9 глава

Джуён действительно не ждала их. Это было видно сразу не только по тому, что она не вышла навстречу, но и по тому, как спокойно продолжала заниматься своими делами, будто их возвращение не было для неё событием, которого стоило ждать. Не встретила. Не улыбнулась. Не обняла Хёнджина, как делала это когда-то почти автоматически, стоило ему только переступить порог. И именно это почему-то задело его сильнее всего. Хёнджин скучал по тем временам, когда они не могли прожить без телесного контакта и часа. Когда любое расстояние между ними казалось лишним и ненужным. Когда Джуён могла просто подойти, обнять его со спины, прижаться на несколько секунд или встретить после долгого дня с такой улыбкой, от которой у него самого становилось теплее внутри. Он скучал по тому, как она встречала его. По её объятиям. По тихим рассказам о том, как прошёл её день, по мелочам, которыми она раньше спешила поделиться. По её привычке говорить обо всём подряд, даже о каких-то совершенно незначительных вещах, потому что ей просто хотелось, чтобы он слушал.

Тогда это казалось настолько привычным, что Хёнджин даже не задумывался, насколько сильно привязался к этим простым моментам. Теперь же он скучал по ним почти болезненно. Скучал по прежней Джуён. По той, которая не отстранялась от него, которая сама искала его прикосновения и не боялась показывать, насколько он ей нужен. Скучал по их давним временам - по тем отношениям, в которых между ними было столько тепла, что ему и в голову не приходило однажды оказаться по другую сторону этой близости. И, наверное, хуже всего было то, что он прекрасно понимал: большую часть того, что они потеряли, вернуть уже не получится. По крайней мере, не так просто, как ему хотелось бы.

И в глубине души Хёнджин знал, кто в этом виноват. Он сам. Именно он настоял, настоял на ребёнке. На суррогатном материнстве, хотя Джуён изначально совершенно не хотела детей. Она говорила ему об этом неоднократно. Спокойно объясняла, что считает себя слишком молодой, что не готова становиться матерью, что не представляет себя в этой роли и не хочет принимать такое решение только потому, что от неё этого ждут. Он всё слышал, но всё равно продолжал настаивать. Убеждал. Разговаривал с ней снова и снова. Пытался объяснить, почему считает это правильным, почему, как ему казалось тогда, они должны пойти именно по этому пути. А Джуён в конце концов согласилась. Только теперь Хёнджин всё чаще задавался вопросом, насколько это вообще можно было назвать её собственным решением. Да, она сказала «да», но ведь он надавил и от этой мысли было невозможно отделаться.

Он мог сколько угодно повторять себе, что она согласилась сама, что он ничего не заставлял её делать, что окончательное решение всё равно осталось за ней. Но стоило ему вспомнить их разговоры, её сомнения, то, как долго она пыталась объяснить ему свою позицию, и все эти оправдания рассыпались. Возможно, именно тогда между ними появилась первая трещина, а потом она стала только шире.

Хёнджин не знал, сколько раз за последние дни он уже прокручивал всё это в голове. Его собственное мнение постоянно менялось. В один момент он убеждал себя, что тогда просто хотел семью и не мог представить, что всё закончится настолько тяжело. В другой - злился на самого себя за то, что поставил собственное желание выше её нежелания. Иногда ему хотелось вернуть время назад и поступить иначе. Иногда он думал, что уже ничего не изменить. Иногда пытался убедить себя, что всё ещё можно исправить. А спустя несколько минут снова приходил к мысли, что, возможно, некоторые вещи уже просто не вернуть.Эти бесконечные скачки мнений в собственной голове утомляли его сильнее всего.

Хёнджин тяжело вздохнул, медленно снял обувь и оставил её у входа. Несколько секунд постоял в тишине, прежде чем всё-таки направиться на кухню.

Он не был особо голоден, но понимал, что нужно хотя бы что-нибудь съесть. Поэтому приготовил себе ужин на скорую руку без особого желания, почти машинально. Всё происходило по привычке: достать продукты, приготовить, положить еду на тарелку.

После ужина Хёнджин занялся Феликсом. Покормил его, немного подержал рядом, убедился, что малыш спокоен, а затем осторожно уложил его в колыбель. Феликс постепенно затих. Хёнджин ещё некоторое время стоял рядом, наблюдая за ним. В маленьком, спокойном лице ребёнка было что-то удивительно безмятежное, и от этого внутри становилось одновременно тепло и тяжело. Ведь именно ради него когда-то всё это началось. И именно из-за решения, которое должно было сделать их семью счастливее, между ним и Джуён теперь существовала эта мучительная дистанция.

