Кролик по имени Поттер

~1 часть~- Тунц-тунц-тунц.Кто-то настойчиво долбился в каминную сеть мэнора. Драко Малфой, совершенно не ожидавший гостей, нехотя открыл доступ к камину и искренне изумился, когда в Голубую гостиную решительно шагнула Гермиона Грейнджер. Пока она растерянно оглядывалась по сторонам, Драко постарался сдержать эмоции и сделать вид, что такие гости, как лучшая поттеровская подруга, то и дело заскакивают к ним в мэнор на чашечку чая. Присмотревшись к смущенной девице повнимательнее, он заметил, что у нее на руках сидит маленький пушистый черный кролик с выразительными кругами на мордочке в виде очков.

Грейнджер зачем-то протянула это безобразие ему. - И что это? - высокомерно спросил Драко, отчаянно пытаясь держать лицо и не умиляться. - Это Гарри. - Ты назвала кролика в честь друга, Грейнджер? Очень похвально!Но Гермиона продолжала смотреть на него жалобными глазами. - Нет, Малфой, это наш Гарри. Неудачный случай на дежурстве. Драко снова уставился на трогательное пушистое чудо. - Хм. Ну если это на самом деле Поттер, то ему определенно так больше идет. Кролик протестующе пискнул. - Ух ты! Соображает. А погладить его можно? Кролик изо всех сил засучил лапками и отчаянно прижался к Гермионе. - Да шучу я, шучу, длинноухий. Нужен ты мне. Так зачем ты пришла, Грейнджер?- Понимаешь, - Гермиона почему-то внезапно засмущалась и потупилась, - это было очень сложное колдовство. Они с бригадой накрыли ведьмовской притон, и старуха в отместку прокляла его. Хотела блохой сделать, но за него магия заступилась. Ну и теперь вот... - она снова показала ему кролика. - Мне его таким из Аврората принесли. А для обратного превращения нам нужна кровь врага. Спрашивать "а при чем тут я?" было глупо, поэтому Драко задал совершенно другой вопрос, полностью оправдывая гордое звание:- А вы уверены, что нужно превращать его обратно? Мне кажется, ему так намного лучше.Под укоризненными взглядами Гермионы и кролика он рассмеялся и поднял руки вверх:- Сдаюсь, сдаюсь! Бери хоть пол-литра, только поскорее убирайся отсюда со своим зверинцем.Гермиона казалась еще больше огорченной: - Как раз это я и не могу сделать. Обряд нужно провести в полнолуние, ровно через тридцать дней, но до этого он должен полный лунный цикл прожить со своим врагом под одной крышей.

Малфой перестал смеяться и злобно уставился на шутницу:- Это была такая попытка к остроумию, да? Давай, Грейнджер, забирай свое млекопитающее и двигай отсюда. Мне некогда. - Но, Малфой, это правда. Смотри, я тебе даже книгу специально принесла, так и знала, что ты мне не поверишь. Драко опустил взгляд на пожелтевшие потрепанные страницы, быстро пробежал глазами по тексту, внимательно изучил рунические символы и, наконец, в задумчивости вернул книгу странной парочке: - И что ты мне предлагаешь?Гермиона смутилась: - Я даже не знаю, как тебя об этом просить. Но можно он останется у вас? Ты его даже не заметишь. Он ведь такой маленький. Малфой обалдело смотрел на нее, подыскивая нужные слова, чтобы как можно более внятно и менее матерно сформулировать свою мысль, как внезапно его взгляд упал на Поттера. Жалкое, понурое существо на грейнджеровской ладони горестно уставилось в землю, длинные уши поникли, розовый нос уткнулся вниз, лапы безвольно свисли, шерстка мгновенно потускнела и скаталась. Все мелкое тельце излучало такую отчаянную тоску и безнадежность, что сердце Малфоя непроизвольно сжалось.- Чертов манипулятор, - пробормотал Драко, и ему показалось, что круглый, не по-кроличьи зеленый глаз удовлетворенно и ехидно блеснул.  Гермиона бережно протянула ему тщедушный комок, который Малфой, чуть поколебавшись, все же взял в руки. Кролик слегка съежился и напрягся, но в остальном проявил себя вполне добропорядочным животным - не пытался укусить или поцарапать, а послушно сидел, свыкаясь с новым местом, и шевелил воспрянувшими ушами.

Гермиона вытащила из кармана и надела кролику на шею серебряный колокольчик с золотым ободком:- Это чтобы ты всегда знал, где он, - и она улыбнулась, глядя, как получивший украшение кролик приосанился, словно ему вручили орден Мерлина третьей степени. Драко в замешательстве разглядывал сомнительное существо в своей руке. Кроличьи усы смешно щекотали его пальцы, пушистый мех, снова мягкий и блестящий, приятно согревал кожу, колокольчик тихо позвякивал, и сам кролик был на редкость дружелюбен и мил. Особенно, если забыть, что это Поттер.

Драко вздохнул и сдался: - Пусть остается. В клетку посажу. Кролик протестующе пискнул, и Гермиона тут же вскинулась:- Малфой, какая клетка? Это же наш Гарри! - Не знаю, какой там у вас Гарри, а у нас шелковые обои и дорогая мебель. Зверек с несчастным видом мгновенно растекся по его ладони: маленькое обмякшее тельце, поникшие уши, устало прикрытые глаза, меховые сосульки... И снова малфоевское сердце вполне предсказуемо дрогнуло: - Грейнджер, он что, все время так делает? Шантажист. Немедленно скажи ему, чтобы прекратил, а то верну обратно! - Он прекрасно тебя понимает, Малфой. Он же не идиот, а всего лишь кролик. Гарри, скажи, ты его понимаешь?Дрессированный кролик послушно кивнул ушастой головой. - Ты не будешь так больше делать?Малфой готов был поклясться, что кролик нахально пожал плечами вполне узнаваемым поттеровским жестом. - Нет уж, пусть пообещает! - внезапно уперся Драко. - Не понимаю, - Гермиона удивленно посмотрела на него. - Неужели тебя это трогает? Вот уж не ожидала от тебя такого мягкосердечия, да еще по отношению к Гарри.- Это не какой-то там Гарри, это животное! А к животным я отношусь намного лучше, чем к людям. - Кто бы мог подумать, - хмыкнула Гермиона и весело помахала ему рукой, - пока, Малфой!  - А-а-а.... - только и успел протянуть Драко, как на месте исчезнувшей Грейнджер закрутился маленький пепельный смерч. Пока он растерянно соображал, что же ему теперь делать, кролик деловито ткнулся носом в его запястье и постучал лапой по животу. Драко усмехнулся кроличьей прыти: - Что, есть хочешь? Ладно, так и быть, пойдем покормлю. Пользуйся моей добротой. Но станешь вести себя плохо, сошлю на конюшню, так и знай! Будешь там весь месяц жевать одно сено. Кролик согласно кивнул головой и затих.

~2 часть~

Через неделю Драко начал временами забывать, что это Поттер. Сложно жить рядом с умильной плюшевой игрушкой и каждую минуту видеть в нем школьного врага. Драко это точно не удавалось. По вечерам после работы уставший Малфой ложился рядом с кроликом на живот, подпирал голову рукой и с удовольствием наблюдал за прожорливым существом. Было ужасно смешно смотреть, как движется розовый нос, когда тот жует морковку. И только, когда кролик вскидывал на него ехидные зеленые глазищи, Драко приходил в себя, смущался, вскакивал и отвешивал кролю какую-нибудь колкость. 

Кролик оказался мирным и уживчивым созданием. Кроме одного. Он категорически и сразу отказался спать на мягкой, теплой подстилке, которую ему притащили заботливые домовики. В первую же ночь он решительно начал готовить себе ночлег на кровати Малфоя. Пришедший из ванной Драко совершенно обалдел, обнаружив в своей постели завалившегося на бок кролика, продавившего себе в одеяле уютную ямку по форме круглого зада. - Поттер! Ты совсем обнаглел, сволочь? А ну, вали отсюда. Кролик покосился на него ленивым заспанным глазом, раздраженно дрыгнул задней лапой, что в переводе с кроличьего, очевидно, означало: "Отвали, Малфой", - и умиротворенно вздохнул.  Сбрасывание наглого кроля на пол заняло ровно одну секунду. Следующие полчаса составила его поимка в разных местах кровати. Стоило только Драко улечься и укрыться, как проворная скотина быстро запрыгивала ему за спину, вызывающе позвякивая колокольчиком, и нахально гнездилась в его постели. Особенно Малфоя бесило довольство, разливавшееся по кроличьей морде, когда он уютно приваливался к его ноге. Разумеется, можно было применить к негодяю магию, но почему-то швыряться заклинаниями в мелкое беззащитное животное казалось как-то подло.

Наконец, запыхавшийся Драко сдался: - Так и быть, сегодня спи здесь, мохнатая гриффиндорская тварь. Я устал после операции, и ночная борьба с разными гадами не входила в мои планы. Кролик утомленно подкатил зеленые глаза, блаженно вздохнул, вытянул задние лапы и затих. На следующий вечер Драко так умотался после целого дня приема пациентов, что просто не вынес бы повторения вечерней битвы с длинноухим отребьем. Он упал в постель, натянул посильнее одеяло и, почувствовав вторжение неприятеля, лишь мстительно лягнул наглого кроля ногой. Кролик увернулся от пинка, поерзал, устраиваясь поудобнее, засопел и трогательно прижался к нему мягким теплым боком. Так они и уснули.

С тех пор между Драко и кроликом возник негласный договор. Драко, засыпая, делал вид, что не видит нахальную скотину в своей кровати, а само животное залезало на облюбованную пуховую перину строго после того, как уляжется сам Малфой. 

***

У Драко Малфоя никогда не было домашних животных. Только лошади и гончие. Но ведь это было всё не то... Мохнатого верного товарища, такого, чтобы всегда был рядом, делил горе и радость и любил больше всех на свете, ему так и не купили. Родители, переживая за интерьер, раз и навсегда запретили ему держать каких бы то ни было питомцев в доме. А ведь ему так хотелось! Расти без друзей, в том числе и четвероногих, пусть даже и во дворце, очень тоскливо.

Драко с самого детства мечтал о друге. Не о том, которого привел однажды отец со словами: "Познакомься, Драко, это Грег, мне кажется, вы должны поладить", — или другого, которого пригласила в гости мама: "Драко, это Винсент, надеюсь, вы быстро найдете общий язык". Это были правильные и невыносимо скучные товарищи, которые заглядывали ему в рот за каждым словом, и с которыми разрешалось играть лишь в строго определенные игры в строго отведенных местах. Чинно кидая с Грегом и Винсом плюй-камни или двигая магические шахматы, Драко не переставал придумывать себе настоящего друга: такого, которого он выбрал бы себе сам. С общими тайнами, смехом на берегу озера, листами подорожника на ободранных об забор коленках и страшилками перед сном. Такого, которому глубоко плевать на все вековые традиции и запреты, и с которым каждый день превращается в настоящее приключение.

Увидев тогда Поттера в магазине мадам Малкин, Драко сразу понял, что это он, тот самый. С которым можно бегать наперегонки, шепотом делиться секретами, таскать сладости с кухни из-под носа у домовиков и спорить о квиддиче до хрипоты. Оттого была так сильна боль поттеровского отказа. Драко так никогда и не смог забыть недоуменные зеленые глаза мальчишки, его холодное лицо и собственную отвергнутую руку. И мстил за это, мстил, мстил... Хотя, наверное, больше себе, чем ему. Потому что понимал - каждое поражение Поттера только усугубляет пропасть между ними. 

А потом... Потом все изменилось. В какой-то момент, когда рыжий Уизел в большом зале, смеясь, обнял Поттера за плечи, в груди у Драко завыл и заметался раненый дракон, кусаясь и колотясь о ребра. Помнится, Малфой тогда еще удивился этому новому гостю, - такого с ним никогда не случалось. Но дракон продолжал свирепо рычать, опалять огнем его кишки и надкусывать сердце до тех пор, пока веснушчатая рука наконец не убралась с плеч его врага. И вот тогда Драко впервые понял, что всё плохо. Всё очень и очень плохо.

Дальше были долгие годы ненависти и раздирающей борьбы с собой в попытках забыть. Забыть и забыться. Драко пытался заводить отношения с девушками, пробовал встречаться с парнями, но всё было не то. Ничто не могло утихомирить и утешить грызущего изнутри огнедышащего змея. Однажды он просто принял это как факт и смирился. Это случилось на следующий день после Великой Битвы, когда он понял, что Гарри чертов Поттер снова выжил. Война закончилась. Поттер прошел через смерть и вернулся. Он будет жить. Это было настолько важно, что всё остальное просто меркло в свете этого. В тот же день Малфой напился до синих чертей и дал отцу согласие на помолвку с Асторией Гринграсс. Пора было начинать жить настоящим.

Это было три года назад. А теперь черная пушистая дрянь ночами дрыхнет в его постели, а днем преспокойно грызет морковку в углу и, принюхиваясь, трогательно шевелит розовым носом. Драко вздохнул и начал собираться на работу.

~3 часть~

Сегодняшний пациент был тяжелым. Драко не должен был браться за эту операцию, шансы были десять процентов против девяноста, что он не вытянет. Но он не мог не попробовать. Миниатюрная жена больного обреченно кивала и смотрела на него кроткими глазами, полными слез и надежды.

