(⁠｡⁠♡⁠‿⁠♡⁠｡⁠)

На улице лил осенний дождь, образуя на асфальте огромные лужи, ведь уличные стоки не успевали так быстро принимать такое количество воды. Большие капли тарабанили по стеклу свою музыку, но внутри их звук еле до носился к слуху, двух увлеченных друзей.

Они сидели на полу, уместившись на ворсистом коврике молочного цвета и смотрели фильм. Сюжет был весьма увлекательный, потому парни не заметили как съели все закуски и выпили одну банку сладкой содовой на двоих. Феликс удобно раскинулся между ногами Чонина, спиной опираясь о его грудь. Тот сидел прислонившись к кровати лопатками, иногда хлопая друга по бедру на особо эмоциональных моментах за, что неоднократно получал локтем под ребро. Главные герои фильма, убегали от опасности в виде восставших мертвецом и им пришлось прятаться в заброшенном доме. Девушка случайно поранила плечо и теперь её жених бережно обрабатывает ей рану. В друг, они неожиданно начинают целоваться, когда за окном на них пускают слюни кровожадные зомби. Скорее всего сценаристы решили откинуть логику повествования.

– Ого, он её так засасывает, будто хочет съесть, – Феликс наклонился к экрану, тем самым вжимаясь задницей в пах друга.

Чонин не особо следил за происходящим на экране, его больше волновала чужая тонкая талия, потому он легонько обнял его поперек живота.

– Можем перемотать если хочешь, – Ян тоже склонился, грудью наваливаясь на его спину.

– Ты, что ребенок и поцелуев никогда не видел? – захихикал.

– Почему это не видел? Видел и даже пробовал, – с нотками некой гордости проговорил он.

– Да ну, ври больше, – Ли закатил глаза, выпрямляясь, когда увлекательное действие закончилось.

– Правду тебе говорю. Ты же помнишь, я когда-то гулял с Соён. Так вот мы целовались тогда.

– В смысле?! – он резко обернулся, садясь боком. – А мне ты почему этого не рассказывал?

– Потому что это было слишком спонтанно и не обдумано. Соён сама меня поцеловала, к тому же мы не нравились друг другу.

– Так ты научился целоваться?

– Да, но это было давно. Ещё до того как я влюбился в тебя, – последняя фраза осталась не озвученной.

Чонина весьма напрягали такие разговоры особенно с Феликсом, человеком, который ему нравился. Они дружат со времён средней школы и за это время успели выучить все привычки друг друга, а так же вкусы и интересы. Всё свободное время парни проводят вместе, изредка примыкая к компаниям их одноклассников. Страшно представить, что будет через год, когда школьная жизнь закончиться и придётся дальше самостоятельно плыть по течению судьбы, преодолевая все её препятствия. Расставаться совершенно не хочется и даже невозможно представить, как это больше не иметь рядом с собой человека, который был для тебя тем самым лучиком света, помогая осветлять темные тучи неудач.

Чонин очень дорожит Феликсом, он боится лишний раз прикоснуться к нему чтобы его чувства не казались такими очевидными. С каждым днём это становиться всё сложнее. Иногда хочется выть от досади и собственной трусости, что делает больно на физическом уровне. Но страх быть отвергнутым, прочно сковывает цепями сердце, что ещё хуже парень может и вовсе отказаться с ним общаться. Ян грустно выдохнул. Ли сидел как близко, что он мог вдыхать запах его яблочного шампуня. Это сводило с ума и заставляло кончики пальцев покалывать, будто он окунул их в разъедающею кожу жидкость.

Ли смотрел на него и о чем то думал. С этими яркими, безумно сладкими от напитка губами и прелестными веснушками на милых щеках. Феликс прикусил большой палец, боком ощущая тепло парня, сквозь его красную футболку.

– Научи и меня, – Феликс поднял на него темные глаза, в них отражались жёлтый свет от фонарика гирлянды.

Чонин забыл как дышал, пальцами судорожно сжимая ткань на домашних штанах. Предложение настолько заманчивое, что пламенем способно испепелить его до пепла. Казалось температура его тела подскочила, а сердце перестало выполнять свою функцию, отключив и мыслительный процесс. Вдруг парень пожалеет о своём решении и они больше не смогут дружить как прежде. Между ними не будет той открытости и абсолютного доверия, которое царить сейчас.