Хёнджин медленно опустился на диван рядом с колыбелью. Он собирался лишь немного посидеть. Просто перевести дух, пока Феликс спит. Но усталость, накопившаяся за последние дни, оказалась сильнее него. Он прикрыл глаза, откинулся на спинку дивана и сам не заметил, как провалился в сон.

Так он и остался сидеть рядом с колыбелью Феликса измученный собственными мыслями, с которыми так и не смог разобраться, и с тоской по той Джуён, которую когда-то считал неотъемлемой частью своей жизни.

Наступили тяжёлые дни.

После повышения жизнь Хёнджина изменилась почти мгновенно. Новая должность открывала перед ним гораздо больше возможностей: теперь он имел куда больше влияния, участвовал в принятии важных решений и фактически стал одним из ключевых людей в компании.

Отец Джуён доверил ему должность исполнительного директора и сделал своим главным заместителем - человеком, который после него занимал одно из самых высоких положений в компании. Это было серьёзным признанием его работы и одновременно огромной ответственностью.

Вместе с должностью пришли новые обязанности.

Если раньше Хёнджин мог позволить себе закончить работу в относительно разумное время, теперь рабочий день практически никогда не заканчивался тогда, когда должен был. Утро начиналось с совещаний, продолжалось бесконечными документами и отчётами, а заканчивалось необходимостью принимать решения, от которых зависели целые отделы.

В то утро он проснулся раньше обычного. Собравшись на работу, Хёнджин уже собирался выйти из квартиры, когда заметил Джуён. Она тоже не спала. Это удивило его. Раньше она могла спокойно проспать почти до обеда, особенно после появления Феликса, стараясь как можно меньше вмешиваться в заботы о ребёнке.

Хёнджин остановился возле неё.

- Я сегодня вернусь поздно, - сказал он спокойно. - Поэтому, пожалуйста, хотя бы немного последи за Феликсом.

Джуён ничего не ответила.

- Это всё-таки твой ребёнок, - добавил он после короткой паузы. - Твоя родная кровь. Он совсем маленький. Неужели тебе совсем его не жалко?

Последние слова прозвучали мягче, чем он чувствовал. Джуён лишь кивнула. Хёнджин ещё несколько секунд смотрел на неё, будто хотел сказать что-то ещё, но передумал. Взяв вещи, он вышел из квартиры.

Рабочий день оказался ещё тяжелее, чем он ожидал.

Уже утром на его столе лежала стопка документов, которую невозможно было разобрать за один час. Несколько отчётов требовали его личного утверждения, поскольку касались крупных финансовых операций компании. Следом пришли документы по новому проекту, который собирались запускать в ближайшие месяцы.

В девять утра началось совещание.Хёнджин сидел во главе стола, просматривая документы, пока руководители отделов по очереди докладывали о результатах работы. Он задавал вопросы, уточнял цифры, возвращал на доработку те документы, в которых находил несостыковки.

Раньше подобные вопросы решались не им.Теперь же последнее слово во многих из них принадлежало именно Хёнджину.

После совещания он едва успел выпить чашку кофе, прежде чем его вызвали на очередную встречу.Обсуждали поставки, сроки, бюджет и несколько контрактов, которые требовали особого внимания. Один из отчётов пришлось буквально разобрать по пунктам, потому что цифры в нём не совпадали с предыдущими данными.

Время пролетало незаметно. Днём он почти не отходил от рабочего стола. Подписывал бумаги, отвечал на сообщения, просматривал электронные письма, согласовывал документы. Несколько раз его отвлекали сотрудники, которым требовалось принять решение по текущим вопросам.

К обеду он понял, что практически не чувствует усталости, настолько сильно был погружён в работу. А потом заметил на экране телефона время. Уже давно пора было обедать, но вместо этого Хёнджин снова открыл очередной отчёт.

Только ближе к вечеру дела начали постепенно заканчиваться. Он подписал последние документы, передал часть задач своим заместителям и наконец позволил себе откинуться на спинку кресла. Усталость обрушилась мгновенно. Он потер ладонями лицо и посмотрел на часы. Домой.

Эта мысль оказалась первой, которая действительно принесла облегчение за весь день.

Когда Хёнджин наконец вернулся домой, на улице уже начинало темнеть. Он открыл дверь и, едва переступив порог, услышал голос Джуён. Она разговаривала по телефону. Пройдя в комнату, Хёнджин остановился.

Феликс находился у неё на руках. Малыш тихо посапывал, совершенно не обращая внимания на разговор матери. Джуён же, казалось, вообще не заметила возвращения мужа. Она продолжала говорить по телефону, время от времени поправляя ребёнка на руках. Хёнджин невольно задержал взгляд на этой картине.