Больной умер. Просто взял и умер, как того и обещали девяносто процентов. Тихо ушел с операционного стола, пока Драко еще колдовал над его телом. И только звенящая пустота на столе и надрывный писк приборов смогли заставить его остановиться. Маленькая жена не ругалась, не грозила судом, как это бывает. Она только бесшумно плакала, говорила, что всё понимает, и безотчетно пыталась удержать его за руку, словно не смея отпустить от себя последнюю надежду. И всё благодарила, благодарила за помощь: за то, что старался, что лечил, и что спасал ее мужа до последнего.

Первый потерянный больной. Первая вдова. Первое отчаянное неверие в свои силы и душная паника. Хреново было так, что в голове крутилась лишь одна мысль - пойти и напиться. Но утренняя операция, назначенная на завтра, лишала его и этой последней милости.

Не снимая халата, Драко безучастно аппарировал в мэнор, привалился к косяку, удерживая рвущийся наружу вой, затем попытался умыться, мешая слезы с водой, снес локтем флакон с мылом, получил короткую передышку от ноющей внутренней боли, стирая кровь и залечивая порезы, шатаясь, добрался до спальни, и ничком повалился на кровать. Ему было даже не с кем поговорить об этом. Отец вообще не понимал его профессии и считал ее блажью. Мама, с нервами, расшатанными после войны, отказывалась слушать кровавые рассказы. Невеста Астория коротала время с любовником в Ницце, скрашивая излишне долгую помолвку. Друзья... Это были не те друзья, которым можно рассказывать о горестях своей работы и ждать поддержки. С ними можно было небрежно переброситься парой фраз о биржевых сводках, последней коллекции Хорьче & Каббана и внешней политике, ловко подхватывая с подноса бокал с холодным просекко, но не говорить о чужих жизни и смерти. 

Драко уткнулся в подушку и всхлипнул. Один. Он всегда один. Так же, как и вдова сегодняшнего пациента. По его вине. По иронии судьбы, он не стал убийцей на войне, чтобы отнять чью-то жизнь в мирное время. Теоретически, в университете неизбежная смерть больных казалась логичной и обоснованной, практически - свалилась на плечи невыносимым бременем. Он убил своего пациента, потому что неудачник, и всегда им был. Сколько их еще должно умереть, прежде, чем он решится навсегда уйти из медицины? Плечи Драко невольно затряслись. Тихий серебряный перезвон раздался совсем близко, и что-то холодное и мокрое ткнулось ему в ухо. Драко внезапно вспомнил про проклятущего Поттера. Что ему опять здесь надо? Он негодующе дернул плечом и отвернулся. Легкие лапы проворно проскакали по его спине и кролик возник с другой стороны. Мягкие уши и мелкая круглая башка потерлись о мокрую щеку. - Отвали, Поттер, - в голосе Драко было слишком много слез. Неприлично много. Сейчас он очень четко осознавал, что никакой это не кролик. Слишком уж осмысленными были его действия. Но зверек снова скользнул шерсткой по его щеке, свернулся пушистым шаром у плеча в районе шеи, и Драко внезапно ощутил, как из горла постепенно уходит горький комок, который стоял там с момента объяснения с худенькой женой пациента. Кролик что-то пискнул и провел по его плечу мягкой лапой, явно утешая. Драко улыбнулся сквозь слезы:- Придурок ты, Поттер. Не можешь без благородных жестов. Кролик помотал головой и улегся рядом с ним на подушку, заглядывая в глаза. Казалось, он приглашал рассказать, что случилось. По крайней мере, Драко понял его жест именно так, потому что неожиданно для самого себя начал говорить.

Он говорил и говорил, с каждым словом извлекая из себя новый осколок боли, он рассказывал черному кролику, как подвел прибор, как неожиданно дернулась рука, как из порванного хрупкого сосуда хлынула кровь, пугающе, неизбежно... Как он хватал, сшивал, зажимал магией, как должен был спасти и не сумел. По щекам Драко текли крупные слезы, но он почти не смущался. Да и зачем стесняться того, кто живет в его доме в образе длинноухого кроля и его круглые экскременты регулярно выносят из лотка домовые эльфы? 

Кролик Поттер слушал его внимательно. Не пугался кровавых подробностей, как мать. Не морщился от одного упоминания больницы, как отец. Только попискивал в особо тяжелых местах, подбадривающе шевелил ушами и мотал головой, если был с чем-то несогласен. Неизведанное облегчение окутало Драко, когда он наконец выплеснул из себя всё. Первый раз в жизни он выговорился по-настоящему перед тем, кто его действительно слушал, понимал и сочувствовал. По малфоевской иронии судьбы это снова оказался не человек, а длинноухое мягкое недоразумение, которое по совместительству одновременно являлось его вымечтанным Поттером. Уставший Драко наконец-то закрыл глаза, а глупый кролик подполз поближе и снова устроился возле его шеи, тихонько щекоча нежной шерсткой и легким ветром дыхания.

Драко, опустошенный, расслабленный и успокоенный присутствием надежного живого существа, ласково погладил кролика по мягкому боку и внезапно прошептал в длинное близкое ухо:- Спасибо.

***

С утра неутомимый кроль снова чавкал в углу морковкой. - Поттер, ты всегда такой прожорливый или это с тобой только в образе кролика? - проснувшемуся Малфою было отчаянно стыдно за вчерашнее, но теперь казалось нелепым стесняться существа, которое запихнуло за щеку сразу половину моркови и с перекошенной физиономией старательно ее пережевывало. Кроль совершенно явственно ухмыльнулся и помахал Драко передней лапой. Чувствуя, как настроение неуклонно поднимается, Малфой махнул кролику в ответ и, глупо улыбаясь, пошел умываться.

Драко не представлял, как смог бы работать сегодня, если бы не вчерашний странный вечер с кроликом. То, что ему удалось выплеснуть всю боль и горечь, позволило запечатать свои страхи и снова взяться за скальпель уверенной рукой. - Давай. Ты сможешь. Кролик по имени Поттер в тебя верит, - подбодрил себя Драко и улыбнулся от нелепости собственной фразы.

Продолжая улыбаться воспоминаниям, как Поттер утром прыгал вокруг него, подбадривающе попискивая и звякая колокольчиком, а напоследок обхватил лапами его руку и прижался к ней шелковистой мордой, Драко вошел в предоперационную. Тщательно намыливая руки, он твердо решил, что когда Грейнджер заберет у него Поттера обратно, точнее, когда Поттер уйдет от него сам, он обязательно заведет себе черного кролика, может быть даже с зелеными глазами, и будет с ним разговаривать вечерами. Оказалось, что это чудесно, почти волшебно, когда ты можешь с кем-то поделиться переживаниями, и кому-то интересен ты сам, а не только твои статус, деньги или внешность. Пусть даже мелкому кролику. Малфой решительно расправил плечи и вошел в операционную.

***

Домой Драко летел, как на крыльях. Две тяжелых операции прошли на редкость удачно: ему даже почти не пришлось применять маггловские приборы, хватило одной магии. А еще нестерпимо хотелось поделиться с кроликом своей победой, рассказать ему всё в мельчайших подробностях, до самой последней детали. Хотя, возможно, тому уже наскучили его больничные истории - от спонтанного безбашенного Поттера можно было ожидать чего угодно. Слегка волнуясь, Драко шагнул в комнату, переживая, что найдет Поттера надутым или, что еще хуже, вообще не найдет.

~ 4 часть~

Наглый чернявый кроль, раскинув задние лапы в стороны и вольготно развалившись на его подушке, жрал особо крупный кусок моркови, который частично торчал из-за его щеки. — Ах ты ж, прожорливая сволочь! Я тебе где сказал есть?!! Всю нашу постель загадил! Свинья ты, Поттер, после этого, а не кролик. Кроль весело зыркнул на него зелеными глазищами и вместе со своей морковкой стремительно исчез под кроватью с такой скоростью, что Драко даже не успел заметить, как окрестил постель "нашей". То есть его. С кроликом.

— Все равно поймаю!Драко проворно нырнул за ним, пытаясь ухватить пушистый хвост, который так и просился в руку.

Кролик исчез ровно в тот момент, когда длинные пальцы практически сомкнулись на его заднице. Драко застонал от разочарования и рванул следом за мерзким животным. Соскучившийся кроль, очевидно, решил, что настало самое время поиграть с уставшим колдомедиком. Он весело скакал по комнате, плевался в Драко жеваной морковкой, отважно попискивал и подманивал к себе, ускользая из рук в самый последний момент. Внезапно Драко обнаружил, что ловля кролика очень напоминает погоню за снитчем. Только наглый пушистый снитч при этом еще дразнится и строит паскудные рожи. Кролик радостно перепрыгивал с кресла на стол, оттуда подныривал под старинный секретер, взлетал на кровать, плюхался на другое кресло, а с него ловко перемахивал на подоконник, заставляя Драко метаться следом за ним по всей комнате. Вся радостная гонка сопровождалась задорным писком и издевательским звоном колокольчика. Сбрасывая с лица очередные прилипшие куски морковки, Драко, в отчаянной попытке поймать мерзавца, отшвыривал с пути кресло, двигал кровать, делал подсечки, падал на пол и подпрыгивал к потолку. Но мохнатый поганец был неуловим.

Запыхавшийся Малфой остановился посреди комнаты, пытаясь отдышаться, и раздраженно смотрел, как забравшийся почти под самый потолок вредитель вызывающе деловито умывается. Поймать пушистого негодяя стало делом чести. Драко внезапно рванул к кролику, но тот, мгновенно прекратив туалет, тут же исчез под шторой, чтобы в считанные секунды перелететь на комод. Наглый кроль не учел одного — Малфои всегда были хитрее каких-то там лопоухих гриффиндорцев. Делая вид, что возобновил погоню, Драко совершил обманный маневр, кинувшись к кровати, проворный кролик доверчиво метнулся на кресло, но тут же был перехвачен в воздухе сильными руками. — Мой! — Драко торжествующе заорал и взметнул кролика вверх, как супер-кубок, и, радостно глядя на проигравшего, зачем-то глупо прибавил: — Только мой. Никому не отдам, — под пристальным взглядом кроличьих зеленых глаз он внезапно смутился  и испуганно разжал руки, выпуская того на кровать. Но кролик сидел в его ладонях, шевелил ушами и совершенно не собирался уходить. Драко растерянно поднес кролика к лицу и шепотом спросил:— Ты мой?И сердце стукнуло и понеслось галопом, когда кролик согласно кивнул, пристально глядя ему в глаза, и потерся мохнатой мордой о его щеку. Это было настолько невероятно, что все связные мысли разбежались в разные стороны. Видимо, у Поттера в его новой форме случился заскок, и полезли инстинкты домашнего питомца. Когда он вернется в свой прежний облик, то вряд ли обрадуется тому, что натворил в образе кролика, но пока... Пока...Кролик, чуждый лишним душевным переживаниям, пискнул и ткнул лапой в сторону миски с морковкой.  — Иди ешь, обжора, — Драко засмеялся и отпустил ушастого зверя на пол. Тот хитро посмотрел на него и поскакал к кормушке. Его лукавая морда наводила на подозрения, что кролик старательно пытается его отвлечь и замять переживательную часть, но может и правда попросту проголодался после прыжков. Кто ж его знает.

Весь следующий день Драко старался не думать об этом. Очень хотелось поверить в чудо, но жизнь давно уже приучила к тому, что чудес не бывает. Драко посматривал на кролика в надежде найти ответ своим мыслям, но тот, на удивление, вел себя как все приличные кролики — жевал траву, грыз морковь, гадил и прыгал по комнате. Кролик как кролик. Если не знать, в чем его секрет, так и не догадаешься.

Вошедший в его комнату Люциус брезгливо поморщился, глядя на пушистый зад и дрожащие над морковкой уши, и сообщил сыну радостную новость: — Завтра приезжает Астория. Пора, наконец, назначать дату свадьбы, Драко. И побыстрее.Поглощенный своими мыслями старший Малфой не заметил, как кролик оторвался от моркови и начал внимательно прислушиваться к его словам. Драко возмущенно посмотрел на отца: — С какой стати она приезжает завтра, — хрипло спросил он, — а я об этом ничего не знаю?Люциус оторвал раздраженный взгляд от кролика и уставился на сына тяжелым взглядом:— Потому что я ее пригласил. Ты бы тянул со своей помолвкой еще десять лет. Будь любезен, приготовься, чтобы мне не пришлось за тебя краснеть. Драко выдохнул сквозь зубы, всё ещё стараясь сохранить самообладание:— Но у меня завтра дежурство. — Значит, отменишь. Меня совершенно не волнует твое никчемное занятие, — Люциус презрительно поджал тонкие губы. - Меня тревожит твой брак и наше будущее. Ты прекрасно знаешь, как обстоят наши дела после войны, Драко. Поэтому я требую, чтобы ты все сделал так, как нужно, и не устраивал нам очередных спектаклей, как это было с поисками твоей полу-маггловской работы. Ты должен жениться, и ты женишься! Без возражений!Люциус резко развернулся на каблуках и вышел, громыхнув дверью так, словно поставил в разговоре жирную точку. Драко расстроенно уставился на захлопнувшуюся за отцом дверь, соображая, что же теперь делать. После войны дела их семьи шли совсем неважно. Люциус еще пытался выплывать на обломках старых связей, но никакие ухищрения уже не спасали: с каждым годом поместье выглядело все более запущенным, а средств на проживание становилось все меньше. Тех денег, которые приносила ему работа в небольшой больнице, расположенной на стыке магического и маггловского миров, хватало лишь на самое необходимое. Свадьба с Асторией должна была серьезно поправить их бедственное положение, и, как порядочный сын и заботливый будущий владелец поместья, он был обязан на это пойти. Но жениться именно теперь, когда лопоухий Поттер жил с ним в одной комнате, спал в одной постели и, более того, стал почти другом, казалось кощунством, пусть даже смутная, неясная надежда была такой призрачной и зыбкой.

