5

Я выловил Владлена за воротами школы на большой перемене и попросил задержаться после уроков. Он меня проигнорировал. Я снова попросил о разговоре, но лишь разозлил его своей назойливостью. Слово за слово, реплика за репликой, и я уже назвал Владлена мразью и нацелился кулаком ему в челюсть. Безуспешно. Потом этот ублюдок ушел, оставив меня со своими дружками. А я теперь харкаю кровью в каких–то кустах, думаю о своих просчетах, еще не сошедших синяках и недавнем лечении сломанных ребер, которые до сих пор болели. Хорошо, что Витька попал в болезненную точку и меня стошнило прямо на блестящие туфли этих тварей, иначе бы пришлось снова просить Лекса накладывать фиксирующую повязку.Выбравшись наконец из кустов, я решил, что школа прекрасно обойдется без моего непосредственного присутствия на оставшихся уроках. Морщась от тупой боли в правом боку, я, шатаясь, направился в сторону дома. Прав был Лекс, говоря о том, что мне должно было нереально повезти, чтобы Владлен меня выслушал, да еще и помог. Нужно звонить Лексу, чтобы приготовил деньги – Ник должен срочно линять из города, каждая минута на счету. Потом разберемся, как вернуть долг парню, главное - спасти шкуру друга.Дома я долго умывался ледяной водой, сгоняя с лица болезненную бледность. Заварил чай и вырвал из тетради по физике лист. Начертил на нем схему из слов «100 штук $», «3 дня», «150 тыс. хватит ли?» и стрелочек взаимосвязи. В углу нарисовал виселицу с человечком и несколько грустных смайлов. Больше никаких идей.

Из невеселых мыслей меня вырвал звонок черного «Самсунга».– Ты где? – напряженно спросил Лекс.– Дома.– Ты в порядке? До меня донесли, что тебя снова избили. Это правда?– Правда. Только сильно потрепать не успели. Я заблевал им ботинки, – практически с гордостью возвестил я.– Владлен, сука... – он устало вздохнул. – Ты как?– Бывало и хуже. Слушай, я принимаю твое предложение насчет денег. Они мне нужны.Лекс помолчал.– Я понял. Вечером они будут у тебя. Позвони Нику, пусть готовится.– Ладно. Будем тебя ждать... И, Лекс, – позвал я. – Спасибо.– Пока не за что, – сказал парень и отключился, а я принялся созерцать пейзаж за окном.Запив остывшим чаем пару таблеток обезболивающего и вымыв чашку, решил лечь спать, как снова ожил сотовый. На дисплее мигал незнакомый номер. Подумав, взять или не взять трубку, решил что второе и поплелся к дивану. Но ровно после пятого по счету звонка, принял вызов.– Слушаю, – раздраженно бросил я дотошному незнакомцу или незнакомке.– Черная «бэха» у твоего подъезда, – сухо отозвались в ответ, и послышались гудки.Ага, все–таки «знакомец». Берсеньев–дохрена–король–Владлен собственной персоной. Я тихо офигел. Потом взял ключи со стола и пошел на выход, попутно раздумывая, черкнуть завещание на исписанном листке на столе кухни или нет. Играло предчувствие, что вызвали меня не просто так. Видимо, Владлен все–таки решил меня прикончить и сразу закопать в лесопосадке за городом.Огромная темная махина и вправду стояла напротив моего подъезда. Джип выглядел хищно, блестя начищенными боками, тонированными окнами и хромированными дисками. Я впечатлился, потому что машина была охуенно крутой. Как и хозяин. Владлен стоял, опершись о бочину черного зверя, и курил. Никогда не видел, чтобы он курил. Вот это новость.– Чего завис? – поинтересовался он, откидывая окурок на асфальт. – Запрыгивай.– Зачем? – опешил я.Владлен открыл дверь со стороны водителя и, не поворачиваясь, сказал:– Ты поговорить вроде хотел.Вот так просто. А то, что он меня проигнорировал пару часов назад и дал «зеленый» свет моему избиению, кажется, совсем роли не играет.– Давай здесь, – встречно предложил я.Садиться в его машину совершенно не хотелось. Чревато для меня последствиями.– Слушай, ты тратишь мое время. Или едешь со мной, или проваливай к чертям со своими проблемами.Он сел за руль и завел мотор. Я неуверенно двинулся к пассажирской двери, подмечая новую для себя деталь: никогда не видел Владлена за рулем. Обычно он ездил с водителем, и автомобили были разные: от «Ауди» до «CLS». Эту «БМВ» я видел впервые. Более того, эта модель даже в интернете не попадалась, не говоря уже о местных городских дорогах.