Глава 1: Ходофобия. Ч.2

— Огнус Стопиус, — раздался мужской голос по ту сторону огненного кольца. Одним мановением руки мужчина в форме шерифа заставил пламя потухнуть. К Никки тут же бросился Кот. — Бро, ты как? — В порядке, —  ответил Никки: — Мейсон, поверить не могу, —  обратился он к шерифу. — Ты знаешь его? —  удивился Кот. —  Это Мейсон. Мой бывший одноклассник и друг, —  сказал Никки. Замечательное время, когда Мейсон и Никки вдвоём поднимали на уши всю школу никогда не сотрутся из головы Никки. Мейсон – первый его соперник на маг-дуэли, первый сосед по комнате, первый друг и первый помощник. Он приветственно помахал рукой шерифу. —  Взять их, —  холодно отдал приказ полиции Мейсон. Никки и Кота окружила группа людей в форме. — Руки за головой. Отойдите от трупа. —  Ты уверен, что он твой друг? —  зашипел Кот: —  Вот тебе и Англия. Вот тебе и приключения. — Не ворчи, ради Великой Четвёрки, — попросил Никки: —  Со всем разберёмся. Под конвоем ребят провели в местный участок полиции. Парней грубо пихнули в камеру предварительного заключения, не объясняя причин. — Мейс, что происходит? — Никки всячески пытался дозваться до шерифа, но тот только с презрением сверкнул глазами на арестованных. Однако узнавание в этом взгляде также было. Спустя столько лет Мейсону не составило труда сопоставить в голове образы щуплого веснушчатого мальчишки Ника из школы Айви и рыжего нарушителя покоя ночного Лондона.

— Как будто вы не особо близки,—   скептически заметил Кот. — Мы давно не общались, по правде говоря. Никки правда стыдился того, что так легко смог оставить мысли о своих друзьях и начать абсолютно другую жизнь.

Первым на допрос вызвали Кота. Он вошёл в кабинет шерифа озираясь. — Присаживайтесь, — пригласил шериф Мейсон и Кот плюхнулся на стул напротив его стола. — Итак, сознаваться будем? —  нахмурившись спросил Мейсон. — Разумеется сознавайтесь, —  великодушно разрешил Кот: - А что вы плохого сделали? Шериф нахмурился. Его крайне напрягал, как Кот, так и его подельник. — Мне кажется язвить сейчас не выгодно. Сотрудничать со следствием - в твоих интересах. — В моих интересах обойтись без следствия вообще, — вздохнув сказал Кот: — Мы же только в город приехали. Надо ещё гостиницу найти. А спать уже ужасно хочется.Мейсон задумчиво засунул в рот кончик карандаша, пожевал. — Вы обвиняетесь в убийстве. — Что? С чего вдруг? — глаза Кота стали размером с блюдца. — Вы были рядом с трупом, когда прибыла полиция. — И? По-вашему, находиться на площади рядом с чужим трупом это преступление? — удивлённо спросил Кот. Мейсон закатил глаза. Ему казалось, что он говорит не с подозреваемым, а душевнобольным. — Нас предупредили об убийстве по телефону, ещё до того, как всё произошло, — ответил шериф. — Повезло-о-о вам, — протянул Кот: — Хорошие шпионы. — Ну так что, признаешься? Чистосердечное облегчит всем нам дело. Кот промолчал. Он с любопытством вертелся, разглядывая кабинет. — Хорошо, а что ты скажешь на то, что двадцать лет назад также произошло убийство? Неподалёку отсюда между прочим, — прервал тишину шериф. — Плохо, — грустно вздохнул Кот: — Это ужасно, что в таком хорошем городе происходят такие плохие вещи. Это разбивает мне сердце. — Сгинь! — гаркнул шериф, хватаясь за голову. — Приведите рыжего, — приказал он двум полицейским трусовато подглядывающим в щёлочку в двери. Когда Кот ушёл Мейсон достал из ящичка стола блокнот в кожаном переплёте. Открыл его и сделал пометки по следствию. Пока что не густо.

