Глава 24

   Приоткрыв окно, чтобы проветрить помещение и глотнуть свежего воздуха, я вернулась на свое место. Взяв в руки книги по истории этого мира, поерзав на твердом стуле, после которого начала болеть пятая точка, я снова продолжила читать.    Как бы не пыталась, но сосредоточиться не могла. Все время смотрела на неподвижного Майкла, лежащего на кушетке, прислушиваясь, дышит ли он вообще. Его дыхание меня успокаивало и позволяло ненадолго погрузиться в чтение. Но слова Летиции не вылетали из моей головы, а прокручивались, как мантра.

   После того, как очнулась в медицинском кабинете в халате и лежа на кушетке, она была первой при ком я открыла глаза. Девушка рассказала, что до неё рядом со мной сидела Диана, но Фрайхерр отправилась к своему брату, так как он в коме. Сестра Майкла попросила никого не входить, желая остаться с ним наедине. После услышанного я была уверена, что Диана его исцелит, постараясь не попасть на глаза другим элитным воинам. Иначе возникло бы больше вопросов, на которые никто не решился бы ответить. — Николь, как ты себя чувствуешь? — первым делом поинтересовалась Летиция, встав со стула.    Прежде чем ответить, я промычала несколько невнятных фраз, попытаясь четко связать свою речь после пробуждения. — Как ни странно, я чувствую себя отлично, — удивилась я своим словам, прислушиваясь к собственному телу. Когда я поправила подушку и улеглась поудобнее, девушка никуда не ушла, в продолжила стоять рядом. — Послушай, Николь, — задумчиво начала Летиция, думая, стоит ли вообще начинать этот разговор. — Прости меня.    Что-что, но извинений от неё я не планировала услышать, её слова вызвали недоумение с моей стороны. — Я о том, что прочла все твои эмоции и фрагменты не только недавней ситуации, — объяснила одна из элитных воинов. Поправляя и рассматривая свои же перчатки, девушка не торопилась продолжать. Её тон был серьезным и спокойным. — Не правильно было с моей стороны так поступать и вмешиваться в твое личное пространно, так особенно в душу.   Пока она объяснялась, я разглядывал стенку напротив меня. В моей памяти восстановились фрагменты недавних событий, как ни странно, я не испытала никаких эмоций, словно слыша мои мысли, Летиция сказала: — Я притупила твои эмоции с помощью своей силы. Иначе они бы разрушили твое внутренне состояние. — Зачем? — спросила я, не понимая её мотивы. Вряд ли она бы сделала это ради меня, помня в какой обстановки мы встретились недавно. Летиция Ван Райт точно не такой человек, чтоб взять и вмешаться в жизнь других людей без разрешения. Что же её сподвигло на такое?   Вопросительно посмотрев на девушку в синем костюме, напоминающую рыцаря в доспехах, я поменяла позу и присела на кушетку, чтобы выслушать её. Седьмой элитный воин смотрела на меня наполненным уважения взглядом, без каких-либо издевок. Её смуглое личико смягчилось, когда Летиция заметила, что я её разглядываю, пытаясь прочесть язык тела. На это девушка только искренне улыбнулась. — Фернандо попросил меня помочь, — пояснила маркиза. — Я тоже была не против, поэтому вмешалась и по своей воле.    Присев на стул, Летиция положила ладони на колено, скрестив ноги. Оказавшись на одинаковом уровне глаз, девушка расслабилась. Создавая более спокойную и легкую атмосферу для разговора между нами. Она ждала, пока я первая начну задавать вопросы, но я так и не решилась, поэтому маркиза взяла инициативу на себя. — Ты хороший человек, Николь Алисон. Надеюсь, что ты прислушаешься к моим словам.    Я напряглась, сжимая белую простыню. Было интересно услышать, что мне хотят сказать, однако, нервишки всполошились. — Расслабься, — заранее постаралась она успокоить. — Начнем с того, что ты являешься для самой себя врагом, именно поэтому не можешь воспользоваться своею же силой, как бы странно не звучало, — подчеркнула Летиция слабость номер один из моего списка. — Во–вторых, тебе не стоит сравнивать людей из этого мира с собой. Ты уникальна такая, какая ты есть. А подстраиваясь под нас, уничтожаешь себя самоедством. И это еще сильнее отделяет тебя от внутренней гармонии, — ласково говорила девушка, не задевая мои чувства.   