После боя

Прошло несколько недель.

Похороны Баджи уже состоялись.Слишком тихие.Слишком окончательные.

В Тосве назначили нового командира первого отряда — им стал Такемичи. Для всех это было шагом вперёд. Для Рики — напоминанием о том, кого больше нет.

Физически ей стало лучше. Рана зажила, силы вернулись.Но внутри — пустота.

Рики избегала всех. Она не хотела видеть никого из Тосвы. Не потому что злилась — потому что не могла. В мире без Баджи она не знала, как говорить, как смотреть, как дышать рядом с ними.

Но всё же встреча была нужна.

Такемичи.

⸻

Он сидел на качелях вместе с Чифую. Небольшой двор недалеко от дома Такемичи был почти пуст. Вечер был спокойным, слишком обычным для того, сколько боли в нём пряталось.

— Привет, Такемичи, — тихо сказала Рики.

Он резко поднял голову и буквально вскочил с качелей.

— Рики... привет!

Она выглядела спокойной, но слишком отстранённой. Будто стояла не здесь, а где-то далеко внутри себя.

Рики перевела взгляд на Чифую, кивнула ему в знак приветствия. Он ответил тем же — сдержанно, понимающе.

Она сделала шаг к Такемичи, наклонилась чуть ближе и сказала негромко, но чётко:

— Спасибо тебе.Он замер.— Ты спас мне жизнь... и ещё — спасибо за Майки.

Эти слова дались ей тяжело. Голос дрогнул на последнем.

Такемичи опустил глаза, не зная, что ответить.

— Я... — начал он и замолчал. — Я просто сделал то, что должен был.

Рики выпрямилась. На её лице не было улыбки — только усталость и тихая боль.

— Ты сделал больше, чем должен был, — сказала она. — И я это помню.

Несколько секунд они просто стояли молча. Ветер слегка качнул пустые качели.

Баджи не было.И это чувствовалось в каждом движении, в каждом недосказанном слове.

— Береги себя, — добавила Рики и сделала шаг назад.

Она развернулась и ушла, не оглядываясь.

— Ты куда? — раздался голос вслед.

Рики уже сделала шаг, но остановилась.

— Я к Дракену, — тихо произнесла она, не оборачиваясь.

Повисла пауза.

— Ты уйдёшь из Тосвы? — спросил Чифую.

Эти слова резанули.

Рики обернулась резко. Внутри уже поднималась злость — горячая, защитная. Она почти готова была выпалить: «А ты кто такой, чтобы задавать мне такие вопросы?»

Но, повернувшись, она увидела его.

Чифую стоял, стиснув руки, с тем же взглядом — пустым и уставшим. В нём была та же боль. То же отсутствие. И вдруг Рики поняла: он страдает так же, как и она.

И больше того —он был напоминанием о Баджи.

Не копией.Не заменой.А живой частичкой, в которой Баджи всё ещё существовал.

Рики медленно выдохнула. Злость ушла, оставив после себя усталость.

— Нет, — сказала она спокойно.

Чифую поднял на неё взгляд.

— Как я уйду? — продолжила она и на мгновение позволила себе слабую, почти незаметную улыбку.— Кто тогда будет буянить вместо Баджи?

Эта улыбка была не весёлой — она была больной, но настоящей.

Рики развернулась и пошла дальше.

А Чифую ещё долго стоял на месте, понимая:иногда люди остаются не потому, что им легко —а потому, что уйти значит предать память тех, кого они потеряли.⸻

У Дракена дома было тихо.

Рики лежала на диване, закинув руки за голову, и делала вид, что у неё всё нормально. Она подбрасывала маленький мячик вверх, ловила его и снова бросала — в потолок, раз за разом. Глухой тук разносился по комнате.

— Рики, перестань, — наконец не выдержал Дракен. — У меня сейчас голова треснет.

— Ты меня выгоняешь? — приподняв бровь, спросила она, не прекращая игру.

— Нет, — вздохнул он. — Но можешь не кидать мяч.И перестань задавать глупые вопросы.

Рики поймала мяч и усмехнулась.

— А что, сложно ответить? — протянула она. — Меня в школе уже достали: твои поклонницы «Какие тебе девушки нравятся?»-И кто она вообще?

— Ну... — Дракен отвёл взгляд. — С короткими волосами. То ли Судзими... то ли Судзуки. Я не помню точно.

Рики посмотрела на него с выражением искреннего ужаса.

— Ты даже не знаешь, как её зовут? — она рассмеялась. — Да ты...—

— Отдай мяч, — перебил Дракен и вырвал его у неё из рук. — Хватит.

Он помолчал секунду, потом бросил взгляд на неё.

— Как твоя рана?

Рики без слов встала, приподняла кофту и показала живот.

— Смотри. Круто, да?

Дракен наклонился, внимательно осмотрел шрам.

— Ну... — протянул он. — Да, круто.

— Вот! — довольно сказала Рики.

— Но мой круче, — невозмутимо ответил Дракен и тут же поднял свою майку, показывая шрам на животе.

На секунду в комнате повисла тишина.

А потом они оба расхохотались.

И именно в этот момент дверь в комнату открылась.

— ...Что вы тут делаете? — удивлённо спросил Майки.

— Майки, скажи, чей круче! — тут же заявил Дракен.

Рики и Дракен одновременно задрали кофты и замерли, ожидая вердикта.

Майки с серьёзным видом подошёл ближе, наклонился, внимательно «оценил» оба шрама, будто эксперт.

Потом выпрямился и спокойно сказал:

— Шрамы вас не украшают. Я и покруче видел.

— Чего ты несёшь вообще?! — возмутился Дракен.

Рики фыркнула.

И в следующую секунду они уже начали дурачиться — толкаться, смеяться, спорить, как будто этот вечер был самым обычным.

Как будто боль можно было отложить хотя бы на пару часов.

Хотя бы здесь.

Майки сидел посередине, болтая ногами, и вдруг сказал с абсолютно серьёзным лицом:— Я хочу терияки. Я хочу покушать. Я голоден.

Он сказал это почти по-детски — просто и честно, без тени смущения.

Рики повернулась к нему и улыбнулась.— Тогда пойдём поедим, — сказала она. После паузы добавила: — И давайте позовём Мицуя.

Никто не возражал. Казалось, это решение было правильным само по себе — простым, человеческим. Они позвонили ему, и уже скоро сидели в небольшой кафешке.

За столом разговоры разделились сами собой: Мицуя говорил с Дракеном, Майки — с Рики. Они смеялись, перебивали друг друга, обсуждали еду, какие-то мелочи, будто это был самый обычный вечер. Тёплый. Тихий. Почти мирный.

И нет — они не забыли о прошлом.Они просто решили идти дальше.

Боль никуда не делась. Она осталась внутри каждого — тихая, тяжёлая, разъедающая изнутри. Но в тот вечер они позволили себе не говорить о ней вслух. Позволили себе есть, смеяться и сидеть рядом.