Глава 3

Миру было не до сна. Стоило ему закрыть глаза, как перед ним тут же возникал образ Мишеля: его кудряшки, слегка вздёрнутый нос и раскосые, удивительно красивые серо-зелёные глаза. Он напоминал стройную лань. Гибкий, изворотливый и в то же время грациозный.Но при этом в его длинных пальцах было что-то странное, неправильное. Мирон никак не мог уловить, что именно, и это не давало ему покоя.Проворочавшись почти всю ночь, он смог уснуть только ближе к утру. Проснулся Мирон от того, что что-то тяжёлое опустилось на край кровати. Это был Фил.Брат сидел сгорбившись, уткнувшись лицом в ладони.- Что случилось? Ник? Он тебе что-то сделал? - Мирон обнял его со спины.Филипп покачал головой.- Мне сделали предложение, - едва слышно произнёс он.- Очередная продажа отеля? - без особого интереса спросил Мирон.- Не угадал. «Замуж» позвали.У Мирона отвисла челюсть.- Чего?!- Говорю же, Николас сделал предложение, и я согласился.- С ума сойти... Чёрт, ты бредишь.- Всё сложно. И да, я ухожу из фирмы, - наконец сказал Фил.- В смысле? - не понял Мирон.- Увольняюсь и переезжаю. Пока сюда, а потом решим.- Брат, ты рехнулся? - Мир недоверчиво посмотрел на него. - Что такого произошло за одну ночь, что ты решил всё бросить?Он прищурился:- Или тебе так понравилось стонать под Инхоффом?- О, боги... - Фил закрыл лицо рукой и медленно выдохнул. - Ты всё видел. Но всё не так, как ты думаешь.Мужчина вздохнул и заговорил уже серьёзно:- Ник узнал, что меня собираются подставить. Рано или поздно я бы оказался в тюрьме либо на кладбище. Там действительно всё сложно. Поэтому сегодня, сразу после закрытия сделки, напишу заявление об увольнении.Фил помолчал и добавил:- Чтобы не привлекать лишнего внимания, я намекну руководству, что мой официальный жених - продавец сети бутик-отелей, и эта история может ударить по репутации фирмы: сотрудник охмурил контрагента. Скорее всего, они предпочтут замять всё без шума. Сделка ведь жирная.Филипп усмехнулся, но в глазах мелькнула искренность:- А если совсем честно... мне понравилось. И быть с Ником, и быть под ним. А главное, чувствовать рядом опору. Не просто секс-партнёра, а человека, которому ты нужен не из-за денег.И почти шёпотом добавил:- Любимого человека.Мирон несколько секунд молчал, затем пожал плечами:- Знаешь, брат, делай что хочешь. Ты взрослый мальчик, разберёшься. А мне тут нужно решить свою непростую задачку.Он похлопал Филиппа по спине и направился в душ. Уже на пороге обернулся и крикнул:- Поздравляю! Думаю, семья будет в восторге.Фил, в отличие от брата, оптимизма не разделял. Предстояло многое сделать на прежнем месте: подчистить лишнюю информацию, поставить пару программ на компьютер, чтобы на него нельзя было ничего «повесить».«Какое счастье, что у Инхоффа отличные айти-специалисты, талантливые бывшие хакеры».К тому моменту, как Мир вышел из ванной, брат уже подготовил деловой костюм и рубашку морозно-голубого оттенка и активно переписывался с кем-то в телефоне.- Слушай, подписание будет официальным, но ты не появляйся. Поразвлекайся где-нибудь. И не забудь, что завтра у нас самолёт.Мир кивнул, погружённый в свои мысли. Между бровями залегла морщинка, разгладить её мог только один человек. К нему он и собирался.Парень переоделся в светлые джинсы классического кроя и кашемировую водолазку молочного цвета, надел белые кроссовки. Пара капель любимого парфюма - Tom Ford Fucking Fabulous. Горький миндаль, кожа, шалфей. Дерзко, стильно и очень заметно.Спустившись в гостиную, Мирон столкнулся с Николаосом. Тот нёс поднос с кофейником, парой чашек из тончайшего фарфора, сливками и ореховым пирогом. Аппетитное песочное тесто с карамелизированными грецкими орехами и мёдом дополнял нежнейший крем. Завершали картину салфетки с тематическим принтом Дня всех влюблённых.- А-а... - протянул Мир. - Поздравляю. Брат рассказал. Только не понимаю: это у вас всё фиктивно или всерьёз?Николаос загадочно улыбнулся:- Ну, это уж как пойдёт.