🎬Глава 2. После титров🎬

Лорна

На выходе из кинотеатра нас встретил прохладный ветер. Солнце готовилось зайти за горизонт. Другие посетители разошлись в разные стороны, а мы с Дрейком не сказали ни слова, пока не оказались в машине.

— Эй, малышка, ты чего?

Любимый протянул ко мне руку и вытер слезы. Он выглядел озадаченно, а внутри меня бушевала буря, которую понять никак не выходило.

— Не спорю история цепляющая, но это просто фильм.

Я накрыла пальцами его ладонь на моей щеке и закрыла глаза.

— Ничего с собой поделать не могу. От музыки хорошо. От истории больно.

— Люблю тебя за эту эмпатичность, — его теплые губы накрыли мои, подарив волну спокойствия.

Дрейк быстро сменился в лице и включил кондиционер. В салоне стало душновато.

— Есть планы на вечер? Чего тебе хочется?

А хороший вопрос. Задала себе его мысленно.

— Мы сходили на фильм, потому что я предложила. Теперь твоя очередь. Проси что хочешь.

— Сегодня уступаю день тебе. Возьми от него максимум.

Я победно улыбнулась и подмигнула Дрейку, ведь мозг уже подкинул безумную идею. Тело напряжено, но в то же время полно энергии. Знакомое чувство — пора выплеснуть все так, как умею лучше всего. Через танец. Достала смартфон и набрала маму. Она ответила после нескольких гудков.

— Ну, что, Лорна? Хорошо сходили?

— Да, мам, — замялась я, а потом спросила: — В вашей с папой коллекции нет случайно пластинок Малика?

По ту сторону телефона раздался шум. Похоже, она пошла к шкафу проверить.

— Есть, но не все.

— Отлично, можешь прислать мне фото, пожалуйста. Мы с Дрейком скоро подъедем, — сказала я и отключилась.

Дрейк расплылся в улыбке.

— Кажется, я понял задумку. Едем за новыми альбомами, — в голосе звучало одобрение.

Не успела ничего ответить, как Дрейк пристегнулся, завел авто и мы двинулись к ближайшему магазину, который показал навигатор. Наконец пришло сообщение от мамы. На фото четыре альбома: «Got to be there», «Ben», «Music & Me», «Forever Malik». Она написала примечание, что был еще один, с их семейной группой, но он сильно поврежден.

Мне не хотелось заходить в социальные сети и что-то писать. Все что нужно, — разложить мысли по полочкам, успокоить в душе бурю. Откинулась на кресло, закрыла глаза. В голове снова были кадры байопика. Тепло заполнило тело и сменилось дрожью, а потом пришла тоска. Внутри чего-то не хватало, словно фильм забрал часть меня и оставил в кинотеатре.

Не знаю сколько мы ехали, но Дрейк потряс за плечо и вышел из автомобиля. Магазин небольшой, от него сразу завеяло особой притягательной атмосферой. Любимый открыл дверь, и в меня тут же ворвался поток музыки, точно вся эта концентрация творчества прошла через клетки волной.

Кроме нас здесь было еще несколько человек, но они заняты собственными размышлениями. Дрейк — музыкант до мозга костей и всегда любил такие места, пусть не покупал ничего, поэтому в первую же секунду пошел осматриваться. Пластинки отсортированы довольно просто: у исполнителя была своя отдельная коробка. Искать долго не пришлось. На каждой упаковке значился оригинальный год выпуска — они редкие, какая удача.

Я взяла по одному экземпляру, который там лежал: «Off the wall», «Thriller», «Bad», «Dangerous», «HIStory», «Blood on the Dance Floor», «Invincible», «Xscape», «Malik».

Я нашла Дрейка у коробок «The Beatles» и «Queen». Он сразу заметил охапку винила у меня и забрал, прихватив пару пластинок рок-групп себе. У кассы стоял пожилой мужчина. Он пробил товар, посмотрел на нас и с упоением сказал прокуренным голосом:

— У вас отличный вкус. Меня очень радует, когда молодые приходят сюда и покупают с горящим взглядом.

