Его Высочество ревнует Хуа Чена к самому себе

Се Ляньулыбался качая бокал, даже не притронувшись к нему. Хуа Чен резко вздрогнул, а потом мысленно дал себе пощечину.— Прости, ты же предпочитаешь чай. Подожди, Гаогуин! Я лично тебе заварю лучший чай Призрачного города, — Хуа Чен мгновенно встал и направился в другую комнату Резиденции, а Се Лянь потянулся к руке градоначальника, но резко отдернул её. Стесняясь собственного порыва, он схватился за своё запястье, чувствуя звон дрожащего сердца в ушах. Почему он реагирует на него так? Словно тело само по себе живёт. Се Лянь дождался пока Хуа Чен ушёл, только затем рука поднялась открыть ранее найденную тетрадь. — Прости, Сань Лань, — мысленно он уже молил о пощаде градоначальника, — но моё любопытство съесть меня раньше, чем я выпью твой чай.Он открыл первую страницу, там все было в засохших пятнах, будто кто-то рыдал над ней безудержно и отчаянно. По его спине прошла армия мурашек, но он принялся упорно листать дальше. А затем появился стих, почерк был мягко сказать… Сложный для понимания, но если сузить глаза, то можно было что-то да и прочитать.

Украденный мой цветок

Я ждать готов, хоть восемь столетий.Не боюсь я ни осуждений,Ни порицаний и нравоучений.

Не нужен мне белый свет, коли рядом со мной тебя нет.Я бабочками окружен, лунным сиянием одарен.Цепочкой звон, в моих мыслях только он.

Величественный принц, с цветком в руках.Я готов стать вашим мечом и сладостью на губах.Тихим морем, что ожидает вас.И теплым домом, и обычной слугой

Я осушу берега, покорю горы.Чтобы доказать на что я способен.Я наивен, глуп, и беспечен.И мечтаю я только о вечном.

Се Лянь хотел уже закрыть тетрадь, потому что мягко сказать он чувствовал себя паршиво. Он словно заглянул в чужой шкаф и начал рыться в его нижнем белье. Потом Се Лянь сжал листик, его глаза яростно зажглись красным цветом от ненависти к персонажу, которому было посвящено столь преданное стихотворение, в голове возник вопрос, который не давал ему покоя « Где. Этот. Се Лянь?» . Он тяжело вздохнул, пытаясь вновь совладать с собой. Перевернул страницу, читая еще более откровенные стихотворения.

Болезнь

Мучаюсь, словно от болиЯ со своей любовью.Я болен серьезноИ не хочу быть здоровым

Лекарство мое, здравствуйты пришел ко мне во сне?Твои силуэты пятном чернильным.Размажут меня по стене.

Я хочу услышать как ты дышишь.Забери у меня способность мыслить.Я вижу твой взгляд.Как же я рад.

А потом просыпаюсь я в поту.Где ты? Где ты! Ответь, молю!Я тебя найдуЯ для тебя живу.

Се Лянь сидел с максимально безразличным лицом, но в его ушах застыл звон, словно его оглушило. Потом он резко встал, отбросил эту тетрадь и его лицо покраснело.

— Да что я вообще делаю! — Он максимально со злым лицом походил вверх, вниз по комнате, размышляя продолжать плохую затею, и перед глазами заплясали картины, как его потом Градоначальник застанет с этой тетрадкой и выставит за дверь. А это он впервые в гостях за всю свою жизнь… Он застыл. Только вот он совершенно не помнил «свою жизнь», только «жизнь» после смерти. — Достопочтенный градоначальник простите этого бесхребетного юношу, который так не любит соблюдать приличия.И он сменил тактику, чтобы не беситься от любовных посланий посвященные чужому человеку, он пролистнул к последней записи, и был заметно удивлен, что там была самая обыкновенная запись, даже с датой, когда они впервые встретились. Он успел прочитать « Я его встретил…», а затем услышал шаги, которые принадлежали Хуа Чену и отшвырнул тетрадь куда подальше от страха.Хуа Чен зашёл в комнату, но только без чая.

— Гаогуин… — Начал с виноватым видом Хуа Чен.— Похоже чай нам все-таки не удастся попить? — Догадался Се Лянь, и принял самую «непринужденную позу».— К сожалению, мне нужно отойди, чтобы словить одну нечисть,а…А почему ты сидишь по струнке? Тебе некомфортно? — Да просто что-то спина затекла… Вот как раз на «Охоте» и смогу немного размяться. Никаких больше слов градоначальник, сегодня Гаогуин словит для тебя эту нечисть. — Неловко посмеялся Се Лянь.Хуа Чен покачал головой улыбаясь.— Я обещаю тебя чуть позже напоить чаем.— Я запомню это!

