13

— Глеб! А мы ведь не расспросили за всё это время Ларису толком! Она же работает здесь всю свою жизнь! Все секреты семейства с её идеальным слухом у неё за пазухой! — я резко подорвалась с кровати.

— А я об этом не подумал. — Глеб тоже присел на кровати и замолчал.

— Более того, я уверена, она знает кто убийца. Она просто ждёт, пока мы додумаемся.

— Да ну, что за бред, если бы знала, уже бы всем всё рассказала.

— Глеб, Лариса женщина с бабахом, ей нужно внимание, почесть и ласка! Включай своего альфа-самца и вперёд! — я подрываюсь с кровати.

— Я уже включил своего альфа-самца, на тебе не сработало.

— Влюбленность в мои планы не входила! Я надеюсь это временное помутнение рассудка.

— А, то есть, я все таки потревожил сердце молодой красавицы? — Глеб пошло улыбнулся.

— Фу! Молчи! Просто есть что-то внутри, что я чувствую к тебе.

— Мне нравится, продолжай. — Глеб маленькими шажками приблизился ко мне.

— Заткнись Глеб, это не я должна здесь свои чувства высказывать, а ты мне. А ты видимо только и запомнил, что было в пятнадцать лет и гордишься этим.

— Эй, вообще-то, мне обидно. Я хороший мужик и не динамлю таких красоток как ты.

— А я одна такая, на весь белый свет. — показываю парню язык.

— Между прочим из семи миллиардов людей на планете, есть как минимум шесть твоих двойников и просто сто тридцать пять людей возможно на тебя похожих. — Глеб обломала меня на пороге моего триумфа.

— Скотина ты, Голубин.

— А ты мне нравишься. — его руки слишком неожиданно обхватили мою талию и прижали к своей груди. Голубин был выше и мой лоб упёрся ему в губы. Так и стояли. Я вдыхала его запах как в последний раз. Он действительно чертовски приятно пахнет.

— Получается ты на самом деле теперь Василию не сын? — я решила резко сменить тему, чтобы он отпустил меня, но меня очень красиво обломали.

— Теперь точно не сын, замутим?

— Голубин! — бью парня по плечу, он начинает громко смеяться.

— Ну иди ко мне, я как мужик, сделаю всё сам. — и он притягивая меня к себе целует. Целует тоже как в последний раз. Я закрыла глаза, а в закрытых глазах маленькие салютики разбивались об стену темноты.

Нас перебил кашель отца. Он осторожно выглядывал из-за двери. Я оттолкнула Глеба, но он мякнув, вернул свою руку мне на талию и прижал к себе.

— Простите, не хотел вам мешать. — мужчина улыбнулся.

— Нет, папочка, заходи.

— Дочь, ты уверена, что их всех стоит куда-то отправлять?

— Па, почему ты спрашиваешь меня, как будто твой голос в этом доме значения не имеет? Что с тобой? Ты был отзывчивым, строгим и добрым, а сейчас ходишь как пустой кусок мяса.

— Скорблю. — папа загрустил. Я подошла к нему.

— Папуль, мы с Глебом сделаем всё, чтобы найти убийцу, пожалуйста, давай не унывать? Верни все как было. Я понимаю, тебе возможно досадно, что дом не достался тебе, я не ожидала что всё так выйдет.

— Не говори ерунды, милая, я наооборот горжусь тобой. Я раздумываю над тем, чтобы забрать маму и уехать жить с ней на ферму, на некоторое время.

— Зачем? Дом же большой, всем хватит места.

— Я хочу, чтобы ты сама строила свою жизнь, и сама решала, что делать, не завися от родителей, завещания дедушки. Я на тебя ни за что не злюсь, лишь сейчас за себя, что потух и не могу помочь из-за этой дрянной скорби.

— Возьмите себя в руки, Альберт Борисович, и у вас все получится. — Глеб улыбнулся.

— Да, ты прав. А вы встречаетесь?

— Спросите у вашей дочери. — Глеб пожал плечами и повернул голову к окну, с очень не довольным видом. Я замолчала и посмотрела на отца.

— Ну...да....— Голубин поворачивает голову обратно. Он начинает улыбаться. Пока папа смеясь выходил из комнаты, Глеб кружил меня по ней с нечеловеческими воплями.

— Давай обсудим все наши отношения чуть позже и отправимся к Ларисе?

— Летс Гоу!