С опаской я открыл дверь, ожидая ежесекундного подвоха, но, так его и не дождавшись, полез внутрь неприлично богатого салона. Владлен дождался пока я, споткнувшись о порог, треснувшись головой о дверную раму, чуть не прихлопнув пальцы дверью, наконец устроился на кресле.– Тебя чего так плющит? – ухмыльнулся он, выезжая со двора.Я промолчал, защелкнул ремень безопасности и тяжело вздохнул: и вправду, чего это я? Просто поговорим, он меня обольет помоями, унизит, может, подеремся, а потом я буду свободен, возьму у Лекса деньги и провожу Ника в дорогу. Выглядело как идеальный план.– Почему ты упомянул о моих проблемах? – додумался спросить я, переваривая медленно и долго тот факт, что сижу в салоне шикарной тачки рядом с Владленом. Один на один. Еще одна шутка века. Неудачная. И пиздец какая не смешная.– А у тебя их нет? – скептически усмехнулся он.– Есть. Откуда о них узнал ты?– От верблюда, имя которому Лекс.– Ммм, – неопределенно промычал я.Лекс ненавидит Владлена, правда, причину ненависти он мне не говорил, но брата на дух не переносит, это доподлинно известно. А теперь, значит, он попросил Владлена уделить мне минутку? Это, бля, странно.– Ничего странного, – ответил Владлен. Видимо, о странности я сказал вслух. – Братец впервые заговорил со мной, назвал бездушной тварью, вот я и заинтересовался, с чего такая милость.– Я... Мне нужна помощь...– Не тебе.– Что «не тебе»?– Помощь нужна не тебе. Для себя ты бы в жизнь не обратился ко мне. Как ты успел заметить, теплых отношений между нами нет. – «О–о, я заметил! Во всей, блядь, красе прочувствовал!» – Тем более тебе бы помог Лекс – он вывернется наизнанку, если нужно. А так... Значит, помощь нужна не тебе, а кому–то из знакомых. И прижало вас нехерово, судя по всему.Психолог, млять, недоделанный. Мне захотелось присвистнуть, но я сдержал порыв. Ссориться и затевать перепалку мне в данный момент не с руки.– Хорошо. Помощь нужна не мне. Моему другу. Это что–то меняет или ты меня даже не выслушаешь?Зеленые глаза уперлись в меня взглядом. Мы стояли на светофоре, и Владлен мог вдоволь резать меня на лоскуты. Было очень странно и офигенно неправильно видеть его так близко и смотреть ему в глаза. А внутренний голос вопил: «Беги!»– Ну почему же, выслушаю, – задумчиво ответил он.– Куда мы едем? – через некоторое время спросил я, разрушая звенящую тишину салона.– В ресторан. Я жрать хочу.Жрать так жрать. Но можно было поговорить и во дворе – необязательно было тащить меня через весь город черте куда.Машина плавно остановилась напротив парадных дверей ресторана «Два мира» – лучшего в городе. Я тут даже мимо не проходил, не говоря о том, чтобы войти внутрь здания. Тоскливо окинул взглядом свой прикид: джинсы, рубашка, пиджак – все дешевенькое и изрядно потрепано после взбучки. На джинсах имеются следы сорок второго размера, а пиджак радует парочкой зачищенных пятен от блевотины. Блеск, блядь. Сейчас, как никогда, я ощущал себя отбросом общества.– Хватить зависать, пошли, – бросил Владлен и вышел, передавая ключи подошедшему парню–парковщику. Никогда не понимал, как можно взять и отдать ключи от своей машины левому челу.Если бы не компания Владлена, меня бы даже на лестницу сей роскошной забегаловки не пустили, но рядом с одноклассником открыли двери, вежливо поздоровались и даже любезно сопроводили к столику с табличкой «VIP». Наверное, это и есть прелести богатства, но я не оценил. Ресторанная еда вместо домашней, вместо семейных сборов корпоративно–бальные вечера, а за семью принимаешь толпы услужливых слуг. Кому в здравом уме может нравиться подобная жизнь? Или я чего–то не понимаю?Не открывая меню, Владлен сделал заказ на двоих миловидной официантке, но я поправил:– Только чашку чая. Спасибо.Девушка удалилась, с интересом косясь в мою сторону. Да, такое недоразумение, как я, не каждый день здесь увидишь.– Я бы заплатил, мог и не отказываться. Здесь хорошо кормят.– Я не сомневаюсь. Просто с отбитым желудком в меня идет только чай, иначе я здесь все заблюю.