29

- Ты в порядке? – спросила Лиза у Генри воскресным вечером неделю спустя. Парень в последнее время был молчаливым и почти все время проводил в своей комнате, спускаясь только поесть. Сейчас они ужинали бобами с тостами (Лиза не успела зайти в магазин) и смотрели повтор «Друзей».- Нормально, - ответил Генри.- Ты уверен?- Завтра Питер возвращается в школу, - сказал Генри после паузы.- О.Учитывая все недавние события, Лиза совершенно забыла о том, что отстранение Питера подходит к концу. И хотя никто не обижал Генри из-за его поступка, и мать, и сын знали, что с возвращением Питера это может измениться. Без прямых доказательств его связи с наркотиками и участия в нападении на Генри мистер Голд не смог исключить Питера. Максимум – отстранить.- Ты волнуешься? – спросила Лиза.- Вроде того, - признался Генри. – Знаю, мы будем нечасто пересекаться, учитывая наше расписание занятий, но во время перемен и обеда мы вполне можем друг на друга наткнуться. Школа не такая большая.- За Питером будут очень пристально наблюдать. Один проступок – и его исключат. Он не станет рисковать накануне выпускных экзаменов, - заверила его Лиза.- Надеюсь, - сказал Генри, отодвигая полупустую тарелку. – Я все равно ничего не могу сделать.- Будь рядом с Майклом, Ником и Авой, - предложила Лиза. – Они за тобой присмотрят.- Я не хочу их подставлять, - сказал Генри.- Они – твои друзья, - мягко сказала Лиза. – Они будут рады тебе помочь, когда тебе это нужно. К тому же, Питер - в моем классе, так что он знает, что если с тобой что-то случится, ему придется несладко.- Ты не должна решать мои проблемы, - заныл Генри.- Хорошо, - ответила Лиза. – Потому что проблем не будет. Все будет хорошо, вот увидишь.И так и было. В понедельник утром Питер подошел к Лизе и принес свои извинения ей и Генри. Он хорошо вел себя всю неделю, это признали все учителя. Он был сосредоточен на уроках, прекрасно выполнял домашние задания, не опаздывал. Будто стал другим человеком. Генри и его друзей никто не потревожил, и все вернулось в норму.Март пролетел быстро, и время подошло к пасхальным каникулам. Две недели. Две счастливые недели без школы. Не считая двух съеденных шоколадных яиц, Пасха прошла мимо Андрияненко, они никогда не были особо религиозны. К тому же, они оба с нетерпением ждали следующего дня.За неделю до окончания учебы Ира сделала им сюрприз. Когда мать и сын открыли конверты с авиабилетами, на их лицах читалась неприкрытая радость.- Сицилия? – сказала Лиза, открыв от удивления рот, когда осознала информацию.- Я езжу туда каждый год, - объяснила Ира. – Моя мама оттуда родом, и на Пасху я всегда езжу к двоюродной сестре. Она живет в неприлично большом доме, за который платит один из ее бывших мужей, и она очень любит веселье. Так что я подумала, что вы двое захотите ко мне присоединиться.- Круто! – воскликнул Генри. – А там есть бассейн?- Два, - кивнула Ира. – Один - перед домом, один – за.- Супер! – улыбнулся Генри, чуть ли не прыгая от радости. – Спасибо, Ира!Лиза ничего не сказала. Она молча встала с дивана, подошла к своей девушке и крепко ее обняла. Ира обняла ее в ответ, пряча широкую улыбку в светлых волосах.Так что на следующий день после Пасхи они сидели в салоне и наблюдали из окна за работой аэропорта «Хитроу», пока их самолет не взмыл в небо. Ни Лиза, ни Генри никуда не летали с тех пор, как умер Нил, и момент, когда самолет поднялся выше облаков, и они увидели солнце, напомнил им, как они любили путешествовать.Спустя три часа они безопасно приземлились на сицилийской земле и вскоре вышли из самолета. Войдя в телетрап, Ира сделала глубокий вдох, ощутив знакомый воздух, ее сердце запело. В аэропорту Палермо было людно, множество туристов толпилось у ленты выдачи багажа, прежде чем выйти на улицу сердца Средиземноморья.- А дом далеко от аэропорта? – спросил Генри, когда они поймали такси, и Ира по-итальянски объяснила водителю, куда ехать, а Лиза загрузила багаж.- Примерно в получасе езды, - ответила Ира. – Он у подножья горы Эриче, ее придется объехать.- А до моря далеко? – спросил Генри.