Своя-чужая жизнь

...Лесная поляна, воздух сверкает вспышками заклятий, слаженные действия авроров под руководством Поттера, только вместо привычных алых плащей на них изумрудные…

      ...Аврорат, светлый кабинет, Поттер сидит за столом, заваленным кипой пергаментов, и устало трет переносицу…

      ...Кабинет министра магии. Черноволосый мужчина лет тридцати пяти с породистым бледным лицом и полуприкрытыми глазами откинулся на спинку кресла, а Поттер, стоящий прямо за ней, медленно массирует его плечи, чуть заметно улыбаясь.

      — Сколько можно торчать в четырех стенах? — он наклоняется к мужчине и касается губами его шеи, вырывая у того короткий стон. — Давай пошлем всех к черту и свалим в Испанию? Помнишь тот домик на берегу?

      — Мм, Гарри, — мужчина усмехается, не открывая глаз, явно наслаждаясь его прикосновениями, — ты же знаешь, что сейчас это невозможно…

      — А кто мне говорил, что все возможно, было бы желание, а? — провокационно шепчет Поттер, прихватывая губами мочку его уха, отчего мужчина вздрагивает и нехотя отстраняется.

      — Не провоцируй меня, мне еще с отчетами о прошедшем чемпионате разбираться.

      — Ненавижу эти отчеты и твой пост, — недовольно фыркает Поттер. — Лучше бы ты так и оставался Темным Лордом, управляющим всем из тени…

      — Думаешь, проблем было бы меньше? — на тонких губах появляется усмешка.

      — Я думаю, Том, — Поттер внезапно резко разворачивает кресло к себе, нависая над мужчиной, — что раз уж мы с тобой друг друга не убили, то похоронить себя заживо под этими пыльными бумажками я тебе не позволю, — он наклоняется к лицу Тома и накрывает его губы своими, целуя жадно и глубоко, не оставляя ни шанса на сопротивление…

      Мгновение — и картинка меняется.

      ...В полутемной спальне ярко горит камин, отбрасывая золотистые блики на сплетенные на широкой постели тела. Поттер бережно покрывает поцелуями расслабленное лицо любовника, постепенно опускаясь ниже, к шее и груди, заставляя того запрокинуть голову и коротко застонать, запуская тонкие пальцы в черные волосы. А затем Том вдруг резко переворачивает его на спину, нависая сверху, разводя в стороны руки с переплетенными пальцами. Темно-серые глаза задумчиво смотрят в зеленые.

      — Почему я никогда не могу сказать тебе нет, Гарри? — тихий голос звучит хрипло. — Почему ты обладаешь такой властью надо мной? Единственный…

      — Потому что я люблю тебя? — просто произносит Поттер, улыбаясь.

      Том на краткий миг закрывает глаза, словно испытывая боль, а затем целует его, жестко, почти грубо, будто утверждая свою власть над ним.

      — Мой, — глухой шепот похож на рык.

      — Твой, — и Поттер выгибается под ним, закусывая губу...

      Миг — и залитая золотистым светом огня спальня сменяется пустынным ночным пляжем.

      ...В воздухе сверкают разноцветные лучи заклятий, фигуры в белых плащах окружили двоих, сражающихся спиной к спине, постепенно сужая кольцо. Поттер и Том отбиваются с остервенением загнанных в угол зверей, но противники явно превосходят их числом, и в какой-то момент ослепительно яркий зеленый луч устремляется к Поттеру, но в последнюю секунду Том отталкивает его с траектории заклятия, и то попадает ему в грудь, на миг высветив остановившийся взгляд темных глаз.

      Вокруг все словно замирает. И в этом растянувшемся до бесконечности мгновении глаза Поттера неверяще расширяются. Он инстинктивно подхватывает оседающее на песок тело Тома, вглядывается в застывшее, будто восковая маска, лицо, а затем из его горла вырывается дикий нечеловеческий крик.

      В эту же секунду воздух вокруг будто взрывается мощной волной сырой магии, и всех нападавших буквально сметает валом бушующего Адского пламени, в одно мгновение окружившим упавшего на колени Поттера и безжизненное тело Тома на его руках…

***

      Волдеморт почти выпал из сознания Поттера, инстинктивно схватившись рукой за край стола, чтобы удержать равновесие. Видения чужой жизни, захлестнувшие его с головой, были слишком яркими, слишком эмоциональными и слишком… личными.

