Глава 5: Пленник из чистого шелка

Огромный особняк Хвана, скрытый за массивными воротами в элитном районе Сеула, встретил их тишиной. Хёнджин лично привез Феликса, не доверив своего пленного никому из охраны. Он вел киллера по коридорам, крепко сжимая его запястье, пока они наконец не оказались в главной спальне — просторной комнате, залитой приглушенным неоновым светом, с панорамными окнами во всю стену и огромной кроватью по центру.

Хёнджин толкнул Феликса внутрь и запер дверь на замок, отрезая их от остального мира. Феликс обернулся, тяжело дыша. Без своего оружия и тактической экипировки, оставшись в одних черных облегающих джинсах и свободной футболке, он казался хрупким, но в его лисьих глазах не было и капли покорности. Пубертатный азарт и гормональный взрыв, который они оба сдерживали всю дорогу, теперь заполнили комнату до предела.

— Ну и что теперь, Хван? — низкий, вызывающе глубокий голос Феликса прозвучал в тишине спальни подобно выстрелу. — Запрешь меня здесь как трофей?

— Я собираюсь взять то, что принадлежит мне по праву, — Хёнджин медленно сбросил на пол свое промокшее пальто, оставаясь в расстегнутой на несколько пуговиц шелковой рубашке.

Он сделал стремительный шаг вперед, сокращая расстояние между ними. Феликс попытался уклониться, но Хван перехватил его за талию и одним мощным движением повалил на мягкие шелковые простыни, нависая сверху.

— Пусти... — выдохнул Феликс, упираясь ладонями в широкую грудь мафиози, но его протест звучал неубедительно. Внутри всё горело от безумного влечения к этому опасному, порочному парню.

Хёнджин отстранился буквально на секунду, тяжело дыша и не разрывая зрительного контакта. Его пальцы коснулись края черной футболки Феликса, медленно потягивая ткань вверх.

— Всё еще думаешь, как сбежать, или наконец признаешь, что эта игра тебе по вкусу? — с ленивой, уверенной усмешкой тихо спросил Хван, его голос в полумраке спальни звучал вкрадчиво и низко.

Феликс приподнялся на локтях, помогая сбросить мешающую одежду, и уверенно перехватил запястье мафиози. В его глазах, несмотря на бешеный ритм сердца, горел всё тот же дерзкий вызов.

— Меньше говори, Хван, — хрипло отозвался Феликс, увлекая его обратно вниз. — Ты слишком много болтаешь для того, кто секунду назад заявлял свои права.

Хёнджин лишь тихо хмыкнул, принимая правила этой пикировки, и избавился от собственной рубашки. Вся их напускная колкость окончательно растворилась в лихорадочном адреналине и чистой, упрямой страсти, которая заставляла забыть обо всем, что происходило за пределами этих стен.

— Больше никаких приказов, птичка, — прошептал Хёнджин прямо в его губы.

В следующую секунду он накрыл рот Феликса властным, собственническим поцелуем, полностью лишая способности мыслить. Это было похоже на столкновение двух стихий. Феликс рванулся навстречу, впиваясь пальцами в плечи Хвана и отвечая на поцелуй с той же дикой, необузданной страстью. Они плавясь от жара собственных тел в полумраке неоновых огней.

В эту первую ночь в постели Хвана не было места жалости или осторожности — только чистая, концентрированная подростковая страсть и одержимость друг другом, которая оказалась сильнее любых пуль.

— —

Продолжение следует...