И вот Хуа Чен с улыбкой до ушей смотрел как чужой Се Лянь, вглядывался в улицы Призрачного города, направляясь вместе с ним за его границы. Внезапно какая-то нечисть столкнулась плечами с Се Лянем, а затем принялась извиняться.— Прощу прощение! Простите! — Это была дьяволица из публичного дома и боялась гнева градоначальника, да кто бы не боялся? А потом она вгляделась в лицо Принца и словно вздохнула с восхищением. — Ваше Высочество? Вы вернулись назад! Как же мы рады!Се Ляня словно током ударило, он замер вглядываясь в лицо дьяволицы, не понимая о чём она говорит. Дьяволица еще больше заулыбалась.— Ваше Высочество, мы так за вами скучали! Я так рада, что вы вновь с нами… С нашим градоначальником.— Вы… что? — Глаза расширились, и дьяволица заметила его красные глаза, но Хуа Чен мгновенно заслонил собой принца.— Не разговаривай с ним. — Грубо бросил дьяволице, та поспешно задрожала и предпочла удалиться, не веря глазам. Се Лянь посмотрел в его глаза, полные злости к дьяволице. А затем он опустил свою голову то ли от разочарования, то ли от боли собственной догадки.

«Должно быть, меня спутали с этим « Се Лянем», и похоже это единственное объяснения почему Искатель Цветов Под Кровавым Дождем так хорошо ко мне относиться. Я просто замена».

Се Лянь грустно улыбнулся, а потом сам отстранился от Хуа Чена. Тот в свою очередь словно ощутил перемену в настроении Се Ляня и пошёл рядом с ним.— Ты ничего не хочешь спросить меня, Гаогуин? — Осторожно поинтересовался Хуа Чен.— Нет, — повернулся к нему юноша с теплой улыбкой, но только Хуа Чен знал, что она наигранная. — Пойдём быстрее, пока нечисть не сбежала.

***

В последний раз оборотня видели возле пещеры, которая находилась в нескольких ли от Призрачного Города, поэтому когда они дошли к ней, то Хуа Чен потянулся к Се Ляню, невольно хотев взять того за руку, но Се Лянь тут же отвернулся, почувствовав чужое приближение, и без замедлений вошел в пещеру.— Что за нечисть, которую мы здесь ищем?— Оборотень, — ответил Хуа Чен с болью вглядываясь в спину Се Ляня, он не понимал, где уже провинился. — Он питается воспоминаниями людей, Гаогуин… Ты раньше не встречал эту тварь?Се Лянь обернулся, смотря на Хуа Чена с улыбкой. Его красные глаза блестели от единственного источника цвета — огня, что поддерживал своей духовной силой Хуа Чен. — Нет. Хочешь сказать, что моя память съедена кем-то? — Он рассмеялся. — Кому я нужен?Хуа Чен исказился болью, он отвернул лицо.

«Мне.Мне.МНЕ.МНЕ» — вторил его голос.

А Се Лянь воспользовался моментом, чтобы тяжело выдохнуть и унять дрожь. Если это то существо, о котором он думает… Затем Хуа Чен вновь взглянул на него и он принял безразличное лицо. Они прошли вглубь пещеры и услышали чавканье и животный крик человека, как раз у оборотня сейчас трапеза. Как удачно. Хуа Чен сразу подбежал к источнику звука, когда у Се Ляня отказывали ноги. Хуа Чен не смог сдержать радость, он немного продвигается к возвращению памяти Се Ляню. И увидев оборотня, он сразу же призвал бабочек, чтобы они заблокировали его действия. Оборотень, был вовсе не похож на сказочную тварь из сказок или же волком. Это был человек, в которого вместо ушей были два огромных рога и четыре глаза на лице, тот почувствовал как его движения что-то сковало и начать дергаться, словно в конвульсии. А потом он увидел лицо Гаогуин и мгновенно расслабился. Хуа Чен не заметил ничего странного и присел на присядки— Отвечай на мои вопросы, если жизнь дорога, — начал Хуа Чен и с самодовольной улыбкой на лице.— Пф-ф, — плюнул оборотень, словно действительно потерял страх, — Черт с два я буду отвечать щенку из Призрачного Города.Щенку.Это же буквально пощечина для Хуа Чена. Он озверел не по-детски, а Гаогуин сжал руки, его красные глаза зажглись и из ущелья полезла вся тварь, которая заметно приближалась к Хуа Чену.