1 часть

Фанфик не как не связан с педофилией, хоть и есть разница в возрасте.

Подписочку на тгк)__________

Раскалённый воздух дрожал над крышей старого дома, словно в знойном мареве. Феликс лениво перевернулся на скрипучей кушетке, пытаясь укрыться от полуденного солнца в тени обветшалых жалюзи. Запах моря проникал сквозь щели, смешиваясь с ароматом пыли и застоявшейся древесины. Ему было невыносимо скучно.

16 лет – возраст бунта и жажды приключений, а он заперт в этом пыльном склепе с книгами, которые он перечитал уже раз десять. Родители уехали на конференцию, оставив его под присмотром дяди Хёнджина. В обычной ситуации Феликс был бы только рад – дядя всегда был его любимчиком, этаким крутым старшим братом, которого у него никогда не было. Но сейчас что-то изменилось. Что-то висело в воздухе, ощущалось каждой клеточкой его тела.

Хёнджин был здесь уже неделю. Он приехал, чтобы присмотреть за домом и заодно отдохнуть от своей суетливой жизни в Сеуле. Он много работал, и Феликс видел усталость в складках у его глаз, когда тот улыбался. Но даже усталость не могла скрыть его природной харизмы. Высокий, статный, с пронзительным взглядом темных глаз и ироничной полуулыбкой, Хёнджин всегда притягивал к себе внимание. И Феликс, к своему ужасу и восхищению, поймал себя на том, что не может отвести от него глаз.

Раньше он видел в нём просто дядю, человека из мира взрослых, которого нужно уважать и слушаться. Теперь же… Теперь он видел в нём мужчину.

Звук льющейся воды прервал его размышления. Хёнджин принимал душ. Феликс затаил дыхание, прислушиваясь к каждому звуку. Ему казалось, что он слышит, как вода стекает по его мускулистому телу, как он проводит рукой по своим темным, мокрым волосам. Щеки Феликса вспыхнули жаром. Он попытался прогнать эти мысли, но они настойчиво возвращались, терзая его воображение.

Когда Хёнджин вышел из ванной, обернутый лишь полотенцем вокруг бедер, Феликс едва не подскочил от неожиданности. Он не слышал, как тот подошел. Хёнджин удивленно приподнял бровь, увидев его.

Х–Ты чего тут застыл? На привидение посмотрел? – его голос звучал хрипло после душа.

Феликс судорожно сглотнул, не в силах отвести взгляд от его обнаженного торса. Капли воды блестели на коже, очерчивая рельеф мышц. Он никогда раньше не видел дядю таким.

Ф–Просто… задумался, – пробормотал Феликс, чувствуя, как краска заливает его лицо.

Хёнджин усмехнулся, приподнимая уголок губ. Х–О чем же может думать такой юный ум в такой жаркий день?

Он сделал шаг вперед, и Феликс почувствовал, как его сердце бешено заколотилось в груди. Запах влажной кожи и мужского парфюма ударил в нос, одурманивая и лишая воли.

Ф–О… о море, – с трудом выдавил Феликс.

Хёнджин наклонился ближе, и Феликс почувствовал его горячее дыхание на своей коже.

Х–А может, о чем-то более интересном? – прошептал Хёнджин, его глаза изучающе скользили по лицу Феликса.

В этот момент мир сузился до размеров этой комнаты, до расстояния между их телами, до бешеного стука сердца Феликса. Он знал, что должен отступить, что это неправильно, что это опасно. Но ноги словно приросли к полу, а разум отказывался повиноваться. Он был пленником этого взгляда, этого запаха, этого невыносимого желания.

Хёнджин протянул руку и коснулся его щеки. Легкое прикосновение обожгло его словно раскаленное железо.

Х–Ты повзрослел, Феликс, – прошептал Хёнджин, его голос стал низким и бархатистым. – Я этого раньше не замечал.