Можно было бы промолчать, но я не сдержался. Уж больно довольным парень выглядел, надеюсь, мой ответ отобьет его аппетит. Но, увы, Владлен только задумчиво смотрел куда–то сквозь меня. От этого взгляда волосы вставали дыбом.– Можно я начну рассказ?Бровь Владлена поднялась в удивлении.– Валяй.И я рассказал историю Ника.Нам принесли заказ. Я молча пил свой чай, размышляя о возможной цене напитка, и выжидающе поглядывал на парня. Тот лениво поглощал высококачественную пищу и пил янтарную жидкость из тяжелого бокала. А он ведь был за рулем, придурок. Наличие бешеных денег в кармане не спасает от аварий и не заменяет подушек безопасности. Наверное, он этого не знал.– С чего вы решили, что в пакетах были наркотики? – наконец заговорил Владлен.Интереса у него моя история не вызвала, но он все еще не вытурил меня взашей – это обнадеживало.– Мы не знаем, что было внутри. Но предположить можно, что не леденцы. Требуемая цена это как бы подтверждает.– Вся твоя история – лажа. Не стоит даже той воды, что вы развели. Кто–то попросил отвезти что–то. Посылка якобы не дошла. Шантаж каким–то видео. И смешная цена за закрытие какого–то там призрачного дела. Твоего друга развели, как малолетку. Может, наркота и была, а этот недоделанный шантажист – какой–нибудь мелкий барыга, жаждущий лавэ. На всю сумму не надеется, но сладкий кусок налички хочет. Если не заплатить вовсе – тупо прирежет в темном переулке. Мысль уловил?Я сидел, уткнувшись в чашку, и мрачно выслушивал насмехающегося Владлена. История Ника для него выглядела невъебенно идиотской. Это для нас она была концом света, а для таких, как Владлен... Черт, не стоило к нему соваться!– Когда нужно отдать деньги?– Послезавтра.– Ну и отлично.Что «отличного» этот дебил увидел в ситуации, я не понял, но Владлен вдруг охладел к моей проблеме, ко мне и вообще включил игнор.Его щедрость была так велика в этот вечер, что после ресторана даже довез меня до нужной автобусной остановки.– Выметайся, – сухо кинул он.Я отстегнул ремень и открыл дверь.– И зачем Лекс с тобой только возится? Ты же неудачник, – произнес мне в спину Владлен.– Дружба у нас с ним, – буркнул я, закрывая дверь, и зашагал вперед по тротуару, не оборачиваясь.

В квартиру ввалился только через полтора часа, уставший как собака, так как шел пешком чуть ли не через весь город – оставил деньги в школьной сумке, а в карманах не завалялось даже гребаной копейки.Ник сидел на диване и пялился в экран телевизора. Звук выключен, по каналу шел ролик M&M's.– Привет, «желтый», – приветствовал я, заваливаясь на диван рядом с другом.– Лекс приходил, – поставил в известность Ник, не отрываясь от телевизора. – Деньги на подоконнике.Я встал, подошел к окну и взял в руки пакет с изображением практически голой девицы. Заглянул внутрь, пощупал пачки банкнот.– И сколько здесь?– Дохера и больше, – лаконично ответил Ник. – Для нас с тобой, разумеется.Я кивнул. Свернул пакет в сверток и сунул в угол. Чуть подумав, придвинул к нему горшок с фиалкой – типа спрятал, ага.– Марк?– М?– Я никуда не еду. Я не могу.Я молчал. Смотрел, как загорается и гаснет свет в окнах соседнего дома, как во дворе запоздалые собачники выгуливают своих питомцев, и захотел напиться. Но смешивать алкоголь и таблетки – неудачная мысль.– Ничего не скажешь?– Если серьезно, то лучшее что тебя ожидает – это тюрьма. И знаешь, я эгоист до мозга костей, потому что буду желать этой тюрьмы для тебя вместо вонючей канавы и перерезанного горла.– Знаешь, а я – трус. Потому что лучше буду наслаждаться твоими передачками на нарах, чем лежать с перерезанным горлом в канаве.– Романтика, ёпт, – хмыкнул я.– Что теперь с деньгами? – после минутного молчания спросил друг.– Верну Лексу. Хочешь, можешь взять себе, правда, потом надо будет отрабатывать долг всю жизнь улыбчивому богатенькому сынку, – усмехнулся я.– Да пошел ты.Ник кинул в меня подушку. И мы засмеялись. Как ненормальные, до слез, и хватались за животы. То, что мои слезы больше от боли в ребрах, чем от дикого смеха, ему знать необязательно.