В голове что-то щелкнуло от её заботы и теплоты, мои руки расслабились, как и свисающие босые ноги, болтыхающие по воздуху, не доставая до пола.— В-третьих, ты молодец. Так как не каждый справится с тем, через что ты прошла за короткий срок, живя в академии. Тебе нужно научиться хвалить себя даже за мелочи, которые ты смогла достичь, иначе твоя самооценка и самокритика не позволят раскрыть твои таланты и магические способности в полной силе. Душа и тела сильно взаимосвязаны.   Летиция Ван Райт замолчала, позволяя переварить сказанную ею информацию. После небольшой паузы девушка добавила: — Никто не сможет помочь тебе так хорошо, как ты сама. Впервую очередь нужно разобраться в том, чего ты хочешь на самом деле, а потом уже отталкиваться от настоящего желания и действовать, идя по правильному пути. Сейчас, Николь, ты избрала для самой себя тернистый пусть. И постепенно твой выбор уничтожает тебя изнутри, переходя на закрытие магических способностей. В итоге ты просто заболеешь от истощения и умрешь, так как не сможешь поддерживать энергию жизни в своем теле.    Я серьезно обратила внимание на все выше сказанные слова, подчеркивая моменты из жизни и то, как девушка идеально описала меня и мои ощущения. Только для того, чтоб наконец-то до меня хоть что-то дошло и помогло, она разжевала для меня каждое слово с идеальными объяснениями и красивыми словами. Достойная, неторопливая речь. — Тебе стоит быть дипломатом с таким талантом, — слабо улыбнувшись, посоветовала я новой подруге.   Выразительные голубо-серые глаза округлились, после чего Летиция прикрыла рот перчаткой и тихо прыснула.  — Никто мне не говорил такого, стоит задуматься над твоими словами.   Успокоившись, девушка встала, разгладив немного помявшую форму сзади и убрала выбившую черную прядь за ухо. Она протянула ко мне руку для рукопожатия, на что я ответила взаимностью. Ее легкие белоснежные перчатки, почти не чувствовались из-за гладкости. Казалось, что они являются частью её кожи.— Надеюсь, что в следующий раз мы встретимся при более позитивных и хороших обстоятельствах, — мило попрощавшись, Летиция покинула меня, оставив наедине, позволяя поразмыслить над её советами в свой адрес.

   Громко закрыв книгу, я убрала её. Смотря на плавающие строки и буквы, которые позволяли поразмышлять по недавней теме, я только грустно вдохнула.— Мне нужен психолог, которого нет в этом мире, — саркастически подколола саму себя. — Да нет, нужен человек, который поддержит тебя и направит в правильное русло, но в твоем случае Богиню здравомудрия, — подкорректировал мой сарказм знакомый мужской голос.   От такого внезапного заявления, я шуганулась, чуть не свалившись со стула.— Майкл! — радостно воскликнула, подойдя к нему ближе, положив книгу на то место, где сидела. — Как ты себя чувствуешь?    Но вместо того, чтоб ответить на вопрос, парень прикрыл глаза рукой и улыбнулся, хриплым голосом выдавливая из себя такие слова: — Я сильно облажался. Он, действительно, не ровна мне. — Он? О ком ты? Ты узнал личность того существа? — не понимающе переспрашивала, пытаясь войти в курс дела. Присев на край кушетки, я взяла Фрайхерра за пострадавшую руку, делая легкий массаж, плавно нажимая на косточки.   Возможно, ему это поможет, а может и нет.— Мама всегда так мне делала в детстве, до того как умерла, — поделилась я новой информацией о себе. Мой голос дрожал, а когда я сказала такое, Майкл слегка дернулся, явно не ожидая. — Спасибо, ты спас меня тогда, хоть и сам сильно пострадал.   Одеяло спустилось вниз, обнажая туго забинтованную часть тело. Смутившись, я отвела взгляд, в этот момент первый элитный воин смотрел на меня не моргая. Повисла неловкая пауза. Каждый думал о своем... казалось бы о чем то интимном. Первым нарушил тишину Фрайхерр. — Тебя привлекают полуголые тела? — шутя спросил он.    Я мигом встала и отпустила его, вся покрасневшая. Пытаясь избавиться от странных мыслей, возмущение внутри меня вскипело на такие доводы в виде шутки. — Я вижу ты в полном порядке, поэтому можно не волноваться, — пробормотала я обижено, собираясь уйти. — Позову Диану и других ребят, они тоже...— Нет... — перебил меня Майкл, — хочу побыть один.    