Дедушка был прав. Глаза моего парня так и светились от предвкушения, а я представляла, как буду заслушивать все до дыр. Дрейк протянул деньги, больше чем нужно.

— У вас хороший ассортимент. Буду почаще пополнять коллекцию, раз сегодня начал.

Мужчины пожали руки.

— Жду вас снова, юноша.

Как только открыла дверь, родной дом сразу встретил едой и выпечкой. Взяв Дрейка за руку, я повела нас на кухню.

— Здравствуйте, миссис Спенсер. Пахнет просто отлично, — подметил Дрейк и обнял меня за талию.

— Вот и вы, молодежь. Как фильм? — мама кинула быстрый взор на нас и отмахнулась. — А, можете не рассказывать. И так вижу, что понравился. Вон светитесь оба.

Тут подошел папа и хитро смотрел то на маму, то на нас с Дрейком.

— Видишь, Мэри, — заворчал он, — не зря я покупал пластинки еще в восьмидесятых. Ты все повторяла: не пригодятся.

— У вас большая коллекция, — вставил Дрейк.

— Слушать не переслушать, — папа слегка хлопнул любимого по плечу.

— Ладно-ладно, ты был прав, Гэри, — признала мама неохотно.

— Спасибо, пап, — чмокнула его в щеку, дабы немного смягчить разговор, а потом добавила: — Мы приехали забрать те альбомы на фото. Очень уж тороплюсь изучить все и послушать, поиграть на гитаре. Выучу всю хореографию и открою эксклюзивные уроки в студии.

— Кстати, у нас же нет проигрывателя, — прервал меня Дрейк со смешком, и почесал затылок. — Хотя давно надо бы.

Я задумалась.

— Тогда одолжим, папа же не будет против?

Родители переглянулись.

— Пусть так. Все равно вам теперь придется купить свой, — в голосе папы был подкол.

Мы с Дрейком встречались пять лет, жили вместе два из них, так что подобные просьбы — не что-то особенное.

— Обещаю, потом все вам расскажу и покажу. Просто сейчас энергии так много, — сказала это, а по телу мурашки.

Мама, папа и Дрейк засмеялись.

— Мы заметили, — проговорили трое в унисон.

— О, придумала! Я вам тренировку запишу.

Папа отдал пластинки, упаковал проигрыватель, а мама собрала целый пакет свежей еды.

— Только поешьте сразу.

— От этого запаха сложно устоять. Слюни текут, мам.

Мы погрузили все на заднее сиденье авто и тронулись с места.

— Думал, сегодня ты решишь остаться у родителей.

— Наоборот, хочется, чтобы мы вместе все изучили. Это же хорошая возможность провести выходные и забыть о работе.

— Тут согласен.

— Если против, мог бы сразу сказать, — выдала я растеряно.

Дрейк взял меня за руку.

— Нет, все нормально. Я очень рад.

Приехали мы быстро. Я сняла свободные джинсы, ярко-красную рубашку и бандану, белую майку и надела насыщенно-синюю длинную футболку ниже ягодиц. Смыла макияж, заколола волосы крабиком — и вот любимый домашний образ готов. Мои карие глаза немного покраснели от слез, овальное лицо припухло, губы потрескались. Намазала их лечебным бальзамом. Дрейк, как обычно, надел майку, широкие шорты и носки.

Пока я подготавливала ужин и накрывала на стол, Дрейк подключил проигрыватель и поставил «Off the wall». Он показал мне обложку, выглядела она неплохо. Малик на фоне кирпичной стены в полный рост — наверное, подобный стиль свежо смотрелся в конце семидесятых. Мне уж очень много нужно наверстать в старой музыке.