— Ты в этом уверен?! — голос Чонина заметно дрожал и немного исказился.

– А что в этом такого? Мы же друзья, ты же не хочешь, что бы я в будущем облажался на каком-нибудь свидании? – Ли вопросительно на него посмотрел.

– Хорошо, развернись тогда ко мне лицом,– его трясло до неузнаваемости, даже голос просел на октаву ниже. Он мысленно помолился всем богам, чтобы случайно не возбудиться от одних поцелуев.

Феликс выполнил просьбу и для удобства расставил ноги по обе стороны от юноши, садясь ему на колени.

– Думаю тебе стоит закрыть глаза и расслабиться, – Ян шумно сглотнул, положив руку на его шею.

Он приблизился к красивому лицу, ощущая на щеках горячие дыхание. Сердце колотилось как сумасшедшее, нервы натянулись до предела, в отличии от Ли, что был просто в предвкушении. Чонин в один миг прикасаться к мягким губам, что буквально сводят его с ума, в поцелуе, который он неоднократно видел во сне. Ян начинает двигать губами, захватывая, то нижнюю, то верхнюю в свой рот. Феликс старается запомнить простые махинации и вторить им. Потому спустя короткое время он отвечает и делает то же самое. Это оказывается весьма приятно, особенно, когда губы друга сжимаются плотнее вокруг собственных.

– Ну, как тебе? Не жалеешь, что не романтично отдал мне свой первый поцелуй? – проговаривает Чонин, гладя его прелестную шею.

– Вовсе нет, чего его жалеть, – он облизнулся, что не укрылось от внимательного взгляда парня. – Мне понравилось, давай ещё. Я слышал, если обниматься во время процесса, становиться приятнее.

Феликс не церемонясь придвинулся ближе и положил руки ему на на плечи. Чонин мысленно взвыл, ведь ощущения парня на себе пробуждали в нем не правильные помыслы. Он запрокинул голову на кровать, ладонями обнимая его за талию. На этот раз Ли сам берёт на себя инициативу, неторопливо его целуя, пробуя на вкус. Целоваться действительно приятно и тело само неосознанно просит продолжения. Но продолжения чего? Тем более это Чонин его самый близкий друг, с которым он вырос и пробовал много всего нового.

В этом же нет ничего такого правда? С кем как ни с ним. Чонину поминутно становилось тяжелее, ему безумно хотелось попробовать зайти дальше. Потому он аккуратно проникает языком в чужой горячий рот, слыша невнятно мычание и уже хочет отстраниться, как Феликс, прижимает его голову ближе. Ли зарывается пальцами в былые волосы парня, оттягивая их у корней на макушке. У Яна срывает тормоза, он медленно вытаскивает белую футболку из чужих штанов, легонько поглаживая поясницу. Кожа на ней моментально покрывается мурашками и Феликс вздрагивает, от невесомых прикосновений кончиков пальцев. Язык Чонина быстро перемещался по жаркому рту, встречаясь с чужим.

Ли тяжело дыша разорвал поцелуй, слизывая слюну с розовых губ. Щёки раскраснелись и будто обожженные палящим солнцем неистово горели. Наверное, всё же это не правильно, вот так сидеть на друге и упоенно его целовать, при этом получая удовольствие. Чонин уловил чужую неловкость и крепче его обнял за талию, утыкаясь носом в влажную шею, вдыхая её запах.

Феликса словно пронзило насквозь от этого действия и мягкого прикосновения губ к чувствительной коже. Он сильнее зарылся пальцами в белые волосы друга.

– У тебя уже хорошо получается, – Чонин также не поднимая головы, держал его в в своей хватке.

– Ты можешь поцеловать меня немного в шею? Кажется, это очень приятно.

– Я могу поцеловать тебя куда угодно, – он посмотрел на него, блестящими глазами. Не отводя взгляда Ян полностью просунул ладони под футболку друга, плавно поглаживая талию и часть спины.

