план золотой медали

На "Milano Ice Skating Arena" раздавался оглушитильный рев, болельщики готовы были принимать новую Олимпийскую чемпионку. Все думали что ей станет Алиса Лью, ведь она имела огромные шансы на победу. Не вытянул золото Илья - значит вытянет Алиса.

Аделия поправляла лямки красного платья, ушитого камнями. В голове только слова Ильи - "Ты - что то большее, чем чемпионка. Ты моя стихия, Адель. Ты взорвешь эту арену к чертям," и от этого становилось легче. Она верила в свою программу. Четверной тулуп должен получиться, ведь она так долго тренировала его с Ильей, это ее путь к победе. Алиса стояла в сторонке, ее платье было ушито золотыми камнями, сверкавшими под светом зоны ожидания. Она была безупречна, и это давило. Она не должна обойти Петросян. Ее компоненты были ниже, чем у Аделии. Ни одного четверного, каскады 3-2, дорожка шагов еле 3 уровня. По сравнению с ее компонентами, программа Аделии казалась выигрышной в любом случае. Но нельзя давать слабину. Сняв чехлы с коньков, она под шум трибун вышла на лед. "Adelia Petrosyan is coming to the ice". Пути назад нет.

***Илья стоял у бортика, наблюдая за стальной решимостью в ее глазах. Она должна разозлиться. Разозлиться на этот лед, разозлиться на Алису, которой был не важен этот прокат, ведь ее все равно вытянут на золото, разозлиться на него после этого проката, но она должна.

- Стальная девчонка. В России все такие? - говорил его отец, стоявший рядом. Хотя он был русским, все равно удивлялся.

Музыка заиграла. Она не улыбалась, не действовала с осторожностью. Ее движения были чёткими и уверенными. Она взорвет эту арену. Она взорвется и сгорит. Четверной тулуп был приземлен с проффесиональной точностью, лезвие врезалось в лед, отражаясь от стен катка глухим стуком. Сердце Ильи пропустило удар, когда она зашла на него. Чистые каскады, вращения, дорожка шагов 4 уровня, и тот взгляд в конце. Она прожгла взглядом Моне Чибу, выходившую после нее. Выехав со льда, Илья накинул на ее плечи кофту и повел к КиК. Безумные баллы, делавшие ее лидером.

Сидя в кресле для лидера, Аделия дарила улыбку в камеру, хлопала другим фигуристкам и слушала чужие баллы. Последней по жеребьёвке выходила Алиса. Золотое платье сверкало под светом огней. На лице была привычная улыбка, которая не сходила с ее лица даже после неудачных тренировок. Беззаботная девчонка, которая в 20 лет ведет себя как ребенок. Ее прокат Аделия смотрела с замиранием сердца. Именно по ее прокату можно было судить, станет она Олимпийской чемпионкой, или будет как Трусова 4 года назад. За прыжки ей добавляли немыслимые баллы. После проката, в КиК Петросян одарила Лью улыбкой. На табле высветились баллы. У Аделии было преимущество в два балла. Хотелось встать и прыгать от счастья, запрыгнуть на Илью, стоявшего неподалёку и расплакаться. Он повернула голову в сторону американки, когда та подошла к ней. Петросян встала и обняла Алису.

- You were incredible. You deserve this gold. I still have to worry about you. (Ты была невероятна. Ты заслужила это золото. Мне еще далеко до тебя.) - произнесла та, обнимая брюнетку.

- Thank you. You were incredible too, even without the quads. Well done.(Спасибо. Ты тоже была великолепна, даже без четверных. Молодец.) - сказала Аделия, отстраняясь. Она улыбнулась ей.

На награждении Аделия сияла больше всех. Она не имея рейтинга, без флага, гимна и тренеров, с бесконечными проверками на допинг забрала это золото, даже не мечтая о нем. Похоже, проклятие красного платья не коснулось ее, как не коснулось восемь лет назад Загитовой.

***В номере висело напряжение. Илья рассказал Пете про свой план. Он все просчитал.

- Полтора миллиона долларов за ее победу. Я сделал огромные деньги на ней. Вся вот эта показуха с милыми беседами и прогулками была лишь частью моего плана, Пётр. - Малинин говорил чётко, видя, как бледнеет лицо брюнета.

- Она ведь не простит тебя, если узнает. Ты поступаешь как баран. Она ведь любит тебя.

- Да плевать. Она не узнает. Я сделал деньги, не переставая играть с ней. Будет ей уроком, что на Олимпиаде сгорают, а не горят. - на лице блондина была усмешка. Аделия, все это время стоявшая за дверью, слышала этот разговор.

- Ты ни мне не дал с ней построить что-то, ни сам не сделал это. Она ведь совсем маленькая, ей после Игр только 19, а ты так. - с беспокойством говорил Гуменник, не отрывая взгляд от двери. Как будто она сейчас войдёт. Но этого не произошло.

***Аделия шла по коридору, размазывая слезы по щекам. Он встречался с ней ради денег. Проиграл ради денег, помог ей выиграть тоже ради денег. Казалось, что на шее затянулась петля. Быстро собрав свои вещи, она позвонила Этери Тутберидзе - ее тренерше.

- Этери Георгиевна, помните про тот контракт с Японией? Подписывайте, я сейчас же вылетаю туда. - она не стала слушать вопросы и сбросила. Боль в сердце была сильнее, чем разум.

В ее руках был чемодан и сумка, медаль лежала с остальными вещами как лишний груз. Да, ее позвали на показательные выступления. Но сейчас она стояла перед дверью 402 номера, держась за ручку. В одно движение дверь открылась. Гуменника уже не было, а вот Илья ходил по номеру, крутя в руках телефон. Он обернулся на открывшуюся дверь и застыл. Она выглядела не как Олимпийская чемпионка, а как человек, потерявший все. Она сделала пару шагов в номер, в ее глазах было разочарование.

- Ты самый подлый человек, которого я встречала, Малинин. - тушь была размазана под глазами, а сами глаза были красными.

- О чем ты говоришь, Адель? - он в недоумении уставился на нее.

- Ты действительно не понимаешь? Я слышала ваш разговор. Ты настолько бесчеловечный, что променял добродушие и любовь на деньги. - на лице парня застыла гримасса ужаса и раскаяния. - А ты все продумал, Илюша. Проиграл, чтобы моя победа выглядела ярче, на фоне твоего поражения. А я дура, думала на Олимпиаде горят, а не сгорают.

- А.. Адель, ты все не так поняла!.. Я с тобой не из-за денег! Я люблю тебя! Послушай меня, прошу!..

- Нет уж, эти слова слишком пустые. В спорте нет любви и дружбы. Не ищи меня больше. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. - она развернулась и вышла из номера. Илья стоял посреди номера, смотря ей вслед. Он потерял свою любовь, свою боль, свою надежду и свою жизнь.