Ещё утром он боялся, что Джуён вообще не станет подходить к Феликсу, а сейчас она хотя бы держала его. Для него это было уже чем-то.

Он подошёл ближе, наклонился и осторожно оставил поцелуй на лбу сына. Несколько секунд Хёнджин просто смотрел на него. Такое маленькое чудо, его сын, он всё ещё не до конца привык к этому ощущению.

После этого Хёнджин перевёл взгляд на Джуён и, почти машинально, наклонился, оставляя лёгкий поцелуй на её лбу. Джуён лишь закатила глаза и продолжила разговор, словно ничего не произошло. Хёнджин едва заметно усмехнулся. Когда-то она ответила бы ему объятием. Сейчас же даже его поцелуй воспринимался как нечто, что можно просто проигнорировать. Но он не собирался сдаваться, не сейчас.

Переодевшись, Хёнджин прошёл на кухню. И остановился.

- Господи...

На кухне был настоящий беспорядок. На столе стояли бутылочки, мерные ложки, упаковки смеси. Где-то лежала открытая салфетка, рядом валялись использованные принадлежности. Судя по всему, Джуён пыталась приготовить смесь для Феликса, а заодно что-то приготовить себе, но в итоге ни одно из этих дел не было доведено до конца.

Хёнджин молча убрал всё со стола. Помыл посуду, привёл кухню в порядок и только после этого открыл холодильник. Готовить что-то сложное не хотелось, но ужин всё равно требовался. В итоге он решил приготовить корейское блюдо, которое любил сам и которое не требовало слишком много времени.

Он сделал булгоги с рисом - тонко нарезанную говядину, замаринованную в соевом соусе, кунжутном масле, чесноке и небольшом количестве сладости. Пока мясо мариновалось, Хёнджин поставил вариться рис, нарезал зелёный лук и приготовил простую овощную закуску.

Сковорода зашипела, когда он выложил мясо. По кухне постепенно распространился насыщенный аромат жареного мяса, чеснока и кунжутного масла. Через некоторое время ужин был готов.

Хёнджин накрыл на стол и только тогда позвал:- Джуён, иди есть.

Через несколько минут она пришла. Они сели друг напротив друга, первое время ужинали молча.

Хёнджин то и дело поглядывал на неё, пытаясь понять, в каком она настроении. Потом, собравшись с духом, наконец заговорил:- Завтра у меня выходной.

Джуён подняла взгляд.

- Твой отец дал мне пять дней отдыха из-за командировки. Сказал, что я слишком много работаю в последнее время.

Он немного помолчал.

- Может, съездим куда-нибудь всей семьёй? Отдохнём. Просто сменим обстановку. Несколько дней без работы, без офиса...

Джуён даже не сразу ответила. А потом демонстративно закатила глаза.

- Разве уж с твоим Феликсом отдохнёшь?

Хёнджин тихо вздохнул.- Он не только мой, - спокойно напомнил он. - Он ещё и твой. - Джуён промолчала. - И к тому же, - продолжил Хёнджин, - я буду в основном заниматься им сам. Возьму всё на себя, чтобы у тебя действительно было время отдохнуть.

Он говорил совершенно серьёзно. Хёнджин действительно был намерен вернуть их прежние отношения. Не требовать от неё прежней Джуён, не заставлять её снова улыбаться ему или отвечать на его объятия. А просто постепенно вернуть то тепло, которое между ними когда-то было. Он прекрасно понимал, что одним разговором ничего не исправить, но хотя бы попытаться он был обязан.

Джуён снова посмотрела на него. Несколько секунд молчала. И всё же предложение заинтересовало её. Отдых она любила всегда. А если поездка означала море, хороший отель, смену обстановки и возможность несколько дней вообще ни о чём не думать - это уже звучало гораздо приятнее.

Особенно если Хёнджин действительно собирался заниматься Феликсом практически самостоятельно. В таком случае она могла спокойно отдыхать и не беспокоиться о ребёнке каждую минуту. По крайней мере, именно так она убеждала себя. А про себя привычно обозвала малыша своим маленьким засранцем и решила, что пять дней отдыха определённо стоят того, чтобы согласиться на эту поездку.

Хёнджин, заметив, как изменилось её выражение лица, впервые за весь день позволил себе едва заметно улыбнуться.

Кажется, у него появился шанс.

Пять дней отдыха начались с раннего утра. Хёнджин заранее позаботился практически обо всём. Он не хотел превращать поездку в ещё одну бесконечную череду хлопот, поэтому ещё за несколько дней забронировал хороший семейный отель на острове Чеджу.