– Тебе нравится парни? – немного нервозно хихикнул Ли, сглатывая от возникшего напряжения.

– Нет, только конкретно один. Тот, что сейчас сидит на моих бёдрах.

Не такое себе признание представлял Чонин. Осознание больно ударило его в голову, как тяжелый молоток или бита. Ему хотелось бы сказать или прокричать какой Феликс прекрасный на весь свет. Рассказывать ему каждую секунду за что он его так любит. Почему он не желает отпускать самого замечательного и теплого человека из своих рук никогда. У него на душе рядом с ним расцветал целый сад душистых и ярких цветов, который вянул без его присутствия. Засыхал до состояния выжженной пустыни и снова возрождался, подавал признаки жизни, а после благоухал всеми красками мира.

Ян теперь не мог отступить и сделал шаг, хоть и понимал какую глупость он совершил. Феликс ничем ему не обязан и может встать и уйти или же остаться. Чем он вообще думал, когда соглашался провести такой дурацкий урок. Но это был единственный шанс без риска выплеснуть наружу хоть немного чувств, то, что сидело в нем скрытое за самыми прочными замками. Ключи от которых выбрасывались сразу после неподобающих мыслей или двусмысленных взглядов с его стороны. Как можно было вывалить своё признание, что оттачивалось на протяжении многих лет таким образом… Никакой сценарий одного актера не предусматривал подобного.

– Почему ты раньше этого не говорил? – Феликс провел тыльной стороной ладони по его румяной щеке.

– Мне было очень страшно, а сейчас оно само как то вырвалось, – он низко опустил голову. – Прости меня, – он вытянул руки, что так прекрасно лежали на талии парня. – Давай забудем об этом, сотрем из памяти и снова будем лишь друзьями.

Ли свёл брови к переносице, ему в корне не нравился план отступления друга. Он взял его за руку, переплетая пальцы.

– Не будем мы это стирать с памяти и просто друзьями – тоже не будем, – Феликс наклонился, прошептав прямо в ухо: – Вместо этого мы можем начать встречаться.

Ян в неверии резко вскинул голову. Такое ему даже в самых сладких снах не снилось, что парень может так легко принять его чувства. Вдруг тот хочет над ним подшутить или перевести всё в другое русло, как вышедший из-под контроля розыгрыш. Но в темных глазах напротив была лишь та самая доброта и всепоглощающая нежность.

– Не понимаю, – сглотнул.

– Ты никогда ничего не понимал и не замечал. Как я подолгу смотрю на тебя, как стараюсь быть всё время ближе и не расставаться ни на миг. Даже сегодняшнюю ночевку и то я предложил, вновь проявляя инициативу, – недовольно цокнул языком.

– Ну прости, так и не догадаешься, – он улыбнулся и на его щеках появились милые ямочки, которые всегда сводили Феликса с ума. – Я даже с предложением поцеловать тебя ничего не понял.

– Глупый мой, самый сладкий малыш Нини, – Ли снова прижимался к нему в горячем поцелуе.

Чонин вернул руки на место, поглаживая спину, двигаясь к лопаткам и очерчивая изгибы позвоночника. Феликс за несколько попыток стал целоваться намного лучше. Он мягко обхватывал его губы своими иногда цепляя их зубами и посасывая поочередно каждую. Ян решил выполнить сказану ранее просьбу, мокрыми горящими губами прикасаясь к открытой шее. Ли сильнее сжимает его плечо, открывая больше доступа.

С каждым зацелованным миллиметром внизу живота начинало сильнее тянуть, а парня хотело притянуть к себе ещё ближе, чтобы слиться в одну непонятую смесь. Чонин оттягивает вниз ворот его футболки, проводя языком в ямке между ключицами. Парень от такого действия начинает неосознанно ёрзать на бедрах, вжимаясь ближе в его пах. Ладони Яна под одеждой трогают по-новому, горячей и свободней, переходя на подтянутый живот.

Феликс плавился, к нему ещё никогда так не прикасались и принося массу удовольствия. Но это были самые знакомые и изученные, большие красивые руки Чонина с длинными, как у изысканного музыканта пальцами. Они пробуждали и вызывали неведомую ранее реакцию тела. Ли вскрикивает, а затем низко стонет, когда рука проходиться по напряженному соску, густо краснея. В штанах Яна всё напрягалось и окончательно стянуло от такого чудесного звука и гладкой кожи под ладонями.