      Он медленно поднял взгляд на мертвенно-бледного Поттера. В зеленых глазах стояли слезы.

      — Убедился? — его голос звучал хрипло. — Я не лгал тебе.

      Волдеморт несколько мгновений молча смотрел на него, пытаясь осознать увиденное, а затем опустил руку с палочкой.

      — Тот… мужчина, с которым ты…

      — Это ты, — Поттер пристально вгляделся в его лицо. — Том Марволо Реддл, сын Томаса Реддла и Меропы Гонт, сильнейший темный маг своего времени, некоторое время был известен под именем «Волдеморт»…

      — Нет, — Волдеморт отрицательно качнул головой, на миг зажмурившись. — Там… тот, другой, это не я…

      — Это ты, — упрямо возразил Поттер, делая шаг к нему, — я узнал тебя по манере боя. Да и характер… мой Том когда-то вел себя точно так же, просто здесь, видимо, твоя жизнь сложилась по-другому… Какой сейчас год?

      — Девяносто седьмой, — машинально ответил Волдеморт.

      — Девяносто седьмой, — задумчиво повторил Поттер. — В моей реальности ты в это время еще был Темным Лордом и отчаянно пытался меня убить… Постой, — он вдруг осекся и оглянулся на остатки пентаграммы, — так ты за этим пытался вызывать сюда Гарри Поттера? У вас что, тоже существует это идиотское пророчество?

      — Что ты знаешь о пророчестве? — вскинулся Волдеморт.

      Поттер поморщился.

      — Ну, вся вот эта хрень про седьмой месяц, равного, мол, ни один не сможет жить спокойно…

      — Замолчи, — Волдеморт прикрыл глаза. — Это все какой-то чудовищный бред! Ты хочешь убедить меня, что события наших миров были идентичны, пока ты… вы с тем Томом…

      — Пока я не влюбился в тебя, ты это имеешь в виду? — Поттер широко улыбнулся.

      Волдеморту стало нехорошо.

      — Не произноси при мне это мерзкое слово!

      — Какое? Любовь? — невинно переспросил Поттер.

      Внутри снова вскипело раздражение, рука с палочкой взлетела вверх, готовая выпустить привычное «круцио», но в этот момент мальчишка неожиданно одним плавным движением преодолел разделявшее их расстояние и, перехватив его запястье, прижался губами к тыльной стороне бледной ладони.

      Волдеморт задохнулся от неожиданности, ощутив это мимолетное и почему-то очень интимное прикосновение, но затем опомнился и резко выдернул руку, заклятием отшвырнув от себя Поттера.

      — Что ты себе позссволяешшь, щщенок?! — глаза гневно сверкнули.

      Но мальчишка, казалось, нисколько не впечатлился.

      — Ну прости, — он примирительно поднял руки и так на него посмотрел, что по позвоночнику пробежали мурашки. — Не злись. Ты просто не представляешь, как я по тебе соскучился…

      Соскучился. По нему.

      Волдеморт ощутил, что еще немного, и у него случится истерика. Этот человек с лицом Поттера, смотрящий на него, грозного Темного Лорда, как на самую большую драгоценность в своей жизни, решил, видимо, окончательно свести его с ума.

      — Вон отсюда…

      — Что?

      — Убирайся! — рявкнул он. — И никогда больше не попадайся мне на глаза!

      Будь сейчас перед ним кто-то другой, уже бежал бы прочь, сломя голову. Но сумасшедший Поттер вместо этого наоборот подошел ближе.

      — Ну чего ты кричишь? — с мягким укором улыбнулся он, спокойно глядя в полыхающие яростью глаза. — Во-первых, куда я, по-твоему, должен идти, если это даже не мой мир? А во-вторых… ты ведь видел, что случилось в моей реальности? Неужели ты думаешь, что невозможным чудом получив второй шанс, я снова тебя потеряю?

      Это был финиш. Волдеморт понял, что еще мгновение — и он сорвется. Ему хотелось убить этого самонадеянного паршивца на месте, разнести к чертям весь дом, сравнять это место с землей… но вместо этого он лишь злобно сверкнул глазами и аппарировал из-под невозможного взгляда зеленых глаз.

      Ему необходимо было остудить голову и выпустить пар.