21

- Мистер Грей, Вашей дочери перелилипочти четыре литра крови, она в оченьтяжелом состоянии и пока не приходила в себя.- Что с моим внуком? - обреченноспросил мужчина.- Мальчик в инкубаторе, подключен каппарату искусственного дыхания, онне может самостоятельно дышать...Состояние критическое, у него почти три минуты не билось сердце, и мы не знаем, к каким последствиям привела гипоксия. Мы делаем все возможное...

Грей с трудом сдерживался, глядя накрошечное тельце внука, под стеклянным колпаком, сплошь обмотанное трубками и датчиками.- Я хочу видеть дочь, - настойчивопроизнес он, не поднимая взгляд на врача.- Сюда, пожалуйста. - Доктор указалДиректору на дверь в реанимацию.Грей придвинул кресло вплотную ккровати и, аккуратно взяв прохладнуюруку Лии, поднес к губам.

***Стеффи пришла в себя только начетвертые сутки. Грей все это время непокидал госпиталь, постоянно находясь с Лией и внуком. На поиски Дуэль он отправил боевое подразделение своих лучших оперативников.- Джордж??? - почти неслышно прошептала женщина, пытаясь подняться.- Он в инкубаторе, тихо, тихо... Лия, тебе нельзя делать резких движений. - Грей настойчиво придержал дочь за плечо и руку, удерживая на кровати.- Аллен? - Лия подняла на Грея полныеслез глаза. - Она... жива? - заикаясь,шептала Стеффи.- Не знаю... Ищем... - продолжаяудерживать Лию на подушке, качалголовой Грей.- Левис? - обреченно спросилаженщина.- Кевин мертв... - произнес Директор,наблюдая, как по щекам дочери теклислезы. - Лия, сейчас нельзя, тебе нельзя нервничать. Потом, мы обо всем потом поговорим...- Ты говорил, что эта война важнеелюбого из нас. Так скажи мне - мывыиграли? - Лия схватила Грея за руку.- Прости, что тебе пришлось пройти через весь этот кошмар одной. Я опять виноват, я подвел тебя, меня не было рядом, когда тебе нужна была поддержка. И я подвел Аллен, - не глядя на дочь, говорил Директор.- Когда выстрелили в Аллен и я увидела, как она падает, я подумала о том, что последнее я ей сказала... Возможно, уже никогда, никогда больше не смогу поговорить с ней, и не смогу это исправить, не коснусь ее, не загляну в глаза. Я могу сколько угодно открывать дверь, но не увижу ее на пороге. От этой мысли хочется бежать, хочется вернуть все назад и забыть - но ты, Грей, как никто другой знаешь: убежать от этого невозможно, ничто не сможет избавить от этой боли. И теперь мне с этим жить, - шептала Стеффи, задыхаясь от слез.- Я никогда не забуду Аллу и никогдане смирюсь с ее смертью. Ничто неизбавит от боли потери. Эта рана незаживет никогда... Какое-то время яжил по инерции - казалось, ничего неизменилось. Но наступил день, когдая всем своим существом осозналреальность утраты. И тогда почувствовал боль. Невыносимую. Но я сделаю все, чтобы тебе не пришлось это испытать. И, знаешь, все равно я ни о чем не жалею. Ты всегда говорила, что я чудовище. Это правда, но каким-то непостижимым образом этому чудовищу посчастливилось полюбить слишком сильно. Без возможности забыть. Любовь - противоположность смерти и главнаяпричина того, что мы хотим находитьсяздесь. Что ещё у нас есть? На самом деле ничего. Я жив, и двигаюсь дальше, именно благодаря Аллен, потому что теперь у меня есть внук. Алла подарила мне тебя, а тыподарила мне внука. Разве я мог о таком мечтать еще год назад? Осознание того, что Алла оставила мне тебя, помогло пережить утрату.- Грей, ты ни в чем не виноват. Этовсе моя вина - мое тупое обидчивоеупрямство, глупая гордость, которые подтолкнули к ошибке. - Лия сдерживалась из последних сил.- Нам надо найти Аллен и спасти, так же, как вы нашли и спасли меня. Ты ведь спасешь ее? - тихо спросила Стеффи.- ... Я боюсь даже думать о том, что Аллен никогда не возьмет на руки сына... Вся наша жизнь состоит из постоянной боли, которую осознанно или нет мы причиняем своим близким: дети -родителям, родители - детям, жены - мужьям и наоборот. И так до бесконечности. Замкнутый круг, из которого под силу выбраться лишь избранным... С Аллен было легко, она понимала меня с полуслова, достаточно было кивка головой. Не нужны были объяснения, просьбы и уговоры. Она всегда знала, что мне надо, лучше меня самой. А когда пришел мой черед понять ее, яоказалась неспособной даже выслушать. Я осуждала мать за черствость и эгоизм, а сама не смогла поверить любимому человеку. Любящий человек ведь долженбыть способным на прощение. Но зачем теперь Аллен мое прощение? Я буду расплачиваться за это до конца своих дней. Но и это еще не самое страшное. Самое ужасное в том, что за мою ошибку буду расплачиваться не я, а те, кого я люблю больше всего на свете. Джордж... Он может никогда не узнать, каким человеком была его мама, он может вообще не увидеть ее. Я лишила Аллен и сына возможности быть вместе. Отец, а если Аллен... она ведь так и не узнала, что у нее есть сын... Пожалуйста, дайте мне увидеть Джорджа. - Измученная женщинаумоляюще смотрела на Грея.- Я отведу тебя, милая, думаю, вам пора встретиться, - мягко произнес Грей.