Никки вошёл в кабинет шерифа. Он был абсолютно спокоен. Лицо его омрачала лишь лёгкая нотка скорби об умершем товарище. Всё-таки смерть оставляет неизгладимые отпечатки и совсем незначительно насколько этот человек был близок тебе при жизни. Мейсон буквально прожигал в Никки дыру глазами. — Доброй ночи, Мейс, — Никки уселся на стул напротив шерифа. — Ну что сознаваться будешь? —  ядовито прошипел Мейсон. — Могу узнать в чём? — спросил Никки. — В убийстве. Мейсон направил свою лампу прямо в лицо Никки, и жёлтый колючий свет выцепил из общей темноты комнаты янтарно-зелёные глаза. — Это весомое обвинение, Мейс, ты понимаешь это? — сощурился Никки: — Доказательства нашей вины? — Я не обвиняю, я провожу допрос, — сухо отчеканил шериф, отводя взгляд: — Нам поступил звонок от анонима. И нам вполне чётко изложили картину событий. Двое странных ребят набросились на одного из циркачей прямо во время выступления. Один - блондин, разодетый в чёрный костюм с кошачьими ушами, второй, о его внешность я бы не спутал ни с кем, - рыжий парень в зелёном шарфе, под цвет глаз. Мейсон прикусил губу. Было в этом жесте что-то личное. Никки мог даже смело предположить, что шериф имеет с ним свои субъективные счёты. — Так что, будете сознаваться, мистер Никки Фокс? — Никки Фокс-Кошмарс. У нас с женой двойная фамилия, —  поправил его Никки: — Да, сознаюсь. — Ну наконец-то, — выдохнул Мейсон. Казалось будь Никки преступником шерифу бы стало легче. Он бы смог сбросить на него все подозрения, которые мучали его уже 20 лет. — Я сознаюсь, что ни я, ни Кот не делали ничего противозаконного. Мейсон тихо застонал, схватившись за голову: — Ник, скажи мне ради Великой Четвёрки, ну почему ты такой? Почему, когда в городе появляются эти клоуны ты обязательно оказываешься рядом? Никки молча развёл руками. Он сам не знал, как это происходит. — Послушай я правда хочу верить, что ты хоть в чём-то нормальный человек, но если ты тут не с целью поквитаться с циркачами, то зачем? — Мне написала профессор,  — Никки вытащил из кармана шерстяной жилетки то самое письмо по воле, которого он оказался в Англии. Мейсон выхватил конверт, вытащил письмо и жадно впился глазами в него.

«Здравствуй, Никки. Здравствуй, мой милый, нежный, хороший мальчик. Если ты читаешь это письмо меня скорее всего уже нет в живых или я очень далеко от нашего мира. Я знаю ты уже великий состоявшийся волшебник и добился огромных свершений И я безмерно тобой горжусь. Придёт время, и я вернусь за тобой, обещаю. Ну а сейчас мне хватило бы лишь того, что ты приехал в наш скромный домик у озера в Носхэйне. Там тебя ждёт небольшой сюрприз. Искренне твоя профессор Мелисандра. »

— А вот это уже интересно, — нахмурился Мейсон: — Ты можешь рассказать подробней, о том, как ты его получил? Никки кивнул.

Это было в субботу. Директор Элеонора попросила Никки провести занятие по травологии вместо профессора Лешего, который вновь впал в спячку на несколько столетий. Никки знатно перенервничал. Из всего преподавательского состава школы Магистрис Никки был самый молодой и неопытный. Опозориться перед учениками было бы просто ужасно!

— Их называют Красной Смертью, — произнес Никки с нежностью, поглаживая листья кроваво-красного цветка: — Эти растения способны вернуть вам ясный разум и чистый ум, несмотря на любое заклятье. Но только, если вы перетолчёте его с водой. Подробней вы изучите на зельеварении. Если использовать цветок во вред можно создать сильный яд. Дети с блестящими от восторга глазами, слушали своего учителя. — Яд? — вкрадчиво переспросил кто-тот с задней парты. — Яд. Опасный и весьма токсичный, — склонил голову набок Никки: — Заданием для каждого из вас будет посадить семена Красной Смерти. Фотоотчёт отправите мне на зеркало.

