сунул мне в руки теплый пакет с финиковым печеньем, а подруги крепко сжимали мои ладони, обещая писать каждый день. Я держалась изо всех сил. Мое лицо оставалось спокойным и гордым, как и подобает девушке, которая знает себе цену. Но когда такси тронулось, и силуэты родных улиц начали стремительно уменьшаться в зеркале заднего вида, одна одинокая слеза все же скатилась по моей щеке. Я быстро смахнула ее, надеясь, что мама не заметила.

Дорога до аэропорта имени Мохаммеда V прошла в молчании. Международный терминал встретил нас шумом, суетой и бесконечными очередями. Регистрация, таможенный контроль, досмотр багажа - все эти действия я выполняла на автомате, крепко сжимая в руках свой iPad. Он был моей единственной осязаемой нитью с будущим. В свободное время я серьезно увлекалась графическим дизайном, и этот планшет был моим холстом, моим личным пространством, где я могла создавать свои миры, когда реальный мир становился слишком сложным.

И вот мы оказались у гейта. За огромными панорамными окнами терминала стоял белоснежный Боинг. Работники аэропорта в легких рубашках суетились у багажного отделения, а над взлетной полосой дрожало марево от полуденного зноя. Это были последние минуты марокканского тепла, которые мне предстояло ощутить.

- Посадка на рейс до Осло объявляется открытой, - раздался механический голос из динамиков на трех языках: арабском, французском и английском.

Мама вздохнула, крепче перехватила свою сумочку и посмотрела на меня.- Ну что, доченька. Навстречу новой жизни?- Навстречу новой жизни, - эхом отозвалась я.

Мы вошли в стеклянный рукав, ведущий к самолету. Шаг за шагом, воздух становился все более прохладным из-за работающих на полную мощность кондиционеров. Когда стюардесса с вежливой, но дежурной улыбкой поприветствовала нас на борту, я поняла: обратного пути нет.

Наши места оказались у окна. Я убрала iPad в карман переднего сиденья и пристегнула ремень. Самолет медленно отвалил от терминала, загудели мощные двигатели, и огромная машина начала рулежку к взлетной полосе. Сердце забилось где-то в районе горла.

Разбег. Оглушительный рев моторов, и тело приятно вдавило в кресло. Земля под нами стремительно поплыла вниз. Я прильнула к иллюминатору. Касабланка расстилалась внизу, как огромный, песчано-белый ковер, омываемый лазурными волнами Атлантики. Я смотрела на минарет мечети Хассана II, возвышающийся над океаном, на паутину знакомых улочек, на крыши домов. С высоты птичьего полета все это казалось таким маленьким, но таким дорогим.

Самолет сделал крутой вираж, пробивая пушистые белые облака, и Марокко скрылось из виду. Впереди были долгие часы полета над Европой. Часы, разделяющие мою прошлую жизнь и ту неизвестность, которая ждала меня в холодном, чужом и загадочном Осло. Я закрыла глаза, вдыхая тонкий аромат своего парфюма с нотами ванили и амбры, и попыталась представить, что ждет меня там, за горизонтом. Но воображение рисовало лишь густой туман и лед.

____________________________________________________________

Как вам первая глава? Заинтересовала?💫

Подписывайтесь на мой тг канал: мали пишетТам я 24/7, где больше моей закулисной жизни, артов с героями, цитатами и много много интересного 🤍