Увидев крошечного малыша подстеклянным колпаком, Лия не выдержала и разрыдалась. Она даже не могла толком рассмотреть мальчика из-за трубок и аппаратуры.- Роберт, оставь нас, я сама... - Люси присела на корточки перед Лией имягко взяла ее ладони в свои, чувствуятеплые слезы Стеффи, капающие наруки.- Я провела почти год, глядя на своего«спящего» ребенка. Если бы не ты, этоткошмар никогда бы не закончился. Тыспасла нашу девочку и нашу семью. Ясовсем недавно прошла через все это - и понимаю тебя как никто другой.Постарайся прислушаться к моим словам, хотя ничто не будет утешением. Но тебе не нужно ни утешение, ни сострадание. Теперь у тебя есть самое дорогое в мире, самый дорогой подарок в жизни любой женщины. Нет большего счастья, чем быть родителем, - воодушевленнопродолжала Люси, видя на лицеСтеффи некое успокоение. - Несмотря на то, что он еще совсем крошечный, - он все знает, понимает и чувствует. Твое настроение, твои мысли исамое главное - твою боль. Если больно тебе, больно и ему. Я где-то читала, что дети способны чувствовать боль матери уже с третьего месяца. Когда Натали лежала в коме, все, о чем я могла думать, - это ее жизнь и здоровье. В тот момент мир вокруг меня замер, и единственное, что у меня было, - это поддержка мужа. Как оказалось, больше ничего и не надо. И твоя обязанность сейчас - заботитьсяи думать только о нем. Он будет оченьбыстро расти, ты не успеешь оглянуться, как он будет ходить, а потом бегать. Просто пока тебе надо продержаться.- Ему очень больно? - не отрывая глаз от малыша, шептала Стеффи.- Нет, он там чувствует себя примернотак же, как и внутри тебя, - ест, дышит,спит, двигается, играется. Там специально созданная атмосфера именно для его роста. Не переживай, врачи позаботятся о нем. Я была на твоем месте, Лия. И знаешь, что я поняла? Всегда есть два пути. Первый: считать себя виноватым каждый раз, когда что-то пошло не так. Второй путь: понимать, что в жизни всё зависит не только от тебя и твоегожелания, но и от множества другихфакторов.- Люси, что я скажу Аллен? Она спаслапочти 300 душ, а я не смогла нормально позаботиться о том единственном, кто, возможно, для нее дороже всех на свете? Ты даже не представляешь, как она хотела этого ребенка. А я не смогла сохранить его. Я виновата не только перед ней. Джордж пострадал из-за моего упрямства и эгоизма. Он мог быть сейчас рядом с любящей матерью, ничего этогобы сейчас бы не было, он был бы здоров, продолжая расти... не в стеклянной капсуле, а там, где ему положено.- Лия, не думай сейчас об этом. Недумай о боли, о потере, отбрось всестрахи. Единственное, что сейчас имеет значение, - это маленький крошечный комочек, который полностью зависит от тебя. Не ищи виновных и не вини себя. Сколько бы ты ни делала это - легче не станет. Чувство вины - это не просто слабость ; это заблуждение, из-за которого вся жизнь оказываетсяпод сомнением. Невозможно всепредусмотреть. У каждого из нас своясудьба, и всё, что бы ни делалось,обязательно к лучшему. Чувство вины- сильное чувство. Оно поглощает,становится навязчивой идеей. И у тебяесть выбор - либо ты будешь продолжать жить с ним, либо продолжишь жить ради малыша. Всякая вина - это как отражение ошибок в прошлом. Но кто их не совершает? Это не должно уничтожатьнастоящее и будущее.- Но как я буду без... Аллен? Я не могу, я не хочу растить Джорджа сама, - шептала Стеффи.- Тебе и не придется... Арчи? - робкоспросила Люси, прекрасно осознаваяэмоции Стеффи в этот момент.- Нет, нет, только не сейчас... - Лия даже слегка дернулась. - Я предупреждала его и не раз... Я не способна... Даже думать не могу. Мой эгоизм способен разрушить жизнь любого человека. Понимаешь, это мое, только мое, я не могу делить это сАрчи или с кем-то еще. Я хочу бытьтолько с сыном и с... Аллен. Пусть даже ее и нет рядом, но я не готова делить свои чувства с кем-то еще. Я никогда не была готова, но я была в отчаянии, а он убедил меня в том, что готов на все, будет ждать сколько надо. И я сдалась. Думала, что смогу, но когда Аллен, - Лия запнулась пытаясь подобрать слово, - вошла в то здание, я поняла, что не смогу. Может, я потеряла ее, может, даже навсегда, но чувства остались со мной, и я не могу делить их, бежать от них илизабыть. Я ведь никогда не задумывалась о том, какая у нее работа... Сначала не знала, а потом даже не потрудилась узнать. Один миг... Больше не могу, хватит с меня попыток и проб. Грей предупреждал меня, так же как и мою мать, чем все это закончится. Вот только мне понадобилось рискнуть всем, чтобы,наконец, это понять. Люси, я больше нехочу ошибаться. Лучше я останусь одна, сама, я смогу вырастить и воспитать Джорджа, если даже Аллен... будет от нас очень далеко, но я не стану делить свою любовь и боль ни с кем. Это только наш с ней сын.Пусть так и будет.- А знаешь, вы очень похожи с Греем.Ты винишь во всем себя, Лия, так же как и Роберт. Он очень долго винил себя в том, что случилось с твоей матерью. Замкнулся, начал пить, неделями не появлялся дома. Я даже думала, что он завел себе кого-то... Мы едва не развелись. И только потом он собрался с духом и рассказал мне все. Это дало нам возможностьсправиться с его болью. Я ведь понимаю, что он любил ее и будет любить всегда, несмотря ни на что. Я не говорю, что тебе будет легко, но ты не одна, Лия, - у тебя есть мы, мы любим тебя, мы - твоя семья. За остальное не переживай - Грей обо всем позаботиться. Он хороший отец - благополучие и счастье его детей длянего самое главное, что бы ты там о нем ни думала. Он найдет Аллен, чего бы это ни стоило, - уверенно произнесла женщина.