– Ёнбоки, можно я потрогаю твою задницу?

– Зачем ты такое спрашиваешь?! – Феликс залился краской, пряча лицо в изгибе чужой шеи.

– Что бы знать, можно или нет.

– Да.

Ян сразу переместил ладони на сочные полушария, сжимая их пальцами. Это оказалось чересчур приятным занятиям. Воображение сразу подкинуло самую не пристойную картину из всех возможных. Как эта аппетитная задница, податливо примет его в себя до самого конца. У Чонина никого не было, но это не мешает ему фантазировать как заядлому извращенцу.

Его член окончательно затвердел, упираясь в бедра Феликса, что самозабвенно расцеловывал ему шею, оставляя на ней красные пятнышка.

– У тебя встал, – немного смущённо сделал вывод Ли, накрывая ладошкой чужой пах сквозь ткань спортивных штанов.

– Я знаю, – он простонал от нереального кайфа, сильнее сжимая его ягодицы. Там точно останутся багровые точки. –У тебя тоже.

Феликс этого и не скрывал, тычась стояком в чужой живот, пытаясь найти необходимое трение. Одежда максимально мешала, хотелось почувствовать больше поцелуев на коже и нежных рук.

– У тебя нереальная задница, мягкая и упругая, что так и хочется укусить, а потом целовать её в тех местах. Хочу чтобы я был у тебя первым, как и ты у меня. Чтобы ты растаял как желе в моих руках, превратившись в бесформенную массу. Ёнбоки я хочу тебя. Можно?

Кончики ушей Феликса, напрочь сгорели вместе со щеками, от столь откровенных слов. Он и подумать не мог, что его друг питает к нему дикую страсть в их целомудренной наивной дружбе. Да они даже за руки как дети в садике не держались. Так что услышанное повергло Ли в шок, что его невинный Нини, на самом деле, таил в себе такие желание. По нему же видно, что он даже не смотрит фильмы рейтингом выше чем 12+. Но видимо, Феликс просто знал далеко не всё.

– Да, – он снял футболку и взял руку парня, отрывая от её от задницы. –У тебя такие длинные пальцы, уверен ты меня хорошенько ими растянешь.

Не один Чонин умеет смущать, поскольку у него багровыми пятнами покрылась даже шея. Ян не теряя больше времени подхватил его под бедра и поднял в воздух. Через мгновение голова Ли уже коснулась подушки и он наблюдал, как парень снимает верх, обнажая свои покатые плечи и твердый живот. Вот физкультуру он явно не прогуливал и кажется, брал дополнительные. Они оба видели друг друга без одежды, но сейчас это приобрело новый оттенок. Гирлянда в комнате не добавляла уюта, а теперь создавала атмосферу интимности. Свет мягко струился по светлой коже Чонина, а тень ложилась прямиком в его изгибы.

– Ничего не получится у нас нет смазки, – Ян хоть и был сильно возбужден, но мыслил здраво.

– Возьми в моей сумке, во внутреннем кармане, – Феликс от смущения закрыл лицо ладонями.

Ян следуя указаниям достал белый тюбик и два презерватива… Такое даже в голову не могло прийти, что оказывается Ли что-то планировал или же носил постоянно с собой для удобного случая.

– Откуда это у тебя? – он положил всё возле подушки. – Ты подготовился?

– Да так, хомяк попросил купить.

– У тебя нет хомяка, – Чонин навис сверху, опираясь одной рукой об матрас, другой проводя кончиками пальцев по чужому мягкому животу.

– Значит кот.

Феликс прогнулся в спине, покрываясь мурашками и втягивая парня в поцелуй. Этот поцелуй не был похож на предыдущее. Он превратиться в настоящий ураган чувств, стал глубоким и не сдержанным, будто они пытались друг друга съесть. Чонин оторвался от его губ и потянул за резинку чужих штанов, резко стягивая их вместе с бельем, рассматривая стройное тело под собой. Ли попытался свести ноги вместе, поскольку такой прожигающий взгляд он был не в состоянии вынести, но ему не дали этого сделать. Ян удержал его за коленки, разводя их пошире.

