Глава 24: Эхо тишины

Прошла неделя. Семь дней в школе «Каннам Арт» перевернули всё с ног на голову, оставив после недавней бури лишь выжженную пустыню и новые союзы.

Чонин и Сынмин теперь почти не расставались. Их отношения, родившиеся из общих осколков и взаимной поддержки, крепли с каждым днём. Сынмин больше не прятал свой взгляд, когда Чонин брал его за руку на переменах, а Чонин наконец-то чувствовал себя защищённым и по-настоящему нужным. Они нашли друг в друге то умиротворение, которого обоим так не хватало.

Чего нельзя было сказать о Хёнджине. Минхо, ослеплённый злостью и уязвлённым эго, не стал молчать. Он перевернул историю с пари и давними разговорами так, как было выгодно ему, выставив Хвана главным предателем и лжецом всей школы. Сборная по футболу и большинство старшеклассников мгновенно отвернулись от бывшего лидера. Теперь Хёнджин ходил по коридорам в абсолютном одиночестве, провожаемый презрительными шепотами и косыми взглядами, но на его лице по-прежнему застыла маска ледяного, гордого безразличия.

А Феликс... Феликс просто исчез. Он не появлялся в школе всю неделю, отключил телефон и заперся в своей комнате, не желая видеть ни Минхо с его оправданиями, ни Хёнджина с его разрушительной правдой.

В субботу днём в дверь квартиры Феликса негромко постучали. Ликс, одетый в безразмерную домашнюю толстовку, нехотя открыл и замер. На пороге стояли Сынмин и Чонин. В руках у Чонина был пакет с любимыми сладостями Феликса, а Сынмин ободряюще улыбнулся.

— Мы не оставим тебя здесь одного киснуть, веснушка, — мягко сказал Чонин, аккуратно проходя внутрь.

Они просидели в комнате Феликса до самого вечера. Там не было глупых расспросов или давления. Сынмин и Чонин, как никто другой, понимали, что такое разбитое сердце и каково это — довериться не тем людям. Они делились своими историями, пили чай и просто были рядом, создавая для Феликса безопасный островок посреди всего этого хаоса. Впервые за долгое время Феликс почувствовал, что боль внутри начинает понемногу утихать, уступая место тёплому осознанию: он больше не один.

— —

Продолжение следует...