Глава 25. Кто именно?

Вопросы иногда страшнее ответов.

Глориан сказала, что это «просто разговор».

С Морроу.

Конечно. Потому что в её мире даже хищников всё ещё пытаются сначала вежливо попросить не кусаться. Но хуже другое. Она ещё и пригласила его, как и меня, на этот чёртов благотворительный аукцион. Для детей из групповых домов и неблагополучных семей.

Детей.

Словно это не Итан Морроу, а нормальный человек, которого можно подпускать к чему-то хрупкому.

Поднимаю взгляд на тёмное небо. Звёзды. Луну.

Мне не нравится это всё.

Письма без адресатов — мы с Глориан снова начали немного общаться, и она поделилась тем, что ей писали. Отправителя... Буквально не было.

Всё ещё чувствую странную пустоту, будто бы внутри стало чего-то меньше. Оно не отпускает меня ещё со дня попытки отравления.

Значит, Глориан до сих пор переживает.

Нападения. Отравление. Генри.

Если в это вмешался Люцифер, значит, он уже что-то понял. Или почти понял. Плохо дело.

Каблуки негромко стучат по мокрому асфальту.

Генри Браун.

Прикрываю глаза.

Нужно было остановиться. Нужно было уйти. Заткнуть его по-другому, не так. Но в тот момент перед глазами были только те фотографии. Глориан. Её лицо. Осознание, что ещё немного — и весь этот мир полезет в неё своими грязными руками.

Я убивала и раньше. Словно не могла иначе. Было ли тогда сожаление? Не знаю. А теперь?

Чувствую под подошвой что-то липкое. Осматриваюсь. Под ногами чисто.

Голова кружится.

Тяжёлый запах железа забивает лёгкие.Кто-то рядом плачет, тонко, захлёбываясь. Потом добавляется ещё один голос. И ещё. Ещё. Ещё.  Они накладываются друг на друга, превращаясь в сплошной шёпот. Слова давно невозможно разобрать.

Только страх и бесконечные мольбы, которые когда-то не значили для меня ничего, как и собственные бесшумные просьбы прекратить.

Дёргаю рукой, ощутив тошнотворную теплоту.

Пальцы.

Чьи-то окровавленные пальцы, отчаянно цепляющиеся за мой рукав. Пытающиеся сомнуть ткань.

Не Люцифер. Но всё равно кто-то напоминающий о нём.

Открываю рот в беззвучной попытке закричать.

Моргаю.

Передо мной снова ночная улица. Фонари. Машины. За руков больше никто не цепляется. Никто, кроме воспоминаний. 

Глориан всё равно заметила. Конечно заметила. Она всегда замечает то, что остальные предпочитают не видеть. И при этом не отталкивает, как делают все. Не прощает. Но и не отталкивает.

Впереди уже виднеется залитое холодным светом здание Морроу.

***

Мой взгляд скользит по кабинету автоматически: окна, дверь, второй выход, тяжёлый стеклянный стол, диски, ручки, которые можно использовать как оружие. Воздух сухой, создающий контраст с холодом улицы.

- О, прекрасно! Моя любимая подозреваемая пришла. Добрый вечер, - Итан отпивает кофе из чашки. - Я уже волновался. Минута прошла.

- Засекали? - хлопаю за собой дверью и сажусь на кресло напротив, предварительно проверив его.

- Конечно.

- Жаль. Тогда опоздала бы сильнее, - скольжу взглядом по его рукам, телу, лицу. Шея у него тоньше, чем кажется.

- Юмор всё тот же, историк, - сцепляет руки под подбородком Итан. - Хотя знаете... Люди обычно хотя бы здороваются, - с наигранной обидой произносит он. Голос царапает нервы, как тупой нож.

- Знаете, обычно люди не шантажируют Глориан.

- Справедливо.

- И давай без формальностей. На ты.

- О, без проблем. Хочешь кофе, историк? Или предпочитаешь чай? Не беспокойся, у меня напитки всегда проверенные.

Историк. Как же раздражает.

- Тонко, - подвигаюсь ближе. - К делу. Что ты хочешь?

- У вас всех одна проблема, знаешь? - наклоняет голову Итан.

- Просвети.

- Вы не понимаете, где реально ошиблись, - он театрально вздыхает. - А ошибка ведь... После. Всегда после.

Молчу.

- Через час после того фото Генри уже был мёртв.

Гул мониторов.

- Быстро. Даже впечатляет.

Перед глазами на миг вспыхивает чужое испуганное лицо.

Не Генри. Уже давно не Генри. Потому что все они со временем начали выглядеть одинаково.

- Ты пригласил меня сюда ради этого?