- Минут десять на машине, - сказала Ира, садясь в такси. – Кажется, у Тани в гараже есть велосипеды, так что, думаю, ты сможешь взять один из них и поехать к берегу, когда захочешь.- Круто, - улыбнулся Генри.Как только Лиза села рядом с Ирой, такси тронулось с места. Лиза переплела пальцы с пальцами Иры и сжала ее руку. Брюнетка улыбнулась своей девушке, и они обе откинулись на сидении и наслаждались видами за окном. Вскоре они выехали из города, улицы уступили место аккуратным холмам, оливковым рощам, виноградникам и редким деревушкам. Гора Эриче отчетливо виднелась впереди, дорога огибала ее с боку и вела к накрытому туманом городу, расположившемуся у подножья. Наконец, они свернули влево на грунтовую дорогу, ведущую к большим открытым кованым воротам.- Ни хрена себе! – сказал Генри, когда увидел дом.Он был большим и белоснежным с массивными колоннами, покрытыми вьющимися растениями, доходящими до деревянной двери. Голубые ставни на окнах были открыты, чтобы впустить внутрь свежий морской воздух. Отведя взгляды от впечатляющего здания, Лиза с Генри последовали примеру Иры и подняли глаза на солнце над горизонтом.- Это самое красивое место на земле, - сказала Лиза, выйдя из такси и подходя к низкой каменной стене, окружающей территорию.Участок был расположен у подножья горы и обращен к морю. От края было видно узкую извилистую дорожку, уходящую обратно к городу. Терракотовые крыши, беленые стены и бирюзовые бассейны переходили в желтый песок, а затем – в отливающее оранжевым Тирренское море.- Тут потрясающе, - кивнула Ира, становясь за Лизой и обнимая ее за талию, кладя подбородок на плечо.- Я люблю тебя, - сказала Лиза, поворачивая голову и целуя Иру в макушку.- Ни стыда, ни совести! – послышался незнакомый голос сзади.Ира закатила глаза, прежде чем повернуться и поздороваться с сестрой.- Привет, Тань.Женщины обнялись, тонкие покрытые веснушками руки Тани крепко сжали Иру.- Добро пожаловать, - улыбнулась Таня, отпуская сестру. – А ты, должно быть, Лиза, - добавила рыжая, протягивая руку для приветствия.Лиза пожала руку и кивнула.- Да, а это – мой сын Генри, - сказала она, кивая в сторону подростка, подходящего к ним со стороны бассейна. – Приятно познакомиться, и спасибо, что разрешила нам приехать. У тебя красивый дом.- Мне тоже очень приятно, вам здесь всегда рады. И вы еще не были внутри, - заметила Таня. – Я пыталась прибраться к вашему приезду, но я не особо в этом хороша. Просто игнорируйте пыль на высоте выше двух метров.- А куда делась уборщица? – спросила Ира, вместе с Лизой подходя к багажу, выгруженному из такси.- Сбежала с садовником, - сказала Таня, беря пару сумок. – Его жена была в бешенстве! Пришла ко мне и орала, что оторвет ему яйца и скормит собакам. Голубки исчезли на следующий день, но думаю, они живут в Сиракузах.- Ты живешь, будто в мыльной опере, - засмеялась Ира.- Мы не в Испании и не в Латинской Америке, ты же понимаешь? – улыбнулась Таня, подходя с Ирой к входу в дом, Лиза и Генри следовали за ними, сняв у двери обувь.- Может, это и Лиза у нас учительница географии, но да, я в курсе, что Сицилия – не в Испании. А есть итальянский аналог мыльной оперы?- Без понятия. Ты же знаешь, я не смотрю телевизор, - сказала Таня, ставя сумки у подножья лестницы и приглашая гостей пройти за ней в кухню.Там было прохладно и приятно в сравнении с жарой на улице. Лизе нравилось ступать босыми ногами по каменной плитке на полу, и они с Генри восхищенно оглянулись. Деревянная столешница сверкала чистотой, вся кухонная утварь была совершенно новой. На длинном столе уже стояли тарелки, и у Лизы потекли слюнки, когда она увидела блюдо с хумусом и свежим хлебом.- Я не умею готовить, кстати, - сказала Таня. – В основном я питаюсь холодным мясом и прочими закусками из магазина, так что, надеюсь, вы не против.- Выглядит вкусно, - сказала Лиза. – И зачем готовить, если все можно купить?- Вот именно, - улыбнулась Таня. – Хотя уверена, что Ира непременно захочет хотя бы пару раз что-то приготовить.- Я люблю готовить, - начала защищаться Ира. – К тому же, я знаю, что ты купила листы для лазаньи и фарш, ожидая, что я приготовлю твое любимое блюдо.Таня улыбнулась.