Драко так углубился в свои горькие мысли, что не сразу заметил, как в комнате стало непривычно тихо. Не было слышно знакомого хруста морковки, и капустный лист лежал ненадкусанным вовсе. — Поттер?! — Драко тревожно оглянулся в поисках кролика. Ответом ему было молчание. Ни сосредоточенного чавканья, ни нежного серебристого перезвона. Сердце похолодело. Малфой и сам не ожидал, что  испугается потери так сильно. — Поттер! — Драко позвал его уже с каким-то отчаянием и кинулся искать кролика во всех его любимых местах.После недолгих, но судорожных поисков пропажа нашлась глубоко под креслом. Кролик сидел нахохлившись и отвернувшись к стене, несчастный и обиженный на весь свет. Драко бережно взял его на руки, поднес к лицу и заглянул в глаза. Кролик зажмурился и отвернулся. Это был первый раз, когда Поттер не захотел на него смотреть. Драко, испуганный непривычным поведением, уложил его на подушку. — Ты что, заболел, Гарри? — он сам не заметил, как назвал его по имени. Кролик вздрогнул, но не открыл глаз, потихоньку выворачиваясь из рук. В этот раз борьба происходила с точностью до наоборот. Драко пытался уложить кролика рядом с собой, а тот неуклонно сползал вниз и норовил забиться под кровать.

Ушастый пациент уже дважды был осмотрен на предмет повреждений и заболеваний, но было по-прежнему непонятно, что с ним творится. Шерстка была гладкой и упругой, лапы целы, все органы работали нормально. Происходило что-то странное. Прошел почти час с ухода отца, а кролик даже не посмотрел на любимое блюдце с морковкой, покорно лежа на подушке и даже перестав сопротивляться. Драко, растерянный, напуганный, совершенно измучился от переживаний. — Поттер, да прекрати же ты! — наконец взорвался он. — Ко мне завтра невеста приезжает, мне нужно думать, что с этим делать, а ты... Кроличье тельце под его ладонью вздрогнуло, и зверек рванулся прочь с удвоенной силой. — Ты из-за этого? — Драко затаил дыхание, бережно удерживая его рукой. Кролик наконец-то открыл глаза и посмотрел ему в лицо, совершенно убитым взглядом. Он его ревновал?!! Драко вдруг широко и глупо улыбнулся, нежно поглаживая мягкий пушистый бок. Какой неожиданно счастливый день.  — Поттер, я не хочу на ней жениться! Глупый ты, Поттер! Я не люблю ее ни капли, она мне совсем не нужна, — Драко осекся под пристальным укоризненным взглядом. — Но я должен придумать, как отделаться от помолвки, чтобы не разозлить отца, понимаешь? А ты своими концертами мешаешь мне думать.

Кролик последний раз дернулся и недоверчиво затих, мазнув по запястью холодным носом. Драко бережно пристроил его поудобнее и улегся рядом так, чтобы можно было видеть зеленые несчастные глаза. — Почему ты меня ревнуешь? — тихо спросил он. Выразительно воздетый к потолку взгляд ясно показал ему, что он задает дурацкие вопросы, и, по скромному кроличьему мнению, вообще всегда был идиотом.

~ 5 часть ~

Астория прибыла в поместье после обеда. Драко смотрел из окна, как выныривает из облаков и начинает уверенно снижаться огромная карета, которую тянет четверка белоснежных крылатых коней. Вскоре тяжелый экипаж с зеленым гербом на пузатом боку уже прогромыхал колесами по брусчатой дорожке и остановился прямо перед парадным входом. Драко, прячась и отступая подальше за портьеру, наблюдал, как фыркают и бьют копытами красавцы-кони, как отец услужливо распахивает дверь, величаво протягивая руку будущей невестке и раздраженно шпыняя домовиков, кинувшихся выгружать ее багаж, и как, наконец, из кареты появляется изящная женская фигура.

Астория, опираясь на поданную руку, снисходительно ответила на приветствие хозяина дома, окинула придирчивым взглядом дом, запущенный сад и давно бездействующий пересохший фонтан, надменно пожала плечами, поправила едва выбившийся пепельный локон и, больше не обращая никакого внимания на Люциуса, уверенно направилась к  дому, в который вскоре намеревалась вступить полноправной хозяйкой.

Драко понуро глядел, как высокомерный отец поспешно идет за ней, стараясь держать приятное лицо и поражался его смиренной выдержке — как же сильно ему была нужна эта свадьба! Астория Гринграсс была крайне выгодной партией для разорившегося семейства Малфоев. После войны мало кто соглашался связать свою жизнь с некогда самой влиятельной, а ныне практически разорившейся и забытой семьей магической Британии, поэтому Люциус всячески старался ублажить и умаслить будущую невестку, торопливо направляясь следом за ней к дому и высказывая комплименты ее уму, вкусу и внешности. Астория небрежно отвечала ему на ходу, бросая вокруг оценивающие цепкие взгляды. Драко, которому вчера вечером в голову так и не пришло никаких гениальных решений, настолько он был счастлив поттеровской ревностью, отпрянул от окна и лихорадочно заметался из угла в угол, стараясь найти способы для своего спасения. Но решения не находилось. Драко понимал, что бы он сейчас ни изобрел, отец в любом случае не простит ему несостоявшейся женитьбы. 

С легким хлопком в комнате возник домовой эльф, который с нижайшим поклоном сообщил, что хозяева и гостья уже ожидают его в Розовом зале.— Пойдешь со мной, Поттер? Может, поможешь, — безнадежно спросил Драко надутого кролика, который, тем не менее, следил за ним с явным сочувствием.Тот окинул его внимательным взглядом и внезапно кивнул. Драко подхватил меховой комок на руки и нелогично почувствовал себя намного увереннее. Он больше не один. У него есть друг, пусть даже и кролик. И сейчас они будут придумывать решение вместе. Одно на двоих. Кроль что-то требовательно пискнул и ткнул лапой в отворот его сюртука. Еще не понимая, чего тот хочет, Драко прижал его поближе к себе, и зверек проворно нырнул внутрь, прячась в тепле его тела.

Еле сдерживая расползающуюся по лицу улыбку от уютной кроличьей возни за пазухой, Драко вошел в гостиную и замер в дверях. Отец, мама и Астория уже сидели за накрытым к пятичасовому чаю столом. Нареченная невеста, лучезарно улыбаясь, рассказывала будущим родственникам о жизни в Ницце и одновременно умудрялась брезгливо разглядывать противоположную стену с батальным полотном. Ее прямой уверенный взгляд, направленный на панно именитого мастера, обещал избавиться от картины, как только она будет вправе это сделать. Рыцари на картине с ужасом косились на нее и пытались спрятаться за своими собственными лошадьми и любыми другими укрытиями, чем вызывали презрительную усмешку будущей владелицы поместья.Драко не видел свою невесту уже пару лет и поэтому сейчас разглядывал ее с особенным интересом. За прошедшие годы ее миловидное острое личико, обрамленное пепельными волосами, стало приторно умильным и одновременно хищным и холодным, как у куницы. Расчетливые небольшие прозрачные глазки, словно невзначай, оббегали стены и потолок, прикидывая, высчитывая и выгадывая. Белая тонкая рука, больше напоминающая когтистую лапку скопы, всё крепче впивалась в тончайший фарфор, когда в разговоре затрагивались денежные вопросы.

И как будто всего этого было мало, в ноздри настырно лез незнакомый приторный запах жасмина, нагло забивая привычные тонкие запахи пионов и древесины. Драко поморщился. Жадная, мелкая, душная... Неужели отец и в самом деле собирается заставить его жениться на ней? Драко умоляюще уставился на мать, но та поспешно отвела глаза. Смотреть на отца было бессмысленно, он и так прожигал сына предупреждающим взглядом, поэтому Драко снова пришлось посмотреть на Асторию. Он уныло разглядывал свою невесту, заложив левую руку за отворот сюртука, словно в глубокой задумчивости, а на самом деле прикрывая ей любопытную кроличью морду. Впрочем, кролик вел себя образцово и даже почти не шевелился. Астория заметила оценивающий взгляд своего жениха и, продолжая рассказ, самодовольно улыбнулась. Было видно, что она на сто десять процентов уверена в том, что Драко просто обязан восхититься тем, что увидел, так же, как и его родители. Чему уж тут было удивляться — Люциус смотрел на будущую сноху с обожанием. Приобретенная на Лазурном Берегу французская картавость речи придавала Астории дополнительный изысканный шарм, по мнению Люциуса, необычность, по мнению Нарциссы и дебильное выражение лица, по мнению Драко. Мнение кролика в этом вопросе, разумеется, никто не учитывал, хотя ему тоже было, что сказать по этому поводу.

Драко, очнувшись, наконец, от созерцания семейной идиллии, вспомнил о хороших манерах, вежливо поцеловал невесте руку и чуть не вскрикнул оттого, что в его палец ревниво впились два уверенных крепких зуба. Совершенно неуместно улыбаясь от счастья, он быстро погладил кролика по голове и опустился на приготовленный стул рядом с Асторией. Тем временем, она продолжала непринужденно тарахтеть о том, как Променад-де-Англе хорош на закате, кидая на Драко оценивающие взгляды из-под опущенных ресниц. Несмотря на жеманную улыбку, ее с головой выдал умиротворенный холодный блеск глаз: она тоже успела устроить Драко полный осмотр и, похоже, увиденное ее вполне удовлетворило, за что Драко успел проклясть свою привлекательную внешность. Если бы он напоминал собой мантикору в период гона, то вряд ли его невеста задержалась бы у них надолго.  Впрочем, о Поттере в этом случае, наверное, тоже можно было бы забыть навсегда.

Пока Люциус, стараясь быть очаровательным с гостьей, расспрашивал девушку о ее родителях, Драко пытался одной рукой пить чай, второй запихивая любопытную ушастую голову поглубже. И почему этот Поттер вечно такой неугомонный? Держать чашку и успокаивать ерзающего кролика одновременно оказалось на редкость неудобно. Под тяжелым взглядом Люциуса и умоляющим мамы, Драко был вынужден опустить руку. — Кто это там у тебя, Драко? — с прохладным любопытством поинтересовалась Астория, слегка сморщив остренький хищный носик. Казалось, что огненный взгляд Люциуса сейчас прожжет в его сюртуке дыру. — Мой кролик, — нехотя ответил Драко и снова прикрыл его рукой, словно оберегая от девичьего умильного взгляда. Но вообще-то, Астория вовсе не собиралась умиляться. Растягивая рот в бесчувственной акульей улыбке, она скорее приказала, чем попросила:— Я надеюсь, когда мы поженимся, ты найдешь способ от него избавиться, Драко? Тот ошеломленно уставился на нее:— И с чего бы я стал это делать? Но холодный голос его невесты был неумолим:— Я считаю, тебе стоит задуматься о том, что таких животных не подобает держать в приличном доме. Люциус, собственноручно подливая чай Астории и выказывая ей тем самым невероятное уважение, примирительно улыбнулся: — Разумеется, Астория, дорогая, он от него немедленно избавится. — Нет, — похоже, что голос Драко прозвучал резче, чем позволял этикет, но это его сейчас нимало не беспокоило. — С какой это стати? — Ну хотя бы потому, что он мне не нравится. Я надеюсь, это достаточная для тебя причина? — в серебристом голосе прозвучал явный металл. Похоже, Астория решила взять быка за рога и сразу дать понять, кто в их новой семье будет главным. — И будь добр, Драко, немедленно убери его отсюда. Я не привыкла есть за одним столом с животными. Мы не в хлеву. — Прошу прощения, — Драко резко встал, склонился в легком поклоне и стремительно вышел из зала, кипя от возмущения и чувствуя, как отец сейчас сверлит его спину не самым добрым взглядом.

Ноги сами собой вынесли Драко из дома в парк. — Избавиться... Это от тебя, мерзавки, надо избавиться, — он выплевывал слова, широко шагая по парковым дорожкам, даже не глядя себе под ноги, — дура набитая! Еще командовать мной собирается, — он чувствовал теплую кроличью возню за отворотом и был уверен, что Поттер его поддерживает. — Брошу все к чертовой матери, сниму квартиру и уеду. И тебя с собой заберу, Поттер. Маму только жалко, она расстраивается, когда мы с отцом ссоримся, нервы у нее уже не те. И домовиков тоже жаль. Видел, какая она? С костями их сожрет и не подавится. Да и сам отец скоро не рад будет, что всё это затеял.