Итан смеётся, заставляя мою тьму под кожей проснуться:

- Генри мне даже не нужен. Он просто... Привёл меня к этому всему. Вот и всё.

Что?

Итан достаёт фотографию из чёрной папки и кладёт её на стол. Между нами.

Глориан. Мы вдвоём. В пустом парке. Ночью. На скамейке. Под фонарём.

- Посмотри на неё. Так верит, что с тобой безопасно... Жалко будет испортить.

Проклятый Стикс.

Я ведь действительно не учла. Ничего не учла. Я просто поступила так, как в моменте захотелось.

То, чем я всегда заставляла других умолкнуть, не сработало. 

Несколько мгновений никто не двигается.

- Ты ведь даже не человек, да?

Под пальцами что-то хрустит.

Только сейчас замечаю, что моя ладонь вдавлена в стеклянную поверхность стола. От места, где лежат пальцы, во все стороны расползаются тонкие белые трещины, как паутина.

Кровь приливает к мозгу.

- Серьёзно? - хрипло выдаю я.

Улыбка Итана не выключается.

Интересно, останется ли она, если сломать её обладателю пару ребёр.

- Дать мяты с ромашкой?

Они успокоят меня, только если прорастут на его могиле.

Стук в дверь.

- О, идеально, - разводит руками Итан. - Заходите, уважаемая мисс Тейлор. Мы с вашей подругой как раз дошли до самой интересной части эфира.

Эфира?

Смотрю на стены, углы комнаты, мониторы, тёмные отражения в стекле. Пытаюсь найти камеры, микрофоны, бегущие комментарии, красные индикаторы записи, хоть что-нибудь.

Пальцы сами соскальзывают к карману чёрного пальто, где спрятано снотворное.

Ничего не нахожу. Но это не значит, что ничего нет.

- Ты...

Дверь открывается. Глориан заходит:

- Добрый... Вечер, - бросает она, опустив плечи. А подойдя к нам, замирает.

Фотография.

- Это... Что это?.. - шепчет девушка, не садясь в кресло рядом со мной.

- Его компромат? - саркастично отвечаю я.

- Что ж... Я... Ожидала, - пытается звучать уверенно Глориан, но голос ломается.

- А Генри всё равно умер. Передай своей Лили мою благодарность, - лениво отрезает Итан, выделяя сокращение от «Лилиан», которое мне дала Тейлор.

Генри ещё и подслушивал нас.

- Закрой ро...

- Хватит! - взмахивает руками Глориан и жмурится.

- Какая прелесть. Даже переговоры вести не умеете. И правильно реагировать тоже.

Мой низкий рык заставляет Морроу округлить глаза на несколько мгновений.

Если бы я реагировала «правильно», то уже вцепилась бы голыми руками ему в глотку и вырвала трахею.

- Хватит, - повторяет твёрже Тейлор, отчего Итан с любопытством подаётся вперед, давая понять, что слушает её. - Я знаю.

- Знаешь?

- Знаю. Я всё знаю.

Взгляд Морроу на миг соскальзывает на один из экранов на стенах. А когда возвращается на нас, то Итан веселится:

- Нет, подожди, это даже лучше. Намного лучше. Ты просто не представляешь. И при этом защищаешь её дальше? Прелестно. Нет, слушай...

- Это всё, что ты хотел сказать? - обрываю его я.

- Дай договорить! - кричит Итан. А потом быстро поправляет пиджак, поняв, что сказал.

- Иначе что?

Итан, сделав лицо попроще, продолжает:

- Боже, я вас двоих обожаю. Вы понимаете, в каком дерьме, и реально не отпускаете друг друга. Даже ломать скучно. И при этом ты, Глориан... - он указывает пальцем на девушку.

Глориан опешивает:

- Мы переходили на ты?..

- Да без разницы! При всём этом цирке ты продолжаешь бояться, что правда про тебя всплывёт. Вот это поражает. Представляешь, какими громкими будут заголовки? Ведущие же буквально сожрут друг друга. Такие скандалы они обожают...

- Ты записываешь это? - слетает с моего языка то, о чём я думала весь разговор. Особенно после «любимой части эфира». 

Итан замолкает.

- Телефон.

Итан продолжает молчать.

- Лилиан, нет, пожалуйста... - хочет образумить меня Глориан.

Перегибаюсь через стол и пытаюсь вырвать устройство из его рук. Итан ловко уворачивается, поднимает гаджет:

- Нет, ты понимаешь масштаб скандала...

- Телефон. Сюда.

- О, наш историк боится?

Из груди вырывается низкий рык.

- Подожди, ты реально испугалась?