Слушая альбом за ужином, из головы никак не выходил образ кинозала с подпевающими фанатами. Теперь я лучше их понимала.

На первых трех песнях мы держались, хотя они очень зажигательные и энергичные. Только подпевали некоторые строчки, а на четвертой — «Get on the Floor» — уже встали танцевать, не доев. Мы отдались ритму, не контролируя порывы и движения. Это был момент полной свободы и легкости. Границы стерты. Дрейк взял одну мою руку в свою, а другую положил на талию, стал вести и кружить.

Я сразу почувствовала — ему тоже хорошо. Лицо довольное, улыбка до ушей, темно-русые волосы растрепались от активного танца.

Через сорок минут десять композиций были прослушаны и он выдал запыхавшись:

— А хорош, да, любимая? Отличное начало марафона.

Я засмеялась запрокинув голову.

— Даже интересно, что на других.

Музыку решили оставить на утро, а пока устроились в спальне и открыли YouTube. Смотрели все, что смогли найти о Малике Джонсоне: кто-то рассказывал о его детстве и творчестве группы с двумя братьями, Исайей и Илией; другие затрагивали только сольное, рассказывая про каждую эру; третьи говорили исключительно о долгих судах и его состоянии, а четвертые разбирали интервью и документалки.

Были еще одни. Они копались в здоровье и расследовали детали смерти летом 2009-го. Кто-то считал, что это спланированное убийство. Другие говорили, сам ушел из жизни. Какие только версии не выдвигали. Обсуждали личную жизнь, о которой и так было известно не много, критиковали или поддерживали прессу. Снова и снова упоминали несчастный случай на съемках с ожогами.

Раз за разом, видя видеозаписи рокового момента, становилось трудно дышать, и потели ладони. А его крик застрял в ушах. Можно лишь представить, как трудно было после.

Дрейк уснул где-то в час ночи, а я только в пять утра, и то с трудом, но даже когда проснулась, из головы не выходили архивные материалы и слова людей, которые обсуждали несправедливость в жизни Малика.

Мне не терпелось снова включить что-нибудь о нем, но заставила себя сначала позавтракать. И, наверное, потом уже нормально не ела. Не помню на самом деле. Все как в тумане, на автоматизме.

Дрейк подбирал незнакомые партии на своей электрогитаре, а я изучала дальше. Днями и ночами просматривала все что могла, только бы понять, где правда, чтобы сложить полную картину. От видео на YouTube перешла на всевозможные фильмы, потом на интервью, затронула некоторые книги.

Разве что иногда мы с Дрейком перекидывались парой фраз, когда он спрашивал, что нового узнала. Чем дальше продвигалась, тем больше все сжималось от боли и осознания, что он заслуживал большего. Мозг сам скрещивал образ из байопика с реальностью Малика. И только сейчас поняла, как хорошо племянник передал его. Даже голос.

Дрейк зашел в спальню как раз в тот момент, когда очередная документалка закончилась, а я вытирала слезы и всхлипывала. Плечи дрожали, дыхание сбилось. Любимый сел рядом и крепко обнял.

— Ты чего? Что случилось?

— За Малика...очень...больно, — выдала я, заикаясь. — Не смогу на словах объяснить как сильно.

— Понимаю, — прошептал он, гладя меня по голове.

— Несправедливо...что некоторые люди... особенно добрые и талантливые... уходят из жизни так жестоко и рано.

Дрейк передал мне бумажные салфетки, чтобы высморкаться, а потом взял несколько и вытер щеки. Они в миг пропитались слезами.

— Дыши глубже, малышка. У тебя все лицо красное, — он подал мне руку. — Вставай, пойдем послушаем музыку, посмотрим короткометражки. Помнишь, в фильме «Thriller»?

Я тихо засмеялась сквозь слезы. Дрейк всегда знал, как поддержать.

Решила не отказываться от своей традиции публиковать гиф к главам)Если кто-то читает дальше, я очень рада❤️