Драко рухнул на первую подвернувшуюся скамейку и вытащил кролика из-за пазухи.— Ну что, ушастый? Что мы делать-то с тобой будем?    Кролик потянулся к его лицу и привычно успокаивающе потерся о щеку. Драко горько улыбнулся, не выдержал, уткнулся лицом в теплый бок и невнятно спросил:— Поедешь со мной жить в город, Поттер?Кролик уверенно кивнул, но потом пожал плечами и махнул лапой в сторону парка. Драко, на удивление, сразу понял, что тот хотел сказать. — Думаешь, не смогу оставить поместье?Кролик понуро помотал лопоухой башкой. — Ты прав. Это сложно, — Драко обращался к кролику, но, казалось, больше разговаривает сам с собой. — Знаешь, на самом деле, я уже несколько раз пытался уйти, но в самый последний момент останавливался. Я ведь за них за всех отвечаю, так меня воспитали. Уйти отсюда — все равно, что предать. Без меня им будет совсем плохо. И денег нет. Что мне делать, Поттер, а?Кролик с понимающим сочувствием погладил лапой его ладонь и, кажется, даже вздохнул. Драко еще ни с кем и никогда не был так откровенен, как с этим ушастым недоразумением. Он уже толком не понимал, кто сидит у него на руке — сам ли Поттер, или просто животное, наделенное частью его сознания. Наверное, это было не так уж и важно. Главное, что теперь впервые в жизни у него был настоящий друг. И это придавало необъяснимую силу и опьяняло похлеще вина. Драко посмотрел на сочувствующий пушистый комок в своих руках, грустно улыбнулся и зарылся пальцами в густой теплый мех.

— Не волнуйтесь, Люциус, — из-за живой изгороди послышался журчащий девичий голосок, и Драко прижал палец к губам, призывая кролика сидеть тихо. — Мы с ним обязательно поладим. — Он недопустимо вел себя за столом, Астория. Мне очень стыдно за моего сына. Я приношу вам свои глубочайшие извинения.— Ну что вы, пустяки. Просто он нуждается в уверенной, твердой руке. После войны вам было не до того, я понимаю. Но теперь вы можете не волноваться, я сама займусь его воспитанием. Драко сидел, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Оттого, что Поттер тоже слышал этот приторный ядовитый голос и оказался свидетелем его позора, было стыдно вдвойне. Он — состоявшийся профессионал, который каждый день спасает людям жизни, теперь будет вынужден мириться с наставлениями избалованной богатенькой сучки и выполнять ее приказы, как собачонка?  — Ваше поместье, конечно, ужасно запущено. Но я пока не решила, стоит ли тратить время на его восстановление, — задумчиво продолжала вести свою партию Астория.  — Ну, я полагаю, у нас будет время, чтобы все это обсудить. Вряд ли нужно торопиться с этим вопросом, дорогая, — дипломатично отозвался Люциус. — Вы же понимаете, что все будет зависеть от поведения вашего сына, — холодные нотки в обманчиво мягком голосе напрочь убивали все его очарование, — я так понимаю, он очень привязан к имению? Если Драко захочет реставрировать какую-то его часть или получить послабление для домовиков, то, думаю, не посмеет меня ослушаться. Вы верно подметили, он слишком слаб для мужчины, но чего только не сможет исправить сильная женщина, которая находится рядом.

Драко, слушая покорное бормотание отца: "Конечно, дорогая, как вы правы", уже успел побледнеть от бешенства и невольно так сжал кролика, что тот недовольно пискнул. — Ненавижу! Поттер, как же я ее ненавижу, — отчаянно зашептал он в кроличье ухо. — Я не могу на ней жениться, потому что я просто убью ее в первые же три дня, и меня упекут в Азкабан. Кролик кивал головой, полностью одобряя его решение, чего нельзя было сказать об отце. Тот бормотал что-то успокаивающее и соглашался с будущей невесткой буквально во всём.Драко вскочил со скамьи, порываясь уйти незамеченным, но не успел.  — Мне кажется, пора назначить дату свадьбы, дети мои, — вывернувший на аллею Люциус, наткнулся на Драко и тут же безотлагательно приступил к делу. — Не стоит торопиться, отец, — сквозь зубы выдавил тот, снова пряча кролика за пазуху. — А я думаю, напротив, можно назначить свадьбу через месяц. Как раз хватит времени на подготовку, — Астория подняла уголок губ в кривой ухмылке и пробуравила жениха маленькими настырными глазками.— Я сказал. Не стоит. Торопиться, — терпение Драко явно подходило к концу. — А я сказала. Через. Месяц, — Астория подошла ближе и теперь вызывающе и нагло улыбалась в лицо будущему мужу. Жених с невестой замерли, ожесточенно глядя друг на друга — кто кого пересмотрит. — Я думаю, это отличное предложение, сын, — Люциус раздраженно буравил глазами наследника, который сейчас одним неверным словом мог загубить всю тщательно задуманную комбинацию. Тут взгляд Астории скользнул по сюртуку Драко и упал на кроличью голову. — Я вижу, ты так ничего и не понял, дорогой, — лицемерно и сладко улыбнулась она. — Но ради тебя я готова повторить это еще раз. Так вот я требую, — она старательно подчеркнула это слово, — я требую, чтобы завтра же твоего питомца в доме не было! — злобно выпалила она. В ее устах "питомец" звучало как самое изощренное ругательство. — Впрочем, можешь поселить его на конюшне, если он тебе так дорог. Так и быть, я разрешаю, — утонченная улыбка постепенно сползала с ее лица, обнажая обычную бабью злобу. — Кролик останется со мной, и это не обсуждается, — под гневным взглядом отца, исполненным ненависти, Драко решил, что терять ему уже нечего и едко добавил: — А в конюшне ты можешь поселиться сама, моя дорогая. Похоже, тебе там самое место.  — Как скажешь, милый, — Астория внезапно снова покладисто улыбнулась. — Я подожду. Потому что, когда мы поженимся, эту проблему можно будет решить легко и просто, — мстительно сверкнув глазами она наклонилась к самой кроличьей морде и старательно выговаривая каждое слово, процедила: — Во Франции меня научили прекрасно готовить фрикасе из кролика.

***

Что было дальше, Драко помнил смутно. Отец потом назвал это: "внезапно рехнулся". Но сам Малфой совершенно не осознавал, как метался по всему дому и вышвыривал во двор все вещи Астории, вслед за самой хозяйкой, которая испуганно забилась в самый дальний угол кареты, и сметал любое напоминание об ее присутствии в мэноре приступами магии такой мощности, что даже Люциус застыл на крыльце растерянным столбом, не отваживаясь вмешаться. Только мамино умоляющее выражение лица и ее робкий оклик заставили Драко усмирить свой гнев и не прихлопнуть напоследок бывшую невесту непростительным.  — Чтобы ноги ее здесь больше не было! — орал Драко отцу, не удостаивая прячущуюся за занавеской Асторию даже взглядом, взмахом руки приказывая домовику подогнать карету Гринграссов поближе и ударной волной закидывая в нее коробки и сундуки. — Пусть валит к себе домой! Я разрываю нашу помолвку! Делай, что хочешь, но можешь больше не беспокоиться о поиске невест. Я никогда не женюсь. Всё! Finita la comedia!

Карета, дребезжа и подпрыгивая, еще только уносила прочь перепуганную, присмиревшую Асторию по ухабистой проселочной дороге, как Люциус, не сходя с места, уже устроил сыну образцовую часовую истерику, которая могла бы стать отличной главой руководства по превращению жизни близких в ад. — Мне плевать, где ты возьмешь себе невесту, — вопил красный от натуги, совершенно потерявший лицо Люциус. — Ищи теперь сам! Невесту, жениха, кого угодно! Хоть на блохастом своем женись. Мне все равно! Главное, чтобы с положением и деньгами. Ты разорил нас! Пустил по миру! Хоть бы о матери подумал! С тобой соглашалась жить такая девушка! Тысяча акров земли! Три с половиной тысячи галлеонов годового дохода! А ты что устроил?! Ты понимаешь, что упустил свой последний шанс?! Я уничтожу твою мохнатую тварь, я ее испепелю, —  Люциус неожиданно развернулся и коварно метнул в подпрыгивающего на лавке и пищащего от негодования кролика сложное проклятье. Но неведомые защитные чары прочно оградили ушастого гостя и срикошетили в ближайшую статую, снеся ей полголовы и правую ногу, что привело Люциуса в еще большее бешенство. От возмущения он внезапно посерел и схватился правой рукой за сердце, тем не менее, продолжая осыпать сына отборной бранью.

Драко, уже успевший остыть, испугался, как бы от воплей и расстройства, отца действительно не хватил удар, поэтому без возражений выслушал все проклятия, лившиеся на его голову, и только, когда Люциус наконец-то выдохся, нарочито послушно поклонился, подхватил со скамьи свое мохнатое сокровище, не говоря ни слова, развернулся на каблуках и быстро пошел по направлению к дому.

***

— Ну и скажи мне, Поттер, что я не придурок? — смущенный Драко лежал в постели, перебирая пальцами шелковистую шерстку невыносимо довольного кролика, который уютно пристроился рядом с ним на подушке. — Ради кролика выгнал невесту. Кому скажи, не поверят. Видимо, пора мне сдаваться в Мунго. Кролик подполз к нему поближе и улегся на грудь, почти уткнувшись носом в подбородок.— Глупый Поттер, — Драко расслабленно улыбнулся, снова запуская пальцы в нежный теплый мех. — Это все кроличьи инстинкты в тебе сейчас говорят. А вот превратишься ты в человека и даже не вспомнишь обо мне.

Тот совершенно по-человечески усмехнулся, уткнулся носом ему в шею и прижался еще теснее. — Слушай, Поттер, — Драко неожиданно осенило. — Раз уж я невесту променял на тебя, может, испробуем старый верный способ превращения животного в человека?Кролик, видимо, сразу понял, о чем идет речь, потому что прижал уши вниз и угодливо подставил морду под поцелуй. Драко рассмеялся и чмокнул забавное создание в нос. Кролик, оставаясь все тем же кроликом, смешно фыркнул, мотнул головой и чихнул. Стараясь не улыбаться от умиления, Драко погладил ушастую голову.— Не действует на тебя этот метод, Поттер. Что поделаешь. Ложись спать, — он рассмеялся, почувствовав, как кролик снова подбирается поближе к его губам. — Хватит, хватит совать мне свою неумытую морду, тем более она у тебя вся в морковке. И где ты ее только берешь? — он заботливо отряхнул кроличий рот, вздохнул и тихо добавил: — Видимо, в самом деле, у тебя от Поттера остались одни инстинкты. Был бы ты настоящим Поттером, зацеловал бы, — еле слышно прошептал он, не заметив, как дернулось и восторженно замерло чуткое кроличье ухо.

~ 6 часть ~

После ссоры в доме стало так тихо, что слышно было, как скрипят полы под ногами, да щелкают, перемещаясь, домовики. Люциус на целую неделю заперся в своей комнате и не желал из нее выходить. Нарцисса, как могла, старалась его утешить, но ее попытки пропадали втуне. Тот по-прежнему самозабвенно злился на сына и кричал из-за двери, что лишит его наследства, а еще лучше вообще откажется от него. Драко, не слишком напуганный угрозой, так как хорошо знал вспыльчивый, но отходчивый нрав отца, тем не менее старался больше времени проводить на работе, чтобы лишний раз не попадаться тому на глаза. Самое ужасное было в том, что Драко прекрасно понимал отцовское горе. Ему самому до слез было жаль разрушающееся поместье, почти так же, как и своих обедневших родителей. Ради них Драко был готов на многое. Но только не на пожизненное лишение свободы в обмен на деньги. 

Через две недели Драко увидел, что отец смирился. Он начал выходить из комнаты и даже бросил сыну  пару фраз сквозь зубы. Но это вовсе не значило, что наследник прощен, и подобное своеволие просто забыто. Зная мстительный характер Люциуса, Драко был уверен, что тот на нем отыграется. Вот только как и когда? Каждый день Малфой ожидал на работе гневной вспышки от начальства с последующим увольнением или появления нотариуса с бумагами, но все было тихо. Вот только Драко был уверен, что расслабляться пока еще слишком рано. По вечерам, огорченный тишиной родного дома, Драко падал на кровать, притягивая кролика к себе, и болтал с ним до тех пор, пока оба не засыпали. Странно было говорить "болтал" про неразговорчивого Малфоя, но теперь это было именно так. Казалось, в длинные кроличьи уши он выплескивал долгие годы молчания, рассказывая сочувствующему Поттеру всю свою жизнь — про маму, про отца, про одиночество, про войну, про ветшающее на глазах поместье и про то, что у него почти не осталось надежды всё исправить. Кролик тоже был активным участником беседы — он внимательно слушал, успокаивающе ластился к рукам или щеке, сочувственно щекотал пушистыми ушами, заинтересованно звенел бубенцом и, наконец, убаюкивал, вжавшись теплым телом в привычную ямку между плечом и горлом. В напряженном тяжелом молчании отца кролик чертов Поттер стал для Драко настоящим спасением, поддержкой и другом, и он изо всех сил старался не думать, что в скором времени им придется расстаться навсегда.

