👑Глава 14👑

Феликс проснулся задолго до рассвета.Комната ещё тонула в густой синеве, свечи давно погасли, и только тонкая полоска света пробивалась сквозь щель в тяжёлых шторах.

Тэхён спал рядом глубоко, тяжело, раскинувшись на спине. Одна рука лежала на животе, другая свесилась с края кровати. Чёрные волосы растрепались по подушке, губы чуть приоткрыты, дыхание ровное.

На шее и ключицах всё ещё виднелись лёгкие следы вчерашней тренировки синяки, которые омега предпочитал не замечать.

Феликс лежал минуту, просто глядя. Сердце сжалось привычной, почти болезненной нежностью. Он осторожно, будто боясь вспугнуть, провёл пальцами по чужой ладони, потом медленно сел.

Матрас едва скрипнул. Тэхён не проснулся.Он встал босиком, прошёл в купальню, примыкавшую к покоям.

Вода была холодной специально. Феликс умылся, смыл остатки ночного жара, намылил волосы до скрипа.

Длинные белые пряди тяжело стекали по спине, когда он выпрямился. В зеркале на него смотрел бледный, чуть осунувшийся после бессонной ночи омега с огромными глазами.

Он вытерся, надел чистое бельё. Потом белую блузку с тонкой чёрной нитью, завязанной у основания шеи.

Нить была простой, почти незаметной, но Феликс знал, что она подчёркивает линию горла. Кожаный корсет он затянул сам, стоя перед зеркалом.

Пальцы скользили по шнуровке, стягивая талию до той самой границы, где дыхание становилось чуть более поверхностным. Корсет был тёмно-коричневый, мягкий, пахнущий кожей и маслом.

Он обхватывал фигуру так, будто чужие руки. Феликс провёл ладонями по бокам, проверяя, и кивнул самому себе.

Чуть-чуть румян на скулы. Тонкая линия угля вдоль верхнего века. Капля масла на губы, чтобы они блестели. Сапоги на невысоком, но твёрдом каблуке. Он собрал волосы в свободную косу, оставив несколько прядей у лица.

В зеркале отразился уже не вчерашний уставший после тренировки омега, а кто-то другой лёгкий, собранный, почти праздничный.

Он бросил последний взгляд на спящего брата. Тэхён перевернулся на бок, нахмурился во сне, но не открыл глаз. Феликс тихо выдохнул:

Ф: Прости. Я скоро вернусь.

И выскользнул из комнаты, прежде чем совесть успела его остановить.Коридоры ещё спали. Слуги только начинали разжигать очаги в дальних крыльях.

Феликс шёл быстро, почти бежал, боясь услышать тяжёлые шаги позади. Восточная стена была близко. Он знал каждую трещину в камне, каждую тропинку, которая вела за пределы дворцовых садов.Чонин уже ждал.

Он стоял у старой калитки, в простой тёмной рубашке без герба, с растрёпанными от ветра волосами. Когда увидел Феликса, глаза вспыхнули сначала удивлением, потом тихой, почти мальчишеской радостью.

Он сделал шаг навстречу, взял ладонь омеги в свои и поднёс к губам. Поцелуй был лёгким, сухим, почти почтительным. Но пальцы дрогнули.

Ч: Я думал, ты не придёшь.

Тихо сказал Чонин. Голос ещё хрипел после сна.

Ч: Честно. Думал, передумаешь.

Феликс улыбнулся уголком губ.

Ф: Я почти передумал. Три раза. Потом вспомнил цветы. И пошёл.

Чонин рассмеялся коротко, тепло. Не отпустил руку.

Ч: Тогда пойдём. Пока никто не проснулся.

Они вышли за стену. Утренний воздух был прохладным, влажным, пахнул травой и землёй после ночной росы. Поляна, о которой говорил Чонин, оказалась дальше, чем казалось.

Тропинка вилась между старыми дубами, спускалась к ручью, потом поднималась на небольшой холм. Феликс шёл рядом, иногда чуть впереди, потому что знал эти места с детства. Он показывал:

Ф: Здесь раньше росла дикая малина. Мы с Тэхёном воровали её, пока нас не поймали садовники. Вон там, за тем камнем я однажды упал и разбил колено до кости. Кровь текла ручьём, а Тэхён орал так, будто его самого убили.

Чонин слушал, не перебивая. Иногда спрашивал тихо:

Ч: А здесь? Что здесь было?

Ф: Здесь мы прятались, когда отец злился. Лежали в траве и считали облака. Тэхён всегда говорил, что одно из них похоже на дракона. Я видел только барашка.

Они дошли до поляны. Она была небольшой, круглой, окружённой высокими травами и редкими цветами белыми, жёлтыми, лиловыми.

В центре рос старый яблоневый куст, уже покрытый мелкими зелёными плодами. Чонин остановился, выпустил руку Феликса и просто посмотрел.

