Скамейка , на которой не ждали домой

Я знал эту историю ещё до того, как она решилась рассказать её сама.Такие вещи всегда видно — по паузам, по взгляду, по тому, как человек вздрагивает от резких движений.

Её отец пил.Не «иногда», не «по праздникам».Пил так, что дом переставал быть домом.

Он поднимал руку на жену.А мать... мать не уходила.Она жаловалась. Плакала. Объясняла. Терпела.И этим делала боль только глубже.

Старшая сестра ушла первой.Разница в десять лет — как пропасть.После школы она вышла замуж.Все думали — любовь.Те, кто знал правду, понимали: это был побег.

Когда Рикии было одиннадцать, она начала задерживаться после школы.Не потому что некуда идти.А потому что дом был последним местом, куда хотелось возвращаться.

Она сидела на одной и той же скамейке.Каждый день.Ждала, пока стемнеет.

В тот вечер она сидела дольше обычного.

— Ты сегодня засиделась, — сказал кто-то рядом. — Уже ночь. Домой не пора?

Голос был спокойный.Рядом сел высокий парень с татуировкой на виске.

Это был Кен Рюгудзи.

Она ничего не ответила.Просто посмотрела на него — устало, без страха — и встала.Пошла домой.

Он не пошёл за ней сразу.Но запомнил дорогу.

Когда она открыла дверь, в доме уже кричали.

Отец бил мать.Не впервые.Но в тот раз внутри у неё что-то оборвалось.

Почему у всех по-другому?Почему у неё — так?

Она побежала и ударила его.Маленьким, злым ударом — отчаянным.

Он швырнул её о стену.

Она упала.Встала.И снова хотела ударить.

Но не успела.

Отец рухнул на пол от удара ногой.Сильного. Точного.

Рикии обернулась.

В дверях стоял невысокий блондин.Это был Мандзиро Сано.

Он не остановился.Ударил ещё раз.И ещё.

— Хватит! — закричала мать. — Ты же его убьёшь!

Она дрожащими руками начала набирать скорую.

Майки подошёл к Рикии и протянул руку.

— Вставай, — сказал он. — Пойдёшь с нами.

Она посмотрела на него.Потом — на Дракена.

— Я Дракен, — сказал тот и помог ей подняться. — А это Майки. Мой друг.

Она молча взяла сумку.И вышла из дома.

Ночь была тихой — той самой тишиной, в которой слышно собственные мысли.Рикии шла между ними, сжимая ремень сумки так, будто это единственное, что ещё держит её на ногах.

— Я... Рикии, — произнесла она наконец.Голос был тихий. Не робкий — осторожный.

Никто не переспросил.Имя просто осталось между ними.

— Сегодня переночуешь у меня, — сказал Дракен. — А дальше решим.

Она кивнула.Как будто вопрос уже был решён заранее.

Через несколько шагов она остановилась.

— Ты сегодня за мной следил?

Дракен тоже остановился.Ответил не сразу.

— Нет. Не только сегодня.Он посмотрел в сторону, будто выбирая слова.— Я всегда следил, чтобы ты спокойно дошла домой. А по дороге встретил Майки. Решили проводить вместе.

Он выдохнул.

— Я думал, вмешиваться или нет. Но он... — короткий кивок в сторону Майки. — Он резкий. Сразу с бега.

Майки ничего не сказал.Только шёл, засунув руки в карманы, будто всё произошедшее его не касалось.

Рикии снова пошла.

— С отцом всё будет нормально, — добавил Дракен. Неуверенно. Почти для порядка.

— Мне всё равно, — ответила она.

И в этих словах не было злости.Только пустота.

Майки остановился.

Посмотрел на неё внимательно — слишком внимательно для ребёнка их возраста.Так смотрят люди, которые уже что-то решили.

— Знаешь, — сказал он, — я могу научить тебя драться.

Она повернулась.

— Зачем?

— Чтобы в следующий раз, — он пожал плечами, — ты не ждала, пока кто-то прибежит.

Рикии молчала.Потом кивнула.

Не потому что поверила.А потому что впервые за долгое времякто-то предложил ей не терпеть.