Когда главврач вызвал Драко к себе в кабинет, тот уже был готов ко всему. Наверняка, отец позаботился о том, чтобы сына избавили от занимаемой должности. Было крайне нелогично лишать семью последнего стабильного дохода, но в запале Люциус был способен и не на такое. Драко решительно вошел в кабинет, готовясь принять от пожилого немногословного хирурга любое решение. Но только не ошеломляющее: "Вы самый талантливый молодой врач нашего отделения. У вас очень серьезный потенциал, поэтому я предлагаю вам место моего заместителя". Кролик! Кролик Поттер был тем единственным, с кем было необходимо срочно поделиться такой новостью. Счастливый Драко ворвался в комнату, спеша как можно скорее подхватить пушистый комок на руки и закружить по комнате от переполняющих эмоций. Сбрасывая мантию на стул, он весело крикнул:— Поттер! Ты где? Иди сюда! Я столько должен тебе рассказать... В комнате было тихо и как-то сумрачно. Кролик, который всегда с легким звоном радостно прыгал ему навстречу, сейчас, видимо, где-то прятался. Драко растерянно огляделся по сторонам. — Поттер, — снова позвал он. Но никто не откликнулся. После привычного хруста и топота тишина помещения была такой оглушающей, что, казалось, вся комната умерла. Драко, поначалу решивший, что Поттер на что-то надулся, с каждой минутой пугался гулкой пустоты все больше, метался по спальне, отказываясь верить в пришедшую беду, заглядывал под столы и кровати, сдвигал кресла и отдергивал шторы. Кролика нигде не было.  "Отец", — внезапно ворвалась в голову ужасная догадка, которую он так боялся впустить. С ужасом вспомнилось, как однажды он принес домой найденного белого котенка, а отец демонстративно велел домовику выкинуть его в пруд. Драко тогда еле уговорил пугливого дрожащего эльфа пожалеть и отпустить питомца возле ближайшей деревни, а сам прорыдал три дня под одеялом, но так и не осмелился перечить родительской воле. — Поттер?! — совсем уже безнадежно крикнул Драко, но, разумеется, так и не услышал ответа. Потеряв голову от страха, он рванул по коридору к родительским комнатам.

Люциус впервые за эти дни вышел в гостиную и теперь умиротворенно сидел перед камином, листая газету.  — Где мой кролик? — еле сдерживаясь, Драко напряженно шагнул к нему. — Сколько раз я говорил тебе, чтобы ты не тащил в дом всякую гадость? — Люциус неспешно перевернул страницу и искоса взглянул на сына. — Пора бы тебе уже забыть детские игры, — он пытался сохранить хладнокровие, но не выдержал и прибавил с затаенным злорадством: — Слишком уж ты заигрался, Драко. — Где. Мой. Кролик? — Драко шагнул к отцу, сжимая кулаки. Впервые он почувствовал в себе такую силу, которая позволяет переступать через все запреты, плевать на условности и ради спасения друга идти на всё. Его лицо исказилось так, что даже видавший виды Люциус напрягся и пошел на попятный.  — Спроси у Тикси. Он его куда-то дел, — нехотя проворчал он, сдаваясь, и снова уткнулся в газету, стараясь не смотреть, как Драко выбегает из зала, громко выкрикивая имя эльфа на все лады.

Домовик материализовался в коридоре так поспешно, что Драко чуть не запнулся о него. — Где он? Где мой кролик? — Драко исступленно схватил и затряс эльфа за отвороты затасканной наволочки. Все тот же Тикси, который когда-то давно сжалился над котенком, сейчас трепыхался в его сильных руках и испуганно прятал глаза. — Тикси хороший эльф, хозяин Драко. Хозяин Люциус велел ему избавиться от кролика. Посадить в мешок и бросить в озеро. Тикси сделал всё, как ему велели. Мешок был прочным, кролик недолго сопротивлялся, — от тряски огромные уши ходили ходуном, к жалобным глазам подступали слезы. — Тикси хороший эльф! Он всегда делает, что приказано. Кролик сразу пошел ко дну, — домовик внезапно всхлипнул, но дрожащим голосом продолжил оправдываться: — Тикси было его жалко, но он дождался, пока по воде не перестанут идти круги. Драко, всё еще плохо понимая величину обрушившегося на него горя, словно увидел себя со стороны — большого, сильного, отчаянно трясущего мелкое жалкое тельце. Он медленно разжал пальцы: — Прости, Тикси. Ты хороший эльф. Просто это был мой кролик. И я не знаю, что мне теперь делать.Весь ужас ситуации доходил до него постепенно. Поттер? Его Гарри Поттер лежит где-то на холодном дне? Героя войны утопили в каком-то пруду в старом мешке?! Этого просто не может быть! Но вот же, этот исполнительный несчастный эльф трясется перед ним, рыдает и норовит стукнуться головой о стену. — Ты ничего не перепутал? — тихо выдавил из себя Драко, чувствуя как пол уходит из-под ног. — Это точно был он?Эльф кивнул и покорно хлюпнул носом:— Маленький черный кролик из вашей комнаты, хозяин Драко. Тикси поймал его в мешок. Кролик даже не успел понять, в чем дело. Он быстро умер, ему не было больно. Внезапно Тикси тоненько и жалобно всхлипнул и с разбегу ударился головой о стену.  Драко готов был последовать за ним и сделать то же самое. Неужели Поттера и в самом деле больше нет? Он просто не мог в это поверить. Да Поттер с его везением запросто переживет их всех вместе взятых. Наверняка он прогрыз в мешке дыру и выскочил по дороге. Или придумал еще что-нибудь в том же духе. Но Тикси, обливаясь слезами, протянул Драко морщинистый кулачок и бережно его разжал. Посреди маленькой чумазой ладони лежал серебряный колокольчик с разорванным ремешком. Машинально взяв его, Драко еще какое-то время тупо крутил обрывки коричневой кожи в пальцах, запрещая себе что-либо чувствовать. Колокольчик с золотым ободом и язычком в виде снитча качнулся в его руке, привычно и весело звякнув. Колокольчик. Такой же маленький и веселый, как и сам кролик... И грубо, небрежно надорванный кожаный ремень. С темным пятном по линии разрыва. С пятном, так похожим на кровь...~ 7 часть ~

Отчаяние и тупая безнадежность навалились с такой силой, что Драко неожиданно для себя сполз на пол, всхлипнул и закрыл лицо руками. Поттер. Его Поттер. Гарри. Наверное, такой боли он не испытывал даже, когда ждал Поттера с войны. Тогда он еще был чужим: врагом, который даже не подозревал о его глупой влюбленности. А теперь, когда все было так близко, так весело, тепло и надежно...Крохотная цепкая ладонь осторожно тронула его за плечо: — Хозяин Драко убивается. Почему? Ведь Тикси сделал всё правильно. 

— Да, Тикси, правильно. Ты молодец, — глухо ответил Драко, отнимая руки от лица, и отчаянно посмотрел на домовика воспаленными глазами, не понимая, как он будет жить дальше. — Ты поступил как положено. Только мне-то что теперь делать? Скажи, что? — Хозяин недоволен Тикси!Домовик всхлипнул, разбежался и гулко стукнулся головой о стену. Еще раз. И еще. Драко с трудом удержал его рукой за худое мелкое плечо. — Прекрати, Тикси. Не нужно, — его голос был настолько безжизненным, словно в нем не осталось ни единой эмоции.

Тикси поднял на него огромные как блюдца, влажные, несчастные глаза и уточнил:— Хозяин Драко любил кролика?Сил говорить не было, и Драко просто молча кивнул, снова пряча свое отчаяние в ладонях. Домовик дернул его за подол мантии:— Хозяин Люциус велел Тикси его убить. Драко пожал плечами, мотнул головой и сжал колокольчик так, что тонкий ободок больно впился в ладонь. Сколько ещё можно повторять эту издевательскую фразу?— Тикси знал, что хозяин Драко очень любит кролика. Хозяин Драко всегда был так добр к бедному Тикси. Тикси не хотел его огорчать.Как будто это теперь кому-то важно. — Тикси плохой эльф! Тикси не послушался хозяина Люциуса, — домовик внезапно взвыл, покатился по полу, пытаясь стукнуться головой о паркет. — Тикси плохой эльф, плохой! Он должен себя наказать за непослушание. Прижечь уши утюгом, прищемить их дверцей шкафа, засунуть в духовку... — Что ты говоришь, Тикси? — Драко схватил эльфа за руку, всё еще боясь разрешить себе ложную надежду.  — Хозяин Люциус никогда не простит Тикси! Тикси не смог убить кролика хозяина Драко! А еще потому что это был Гарри Поттер, наш спаси-и-итель, — жалобно завыл эльф, снова вырвавшись из рук, что есть силы разбежался и самоотверженно треснулся лбом о чугунную ножку столика, чтобы уж было наверняка. — Постой, погоди, Тикси. Да погоди же ты!!! — Драко успел ухватить эльфа за руку и возбужденно заглядывал ему в лицо, — ты знал, что это Гарри? Где?.. Куда?.. Да стой же ты, — он снова нечаянно упустил верткого эльфа, который, радуясь обретенной свободе, с разбегу попытался впечататься в угол комода. — Прежде чем расшибешь себе голову, ты обязан мне сказать, где он! Куда ты его дел? Тикси, пожалуйста!— Хозяин Драко сказал Тикси "пожалуйста"! — домовой эльф зарыдал пуще прежнего и с удвоенной энергией попытался стукнуться лбом об пол. — Тикси! — Ы-ы-ы-ы...— Послушай, Тикси!— Ы-у-у-у-у-у....— Да подожди же!— Аы-ы-ы-ы-ы! Хозяи-и-ин!!!

Поняв, что кроме этих нечленораздельных звуков в ближайшее время он ничего от эльфа не добьется, Драко быстро ухватил его за сухонькую лапку и уверенно приказал:— Немедленно перенеси меня туда, где ты его оставил! Я приказываю! Живо!Прямого приказа отчаянно воющий эльф не посмел ослушаться. Раздался хлопок аппарации, и в то же мгновение они оказались перед витриной "Волшебного зверинца" в Косой Аллее. — Это зоомагазин, Тикси? Он здесь? Мой кролик?! — Драко еле стоял на месте. — Тикси плохой эльф, — всхлипывающий домовик снова попытался усесться на привычного конька. — Тикси замечательный эльф! Я просто счастлив, что у меня есть такой эльф, — Драко торопливо отбросил его руку, поморщился от очередного благодарного воя в спину и ринулся в темноту лавки. — Кролик? Есть? Черный с зелеными глазами? — он волновался, поэтому слова вылетали вперемежку с прерывистым дыханием. Упитанный плешивый продавец развел руками в стороны, с любопытством его разглядывая:— Недавно купили...Драко устало облокотился о витрину:— Кто? — Не знаю. Мальчик в красно-желтом галстуке. Кажется, он был с отцом. — Как его найти? Вы хоть что-нибудь знаете о нем? — Драко наседал на продавца, как любимая отцовская гончая, взявшая след.  Но тот только снова развел руки в извиняющемся жесте:— Простите, мы не собираем сведений о покупателях. Может быть, вам подойдет вот этот, белый? Они очень похожи.Решительно отмахнувшись от белого кролика, Драко выбежал наружу. Что же ему теперь делать?

Тикси, меланхолично размазывая слезы по лицу и утирая их подолом грязной наволочки, по-прежнему стоял на дорожке возле магазина и терпеливо ожидал хозяина. — Нет его здесь, — Драко в задумчивости кусал губы и оглядывался, прикидывая, в какую сторону бежать. — Конечно, нет, — понуро согласился эльф. — Кролик Гарри Поттер уже давным-давно в самом конце аллеи. Малфой уставился на домовика в немом изумлении: — Ты что, знаешь, где он?Эльф уверенно закивал:— Конечно. Тикси всё знает про имущество хозяина Драко. А с тех пор, как хозяин Драко велел заботиться о кролике Гарри Поттере, тот тоже стал имуществом Малфоев. Кролик черный, штука одна, инвентарный номер две тысячи триста семнадцать, — эльф, сосредоточенный на своих обязанностях, даже забыл, что собирался снова самозабвенно повыть. — Хозяин Драко велел перенести себя туда, где Тикси оставил кролика. Тикси хороший эльф, переместил хозяина, куда велено. А вот если бы хозяин Драко приказал...— Сейчас же перенеси меня к нему, слышишь! — Драко торопливо оборвал затянувшуюся хозяйственную речь. — Немедленно! — Слушаюсь, хозяин Драко, — эльф цепко ухватил его сухонькой лапкой, и очередной рывок аппарации выдернул их в самый конец аллеи.

— Поттер, — Драко облегченно выдохнул и во все глаза зачарованно уставился на мелкое ушастое существо, которое бережно прижимал к себе веснушчатый рыжий пацан лет двенадцати. В который раз чертовому гриффиндорцу повезло, что отец отдал приказ единственному эльфу мэнора, который не побоялся его ослушаться. —  Поттер, живучий ты придурок!Счастливо улыбаясь, Драко закатил глаза и выругался так, что Тикси вздрогнул и плотно прижал уши к голове руками. Драко готов был петь от радости и хохотать в голос от того, что Поттер не только жив, но еще и снова нашел на свою лохматую глупую голову очередного Уизли или кого-то очень похожего на него.