Ч: Красиво. Я нашёл это место неделю назад. Думал... может, тебе понравится.Феликс кивнул. Сердце билось странно быстро и легко одновременно.Они ходили медленно. Феликс наклонялся к цветам, называл их по именам, которые помнил с детства.

Чонин срывал один белый цветок и, не спрашивая, заправил его за ухо омеги. Пальцы коснулись кожи мимолётно, но Феликс всё равно вздрогнул.

Ф: Ты всегда такой тихий по утрам?

Спросил он, чтобы скрыть дрожь и смущение.

Ч: Нет. Обычно я на тренировке. Или спорю с Джисоном или Сынмин просит у меня деньги. А сегодня...

Чонин пожал плечами.

Ч: Сегодня хотелось тишины. И тебя.

Феликс посмотрел на него. Чонин не отвёл глаз. В карих радужках плескалось что-то тёплое, упрямое и немного испуганное.

Они пели. Сначала тихо старую дворцовую балладу, которую Феликс помнил с детства. Потом Чонин начал другую, более грубую, солдатскую, и Феликс рассмеялся, потому что слова были неприличными, а голос у альфы был неожиданно чистым.

Они кружились. Сначала просто, держась за руки. Потом быстрее. Феликс зацепился каблуком за камень, едва не упал, и Чонин поймал его за талию крепко, уверенно. Корсет скрипнул под пальцами. Они замерли на секунду, слишком близко. Дыхание смешалось.

Ч: Прости.

Прошептал Чонин, но не отпустил сразу. Пальцы сильнее сжали талию омеги.

Ф: Ничего. Я сам.

Ответил Феликс. Голос сел. Он отстранился первым. Щёки горели. Они продолжили ходить, уже медленнее, иногда касаясь плечами.

Феликс рассказывал о том, как зимой здесь всё заметало снегом, и они с братом катались с холма на старых щитах. Чонин слушал и иногда улыбался так, будто каждый рассказ был подарком.

Феликс был счастлив. По-настоящему, до дрожи в пальцах. Он забыл про свадьбу, про запахи альф, про взгляды, про то, как отец уже назначил дату.

Он забыл даже про Тэхёна на несколько драгоценных минут. Здесь, на этой поляне, с цветами в волосах и чужой ладонью, которая иногда касалась его, мир казался простым.И именно поэтому удар пришёл сильнее.

Он увидел силуэт первым.Тэхён стоял у края поляны, облокотившись спиной о старый дуб. В одной руке зелёное яблоко.

В другой ничего. Но взгляд... взгляд был ледяным. Чёрные волосы растрёпаны, на нём была вчерашняя тёмная рубашка, наброшенная на плечи наспех.

Он грыз яблоко медленно, почти зло, и смотрел на них так, будто видел предательство.Феликс остановился. Сердце упало куда-то в пятки.

Чонин тоже заметил. Напрягся всем телом.Тэхён выплюнул кусок яблока, выпрямился. Достал нож тот самый, который вчера вернул Чонгук. Клинок блеснул в утреннем свете.

Он поднял руку, прицелился с ленивой точностью и метнул.Нож просвистел между ними. Разделил воздух в дюйме от лица Чонина и вонзился в ствол дерева прямо за его головой. Рукоять дрожала.

Тишина стала абсолютной.Чонин не пошевелился. Только глаза сузились.Феликс шагнул вперёд, руки подняты.

Ф: Тэхён...

Т: Молчи. Просто заткнись на минуту.

Тихо сказал брат. Голос был ровным, но в нём дрожала ярость.Он подошёл ближе. Выдернул нож из дерева одним движением. Посмотрел на клинок, потом на Чонина.

Т: В следующий раз, цель будет ниже. На пару дюймов. Понял, щенок?

Произнёс он почти ласково. Чонин медленно выдохнул.

Ч: Я не трогал его. Мы просто гуляли.

Т: Я видел, как ты «просто гулял». Руки на талии. Цветок за ухом. Песни.

Тэхён усмехнулся без веселья.

Т: Очень мило. Почти как у жениха с невестой.

Феликс шагнул между ними.

Ф: Хватит. Он ничего не сделал. Я сам пришёл.

Тэхён перевёл взгляд на брата. И в этих глазах Феликс увидел не только злость. Там было что-то хуже обида, глубокая, детская, почти паническая.

Т: Сам. Конечно. Сам. Пока я сплю. Пока я думал, что мы...

Он оборвал себя. Яблоко в руке хрустнуло под пальцами.

Т: Иди. Скажи своему альфе «спасибо» и пошли.

Феликс повернулся к Чонину. Щёки горели, горло сжалось.

Ф: Прости. Правда. Это... было прекрасно. Спасибо за утро. За цветы. За всё.

Чонин кивнул. Взгляд скользнул по Тэхёну, потом снова на Феликса.

Ч: Я подожду. Если захочешь ещё раз.

Т: Не захочет.