- Я тебе руки оторву вместе с телефоном, - собираюсь прыгнуть на него, но Глориан мягко берёт меня за запястье.

Итан включает телефон, показывает диктофон, демонстрируя, что запись не ведётся и не велась.

Но мне мало.

Хватаю фотографию со стола Морроу, где запечатлены мы с Глориан, и рву её на куски, после чего мну всё и кидаю в корзину.

Глориан стоит с таким лицом, словно увидела, как ребёнок плакал и тотчас перестал.

- Детский сад, - фыркает Итан. - У меня есть ещё.

- Что?

- Фото. Это была копия. Вообще-е-е, если быть совсем честным, копий несколько.

- Сколько?

- Достаточно.

- Сколько копий?

- Больше одной.

- Сколько.

- Лилиан... - шепчет Глориан.

Кресло подо мной скрипит:

- Ты сейчас проверишь, насколько крепкое здесь окно.

Итан качает головой:

- Боже, за это я тебя и обожаю. Нормальный человек начал бы торговаться.

Он загибает палец:

- Потом просить.

Загибает второй палец.

- Потом угрожать полицией.

Третий:

- А ты сразу угрожаешь выбросить меня через окно.

- Это быстрее.

Итан хватает себя за голову:

- Ты вообще понимаешь, кого защищаешь?

И в этот момент милое лицо Глориан искажается:

- Я ухожу. Лилиан?

Встаю. Шаг. Второй. Третий.

Мы вдвоём около двери. Спиной чувствую: Итан всё еще оценивает нас.

- Рад был познакомиться поближе, - нараспев говорит Морроу. - Мы так много узнали.

Хочу повернуться, но Глориан мягко касается моего плеча.

Скулы сводит.

- Осторожно, - шепчу ей. Тейлор сглатыват и неспешно убирает руку.

Что же, теперь она догадывается, что настоящий монстр не тот, кто за нашими спинами.

Единственный монстр рядом с ней — это я.

Прежде чем мы выходим, Итан бросает вслед:

- Золотая наследница...

Тейлор замирает.

- Погода в тот вечер была ужасной, правда?

В глазах Глориан стынет лёд, но кажется, что тот вот-вот треснет.

Он про автобус.

- Буду ждать тебя через три дня, - отрывисто бросает Глориан так, словно кислорода не хватает.

***

- Зачем ты... Идёшь за мной?

Дом Глориан, скрытый за забором, невысокий, светлый, с большими окнами и тёмной черепицей.

Никаких колонн размером с храм. Никаких позолоченных ворот. Никаких фамильных гербов, которые богатые смертные так любят лепить на всё подряд. Будто бы Тейлор специально выбрала единственное место, которое не кричит на весь район о количестве денег владельца, хотя сама Глориан может выкупить всю эту чёртову улицу.

Я бы ухмыльнулась, если бы были силы. Наверное, Дженсон с Оливией до сих пор негодуют.

Знаю, что камеры здесь есть. Сигнализация тоже. Просто всё это не выставлено напоказ. Как и сама Глориан.

- Я не хочу оправдываться, но... Мне... Жаль. Жаль, что так вышло. Нет. Мне жаль, что я это сделала, - голос звучит так, словно я иду босиком по битому стеклу.

Глориан не отвечает. Стоит, как изваяние.  А ведь её и растили, как скульптуру. Без эмоций, без воли. И то, как она держится, как перестаёт повиноваться, показывает характер...

Проклятый Стикс. Я видела войны между Кругами. Падения городов. То, как всё вокруг сжигают дотла. Но не могу отвести взгляд именно от этой девушки.

Глориан открывает ключами калитку:

- Пойдём?

Не нахожу слов. Вспоминаю, как она всегда давала выбор детям, другим взрослым. Но почему-то подобное в мою сторону всё равно заставляет опешить.

Она и вправду делает то, что никто никогда не делал.

Заходим во двор. Кусты лаванды шевелятся от ветра, запах почти ласкает ноздри. Кроме нас никого нет — уже полночь, слуги ушли.

- Красиво, - засовываю руку в карман пальто и сжимаю баночку со снотворным. Ещё немного — и кажется, что та треснет.

- Спасибо большое. И... Лили... Я знаю.

Не «ничего страшного». Не «я тебя прощаю». Она всегда говорит правду. Даже сейчас. И это правильно. Потому что на моих руках кровь.

- Я в курсе. Поражаюсь. Ты продолжаешь со мной общаться, даже пустила в свой двор. А я убила человека.

- А не должна была?

- Обычно другие боятся, что станут следующими.

- Извини, но это ведь не самый хороший аргумент. Как думаешь ты?

- Какой именно?

- «Я убила человека, поэтому со мной нельзя общаться».