- Возможно. Итак, вы сначала хотите поесть или пойти в свои комнаты?- Умираю с голоду, - ответил Генри.- Тогда ужинаем, - засмеялась Таня. – Лиза, белое или красное? – спросила она, доставая две бутылки вина.Лиза широко улыбнулась. Она знала, что это будет один из лучших отпусков в ее жизни.Спустя несколько часов Лиза стояла у окна и смотрела на улицу. В проеме на ветру развевался белый тюль, и она наслаждалась видом. Уже почти совсем стемнело, лишь тоненькая оранжевая полоска виднелась на горизонте. Оранжевые и белые квадратики подсказали ей, в какой стороне город, но все остальное в округе было покрыто тьмой. Ира вышла из ванной и медленно подошла к ней.- Здесь так красиво, - пробормотала она, почувствовав, как брюнетка обвила ее руками за талию и положила голову на плечо.- Я знаю, - улыбнулась Ира. – Люблю этот дом.- Спасибо, что пригласила нас сюда, - сказала Лиза, разворачиваясь и обнимая Иру, их тела соприкоснулись.- Спасибо, что приехали, - ответила Ира. – Генри хорошо устроился?- У него кровать с балдахином! – заметила Лиза. – Думаю, он представляет себя средневековым рыцарем или что-то вроде того. Когда я ушла, он набирал ванну, собираясь проверить, как работает джакузи. Он не принимал ванну лет с семи!- Знаешь, у нас тоже есть ванна, - сказала Ира, играя бровями.- О, правда? – улыбнулась Лиза. – Я как раз подумала, что неплохо было бы смыть с себя запах самолета. Не хочешь присоединиться?Через пятнадцать минут Лиза аккуратно залезла в ванну, горячая вода с мыльными пузырьками приятно обжигала кожу. Она удобно устроилась и позвала Иру к ней присоединиться. Женщина улыбнулась, повесила шелковый халат на стул и взяла протянутую руку Лизы. Повернувшись, она устроилась между ног блондинки, прислонившись спиной к ее груди, и ее тут же обвили сильные руки.- Ммм, как приятно, - сказала Лиза, мягко целуя Иру в плечо.- Да, - кивнула Ира, выгибая шею от прикосновения языка.Лиза прикусила ухо Иры, прошептала «я люблю тебя» и удобнее устроилась в ванне, прислонившись бедрами к ягодицам брюнетки.В ванной было тихо, был слышен лишь плеск воды. Лиза закрыла глаза, ее пальцы опустились Ире на бедра, нежно поглаживая кожу. Ира тоже зажмурилась, облокотив голову на плечо Лизы и повернув лицо к ее шее. Она глубоко дышала, вдыхая знакомый и приятный запах своей девушки. Это было чистое блаженство. Ее кожу покалывало в тех местах, где ее касалась Лиза, ее тело полностью расслабилось в родных объятиях.- Все будет прекрасно, - сонно сказала Лиза.- Что? – спросила Ира.- Мы. Этот отпуск. Наш ребенок. Наша жизнь, - ответила Лиза, ее руки поднялись выше и накрыли живот Иры.Неделей ранее Лиза застала брюнетку перед зеркалом, когда та разглядывала свой прежде плоский живот. Беременность, наконец, становилась заметной. Лиза опустилась на колени перед Ирой и поцеловала в центр живота.Сейчас руки Лизы снова касались этого места, водя вверх вниз по мокрой коже.- Надеюсь, - сказала Ира, ее руки накрыли руки Лизы, они обе посмотрели на свои переплетенные пальцы.- Я точно знаю, - ответила Лиза.- Как твои сессии с Арчи? – спросила Ира.Несмотря на рекомендации психотерапевта, обе женщины неохотно обсуждали беременность и Робина, понимая, что это может испортить день. Не то, чтобы этого не могло случиться сейчас, но Ира почувствовала, что сейчас это правильно. Они обе были расслаблены, довольны и позитивно настроены на будущее.- Хорошо, - сказала Лиза. – Мы… Я достигла прогресса. Это непросто, вовсе нет. Но мне кажется, я почти у цели.- Какой цели?- Думаю, я смогу отделить этого ребенка, твоего ребенка, от его отца. Теперь, когда я думаю о тебе и этом ребенке, я не чувствую ярости. Я больше не думаю о Робине, когда мы говорим о твоем ребенке. Он твой, наш, - объяснила Лиза.- Кошмары почти прекратились, - сказала Ира. – Даже когда тебя нет рядом, та ночь мне почти не снится. А что до отца этого ребенка, я считаю, что у него нет отца. Робин не имеет к нему никакого отношения и никогда не будет иметь.- Ты… ты приезжала сюда с Робином? – спросила Лиза, ее сердце забилось быстрее в ожидании ответа.