Без название

Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в акварельные оттенки розового и фиолетового. Вокзал гудел, как огромный улей, полный спешащих людей, объявлений и лязга поездов. Феликс стоял у колонны, сжимая в руке телефон, и чувствовал, как сердце выстукивает бешеный ритм где-то в горле. Он снова посмотрел на экран: «Я вышел, ищу тебя!» — гласило последнее сообщение от Хёнджина.

Их дружба длилась уже два года. Два года видеозвонков допоздна, общих плейлистов, смеха над глупыми мемами и поддержки в самые трудные моменты. Феликс знал, как звучит голос Хёнджина, когда тот устал или, наоборот, возбужден. Он знал его привычку покусывать соломинку и странную любовь к аниме, которая могла затмить всё на свете. Но одно он не знал: каково это — стоять с ним рядом.

В толпе мелькнула знакомая фигура. Высокий, стройный парень в свободной клетчатой рубашке нараспашку, с рюкзаком за плечом и копной темных волос, которые вечно торчали в разные стороны, как бы он их ни укладывал. Феликс замер. Это был он. Настоящий. Не изображение на экране, а живой человек, который сейчас оглядывался по сторонам, хмурясь и прищуриваясь от солнца.

«Неужели это происходит на самом деле?» — пронеслось в голове Феликса. Он хотел крикнуть, но голос сел. Вместо этого он сделал шаг вперед, и в этот момент взгляды их встретились.

Лицо Хёнджина озарилось улыбкой, настолько яркой, что она, казалось, заглушила шум вокзала. Он не побежал — он просто сократил расстояние гигантскими шагами, и через мгновение Феликс уже смотрел на него снизу вверх, чувствуя исходящее от него тепло и едва уловимый запах цитрусового одеколона.

— Феликс, — выдохнул Хёнджин, и в этом одном слове было всё: долгие месяцы ожидания, тысячи напечатанных сообщений и мысль «наконец-то». И прежде чем Феликс успел что-то ответить, Хёнджин, не раздумывая, обхватил его за талию.

— Эй, стой, что ты... — начал Феликс, но его слова утонули в смехе.

Хёнджин легко, словно Феликс весил не больше пушинки, приподнял его над землей и закружил. Мир вокруг превратился в размытое пятно: люди, колонны, перроны — всё смешалось в водовороте. Феликс почувствовал, как ветер развевает его волосы, а в груди разрастается что-то огромное, теплое и немного щемящее. Он рассмеялся, громко и счастливо, вцепившись в плечи Хёнджина, чтобы не упасть, хотя падать, держащие его руки, было совершенно некуда.

— Отпусти меня! Мы же на людях! — выкрикнул он сквозь смех, но в голосе не было ни капли возмущения. Только радость.

— Нет уж, ты моя мечта, которая стала реальностью! — Хёнджин зажмурился от удовольствия, продолжая кружить, и Феликс уткнулся лицом в его плечо, вдыхая запах ткани, чувствуя, как сильные руки сжимают его талию в надежном кольце. В этот момент не существовало ничего — ни вокзального шума, ни камер наблюдения, ни прошлого одиночества. Были только они, этот вихрь и бесконечное ощущение, что всё на свете правильно.

Наконец Хёнджин поставил его на землю, но не отпустил, а притянул ближе, уткнувшись носом в его макушку.

— Ты настоящий, — прошептал он, и голос его дрогнул. — Ты совсем маленький, — добавил он с улыбкой, и Феликс шутливо толкнул его в грудь.

— Я нормального роста! Это ты великан! — ответил он, но сам в этот момент не мог перестать улыбаться, разглядывая родинку под глазом Хёнджина, которую так часто видел на экране, а теперь мог коснуться пальцем.

Они стояли посреди шумного вокзала, обнявшись, и им было всё равно. Два года интернет-дружбы уместились в эти несколько секунд, когда Хёнджин закружил Феликса, доказывая, что самое лучшее в виртуальном мире — это момент, когда он становится реальным.

— Я так скучал по тебе, — выдохнул Хёнджин, и Феликс, прильнув к нему, прошептал в ответ:— Я тоже. Теперь не отпускай.