— Слушай, парень, — Малфой решил не тянуть с объяснениями и шагнул к рыжему обладателю ценной ноши. — Так получилось, что это мой кролик. Мальчишка шарахнулся в сторону от взрослого волшебника, испуганно глядя на него во все глаза, и прижал зашебуршившегося кролика покрепче к себе.— Постой, не убегай, пожалуйста, я так долго его искал, — видимо, в голосе Драко сквозило такое отчаяние, что ребенок настороженно замер, готовый удрать в любой момент. — Если хочешь, позови отца, и я поговорю с ним. Просто мне очень, очень нужен мой кролик. — Но это мой кролик. Я его купил! — детская рука мгновенно прикрыла мохнатый бок. — Я знаю, знаю. Его продали по ошибке. Я его очень люблю. И я с ног сбился, пока его нашел, — Драко присел на корточки, чтобы быть с пацаном на одном уровне.Тот опустил глаза и внимательно посмотрел на кролика, уткнувшегося в его мантию: — Он тебя не знает. Значит, это не твой кролик. — Поттер! — позвал его Драко. Кролик только глубже зарылся в складки мантии. — Ты назвал кролика в честь Гарри Поттера? — голубые глаза с возбужденным любопытством уставились Драко в лицо. — Назвал, — недовольно признался Малфой, чувствуя себя полным кретином, — Поттер! Не будь идиотом! Я же не знал, что отец задумает такое. Я чуть с ума не сошел, когда узнал! Разобиженный черный кроль уже совсем затерялся в темной ткани. — Поттер, придурок! Прекрати немедленно! Я с ног сбился, пока тебя нашел. Весь извелся. Я уже думал, что совсем тебя потерял, не знал, что мне делать. Хоть головой вниз с моста за тобой следом. Прекрати дуться и скажи ему, что ты мой! Я по тебе так соскучился. Ну ты же мой, Гарри, — кролик не выдержал, обернулся на отчаянные, ласковые нотки в его голосе и нехотя кивнул. — Вот видишь, он мой! Я говорю правду, — Драко облегченно улыбнулся. Мальчишка, который смотрел на это действо с открытым ртом, наконец очнулся:— Ух ты, он дрессированный! — его глаза светились изумленным восторгом. — Ты отдашь мне его? — мягко спросил Драко. Пацан насупился и засопел. Казалось, он борется изо всех сил, чтобы не зареветь. — Но я купил его себе. И теперь он мой!— Но ведь ты к нему еще не успел привыкнуть. А для меня он очень важен, — Драко убеждал его осторожно, взвешивая каждое слово и боясь спугнуть.

— Хороший хозяин никогда бы не отдал такого кролика, — мальчик притянул теплый комок поближе к себе. Драко возмущенно смотрел, как подлый кроль согласно покивал, соглашаясь с его словами.  — Я и не отдавал. У меня его украли, — Драко еле сдерживался, чтобы просто напросто не выхватить кролика из детских рук.  — Кто? — Злые люди. И я очень переживал, — Малфой видел, что разжалобить оппонента не получилось, поэтому решил перейти сразу к выкупу. — Давай, я его у тебя куплю, чтобы всё было по-честному? Что ты за него хочешь? Пацан упрямо сопел, смотрел в землю и ковырял носком ботинка брусчатку. — Я дам тебе за него десять галлеонов, хочешь? — на эти деньги можно было купить целого дракона, а не только какого-то кролика, но Драко решил не мелочиться. — Ты купишь себе, кого захочешь. Любое магическое существо. Или нескольких. Маленькая рука покрепче ухватила кроличий бок. — Я не хочу. Он дрессированный. И глаза у него зеленые, видишь? Драко мысленно чертыхнулся. Конечно, не только он один без ума от глаз национального героя. Даже дети малые очаровываются. — Двадцать галлеонов, — он пытался поймать упрямый мальчишечий взгляд. — Пятьдесят! Сто! Скажи, сколько? — Мне не надо твоих денег. Я хочу этого кролика, — парнишка внезапно уткнулся носом в кроличий затылок и всхлипнул. — Он мне нравится. Взгляд Драко скользнул по соседней витрине.— Метлу хочешь? Новую? Я куплю! Рыжий упрямец изумленно открыл рот и перевел зачарованный взгляд на витрину. И даже почти кивнул. Но потом сглотнул, опустил глаза вниз на кролика и отрицательно помотал головой. — Что же тебе предложить? — Драко лихорадочно соображал. — Сову? Новую палочку? Волшебные вредилки? Фестрала? Что? Что ты хочешь? Но в ответ на все соблазнительные предложения пацан только молча мотал головой, отчаянно вжимаясь пальцами в темный мех. 

Теряя терпение, Драко в волнении засунул руки в карманы, чего не позволял себе с самой школы. Только сейчас он заметил, что выскочил из дома в своей старой школьной мантии, даже не удосужившись переодеться во что-то приличное.  Машинально он достал из кармана какую-то ерунду: засохший лист заунывника, любовную записку с потекшими чернилами от Панси, огрызок карандаша, ржавый гвоздь и гриффиндорскую пуговицу. Мальчишка и кролик с одинаковым любопытством уставились на его сокровища. — Ты учился на Гриффиндоре? — с восторгом спросил пацан, шею которого тоже украшал красно-желтый галстук. — Нет, на Слизерине, — задумчиво ответил Драко, прикидывая, что ему делать дальше. — А откуда у тебя тогда гриффиндорская пуговица? — юный волшебник подозрительно прищурился и требовательно уставился ему в лицо. — У Поттера оторвал, когда дрались, — Драко отвечал всё еще механически, думая о своем. Глаза мальчишки округлились и восторженно распахнулись:— У самого Гарри Поттера? Вы с ним знакомы? А зачем вы с ним дрались? А кто победил? А откуда ты его знаешь? — рыжий оболтус сыпал словами так, что аж задыхался от волнения. Под шквалом вопросов к Драко немедленно вернулся малфоевский рассудок. Он подобрался как рысь перед прыжком. — Мы с ним учились вместе на одном курсе и периодически дрались, — небрежно поведал он. — В тот раз, кажется, победил я, раз пуговица досталась мне. Кролик возмущенно пискнул, дернулся и чуть не вывалился из рук своего нового владельца. Полностью проигнорировав кроличье возмущение, Драко, перекатывая металлический кругляк в тонких цепких пальцах, высокомерно продолжил:— Вообще, я готов поспорить, что больше ни у кого нет пуговиц национального героя. Наши школьные мантии давно пылятся на чердаках. Наверное, это последняя пуговица Гарри Поттера, которая осталась в мире. Ну ладно, раз ты не хочешь меняться... — и Драко демонстративно отвернулся, делая вид, что уходит. — Постой! — пацан дернул его за рукав мантии и протянул ему кролика, с отчаянной мольбой в глазах глядя на потертый гриффиндорский герб. — Ты отдашь ее мне? — кажется, он все еще не верил, что Драко решится расстаться с таким сокровищем. Малфой нехотя оглядел взъерошенное животное, с сожалением окинул прощальным взглядом пуговицу, подчеркивая, на какой неравноценный обмен он соглашается, горько вздохнул и с жестом "была не была" протянул ее мальчишке. Тот всунул ему кролика в руки, сжал драгоценность в кулаке, сияя от счастья, и ринулся к книжной лавке, видимо, делиться с отцом своей радостью.

Драко, сердце которого все еще колотилось и прыгало от волнения, изо всех сил притягивал к себе поближе свой боевой трофей. Вредный кроль, перекочевавший ему на руки и сейчас нежно прижимаемый к груди, небольно, но ощутимо прикусил его палец и тут же потерся об руку. — Поттер, не скандаль! Я и так из-за тебя перенервничал, чуть не помер. Пойдем домой, Гарри, — он поднял кролика в ладонях, посмотрел на него и, не сдержавшись, чмокнул в розовый влажный нос, — Теперь всегда будешь со мной, никогда одного тебя не оставлю, — шепотом пообещал он подавшемуся навстречу кролику, ухватил его покрепче и аппарировал в мэнор.

— Поттер, Поттер, какой же ты идиот, — бормотал Малфой, бережно прижимая мохнатое тельце к себе, привычно заваливаясь с ним на кровать. — И почему с тобой вечно что-то случается? Почему я за тебя всегда должен переживать? Выменял тебя целиком всего лишь на одну твою дурацкую старую пуговицу.Кролик блаженно растянулся рядом с ним на подушке и, Драко готов был в этом поклясться, не сводил с него обожающих глаз, пока они оба не уснули, измученные впечатлениями.

~ 8 часть ~

Дни, оставшиеся до полнолуния, Драко проводил с кроликом, практически не разлучаясь. Отец кривился и морщился, но больше не делал попыток причинить кролику вред, правда теперь и сам Драко был начеку, постоянно таская его с собой даже на работу. Черный пушистый Поттер мгновенно стал любимцем всего отделения и чинно восседал в кабинете на чьих-то руках в ожидании, когда закончится малфоевская смена, и они вместе пойдут домой. Если Драко, как самый настоящий собственник, и ревновал своего питомца к коллегам, то старался никому этого не показывать. Тем более, что ни единой душе кролик больше так не радовался, как ему, ни к кому не прижимался так трогательно и не старался при любой возможности потереться о щеку.

* * *

В день, когда всё должно было закончиться, они, как всегда вместе, сидели на диване в гостиной, где Драко зачем-то показывал кролику медицинский атлас, а тот коварно тыкал лапой в мышцы и кости, надеясь подловить его на ошибке, и тихонько фыркал от неудовольствия очередным блестящим ответом. 

Стук в камине заставил их отпрянуть друг от друга, и Драко нехотя снял защиту, впуская незваного гостя.— Привет, Малфой, — из камина проворно вылезла решительная Гермиона. — Что тебе опять, Грейнджер? Никакого покоя от тебя нет, — недовольно процедил Драко, которого она оторвала от увлекательного дела: пару секунд назад он пропускал сквозь пальцы шелковистый кроличий мех и терпеливо объяснял мохнатому собеседнику принцип действия Костероста. — Между прочим, меня здесь не было месяц, если ты этого не заметил! — еще никому не удавалось легко отмахнуться от Гермионы. — Сегодня нужно брать твою кровь.

Драко испуганно вздрогнул. Он ведь совсем забыл про сроки и уж тем более постарался выкинуть все мысли о скорой разлуке. — Гарри! Привет! — Гермиона протянула руки навстречу кролику, который, увидев ее, весело и нетерпеливо подпрыгивал на месте.  Драко угрюмо смотрел, как кролик, между прочим, его кролик, которого он только что расслабленно поглаживал по спине, выскользнул из-под его пальцев и оживленно скакнул в ладони к Гермионе. Она засмеялась от счастья и прижала его к груди: — Как же я рада тебя видеть! Я получала твоих Патронусов, Гарри. Драко удивленно посмотрел на Поттера. Он и понятия не имел, что тот с кем-то общался. Но Гермиона пояснила сама:— Я волновалась, — сказала она просто. — И не хотела надоедать тебе и твоей семье. Поэтому мы договорились, что Гарри будет слать мне Патронусов о том, что у него все в порядке. Кое-какие способности у него всё же остались. Драко отвернулся, пряча обиду. Конечно, разве можно было просто так остаться в логове врага. Оказывается, Поттер ему совсем не доверял и даже не собирался этого делать. Значит, вся эта поттеровская поддержка и участие, которые он так опрометчиво принял за дружбу, были всего лишь игрой, позволяющей продержаться во вражеском стане как можно дольше? Всё это было неожиданно, как подножка, и больно, как удар в спину. Драко отвел глаза.— Возьми у меня кровь, Грейнджер, и сделай поскорее всё, что нужно, — сухо сказал он. — Я устал от вас.

Гермиона внимательно посмотрела в его бесстрастное лицо и внезапно спросила: — А ты видел его новый Патронус, Малфой? — Не уверен, что мне это интересно.— Покажи ему, Гарри, — Гермиона нагнулась к кролику, и тот, согласно кивнув, вытянулся на ее ладони во весь рост и важно взмахнул лапой. С кроличьих коготков сорвались искры, и через секунду в воздухе принялся кувыркаться и прыгать серебристый сияющий хорек.  Гермиона рассмеялась, а Драко буквально оторопел, чувствуя, как губы против его воли расходятся в улыбке. — Ну и скотина же ты, Поттер!Кролик поднял голову и постарался поймать его взгляд. Поскольку Драко тоже не мог отвести от него глаз, они неловко замерли, зачарованно уставившись друг на друга. Если Малфой смотрел в зеленые глаза тоскливо, с острым чувством скорой потери, то на кроличьей морде застыло совершенно нечитаемое выражение. — Если вы уже насмотрелись, то нам пора брать кровь, — прервала их немой диалог безжалостная Гермиона. — Может быть, нам лучше выйти в парк?

Драко кивнул, взял девушку за руку, чему она откровенно изумилась, и аппарировал всех на ровную площадку перед ротондой, где их не должен был потревожить никто. — Можно я подержу его в последний раз? — Малфой был так смущен своей просьбой, что Гермиона никак не стала комментировать его порыв, а просто молча протянула ему кролика и отвернулась.Драко поднес пушистого друга к лицу, а тот снова ласково и привычно потерся об его щеку и что-то пискнул.  — Не забывай меня, ладно? — тихонько шепнул Драко в мягкое длинное ухо и, стараясь ничем не выдавать своего отчаяния, со вздохом вернул кролика Гермионе. 

