13

Общая комната была заполнена детскими голосами, стуком игрушек, шорохами одежды и тихими шагами охранников. Всё выглядело обычным, но для Уилла каждая секунда была новой, пугающей, странной. Он всё ещё чувствовал слабость после того, как его ударило током, но возможность сидеть рядом с Майком делала это место хоть немного терпимее.

Майк сидел рядом, положив руки на колени и немного сгорбившись — так он обычно сидел, когда нервничал. И хотя его лицо казалось спокойным, Уилл уже научился замечать мелочи: чуть сжатые пальцы, быстрые взгляды в сторону дверей, напряжённые плечи.

Но когда в комнату вернулась Макс, он сразу выпрямился и снова стал тем Майком, которого видели все — закрытым, уверенным, чуть колким.

— Вот, — сказала Макс, подбегая с мальчиком чуть старше её. — Это Лукас!

Лукас выглядел дружелюбно — тёмные глаза, уверенная улыбка, немного растрёпанные волосы. Он шагнул вперёд и махнул рукой.

— Привет, — сказал он. — Макс сказала, что вы новенькие. Решил познакомиться.

Уилл ответил почти сразу:

— Я Уилл. Мне… тринадцать.

— Майк, — коротко сказал Майк, слегка кивая. — Четырнадцать.

Макс тут же села на соседнее кресло, закинув одну ногу на другую, как будто была хозяйкой этой комнаты.

— Так, — сказала она, — теперь мы все знакомы. Давайте говорить. Мы редко получаем шанс узнать новых людей, знаешь ли. Здесь… — она поморщилась, — тут не так много интересных лиц.

Лукас усмехнулся:

— Ну, кроме меня, конечно.

Макс закатила глаза и толкнула Лукаса плечом.Из этого жеста было видно: они уже давно дружат. Может, даже доверяют друг другу. Здесь, в этом месте, это была редкость.

Уилл слушал их разговор и чувствовал, как в груди разливается тёплое чувство — впервые за долгое время он сидел в компании неравнодушных людей. Он ощущал, что ему… рады. Это было непривычно, но приятно.

— А вы давно здесь? — спросил наконец Лукас, глядя то на Майка, то на Уилла.

Уилл быстро покачал головой.

— Я — две недели.

Все перевели взгляд на Майка.

Майк замер. Его глаза на секунду дрогнули, будто его застали врасплох. Уилл знал: это вопрос, которого Майк не любит. Он уже говорил ему ночью, что «они» сделали с ним много всего. Но он никогда не говорил, как давно.

— Достаточно, — ответил Майк сухо. — Долго.

Макс приподняла бровь.

— То есть? Месяц? Два?

Майк слегка отвёл взгляд.

— Больше.

Лукас осторожно спросил:

— Год?

Майк ничего не ответил. Молчание было настолько явным, что всем стало понятно: да, больше года.

Макс тихо выдохнула.

— Чёрт… Ты как вообще выдержал?

Майк пожал плечами. Он выглядел так, будто этот разговор вызывает у него неприятные воспоминания. Но он не ушёл — он просто держался на расстоянии, внутри своей крепости.

— Привыкаешь, — сказал Майк наконец.

Но Уилл — единственный, кто был к нему достаточно близко, — заметил, как у него дрогнули пальцы.Он не привык. Он просто научился терпеть.

---

Разговор продолжается

Они сидели впятером в кругу — почти как обычные дети. И почти как обычные дети разговаривали. Но только почти. Потому что каждый из них жил жизнью, которую не должен был знать ни один ребёнок.

— А почему вас привели сюда? — осторожно спросил Лукас.

Майк едва заметно напрягся. Уилл снова почувствовал его тревогу — как вчера ночью, когда тот обнял его, боясь, что Уилл исчезнет.

Макс заметила эту реакцию и подняла руки:

— Ладно-ладно, не рассказывай, если не хочешь. Тут половина детей даже имён настоящих не говорит. Не переживай.

Майк кивнул, но взгляд опустил.Он говорил меньше всех — но странным образом, когда он всё-таки вступал в разговор, Лукас прислушивался. Они чем-то напоминали друг другу старых друзей, хотя едва познакомились.

Макс, наоборот, больше общалась с Уиллом.

— Тебя тоже… да? — спросила она тихо. — Они сделали с тобой что-то?

Уилл кивнул.

— Они заставляли… давить банку. И… били током.

Макс скривилась.

— Ненавижу их. Лукаса тоже пытали. Меня тоже. Здесь нет никого, кого не пытали.

Лукас вздохнул:

— Это школа, говорят они. Дом. Образовательный центр. Да-да, конечно… просто детский рай со шприцами и ремнями.

— Мы в клетке, — сказала Макс. — Только клетка белая, удобная и с игрушками.

Уилл опустил глаза. Она сказала вслух то, что он думал последние две недели.

Майк посмотрел на неё мрачным взглядом.

— Не говори при Уилле такие вещи.

Она слегка смутилась.

— Извини… Я не хотела его напугать.

— Он и так боится, — сказал Майк. — Все боятся. Но… — он посмотрел на Уилла — ему и без того тяжело.

Уилл неожиданно почувствовал, как его сердце сжалось от благодарности.Майк… защищал его. Видел его страх. И не осуждал.

---

Первые шаги к дружбе

Разговор продолжался долго. Макс рассказывала истории о том, как пыталась «убежать» (и каждый раз её ловили). Лукас говорил, что хочет собрать команду из ребят, которые друг другу доверяют, чтобы «держаться вместе».

— Тут если ты один — ты ничто, — сказал он. — Они ломают одиночек. Но если ты не один — у тебя есть шанс выжить. Хоть какой-то.

Макс кивнула.

— Поэтому я и хочу, чтобы мы дружили. Нас уже четверо. Это лучше, чем каждый сам по себе.

Майк молчал долго. Очень долго. Макс даже подумала, что он сейчас встанет и уйдёт. Но он остался.

И наконец тихо сказал:

— Хорошо. Но я не обещаю много рассказывать. И не обещаю, что буду… — он замялся, — открытым.

— И не нужно, — ответил Лукас. — Просто будь рядом. Это уже много.

Майк медленно кивнул.

Это было его «да». Его маленькое, осторожное, но настоящее «да».

Уилл почувствовал, как в груди растёт лёгкое тепло — впервые за долгое время у него появилась надежда.

---

Конец главы

Четверо детей, которых свели страх, боль и стены одного учреждения, сидели в кругу и разговаривали так, будто были обычными подростками.

Пусть всего на час — но они почувствовали себя живыми. Не экспериментами. Не объектами.

А детьми.Которые, возможно, смогли найти друг друга в самом страшном месте.