- Нет, - ответила Ира. – Он не любил летать. Мы никогда не были там, куда нельзя доехать на машине. И, как ни странно, он без проблем каждый год отпускал меня одну на Пасху на Сицилию. И слава богу, - добавила она.- Я рада, - сказала Лиза. – Мне невыносима мысль, что ты могла быть здесь с ним. Я хочу, чтобы это было только наше место. И Генри.- И ребенка, - напомнила Ира.- И ребенка, - кивнула Лиза, нежно проведя руками по животу. – Таня знает?- Нет, - сказала Ира, - но я скажу ей завтра до того, как она увидит меня в бикини. Не дам ей шанса опустить комментарий по поводу того, что я поправилась.- Ты красивая, - заверила Иру Лиза, снова нежно целуя в шею. – И сексуальная, и добрая, и забавная, и умная, и самая прекрасная женщина из всех, кого я знаю.Ира открыла рот, чтобы ответить, но вместо этого из него вырвался стон, когда рука Лизы скользнула между ее ног. Даже в теплой воде Лиза почувствовала жар брюнетки, когда ее пальцы раздвинули складки, и их покрыла густая смазка.- Да, - простонала Ира, когда палец Лизы обвел ее клитор, прежде чем опуститься ниже.Лиза двигалась медленно, расслабленно, почти лениво. Другой рукой она касалась груди Иры, периодически сжимая чувствительный сосок. Ноги Иры раздвинулись шире, когда палец Лизы, наконец, скользнул внутрь. Он входил и выходил, прижимаясь к стенкам во время движения. Ладонью Лиза надавила на клитор, постоянное давление заставило Иру задрожать, когда ее накрыл оргазм. Лиза поцеловала ее в шею и начала лизать особо чувствительное место за ухом.Кончив, Ира отстранилась от Лизы, ее мокрое тело обдало холодным воздухом. Она хрипло и низко закричала, прежде чем упасть обратно, расплескав из ванны воду. Лиза замедлила движения и, наконец, вышла из Иры, оставив руку на внутренней стороне бедра и глядя на тело, лежащее на ней. Пенных пузырьков уже не осталось, и Лиза отчетливо видела, как оливковая кожа содрогалась под водой от тяжелого дыхания Иры.- Я знаю, что говорила это миллион раз, - начала Лиза, - но я не устану этого повторять, потому что это то, что я чувствую. Я люблю тебя, Ира. Я очень тебя люблю. Я любила Нила, я все еще люблю его, и это никогда не изменится. Но то, что между нами, - это другое. Я никогда ничего подобного ни к кому не чувствовала, и я знаю, что то, что есть у нас, - это нечто особенное. Нам было непросто, и знаю, наше будущее тоже будет сложным, но я верю в нас, я верю в нашу любовь. И я знаю, что я, ты, Генри и этот ребенок со всем справимся.Ира развернулась в объятиях Лизы, чтобы заглянуть в зеленые глаза.- Я никогда никого не любила так, как тебя, Лиза. Ни Дэниеля, ни Робина, конечно же. Наши чувства сильнее всего, и я знаю, что мы пройдем через все, что приготовит нам судьба. Не только благодаря нашей любви, но также и благодаря нашему отношению и преданности друг другу. Я знаю, что моя жизнь была тяжелой, но отчасти я рада этому, потому что это сблизило нас, сделало сильнее, и теперь мы сможем справиться со всем, что выпадет на нашем пути.Поцелуй был медленным, но страстным, их языки, губы и зубы выражали все, что чувствовали сердца. Когда они отстранились, тело Иры было покрыто гусиной кожей, так как вода в ванне уже заметно остыла.Вода стекала с их обнаженных тел, когда они встали на коврик и взяли пушистые полотенца. Вытершись, они молча прошли в спальню и забрались на кровать.Той ночью они долго занимались любовью, доводя друг друга до оргазма бесчисленное количество раз тысячами способов, снова и снова исследуя тела друг друга на огромной кровати, пока, наконец, не уснули на смятых простынях. Голова Ира устроилась на животе Лизы, пальцы блондинки нежно перебирали темные волосы, и обе шептали друг другу слова любви.Этот вечер, этот разговор стал обещанием. Обещанием друг другу, что они по-прежнему готовы на все, и что будущее, приближающееся с каждым днем и с каждым сантиметром на талии Иры, не разрушит их отношений. Они могли это пережить, они это переживут. И этот ребенок лишь усилит их преданность, их любовь. Робин больше не мог контролировать Иру, не мог диктовать, как ей жить, разрушить ее счастье. Лиза была с ней, по-прежнему рядом, по-прежнему ее любила. А этот ребенок станет лишь началом их совместного путешествия.