14

Мы шагали по замерзшему лесу, и густая чаща постепенно начала редеть. Сквозь просветы между деревьев виднелись залитые солнцем заснеженные поля, и вот мы уже на последней миле забега - чистой замерзшей тропинке, которая вела обратно к замку. Когда мы подошли к деревянным трибунам, я заметила, что на них уже сидели несколько человек.

- Чонгук, - позвала я, - похоже, уже начали собираться зрители.

Он взглянул на недавно построенные турнирные трибуны.

- Черт. Что они там делают в такое время? - Он вздохнул. - Ну, теперь уже ничего не поделаешь.

Чонгук быстрым шагом направился к трибунам. Когда мы приблизились к ним, у меня внутри все сжалось. Прямо в первом ряду сидели Миён и Хана, одетые в облегающие звериные шкуры. Я старалась избежать зрительного контакта с ними, но две женщины уже плавно двинулись в мою сторону.

Потрясающие бордовые волосы Миён ниспадали ей на плечи, и она изучала меня с явной враждебностью.

- Решили прогуляться с королем? - спросила она, не скрывая раздражения.

- Случайно столкнулись, - торопливо ответила я. - Похоже, мы оба ранние пташки.

Мы были вне пределов слышимости Чонгука, и Миён выпустила свои коготки.

- Что на тебе надето под этим плащом? - Она повернулась к Хане. - Знаешь, принцесса, большинство женщин готовы на все, чтобы привлечь внимание мужчин. Демонстрируют свои бедра, как Лалиса, в надежде пробудить к себе интерес короля. Пытаются отвлечь внимание от того факта, что это лишь пустая оболочка и ничего стоящего внутри. - Она снова посмотрела на меня. - Но таким женщинам, как Хана и я, не нужно прибегать к тактике подобного рода. Для привлечения внимания короля у нас достаточно ума и качеств, которые ценят мужчины. Мы также способны разделить его аппетит к еде и войне. Секс в лесу может на мгновение отвлечь его, но остроумный разговор с женщиной, которая ему ровня, так быстро не забудется.

Я вскинула брови.

- Прошу, дай мне знать, если когда-нибудь соберешься проявить это свое остроумие. Оно, должно быть, очень уникально. Я имею в виду, для женщины.

Миён сузила глаза.

- Похоже, сегодня утром ты нечестным путем заработала себе преимущество. Если думаешь, что он выберет тебя только потому, что вы с ним спарились, боюсь, ты ошибаешься. На каждый Белтейн у него в распоряжении множество обычных фейри, которые готовы ему себя предложить, но потом он даже имен их не вспомнит.

Когда я посмотрела на Хану, она выглядела скорее скучающей, нежели жаждущей крови. Я подумала, стоит ли мне утруждать себя попытками объяснить, что не было никакого, как она выразилась, «спаривания». Почти уверена, что принцессы уже сделали выводы и приняли решение.

Я усилием воли изобразила на лице безмятежность.

- Я заблудилась в лесу, и король помог мне найти выход. Вот и все.

На ее длинных черных ресницах застыли снежинки.

- Точно так же, как прошлым вечером он случайно тебя подвез?

- Жизнь полна совпадений, - парировала я.

Я уже собралась уходить, но Хана коснулась моей руки.

- Как тебя зовут, обычная фейри? И кто твои родители?

- Лалиса. - Я позволила тишине повиснуть в воздухе. Я не собиралась утруждать себя ответом о своих родителях.

- Ну же, Лалиса, - сказала Миён, - играя с огнем, будь готова обжечь пальцы.

- Ох, - я округлила глаза. - Как этот? - Я показала ей средний палец, что, похоже, превратилось в мою новую, очень зрелую привычку.

И с этими словами я поспешила уйти, надеясь вернуться в замок до того, как вступлю в новые споры.

Но до входа в замок я добраться не успела. Из тени протянулась чья-то рука, и меня втащили в темноту под сиденьями трибун.

Король Чонгук выглядел недовольным.

- Я же велел тебе не разговаривать с принцессами.

- Их было невозможно избежать.

Его глаза вспыхнули.

- Если они увидят в тебе угрозу, то объединятся, чтобы тебя устранить. Боюсь, что теперь ты можешь быть в опасности.

- Они видели нас вместе. Я и так в опасности.

Чонгук приблизился ко мне вплотную, положив одну руку мне на локоть, а другой обняв за талию. Взгляд его голубых глаз блуждал по моему лицу, изучая каждую черточку моего лба, бровей, носа, губ и подбородка.

- Что ты делаешь? - прошептала я.

- Пытаюсь решить, как тебя зачаровать.

- Чтобы я не разговаривала с ними?

- Иначе ты не продержишься и десяти минут.

Прежде чем я успела спросить, как именно будут работать его чары, он зашептал что-то на том же языке фейри, который мадам Сунхи использовала при создании моего бального платья. По коже разлилось восхитительное тепло, и, когда это ощущение переместилось на плечи, волоски на руках встали дыбом.

Король Чонгук от сосредоточенности зажмурился, но я обнаружила, что не могу отвести от него взгляд. Я изучала темный изгиб его ресниц, густые черные брови и нахмуренный лоб. Должно быть, это волшебство, но мне казалось, что между нами возникла мощная связь. Всего на мгновение мой взгляд опустился к его губам.

Тепло королевской магии распространилось по животу и бедрам.

Воздух наполнил неожиданный аромат, и мне потребовалось мгновение, чтобы узнать его - клубничное мороженое.

Магия пробежала по моей шее, коснулась век и закружилась вокруг губ, пока, наконец, Чонгук не открыл свои ярко-голубые глаза.

- Ну вот, - произнес он тихим голосом, - этого должно хватить.

Чонгук протянул руку и опустил мне на глаза прядку. Я ахнула. Мои темные волосы на концах стали бледно-фиолетовые.

- Теперь ты выглядишь как фейри.

Я глубоко вздохнула, стараясь мыслить позитивно.

- Это... красиво.

- Рад, что тебе нравится, потому что придется так ходить некоторое время.

- Ты не можешь снять чары? - спросила я.

- Нет, но через несколько недель они сами исчезнут, и ты вернешься к привычному образу. - Чонгук вытащил из висевших на боку кожаных ножен маленький кинжал и поднял лезвие. На его отполированной поверхности виднелось мое отражение. В дополнение к фиолетовым волосам Чонгук затемнил мне брови и покрасил губы в темно-красный цвет. Мои глаза теперь были того же фиолетового цвета, что и волосы.

Я уставилась на себя в его клинке.

- А помада и брови тоже на несколько недель?

Чонгук покачал головой.

- Только волосы. Но, Лалиса, держись подальше от посторонних глаз, пока не начнется гонка. Как только ты снова привлечешь их внимание, все будет кончено.