Мирон проводил его взглядом и посмотрел на часы. Было начало десятого. Покинув пентхаус, он направился к лифтам. Отель за утро преобразился: повсюду красовались украшения в виде мишек, зайчиков и прочей милоты, от которой женская половина гостей приходила в щенячий восторг. Дети и вовсе сходили с ума от обилия шоколада и игрушек.Первое, что бросилось Мирону в глаза, едва он открыл дверь ресторана, была пара за столиком у окна. Кажется, для них День всех влюблённых действительно удался. Шикарный букет розовых орхидей, вперемешку с жёлтыми, белыми и бордовыми фрезиями. Торт в виде обручального кольца. А на верхнем ярусе, на подушечке, украшенной съедобным жемчугом, само кольцо.Особенно удивляло отсутствие шампанского. Его заменяли две прозрачные чашки с чаем и чайник, в котором плавали распустившиеся хризантемы. Девушка, одетая во всё голубое, и парень, во всё белое выглядели по-настоящему счастливыми.Мирон поискал глазами кофемашину и заметил Мишеля, который неотрывно смотрел на него. В два шага он подошёл к бариста и хриплым голосом сделал заказ:- На тот столик, пожалуйста, принесите корзиночку с черешней, клубникой и малиной. Я оплачу. А мне - чёрный кофе и воду.Сделав заказ, Мир выбрал место напротив Мишеля. Тот быстро сварил кофе и отнёс его парню. Бариста хотел тут же убрать руку, но Мирон не позволил. Схватив его за запястье, прошептал:- Я не спал всю ночь... ты свёл меня с ума.Мишель поднял взгляд. В его глазах было столько тоски, что Миру стало не по себе.Тихое:- Прости...Пальцы разжались. Мир осушил чашку одним глотком, резко поднялся и покинул ресторан.На ресепшен он узнал, что есть несколько свободных номеров, в том числе отдельно стоящие шале премиум-класса. Ему было всё равно, поэтому парень попросил любой номер в этом крыле.Когда Мирон показал паспорт, администратор неожиданно улыбнулся:- Вам не нужно оплачивать проживание. Вы, лакшери-гость нашей сети отелей, для вас всё бесплатно. Вас устроит номер на двоих, на втором этаже, с видом на горы?- Да... конечно, спасибо, - ошеломлённо пробормотал он.И, взяв ключ-карту и поднялся в отведённые ему апартаменты. Открыв дверь, сразу увидел огромную кровать и, не разуваясь, рухнул на неё. Сбросил обувь, положил подушку на голову и провалился в беспокойный сон.Проснувшись около четырёх часов дня, Мирон обнаружил свои вещи и записку: «Заряди телефон. Не забудь: завтра в 17:00 выезжаем из отеля». Мир бегло осмотрелся, и желудок жалобно заурчал, напомнив, что за весь день в нём побывала лишь чашка кофе. Он принял душ и отправился поесть.Разумеется, парень пошел в амфитеатр, где гостей принимали в течение всего дня. Именно там работал Мишель. Это место отличалось от привычного ресторана. Все столики были обращены к сцене, на которой обычно происходило некое действо: мини-спектакли, чтение литературных произведений. Сегодня же был музыкальный день, и, конечно, звучали песни о любви.Мирон выбрал свободный столик на двоих. Неподалёку Мишель обслуживал пожилую пару, и к нему подошёл другой официант.Не заглядывая в меню, он попросил говяжий бульон, стейк средней прожарки с картофелем фри, чай и знаменитый морковный торт с орехами и лимонной глазурью.Пока ждал заказ, Мирон невольно наблюдал за Мишелем. Тот выглядел уставшим: плечи были слегка опущены, под глазами проступали тени. А ведь был всего лишь шестой час, впереди оставалось ещё почти три часа смены.У Мира болезненно сжалось сердце. Ему хотелось защитить, укрыть этого на вид хрупкого человека от лишнего взгляда или неосторожного слова. И всё же в его движениях, сдержанных, точных, чувствовалась скрытая сила, внутренняя собранность, будто за внешней тонкостью пряталась способность выдерживать куда больше, чем казалось на первый взгляд. Официант принёс бульон, сообщил, что основное блюдо подадут через десять минут, и удалился. Спустя положенное время горячее вынес Мишель, что показалось странным, ведь за каждым официантом обычно закреплены свои столы. Он извинился за смену персонала, аккуратно разложил приборы и предупредил, что торт подаст, когда гость этого пожелает.Мирон смотрел на него и не мог понять это равнодушие: официальное поведение или нежелание иметь с ним дело?- У тебя всё в порядке? - не удержался парень.