Профессор говорил очень тихо, но весь класс на удивление едва дышал. В сторону учительского стола даже не летели огненные шары и камни. — На сегодня всё. Хорошего дня, ребята, — Никки очаровательно улыбнулся классу. Когда феи отзвонили в колокольчики, а юные волшебники все до одного покинули кабинет, Никки наконец смог спокойно вздохнуть. — Доброго дня, профессор Фокс-Кошмарс, — в кабинет заглянула девушка. Одна из учениц седьмого курса. У девушки была стройная фигурка, чёрные волосы с ярко-красными прядями и выразительные карие глаза. Одета она была в кожаную куртку и широкие джинсы явно несоответствующие школьной форме. — Драки! — восторженно воскликнул Никки. Девушка, покачивая бёдрами подошла к юноше, заигрывая потянулась, чтобы коснуться щеки. — Мне сказали, что сегодня в школу пришёл один симпатичный учитель, и я зашла спросить каким ветром его сюда занесло, — промурлыкала Дракулаура. Никки заключил возлюбленную в крепкие объятия. — Да, подрабатываю, как видишь, — ответил он. — Естественно, клиника же денег не приносит, — Дракулаура состроила Никки ехидную мордочку на что тот ответил улыбкой. — Приносит. Но ты ведь знаешь, я не могу отказать твоему директору. Драки фыркнула и уселась на учительский стол. Она сидела на самом краю стола и вертела в руках томик по травологии. — Занимательные твари доктора Конопляного, — прочитала она: — Странная у этого доктора фамилия. Вряд ли человек с такой фамилией может писать что-то стоящее. — Уж поверь может. Здесь очень умные мысли, знаешь ли,  — возразил Никки: — Например ты знаешь, что люцерна водянистая в дневное время суток может вылечить любого вида раны, но вечером смертельно опасна? — О, правда? Иди сюда, — она потянула Никки за край шарфа. Когда он наклонился девушка с жадностью впилась в его губы, заставляя заткнуться. Никки прикрыл глаза с удовольствием погружаясь в клубничный вкус её губ. Молодые люди отстранились друг от друга спустя пару минут. — Драки, нам лучше перестать делать это, — счастливо выдохнул Никки: — Всё-таки ты школьница и я могу изрядно попортить твою репутацию. — Я мало того, что школьница, я ещё и твоя жена. Мне плевать на приличия, Никки. Ты ведь знаешь, ни одна Элеонора меня не остановит, — произнесла Дракулаура. — Я ждала совершеннолетия только для того, чтобы целовать тебя где захочу и когда захочу. — И тем не менее в школе не самое лучшее место. — Ооо, брось ты. Я не увижу тебя следующий месяц, успеешь отдохнуть от моих приставаний,  — Дракулаура стукнула кулачком по столу и тут же с писком начала дуть на ударенную руку. — В смысле? — Никки непонимающе вытаращился на Драки. — ,,В смысле?"— передразнила его девушка: — В прямом. Я же ещё вчера за ужином говорила, что уезжаю на гастроли вместе с Кэтти. — Правда? Я видимо не слышал. Никки всё ещё улыбался, но в глазах его притаилась тихая печаль, такая непривычная для этого лица, что Драки стало стыдно. — Целый месяц? Я сойду с ума без своей маленькой госпожи за это время. — Ну брось ты, тебе тоже будет чем заняться в моё отсутствие, — Драки оглянулась на часы, прислушалась и, осторожно дотянувшись носками туфель до пола, встала на ноги. — О чём ты? — Почтальон целый день кружил вокруг замка, но так и не нашёл тебя. Я милостиво согласилась сама занести тебе письмо, —  Дракулаура вытащила из своей небольшой сумочки белоснежный конверт и покачала им перед лицом Никки. — Письмо? Оно вскрыто. Ты читала? — Никки взял письмо из рук Драки и начал рассматривать. Печать была оторвана и было сложно понять кому оно принадлежит. — Да, читала, — без доли смущения подтвердила Драки: — Сначала дико бесилась, что тебе пишет какая-то поклонница. Миленький, хорошенький, тьфу! Потом заинтересовалась. — Поклонница? — Никки удивлённо вскинул брови: — Теперь мне самому интересно. Он с увлечением погрузился в чтение. Письмо было коротким, но предельно понятным. Красивый витиеватый подчерк был Никки определённо знаком. Аккуратные буквы, которые выводились с холодным спокойствием тонкой рукой, с кольцами в виде черепов на изящных пальцах; слова, которые подбирались с невероятной точностью - он ясно представил, как профессор писала это письмо.