Отрезал Тэхён.Феликс не ответил. Просто развернулся и пошёл к брату. Тэхён уже отвернулся, снова вгрызаясь в яблоко.

Он ел почти не глотая зло, торопливо, будто хотел уничтожить что-то. Сок стекал по подбородку. Когда Феликс подошёл ближе, Тэхён отбросил огрызок в траву и схватил брата за локоть. Пальцы впились сильно, почти больно.

Т: Пошли.

Он потащил его прочь с поляны, не глядя назад. Чонин остался стоять у дерева, глядя им вслед.

Они шли молча до самой стены. Тэхён не отпускал локоть. Шаги были жёсткими, почти маршевыми. Только когда калитка закрылась за ними и дворцовые сады снова окружили их тишиной, он заговорил тихо, сквозь зубы:

Т: Ты хоть понимаешь, что делаешь?

Ф: Я гулял.

Т: Ты ушёл. Без слова. В корсете. С накрашенными глазами. На каблуках. К нему.

Тэхён остановился посреди дорожки, развернул брата к себе.

Т: Ты выглядел... чёрт возьми, Феликс. Ты выглядел так, будто уже выбрал.

Феликс дёрнул рукой, но хватка не ослабла.

Ф: Я ничего не выбирал. Я просто... хотел воздуха. Хотел чего-то простого. Без запахов, без взглядов, без этой чёртовой свадьбы через три недели.

Т: И нашёл это в Чонине?

Тэхён рассмеялся коротко, зло.

Т: Он смотрел на тебя, как голодный. Я видел. Даже отсюда.

Ф: Он был добр.

Т: Добр.

Тэхён отпустил локоть и провёл ладонью по лицу.

Т: Они все «добры». Пока не получат то, что хотят. А потом...

Ф: Ты не знаешь этого.

Т: Я чувствую. Я чувствую их запахи на тебе. Даже сейчас. Он оставил след. И ты... ты пахнешь счастьем. Как будто это нормально.

Они дошли до покоев. Тэхён толкнул дверь, втащил брата внутрь и захлопнул её сильнее, чем нужно.

Комната всё ещё пахла ими сладковато-пряным, привычным. Кровать была смята. На полу валялась вчерашняя рубашка.

Тэхён отошёл к окну, скрестил руки на груди. Спина была напряжена до дрожи.Феликс стоял у двери, чувствуя, как корсет внезапно стал слишком тесным.

Ф: Ты обиделся.

Тихо сказал он.

Т: Конечно, я обиделся! Мы спали рядом. Я думал... я думал, мы вместе в этом. А ты встал и ушёл к нему. Как будто я уже не важен.

Ф: Ты всегда важен.

Т: Тогда почему? Почему ты не разбудил меня? Почему не сказал? Я бы... я бы пошёл с тобой. Или хотя бы знал.

Голос сорвался из шепота на рычание. Феликс шагнул ближе.

Ф: Потому что ты бы не отпустил. Ты бы сказал «нет». Ты бы взял нож и пошёл угрожать ему ещё вчера. Я просто... хотел один раз почувствовать, каково это когда на тебя смотрят без требований. Без «ты мой». Без запаха, который давит.

Тэхён молчал. Дышал тяжело. Потом медленно опустился на край кровати, упёрся локтями в колени, спрятал лицо в ладонях.

Т: Я боюсь. Боюсь, что ты привыкнешь. Что однажды уйдёшь по-настоящему. И я останусь один. С этими альфами. С этой свадьбой. С отцом, который уже решил за нас.

Феликс сел рядом. Осторожно положил руку на спину брата.

Ф: Я не уйду. Никогда. Даже если... даже если когда-нибудь выберу кого-то. Ты всегда будешь первым.

Тэхён поднял голову. Глаза были красными.

Т: Обещай.

Ф: Обещаю.

Они сидели молча. За окном уже разгоралось утро. Где-то в коридоре слышались шаги слуг. Двор просыпался.

А в комнате двое омег сидели плечом к плечу, и между ними висела тяжёлая, хрупкая тишина полная страха, обиды, любви и чего-то ещё, чему пока не было имени.

Тэхён наконец выдохнул. Потянулся, вытащил из-за пояса нож и положил его на тумбочку.

Т: В следующий раз, если захочешь уйти... разбуди меня. Или я действительно сделаю из кого-то инвалида.

Феликс слабо улыбнулся.

Ф: Хорошо.

Т: И сними этот чёртов корсет. Он слишком хорошо на тебе сидит. Я не хочу, чтобы они смотрели.

Ф: Хорошо.

Феликс начал расшнуровывать. Пальцы дрожали. Тэхён смотрел, не отводя глаз, и в его взгляде всё ещё плескалась буря ревность, страх, нежность и та самая тёмная решимость, которая никогда не отпускала его по-настоящему.

Свадьба приближалась.Но между ними уже росло что-то другое. И оно было опаснее любого ножа.

Продолжение следует..............