- Обычно работает.

- Судя по тому, что ты сейчас стоишь здесь, не особо.

На миг хочется закатить глаза, но я просто отворачиваюсь:

- Ты не понимаешь.

- Но я пытаюсь. Правда пытаюсь.

Ветер шевелит листья над дорожкой.

- Я не считаю, что убийство — это нормально.

- Хоть что-то.

- И я не считаю, что Генри это заслужил.

Спорить не с чем.

- Но знаешь, что было бы хуже?

- Что?

- Если бы тебе было всё равно, - шепчет она. Голос у неё стеклянный — того и гляди «разобьётся».

Она... Что?

- Глориан...

- Правда. Мне было бы намного страшнее, если бы ты просто сказала: «да, убила. И что?».

Не нахожу слов. Потому что когда-то именно так бы и сказала. Без колебаний. Без сожаления. Без этой дряни под рёбрами, которая никак не даёт дышать нормально.

Та самая грустная улыбка, которой больше ни у кого нет, расцветает на губах Тейлор.

- Поэтому... - она делает короткую паузу. - Я рада, что это так.

- Рада, что я убила?

Улыбка испаряется:

- Не так. Что тебе жаль.

Слова — словно удар под дых.

- Ты серьёзно?

- Да?

- Я убила человека, а ты радуешься, что мне просто... Жаль!?

- Я тебя не простила. Сомневаюсь, что смогу, - Глориан делает шаг вперёд, но сохраняет дистанцию. - Но... Лили, я вижу, что...

- Видишь, кто я, и всё равно рядом? Смелая. Или глупая. Прости, не решила ещё. Педофилам, маньякам, насильникам тоже «жаль». Хочешь сказать, это их оправдывает? Даёт право стоять рядом с ними и говорить: «ну, я рада»?

Я видела слишком много дерьма в Аду. И в мире смертных тоже. И эта девчонка сейчас пытается доказать, что такие, как мы, достойны... Искупления?

- Нет. Но...

- Что — но?

- Им тоже бывает жаль.

- Ты серьёзно?

- Но это всё равно не делает их хорошими людьми. Не оправдывает, не обеляет. Но им бывает жаль.

- И в чём тогда смысл?

- Лили, если бы тебе правда было всё равно, ты бы сейчас не пыталась убедить меня, что ты чудовище.

- А я сказала что-то другое?

- А ты уже несколько минут доказываешь, что ужасна. Что тебя нельзя простить. Что ты сделала что-то такое, за что тебе грозит пожизненный.

Пустота внутри отчего-то заполняется. Мне кажется, что моё тело состоит из хрупкого стекла и вот-вот рассыпется на множество осколков.

- Вообще, это один из трюков манипу...

- Извини, пожалуйста, извини, - взмахивает руками Глориан и на мгновение жмурится, - что перебиваю.

Надо же, оборвала меня, так ещё и в привычной манере извинилась.

- Но... Да, я принимаю тебя. Может, кто-то скажет, так нельзя.

- И?

- Но нет. Я... Я вижу... Нет. Ты реально не заслужила это, - хватается за голову Глориан, перебирая светлые шелковистые волосы. Полагаю, они у неё очень мягкие. Интересно потрогать, если разрешит. - Генри тоже не заслужил. Да, ты не права. Да, ошиблась. Да, убила. Я не прощу этого тебе. Запомню. Но я... Хочу принять тебя. Если ты позволишь. Нет. Если не позволишь — я пойму. Ты можешь уйти. Можешь сдаться полиции. Это твоё решение. А я хочу, чтобы ты осталась. Вот и всё. Но я не могу решать за тебя.

- Ты больная.

Глориан делает ещё шаг, словно давая понять, что не убегает:

- Не исключено. Но я не пытаюсь решить за тебя, кто ты.

- А кто-то пытался? - вопрос вылетает быстрее, чем я успеваю его остановить.

Глориан одёргивает себя.

- Лили?

Всё ещё тишина.

- Мне жаль, если кто-то заставил думать, что тебя трудно принять.

Даже не сразу понимаю, что произошло. Словно она случайно ткнула пальцем в старую рану, существование которой я сама давно перестала замечать.

Люцифер. Ад. Владыки. Вся моя жизнь.

- Не говори так. Проклятье, всё. Закрыли тему.

Глориан не спорит.

- Что собираешься делать ты? Со всем этим?

- Пытаться справиться, - пожимает плечами девушка.

- Из-за Итана я в этом всём сомневаюсь.

Глориан скрежетает зубами.

- Автобус. Замешан он? Работники, которые тогда умерли? Тот ребёнок? Итан говорил, что...

- А он говорил, что это я их убила?