Девушка проворно и ловко подхватила кролика под брюшко, вытащила из кармана какие-то пробирки и инструменты и заклинанием подвесила в воздухе старинную книгу. Старательно сверяясь с текстом, она взмахнула палочкой и начертила в нескольких дюймах от земли пять исцеляющих рун, методично объединяя и переплетая их друг с другом неизвестными символами, а потом, бережно посадив покорного кролика в середину пентакля, быстро зашептала неизвестное заклинание, отчего знаки вспыхнули и засветились ровным голубым светом. — Дай мне твою руку, — мягко попросила она Драко.  Тот послушно протянул ей ладонь и чуть поморщился, когда она сделала аккуратный надрез и выдавила в сосуд с синей жидкостью три капли его крови. Зелье вспенилось и поменяло цвет. — Ничего не понимаю, — Гермиона потрясла его, взболтала и капнула себе на палец. — Оно должно было стать красным. А оно зеленое. Попробуй его, Гарри. Кролик быстро слизнул с предложенной руки маленькую изумрудную лужицу, и все втроем затаили дыхание. Но ничего не произошло. Поттер по-прежнему шевелил ушами и чинно сидел в середине сияющего пентакля, будучи все тем же кроликом. — Что случилось? — Гермиона огорченно подняла глаза. Кролик, который должен был превратиться в Поттера, но почему-то так им и не стал, поднял лапу вверх и снова запустил в небо своего Патронуса. — Гарри, я знаю, знаю. Я уже поняла. Или ты хочешь сказать... — она отвела взгляд от серебристого хорька и пристально посмотрела на Драко. — Как ты к нему относишься, Малфой? — требовательно спросила она. — Как я к нему могу относиться, Грейнджер? — огрызнулся Драко, излишне внимательно рассматривая носки своих лакированных ботинок. — Малфой, отвечай честно, разве ты не понимаешь, что от этого зависит его жизнь? Говори же, ну!Драко глубоко вздохнул. — Лб-лю, — было сложно что-то расслышать и понять в этом бормотании, но Гермиона продолжала выжидающе смотреть на него, и Драко наплевал на всё: — Я его люблю, — громко и отчетливо, едва ли не по слогам, отрапортовал он своей обуви, страшась поднять глаза на Грейнджер и в особенности на кролика. Но Гермионе было не до его душевных метаний. — Так чего же ты ждал, идиот?! Как твоя кровь могла сработать? — она огорченно закатила глаза. — Я надеялась, вы всего лишь нашли общий язык! А вы с вашими Патронусами и гляделками... Чем вы тут вообще занимались всё это время?! — Гермиона возмущенно перевела взгляд с Малфоя, который независимо пожал плечами, на кролика, внезапно заинтересовавшегося голубым небом. — Ничего не поделаешь, Гарри, нам теперь нужно начинать все сначала. Тебе придется еще месяц у кого-то пожить. И очень надеюсь, что он в тебя не влюбится, несмотря на то, что ты у нас так неотразим, — она мстительно стрельнула глазами в сторону Малфоя и подхватила кролика на руки. — Пойдем, Гарри! Я думаю, нам придется договариваться с Ноттом.

И тут она впервые столкнулась с малфоевской собственнической яростью. Драко молниеносно выхватил кролика у нее из рук, прижал к груди и, ощетинившись, злобно прошипел:— Забудь! Ни к какому Нотту он не пойдет.  — Малфой, ты спятил? — Гермиона попыталась ухватить кролика хотя бы за хвост, но Драко был проворней. — Малфой, немедленно верни мне Гарри! Мы должны срочно найти ему другого врага! Мы и так из-за вас, идиотов, потеряли целый месяц, — расстроенная Гермиона чуть не кричала. Но Драко продолжал крепко прижимать кролика к себе. — Мне плевать, Грейнджер, ищи другой способ. Я его ни к кому не пущу. Они замерли друг напротив друга как враги на ринге. Драко ревниво сузил глаза и отчаянно впился в поттеровский мех цепкими пальцами. Гермиона смотрела на него с обиженной злостью: ее ноздри раздулись, курчавые волосы разметались и вздыбились. — Малфой! Верни! — она попыталась ухватить кролика за уши. — Отвали, Грейнджер! — Драко быстро прикрыл ушастую голову ладонью, образуя из пальцев прочный кроличий шлем. — Отдай!— Нет!— Дай сюда!— Не дам!Спор предсказуемо зашел в тупик. Гермиона предприняла еще несколько отчаянных попыток ухватить Малфоя за руку, чтобы вырвать кролика из цепкого хвата, на что Драко осыпал ее совершенно не аристократической бранью и старался как можно дальше откинуть плечом.

— Малфой! — разъяренная, запыхавшаяся Гермиона уже напоминала собой Медузу Горгону в ее худшие времена. — А ну, быстро отдал мне зайца! — Уже разбежался!Противники, тяжело дыша, замерли и принялись сверлить друг друга глазами.— Малфой! Немедленно отдай мне Поттера, кому сказано! — Перебьешься, Грейнджер. Он мой! — Малфой, прижимающий совершенно обалдевшего кролика к груди, теперь и в самом деле был похож на злобного цепкого хорька. Соперники одновременно выхватили палочки на изготовку и замерли, наскоро оценивая ситуацию.

Почти начавшуюся схватку внезапно прервал какой-то писк. Изумленно опустив глаза вниз, они обнаружили, что кролик смеялся. Да какое там, смеялся! Мерзкий кроль ржал! Откинув голову назад, подрагивая ушами, заходился заливистым поттеровским смехом. Мелкое брюшко сотрясала крупная дрожь, задние лапы дрыгались в экстазе, а изо рта вылетали раскатистые мышиные трели. Первой не выдержала Гермиона. Она выронила палочку из обессилевших от смеха пальцев и опустилась на траву, привычно хохоча вместе с Гарри. Драко чуть помедлил, но тоже не сдержался и расплылся в улыбке, глядя на обоих содрогающихся от веселья идиотов, а затем залился непривычным беззаботным смехом.

Такой и обнаружил хохочущую троицу донельзя разъяренный Люциус. — Изумительно! Помолвка расторгнута, поместье в долгах, жизнь семьи под угрозой, а вам смешно? Тебе смешно, Драко? Я вижу, с кем ты теперь водишь дружбу, — злобно зашипел он, всё больше себя накручивая, с удовлетворением наблюдая, как с лиц весельчаков сползают улыбки. — Потрудись мне ответить, что делает гря... — он с трудом оборвал себя на полуслове и поправился, пренебрежительно кивая на Гермиону: — Что она делает в мэноре? И чем вы тут занимаетесь? — рявкнул он, переводя взгляд с кролика в руках сына на светящиеся руны и обратно. — И почему здесь опять эта блохастая тварь? Мне снова ее утопить?Драко и Гермиона, резко оборвавшие смех, уставились на него с одинаковым выражением на лицах. — Они целый месяц прожили под одной крышей, — пробормотал Драко. — И он столько лет его ненавидит, — вымолвила ошарашенная Гермиона. Они понимающе переглянулись, и не успел Люциус произнести ни слова, как Драко всунул кролика в середину пентаграммы, резко дернул отца за руку и ткнул ее Гермионе, а она, скользнув по длинному пальцу быстрым и точным надрезом, выдавила в пробирку три капли крови.

Под истошные вопли разозленного и пораненного Люциуса, которого Драко с трудом удерживал на месте, жидкость наконец-то приобрела насыщенный рубиновый цвет. Пока Драко цеплялся за орущего и сыплющего проклятьями отца, Гермиона капнула на ладонь несколько темных капель, которые кролик проворно слизал. Не сводя благодарных зеленых глаз с Драко, он облизнулся, жалобно застонал и замер. Даже Люциус на мгновение перестал орать и биться в руках сына, проникнувшись важностью момента.  Кролик в последний раз пискнул, вздрогнул и внезапно начал превращаться. Все трое, затаив дыхание, смотрели, как кроличьи лапы начали стремительно удлиняться, на лице проступили дужки настоящих очков, и уже через минуту перед ними стоял самый что ни на есть живой и настоящий Гарри Поттер.

Гарри быстро оглядел свои руки и ноги, ощупал тело, окинул всех радостным, счастливым взглядом и кинулся на шею Гермионе:— Ты снова меня спасла! Я люблю тебя!

~ 9 часть ~

Драко тихо вздохнул. А чего еще можно было ждать от спасенного героя? Вернулся и всё забыл. Он выпустил из рук пораженного притихшего Люциуса и сник. Всё когда-то кончается. И их история тоже. Для кого-то хорошо, а для кого-то не очень. Но почему этим последним всегда оказывается он?

Пора было уходить, но Драко зачем-то все еще стоял, смотрел на объятия этих двоих и ждал непонятно чего.

Наобнимавшийся Поттер, наконец, отлепился от своей подруги. За то время, что Драко его не видел, он еще вырос и раздался в плечах. Сейчас он выглядел... Да что уж там скрывать, выглядел он сногсшибательно. Сердце жалобно заскулило. Сколько еще он может страдать по проклятому Поттеру? Но всё. Теперь точно всё. Сегодня он со всем этим покончит раз и навсегда, иначе просто перестанет себя уважать.

Тем временем невыносимый Поттер подошел к ним, сурово глядя на Люциуса в упор. На Драко он по-прежнему подчеркнуто не обращал внимания. — Вы меня ненавидите, мистер Малфой, — Гарри не спрашивал, а утверждал. Оцепеневший Люциус, который до сих пор не пришел в себя, прикидывая в уме, чем ему грозит попытка утопить национального героя в старом мешке из-под картошки, всё же надменно ощерился:— Поверь, мне есть за что, мальчишка. — Вы ненавидите меня настолько, что не отдадите за меня своего сына? Или всё-таки у меня есть шанс? — верхняя губа у Гарри дрогнула в ответном оскале, а брови сошлись на переносице.        

Драко ошеломленно затаил дыхание. Люциус тоже молчал. Только дышал недоверчиво и сипло. — У меня есть деньги. Много. На ремонт мэнора их точно хватит. Есть положение. Еще какое. И я готов заключить наш брак хоть завтра. Так что вы мне скажете, мистер Малфой? Я вас всё еще не устраиваю?Люциус нервно потер запястье:— Вы издеваетесь надо мной, мистер Поттер? — Я могу сию же минуту аппарировать за кольцами, и еще до заката мы с Драко обручимся, — Гарри хмуро смотрел на потенциального тестя. — И поверьте, я тоже не в восторге от того, что нам с вами придется породниться. Но мне нужен ваш сын, поэтому я готов терпеть вас. Люциус внимательно посмотрел на него, перевел глаза на Драко, которого успел списать как бракованный товар, вспомнил мешок, пруд, мрачные подземелья Азкабана и торопливо выдохнул, боясь, что Национальное Достояние передумает:— Согласен! Гарри с прежней гримасой на лице неловко протянул ему руку, которую тот в ответ брезгливо пожал.

Драко, молча наблюдавший за семейной идиллией, резко выдохнул, развернулся и быстро пошел к дому. — Малфой, — за спиной послышались быстрые шаги, и сильная рука на полном ходу дернула его за локоть, втащила в ближайшие кусты и развернула к себе. — Ты чего?— А меня ты не пожелал спросить, Поттер? — Драко с болью смотрел в желанные зеленые глаза, опушенные черными длинными ресницами, понимая, что сейчас потеряет его навсегда, но не мог ему простить такого наплевательского обращения. — Сторговал как козу на базаре! Привык получать всё, что пожелаешь, Золотой Мальчик? Так вот, знаешь что? Пошел ты! Нахер! Малфой в ярости вырвал у него руку, готовясь сбежать, но тут же был снова схвачен и крепко прижат к груди. — Ты сам сказал, что меня любишь, — Гарри с силой притягивал к себе отчаянно сопротивляющегося Малфоя.  — Пусти меня, сволочь! Как был придурком, так и остался. Это ничего не меняет, — Драко было безумно жаль вырываться из долгожданных объятий, но душившая злость была сильнее.  — Нет, меняет, — Гарри удерживал его изо всех сил. — Меняет, меняет, — твердолобый Поттер принялся жадно целовать его скулы, глаза, щеки, наконец, впился в шею, и Драко зачарованно замер. Поттер совершенно явно вылизывал, покусывал, засасывал и метил его. Это было восхитительно.— Мой, — отклонившись, Поттер удовлетворенно оглядел свежий, наливающийся краской синяк, перевел глаза на пораженно молчащего Драко и приглашающе открыл ворот своей рубашки, предоставляя доступ к  шее. — Я твой. Помнишь? — он улыбнулся, как-то по-кроличьи знакомо, и трогательно охнул, когда Драко несильно, но мстительно впился в его шею зубами. — Знаешь, почему я не спросил тебя, Малфой? — бормотал ему Гарри, откровенно наслаждаясь прикосновениями, словно невзначай прижимаясь ближе и коварно пользуясь тем, что рот у партнера занят. — М-м-м? — Я боялся, что ты мне откажешь, идиот. Ты со своими вечными заморочками придумал бы тысячу отговорок. А я этого не хочу. Ты нужен мне, а я нужен тебе. Это всё, что мне важно знать. Я хочу быть с тобой каждый день, ждать тебя с работы, снова болтать по вечерам, хочу снова спать с тобой в нашей постели и... — Гарри тихо застонал от того, как язык Драко влажно прошелся вдоль его шеи, внезапно покраснел, смутился и, задыхаясь, добавил. — И много еще чего хочу. С тобой. Только с тобой, Драко.  — В таком случае странно, что я до сих пор не слышал от тебя самого главного. Того, что смогло бы меня убедить в необходимости брака, — Малфой, наконец, нашел в себе силы оторваться от его шеи и, любуясь своими трудами, разглаживал пальцем смуглую кожу с проявляющимся лиловым засосом. — Это означает, что ты хочешь уточнить размер моего капитала и получить список движимого и недвижимого имущества? — казалось, ехидные зеленые глаза прожгли его насквозь.Драко раздраженно попытался его оттолкнуть:— Отвали, Поттер! Я не собираюсь жить с кретином. Если ты не способен своей тупой башкой догадаться...— О-о-о, так ты романтик, Малфой? — Гарри обхватил его за талию, чуть притягивая к себе. — А может, у нас с тобой будет обычный брак по расчету?— Да пошел ты, — Драко несильно дернулся — ровно настолько, чтобы Поттер испугался, что он сейчас уйдет. Гарри и в самом деле удобнее и крепче перехватил его руками и уткнулся в светлые шелковистые волосы. — Люблю. Конечно я тебя люблю, придурок. Просто не думал, что об этом нужно говорить, ведь и так все понятно. — Твой эмоциональный диапазон, Поттер...— Знаю, знаю, как у зубочистки, — Гарри уже вжимался в него всем телом и целовал нежное место за ухом, тихонько отводя волосы рукой. — Мне Гермиона говорила. — Хм. Я хотел сказать, как у флоббер-червя, но в ее словах тоже что-то есть. Пожалуй, я недооценивал Грейнджер. Гарри улыбнулся и, подождав пока Драко затихнет в его руках и расслабится под поцелуями, спросил, отчаянно волнуясь:— Так ты выйдешь за меня, Малфой?