- Да, всё хорошо. Спасибо. Я буду рядом, позовите, когда будете готовы к десерту.Мишель отошёл. Мирон не слышал, как тот выдохнул с облегчением: напускное спокойствие далось ему ценой неимоверных усилий.Парень быстро расправился с мясом, к картошке так и не притронулся и попросил подать сладкое. Через пару минут появился Мишель. Когда он поставил чайник на стол, Мирон схватил его за запястье.- Пожалуйста, поговори со мной.Официант попытался высвободить руку, но у него не получилось.- Не создавай мне проблем, - сквозь зубы прошептал Мишель.- Тогда встреться со мной после работы. Я приду к концу твоей смены. Пожалуйста... очень прошу, давай поговорим. Не избегай меня, - почти умоляюще сказал Мирон.Когда Мишель отошёл, Мир понял, что находится в смятении. Он не думал ни о брате, ни о сделке, ни об увольнении. Его волновало лишь одно: Мишель - «мой Мишель», промелькнуло в мыслях, - усталый, бледный, непривычно холодный, совсем не такой, как вчера.Время тянулось медленно. И около восьми Мирон уже стоял у входа в амфитеатр. Он знал, что бариста выйдет через чёрный ход, но не стал выяснять, где именно тот находится. Парень просто ждал, не желая навязывать своё присутствие тому, кто мог не захотеть его видеть. На душе было паршиво. Он видел, что с Мишелем что-то происходило, и далеко не самое хорошее.Через пару минут его окликнул знакомый голос. Мишель стоял в проходе, слегка наклонив голову.- Я пришёл. Что ты хотел мне сказать?- Давай без свидетелей. Пойдём ко мне.- А это обязательно?- Не бойся, я тебе ничего не сделаю. И вчера ты был совсем другим. Обещаю, просто поговорим. Ну и, может, поедим, если захочешь, или выпьем. У тебя же завтра выходной.- Ладно, но ненадолго. И пить не буду.Они договорились без лишних слов. Уже через несколько минут парни поднялись в номер Мирона.- Я думал, ты побогаче, - с иронией заметил Мишель.- С чего ты взял? - удивился Мир.- Не знаю. Просто показалось. Ну и что ты хотел?- Садись, воды?Мишель выбрал кресло, лишь бы не оставаться на одном диване с Мироном.- Да. Без газа, пожалуйста.Мир налил воду в стакан и, передавая его, заметил исколотые подушечки указательного и среднего пальцев левой руки. Вот оно. То самое, что раньше казалось смутно необычным в прекрасных руках Мишеля.- Откуда это? - он провёл пальцами по его коже, так и не отдав стакан.Мишель заворожённо наблюдал за действиями Мирона. Маска равнодушия медленно трещала по швам. Ещё немного, и она разлетится на мелкие осколки.- Что это? - Мир повторил вопрос, поставил воду на стол и очень бережно поцеловал подушечки со следами уколов. Мишель оцепенел. Он совсем не ожидал такого от него.- Следы от иголок. Я дизайнер одежды, сам шью... иногда могу случайно уколоться.- Иногда? - Мирон покачал головой. - Да у тебя живого места нет.- А это... старое. Когда учился, приходилось делать много мелкой швейной работы. Зато появился опыт. И деньги на жизнь.Мир забыл, зачем вообще позвал Мишеля. Он начал целовать его ладони, потом уткнулся в них лицом, вдыхая тёплый, едва уловимый запах тела.- Я так много хотел тебе сказать... но все слова улетучились. Я завтра должен уехать, но не могу. Разве так бывает? Трудно поверить, что больше не увижу тебя.Он вскинул голову - глаза горели безумным блеском.- Поехали со мной в Россию.Пауза.- Нет... что я говорю. Туда пока нельзя. Брату нужно утрясти важные дела. А ты... ты сможешь подождать меня здесь? Хочешь, я устрою тебя на работу, подходящую твоей профессии. У меня, оказывается, в родственниках намечается сам хозяин комплекса.Мишель молчал, моргая своими удивлёнными раскосыми глазами. Ему казалось, что его жизнь превратилась в артхаусный фильм с плохим сценарием.- Не хочу быть обязанным кому бы то ни было, - тихо сказал он и встал.- Если захочешь, ты всегда сможешь найти меня.Парень подошёл к Мирону и поцеловал его так, как целуют в последний раз - отчаянно, обречённо, с привкусом боли и одиночества.- Подожду месяц. Пятнадцатого марта у меня заканчивается контракт, и я уезжаю домой, во Францию.Едва слышно добавил:- Возвращайся.Мишель взял свои вещи и вышел из номера. За ним тихо щёлкнула дверь.