***- Это пуля, которую вытащили из Левиса, а эти - из Аллен Дуэль наГаити. Все они выпущены из снайперской винтовки CheyTacM200 калибра 10,3×7мм. Я скажу тебе даже больше. Эти пули выпущены из списанного оружия, подлежащего уничтожению.- Как ты знаешь? - поинтересовалсяГрей.- Видишь эти специфические царапины на пулях? Это брак в стволе. Когда такое оружие поступает на склады спецслужб или армии, оно должно быть немедленно уничтожено. Но по своему опыту я знаю - оно достаточно часто всплывает начерном рынке, у талибов и всякой прочей швали. Тебе осталось только выяснить, на чьи склады поставляли такие винтовки несколько лет назад. Список не будет большим.- Да, но такие винтовки могутиспользоваться и сейчас спецслужбами.- Могут и используются, но они не будут бракованными. Бракованную партию кто-то продал налево, вместо того чтобы уничтожить, или...вооружил свою маленькую армию. Узнай кто - у меня нет доступа к документам. Хотя не удивлюсь, если и документов не найдешь. Так ты найдешь убийцу. Найдешь убийцу - найдешь заказчика. А найдешь заказчика - найдешь девушку.

***Еще через несколько дней Грей принесЛие в палату коробку, на которойрукой Аллен была нарисована фигуркачеловечка. Лия открыла ее и, достав маленького забавного медвежонка, сразу прижала к груди.- Аллен догадалась, что у меня будетмальчик, после той встречи в парке? -обнимая игрушку, спросила Стеффи.- Да, - замялся Грей.- Первая игрушка Джорджа, он будет с ним, пока малыш не вырастет. - Стеффи не могла не улыбнуться мягкому зверьку.- А мне? Она что-то оставила для меня? - Лия с надеждой смотрела на Грея. Директор отрицательно качал головой, не рискнув передать дочери письмо, понимая, что в нем могло быть написано... Нельзя сказать, чтобы он не задумывался об этом. Где-то в глубине, он допускал такую мысль. Еще с молодости у Грея было одно правило: «Если у тебя есть сомнение - бери в сторону сомнения». Но сейчас сомнений уже не было ровно на99,8%. ДНК тест не ошибался. Он только подтвердил правильность этих самых сомнений.- Привезите его в «подвал». Постарайтесь не убить - он нужен мне живым.- Что делать с охраной, Директор?- Воспользуйтесь транквилизатором ипостарайтесь не покалечить.

______________________________2100 слов.