– Раздевайся тоже, не мне же одному гореть от стыда.

Чонин выполнил указание и его напряжённый член почувствовав наконец-то свободу, прижался к животу. Феликс сглотнул от чужого размера, но он всегда догадывался, что у друга больше чем у него, иногда загоняясь по этому поводу. Сейчас их разница не имела значения, лишь некое предвкушения, как эта твердая плоть войдёт в него. Ли действительно ощущал себя хорошо в пассивной позиции, но в будущем ставя отметку поменяться. Правда вряд-ли Чонин будет столь удовлетворен, ведь у него короткие пальцы и не такой длинный член. Феликс потянул руку обхватывая крепкую плоть и проводя по всей длине, размазывая выступившую смазку.

Ян от того, что парень стал ему надрачивать своей миниатюрной ладошкой, закатил глаза от удовольствия, прикусывая щеку. Но если они хотят продолжить и дойти до конца, то Ли стоит закругляться.

– Перестать, а то я кончу в два счёта, – он убрал его руку и прижал её к подушке.

– Девственник, – усмехнулся.

– От такого же и слышу.

Чонин вспомнил, что соски являются эрогенной зоной у большинства людей и от их стимуляции можно получить не хилое удовольствие. Он наклонился и мазнул языком по правому, пальцами прокручивая левый. Феликс прогнулся в спине, прижав голову парня ближе. Его член начинал ныть, потому он слегка приподнял таз, потераясь о плоть Чонина. Оба громко простонали от такого действия.

– Мы можем просто подрочить друг другу без проникновения, – Ян легонько сжал чужой член, что так прекрасно лег в его ладонь.

– Я, что зря смазку покупал, краснея в аптеки в очереди из бабушек?

Чонин сдержал смех и взял белый тюбик, выдавливая ароматную субстанцию на пальцы, разогревая её. Феликс старался не смотреть в лисьи прищуренные глаза, поворачивая голову в сторону. Он почувствовал как липкий палец начал поглаживать его вокруг дырочки.

– Расслабься, я буду двигаться медленно.

– Давай я лучше развернусь.

Ли перевернулся на живот, выставив задницу к верху, прогибаясь в спине. Чонин до крови прикусил щеку, чтобы не кончить от такого вида. Хотелось побыстрее приступить к процессу и ворваться по самое основание в девственное нутро. Но спешить им некуда тем более он должен в первую очередь думать о партнёре. Чонин приставляет палец ко входу, толкаясь на фалангу, понемногу продвигаясь дальше.

Феликс сжимает подушку испытывая неописуемые ранние ощущение. Это не больно, а скорее не привычно и ново. Пальцы Яна с отчётливым костяшками, сейчас так хорошо растягивают его тугую задницу, что хочется скулить от переизбытка чувств. Чонин добавляет ещё палец и пытается нащупать ту самую точку. Он сгибает фаланги исследуя горячее нутро, пока не упирается в простату, надавливая на бугорок.

Ли подбрасывает и он стонет глубоким голосом, подставляясь ближе. Чонин стимулировал его простату, входя уже тремя пальцами по самые костяшки. Внутри парня всё хлюпало от смазки, а гладкие стенки высасывали его ещё глубже. Такую пытку Ян не смог долго выносить, ему уже не терпелось войти, тем более Феликс уже был достаточно растянут. Он вытащил пальцы под громкий вздох, стряхивая с них жидкость, доставая презерватив из упаковки. Ли напрягся, ведь одно дело это пальцы, а другое твердый член. На его спину резко посыпался град поцелуев, а возле уха прозвучал томный шепот:

– Ёнбоки, ты так хорошо справляешься. Я люблю тебя.

– И я тебя, Нини, – он ощутил на талии успокаивающие проглаживания, что плавно перешли на втянутый живот и грудь.

Чонин тёрся мокрой плотью между его ягодицами, ставя засосы на красивой шее, рукой теребя покрасневший сосок.

– Хватит, войди уже в меня.