От неожиданности я подняла взгляд, проследив за его эмоциями. Парень уже успел лечь полусидя, глядя в окно. — Кем было то существо? — внезапно вспомнила я свой вопрос, который оставили без ответа.   Не отрываясь от пейзажа на улице, делая вид, что он якобы рассматривает происходящее там, первый воин раздражено ответил: — Николь, ты ничего не поймешь, даже если я скажу. Оставь меня в покое!   От его резких слов подступил ком в горле, спрятав руки за спину в замок и наклонив голову вниз, я развернулась к двери. Парень никак не остановил меня. Только уходя, я услышала, как он произнес тихим голосом: — Тебе стоит держаться от меня подальше... точнее мне от тебя.    После чего я закрыла дверь, продолжая смотреть на неё. В голове были мысли о том, что тот день тоже серьезно отразился в глубине души Майкла. Сейчас он выглядел разбитым, словно осмысляя то, что с ним произошло. Он закрылся и вел себя отчужденно, это было совсем не похоже на прошлого Майкла. — Видимо, не я единственная, кто пытается переосмыслить случившиеся события, — беззвучно прошептала в пустоту.    Покинув медицинский пункт в смешанных чувствах, я все равно предупредила Матушку Викентию о состоянии  Фрайхерра и о том, чтоб она передала Диане хорошие новости о брате.  По дороге я столкнулась с Моникой и Шарлоттой, которые направлялись проведать нашего общего знакомого, элиту академии. Застав меня в поле своего зрения, вся злая и под останавливающие возгласы Моники, она метнулась ко мне. Не успев среагировать на поднятую руку, послышался шлепок. Девушка оставила четкий отпечаток на моем лице. — Это все твоя вина, ущербная слабачка! — кричала Шарлотта.   Потрогав ноющую щеку, я посмотрела на девушку, скорчив гневную гримасу. Если это не остановить, она вечно будет ставить палки в колеса. — Успокойся, иначе все прибегут, — сдерживала Моника свою подругу, которая пыталась напрыгнуть на меня и избить. — Кто ты такая, чтоб поднимать на меня руку? — гневно возмутилась я, сжимая кулаки, призывая ауру. Тепло разлилось по моему телу. Из-за травмы моего детства, когда отец позволял дома насилие в мою сторону, я становилась другой. Во мне просыпалась ярость и обида, хоть я и клялась, что никогда не поступлю так с другими и буду решать все словами и компромиссами, в этот момент я отказалась от своих слов.   Вокруг нас появилось взбудораженное алое пламя, все начало гореть. Моника закашляла, задыхаясь дымом. Я не почувствовала какого-либо дискомфорта. Выглядело так, что они посягнули на мою территорию из-за чего пламя разгневалось, словно имея разум. Шарлотта прикрыла нос рукавом от белой рубашки. Она смотрела в мои глаза, которые полыхали красным цветом. — Так ты тоже... – задумчивым голосом удивилась Шарлотта происходящему.    После этих слов девушка провела черту между нами. Вокруг подружек образовалось синее пламя, когда Войтек воспользовалась силой её глаза стали таким же цветом, как огонь. — Значит, мы похожи, – дополнила я её прошлую речь, не понимая как это возможно.   Придерживая подругу, десятый элитный воин похлопала Монику по спине, удостоверившись, что девушка в порядке. В ответ она только глухо прокашлилась. — Что вы вытворяете? — вмешался в нашу перепалку Фернандо. Он сразу обратил внимание на состоянии Моники, от столкновения нашей силы. Ни в чем неповинная девушка выглядела ужасно. С помощью своего потока маны мужчина за несколько секунд обезвредил наше пламя. Ворона на его плече проявляла дикое карканье, недовольная сложившейся ситуации.   Мужчина занял позицию между нами, готовый в любой момент вмешаться, если мы снова начнем попытку драки. — Хотите разобраться в отношениях между друг другом? — он скрестил руки, грубо предложив компромисс, — Решите все во время состязания. Буду вашим судьей, раз вы мои ученицы, так тому и быть.   После такого решения, мы с Шарлоттой и Фернандо оказались в созданном им пространстве.— Где Моника? — волнуясь спросила девушка на повышенных тонах.— За ней присмотрит, Кроу. Нет смысла волноваться.    Стоя здесь, я не могла поверить в происходящее. Уверенность куда-то внезапно улетучилась. Покалывающая боль в щеке напомнила ради чего я взбунтовалась. — Сейчас или никогда, —  мысленно подтолкнула саму себя, делая шаг вперед, покрывая тело защитной аурой.