Поскольку тот всё еще молчал, Гарри отшатнулся и испуганно заглянул ему в лицо: — Учти, если ты собираешься сказать "нет", я ничего не хочу слышать. Это вообще нелогично. Тебе выгоден этот брак. И... и твой отец снова будет на тебя злиться. Драко смотрел на лепечущего придурка и плавился от счастья. Право, в роли кролика он был умнее. Неужели он на самом деле считает, что Драко способен от него отказаться? Борясь с желанием еще немного помучить краснеющего Поттера, Малфой не выдержал и притянул его к себе. — Конечно да, мой бестолковый кролик. В глазах Гарри он увидел такое облегчение, что непроизвольно рассмеялся: — Поттер, ну что же ты за дурень такой! Наверное, это я должен волноваться, что мне откажет сам Золотой Мальчик? Гарри снова уткнулся ему в волосы, потерся щекой и прошептал наивно-смущенно. — Ничего ты не понимаешь. Это ведь не ты мечтал обо мне с шестого курса. От этих слов сердце Драко забилось где-то под горлом, и признание вылетело само собой: — Я. — Не ври, — жаркие губы прошептали это так близко, что Драко ощутил чужое теплое дыхание в уголке рта, а бедра прижались так крепко, что чужое возбуждение почувствовалось как свое. — Ты не мог. — Ты тоже ничего не понимаешь, Поттер. — Так объясни мне, Малфой. Объясни... так, чтобы я понял.

И оказалось так просто коснуться его губ — чуть обветренных, теплых — вначале слегка, словно по-дружески, а потом не выдержать и наконец-то поцеловать так, как давно мечталось и виделось в доставших мокрых снах: чтобы от желания перехватывало горло, от сладкой слабости подкашивались ноги, а собственное сердце колотилось о грудную клетку с такой силой, словно хотело ворваться в чужую грудь и заставить то, другое сердце зайтись в такой же безумной канонаде. Притянуть к себе за стройную талию, сорвать очки, провести ладонью по мощной груди и, углубляя поцелуй, погладить его язык своим так, чтобы застонал хрипло, отзывчиво, жалобно, податливо раскрываясь навстречу, отдавая, даря всего себя... Стиснуть изо всех сил, скользнуть руками под мантию, обжечься о тело, горячее, как раскаленные угли...  Вжаться в него болезненным стояком, услышать изумленный вздох и прошептать в самое ухо, чуть задевая мочку губами, чтобы вызвать резкий холодок вдоль позвоночника:— Теперь веришь?

А потом почувствовать, как вместо ответа сильные руки настойчиво и нежно тянут куда-то вниз, в высокую траву старого летнего сада. И, не разрывая одуряющего поцелуя, беззаботно-бездумно провалиться в пряные запахи леса, лета и счастья.

~ 10 часть ~(Есть немного 18+, совсеееем немножечко)

— Поттер! Я просто мечтал обкончать твою руку в нашем парке, — Драко высокомерно фыркал и, пока Поттер не видел, счастливо улыбался, легонько прихватывая губами черные жесткие волосы на макушке. — Угум. — Нас кто-нибудь застукает, вставай! — он потряс поттеровскую голову, которую тот, утомленный бурным оргазмом, по старой кроличьей привычке пристроил ему на плечо.  — Угум. — По-оттер, ну ты что, спать здесь собрался? — М-м-м, отвали, Малфой! — Поттер!!!— Ох, что ж ты такой неугомонный?! Сам меня умотал. Дай отдохнуть. Мне еще за кольцами аппарировать, — Гарри поерзал и прижался к нему еще теснее, хотя, казалось, что ближе просто некуда.

— Не хочу тебя отпускать, — Драко готов был поклясться, что эти слова вырвались у него сами собой. Не мог он такое сказать вслух. Только не он. Никогда. Но Поттер, явно обрадовавшись, проворно перевернулся, перехватил его рукой поперек груди и поцеловал в голое острое плечо.— Пойдем вместе, а? Мне тоже всегда без тебя скучно.Драко рассеянно смотрел, как растворяются в небе белые облака, пропускал сквозь пальцы черные вихры и глупо улыбался. Какое чудесное, волшебное слово "вместе".

* * *

В семейное хранилище Гринготтса Поттер притащил его чуть ли не за руку. Драко, непривычный к прикосновениям, пытался ворчать и вырываться, но Гарри только улыбался и обнимал его с нахальной уверенностью летнего ветра. После долгого холодного одиночества Драко было сложно поверить, что эта теплая дружеская ласка не растворится и не исчезнет внезапно, и он не хотел себе новой боли. Но Поттер словно не замечал метаний упирающегося и злобно шипящего Малфоя, постоянно притрагивался к нему, касаясь, поглаживая, и, наконец не выдержав, попросту сгреб в охапку и подтащил к банковскому окну.

Строгий гоблин смерил их подозрительным взглядом, скривившись, выслушал объяснения Гарри и, нехотя, словно расставался со своим собственным сокровищем, выдал из хранилища пару колец. Гарри, заметно волнуясь, протянул одно из них Драко:— Тебе нравится? — он вложил кольцо ему в руку и заодно обхватил ее теплой ладонью.  Драко пожал плечами и равнодушно кивнул:— Сойдет, — вообще-то ради этого придурка он был согласен таскать на пальце простую медную проволоку, не то, что фамильные тяжелые кольца старинной гоблинской работы, но Поттеру знать об этом совсем не полагалось. Драко поднял на него глаза, чтобы добавить еще какую-нибудь гадость, но увидев, как огорченно отвернулся Гарри и пожал плечами таким знакомым кроличьим жестом, неожиданно для самого себя дотронулся до его руки и смущенно исправился: — Мне нравятся, Поттер. Очень красивые.

Глядя, как лицо Гарри расцветает счастливой улыбкой, Драко внезапно осознал, что на самом деле его верный кролик никуда не делся: вот он, по-прежнему рядом, всегда готовый выслушать и прийти на помощь, пусть даже теперь он превратился в чертовски сексуального школьного врага. И, может быть, именно с ним, до странности влюбленным и преданным, можно наконец-то решиться быть самим собой, доверив ему всю свою жизнь?

Под неодобрительным взглядом гоблина Драко неожиданно притянул Поттера к себе с такой силой, что тот охнул, но тут же обрадованно обхватил его руками в ответ. — Ты мой. А я твой. Это всегда был я. Ничего не изменилось, кроме ушей и шерсти, и уже никогда не изменится, поверь мне, — тихо шепнул ему на ухо невозможный Поттер, и Драко удивился, как тот понял.  

* * *

Помолвка прошла быстро и тихо всё в том же Розовом зале, где ещё совсем недавно царила Астория. Люциус, раздираемый на части совершенно противоположными чувствами, наскоро выдавил из себя благословение, одарив при этом Поттера таким пасмурным взглядом, что тот невольно вздрогнул. Нарцисса, отвернувшись к стене, старалась скрыть неуместные слезы и делала вид, что разглядывает полотно, на котором радостные, оживленные рыцари отдавали честь и делали неслышные залпы в воздух, а оруженосцы подпрыгивали и приветственно махали руками. Драко, глядя на их ликование, тихо вздохнул, вспоминая, каким отчаянием была для него прошлая помолвка и каким невероятным счастьем обернулась эта. Волнуясь и до сих пор не веря в происходящее, чуть дрожащими пальцами он надел Поттеру на палец кольцо и вопросительно посмотрел ему в лицо. Гарри улыбнулся, уверенно взял его руку в свою, и второе кольцо, медленно упираясь, уселось на изящный палец так ладно, словно всегда тут и было. — Ты мой. А я твой, — пробормотал Поттер свое привычное заклинание, и Люциус уничижительно фыркнул, возмущаясь плебейскому нарушению традиций. Драко не стал напоминать отцу, что и с Асторией они, к счастью, пренебрегли обрядом, что позволило расторгнуть их помолвку без особых проблем. Вместо этого он мельком взглянул на отца и успокаивающе забормотал древние старинные слова-обещания, звучащие незнакомой музыкой и накрепко связывающие магией две души.

* * *

Малфой задумчиво гладил свое кольцо на руке, к которому он уже так привык за прошедший месяц, уютно устроив голову на коленях своего будущего мужа, в то время как тот задумчиво перебирал шелковистые светлые волосы. Драко просто не понимал, как такое возможно. Вместе с Поттером все привычные вещи стали совсем другими. Словно все краски теперь были ярче, звуки чище, а чувства обострились и обнажились до предела. Никогда он еще не испытывал такой обжигающей нежности и болезненной страсти. Даже когда они вот так просто находились рядом и молчали, обычный мир становился другим — надежным и прочным.

Вечерами после работы Поттер полюбил засиживаться у камина, обязательно прижимая Драко к себе, тихонько гладя его руки, волосы или плечи и нашептывая ему на ухо всякую всячину. Пусть их пикировки в течение дня оставались прежними, зато в такие моменты их уединений внезапно разговорившийся суровый аврор успевал выдать столько ласковых глупостей, что Драко, который делал вид, что с трудом слушает эту чепуху, на самом деле каждый раз подставлял ухо поближе, чтобы не пропустить ни единого слова, и наконец-то оттаивал от прошлого одиночества, как ломкая льдинка в тепле жарких рук.

Эпилог

— Хоречек, пойдем сегодня к Уизли?В жестких холодных глазах Драко читалось явное обещание: "А за хорька ответишь".— Поттер, Зайка, я не против.— Чер-р-р-рт, Малфой, это звучит омерзительно. Особенно от тебя. Ты в курсе?!!— Угу. — Это подло! — А постоянно вспоминать Хорька не подло?— Но тебе же идет! Я привык.— Вот и к Зайке привыкнешь. И всё семейство Уизли заодно тоже.— Я уже говорил, что тебя ненавижу?— Ты не поверишь, но, кажется, да. Упоминал как-то раз. Или два. На досуге.— Малфой, имей в виду, если ты хоть раз при них заикнешься про семейство зайцевых...— О, я смотрю, кто-то не совсем зря протирал мантию в школе. Семейство зайцевых умудрился запомнить...— Малфой!— Ну что, Поттер? Что ты мне сделаешь?— Ты знаешь что... — Поттер, прекрати, я только завязал галстук! Оставь в покое мою шею! — Хоречек мой зловредный...— Мой похотливый Кролик!— Ненавижу тебя, зараза слизеринская... — Угум-с... Я чувствую твою ненависть, Поттер, всей кожей чувствую... И этим местом тоже, а-ах... и этим... Ты, главное, продолжай меня ненавидеть, не останавливайся. Особенно вот здесь... М-м-м, да, мой Гарри... да. Да!!!

Люциус раздраженно захлопнул свою дверь, чтобы не слышать их омерзительного воркования. С тех пор, как эти двое обосновались в мэноре, жить здесь стало совершенно невозможно. Его жена вечно умиляется, глядя на влюбленных идиотов. Чему тут можно радоваться, когда с души воротит от их постоянных переглядываний, тисканий и обжиманий по углам, тихого глупого смеха и нежных словечек? Невозможно уже и шагу ступить по поместью, чтобы не наткнуться в очередном месте на присосавшуюся друг к другу парочку. Но все же, как ни крути, хорошо, что глупый эльф не избавился от кролика. Именно поэтому за непослушание он отделался лишь стандартным прищемлением ушей ящиками комода. Как бы там ни было, им с Нарси сказочно повезло заиметь такого зятя.

Пусть его сын так и не взялся за ум, впустую тратя жизнь в своей дурацкой лечебнице, а жуткий Поттер после своих аврорских вылазок вваливается в мэнор, измазанный какой-то уличной дрянью. Пусть вопрос с наследником пока остается открытым, а эти идиоты зачем-то приволокли в дом гнусного черного кролика и нелепого белого хорька. Пускай... Зато дела поместья уверенно идут в гору. И ради этого он готов стерпеть всё, что угодно. Даже бесконечные слюнявые поцелуи и отвратительных зайца с хорьком.

Главное, чтобы новые мерзкие зверюги больше ни в кого не превратились. А со всем остальным он как нибудь справится.

0-0-0-0-0-0-0-0-0-0-0-0-0-0-0-0-0-0-По моему это была одна из самых милых историй которые я читала😍