Ян шлёпнул его по левой ягодице, Феликс вскрикнул, потому что тот ощутимо укусил его на месте удара.

– Твоя задница принадлежит мне.

Он взял свой изнывающий член в руку, приставив к растянутой дырочки, что зазывно сжималась и протолкнул головку, медленно продвигаясь глубже. Феликс забыл как дышать, отдаваясь чувству наполненности, стараясь максимально расслабиться. Когда Чонин вошёл полностью перед ним предстала непосильная задача, не кончить сразу. Это ни в какие сравнения не шло с дрочкой. Внутри так горячо, влажно и скользко, что его член уже готов взорваться от эйфории.

– Не шевелись! – крикнул Ян, сжимая талию парня, когда тот попытался насадиться самостоятельно.

– Я уже привык, можешь начать двигаться, – Феликс до белых костяшек сжимал одеяло, тычась взмокшей щекой у влажную подушку. Его мозги поплыли, от того как пульсирует в нём чужой член с напряженными венками по всей длине.

– Не могу, я кончу после первого толчка, – захныкал.

– Ну так не сдерживайся, попробуем потом снова, – невнятно пробормотал, от того, что головка парня упиралась прямиком в простату.

Чонин сглотнул, он медленно почти вышел с него, а потом резко вошёл до самого основания, шлёпаясь бёдрами о мягкие ягодицы. Оргазм словно смешанные цветные круги полностью заслепил ему глаза. Ян тяжело дышал, переживая впервые такое чувство, разваливаясь на атомы. Да, это закончилось слишком быстро, толком и не начавшись, ведь это было для него слишком. Он медленно вышел снимая презерватив и волна стыда накатила на него с головой. Феликс по прежнему был не удовлетворён, но его это совсем не заботило. Ли поцеловал его в щёку, садясь к нему спиной, опираясь о его грудь.

– Подрочи мне. Твои руки словно для этого и созданы, – он положил его ладонь себе на член.

– Хорошо, говори, как тебе нравиться, – Чонин обхватил его член, проводя медленно на пробу.

– Грубо и быстро.

Ян согласно кивнул, сразу набирая темп. Феликс громко застонал, чувствуя на своей талии крепкую хватку. Это в сотни раз острее чем собственная рука, тем более пальцы Чонина такие длинные и могут полностью его сжать, а большой накрыть головку. Ян наслаждался несдержанными стонами, оттягивая зубами мочку его уха и горячо выдыхая, заставляя неосознанно чужое тело покрываться мурашками. Феликс тоже девственник и выдержка это явно не про него. Чонин это чувствует, как дергается в его ладони прелестный член, потому ускоряет свои движения, чтобы дать ему почувствовать это наслаждение. Ли хватает пары движений в таком темпе, чтобы испачкать спермой чужую руку и свой живот.

Ян тянется за салфетками, неловко улыбаясь, прикусывая губу.

– Это было слишком хорошо, – Феликс лёг обратно на подушку, позволив себя вытереть. – Теперь я понимаю наших одноклассников, почему они сношаються за каждым углом.

– Тебе точно понравилось? Всё таки любовник из меня хреновый, – он лёг рядом, окольцовывая его талию.

– Не смеши. Мы же были девственниками, я большего и не ожидал. Теперь мы должны усердно практиковаться.

Феликс повернулся к нему, закидывая ногу ему на поясницу, его тут же притянули за бедро ближе.

– Практиковаться значит? – Чонин прижмурил свои лисьи глаза, походя на хитрого чертёнка.

– Именно, можем даже сегодня провести дополнительный урок.

– Боюсь провалить его как и первый, – Ян нервно захихикал.

Феликс притянул его за щёки к себе ближе, целуя коротко в губы.

– Ничего, рано или поздно ты станешь настоящим отличником, – Ли опустил руку на его пах, трогая плоть. – С твоими то врождёнными талантами.

Щёки Чонина сделались пунцовыми, но он ничего не ответил, чмокнув парня в кончик носа, а после усмехаясь. Конечно станет, ведь нельзя оставаться плохим в том, что делаешь каждый день. Тем более с особым энтузиазмом. Феликс ещё не знает, что его ждёт, семь раз на неделю.