Он выбрал место не в самом шумном туристическом районе, а немного в стороне от города, просторный пятизвёздочный отель на берегу моря с большим номером для семьи, отдельной спальней, гостиной и широкой террасой с видом на океан.Ему хотелось тишины. Не ресторанов до глубокой ночи, не толп туристов и постоянной суеты, а нескольких дней, в течение которых они смогут просто находиться рядом друг с другом.

Утром они отправились в аэропорт. Феликс большую часть дороги спал, и Хёнджин практически не выпускал его из рук. Он сам следил за сумкой с детскими вещами, проверял бутылочки, смесь, одежду, документы и всё остальное, что могло понадобиться малышу. Джуён же шла рядом почти беззаботно.И впервые за долгое время Хёнджин не испытывал от этого раздражения. Наоборот. Ему хотелось, чтобы она отдохнула.

Чеджу встретил их мягким морским воздухом.Когда они вышли из аэропорта, Джуён впервые за долгое время действительно выглядела заинтересованной.

Дорога до отеля проходила вдоль побережья. За окном мелькали зелёные холмы, каменные стены, пальмы и бесконечная линия моря. Хёнджин время от времени поглядывал на неё, она смотрела в окно.И наконец не выглядела уставшей или раздражённой.

Когда они приехали в отель, Хёнджин сразу занялся оформлением. Джуён тем временем стояла рядом с Феликсом на руках. После получения ключей они поднялись в номер. Первое, что увидела Джуён, огромные панорамные окна, за которыми открывался вид на океан. На террасе стояли два кресла и небольшой столик. В комнате было светло и просторно, а для Феликса заранее подготовили детскую кроватку.

- Неплохо, - только и сказала Джуён.

Для Хёнджина это прозвучало почти как похвала.Он поставил чемоданы и сразу начал раскладывать вещи. Детские вещи отдельно, смесь на кухонной зоне, бутылочки рядом, памперсы в доступном месте.Он делал всё настолько привычно, что Джуён какое-то время просто наблюдала.

- Ты всё это сам собирал? - неожиданно спросила она.Хёнджин посмотрел на неё.

- Конечно.

Она ничего не ответила.Но в её взгляде больше не было раздражения.

Первый день они решили провести спокойно. После дороги Хёнджин настоял, чтобы Джуён отдохнула.

- Иди на пляж или просто полежи, - сказал он. - Я побуду с ним.

- Ты уверен? - скорее из вежливости спросила она, ибо сидеть и помогать тут ему с ним, она не собиралась.

- Более чем.

Феликс как раз проснулся. Хёнджин взял его на руки, а Джуён несколько секунд смотрела на них.

- Хорошо. - и ушла.

Хёнджин остался один с сыном. Он покормил его, переодел, немного поносил на руках, а затем вышел с ним на террасу. Океан шумел совсем рядом. Феликс спокойно лежал у него на руках. И впервые за долгое время Хёнджин почувствовал, что ему действительно хорошо. Без офиса, без документов, без бесконечных разговоров. Просто он, его сын и море. Через пару часов Джуён вернулась. Волосы немного растрепались от ветра, лицо выглядело расслабленным. Она остановилась в дверях.

- Он спит?

- Ага. Я его уложил, так что ничего делать не нужно. Прими душ и пошли спать.

Джуён посмотрела на ребёнка, потом на Хёнджина.- Спасибо.

Это было простое слово. Но Хёнджин почувствовал его гораздо сильнее, чем ожидал.

На следующий день они отправились исследовать остров. Хёнджин заранее составил маршрут, но специально не стал перегружать его достопримечательностями. Сначала они поехали к побережью, затем остановились в небольшом семейном кафе. Хёнджин заказал для себя и Джуён несколько корейских блюд, а потом снова занялся Феликсом.

Пока Джуён спокойно ела, Хёнджин держал Феликса рядом, время от времени покачивая его на руках.Она несколько секунд наблюдала за ними, а потом усмехнулась:- Ты действительно решил всё это время заниматься им сам?

- Я же обещал, - спокойно ответил Хёнджин.

- Даже не дашь мне ничего сделать?

- А ты разве хочешь? - Джуён фыркнула.

- Нет. Просто непривычно видеть тебя таким ответственным отцом.

Хёнджин усмехнулся и снова посмотрел на Феликса.- Придётся соответствовать.

Вечером они гуляли возле моря. Джуён шла чуть впереди, Хёнджин катил коляску, иногда они останавливались, чтобы посмотреть на воду или сделать фотографии. В какой-то момент Джуён сама подошла ближе.

- Дай телефон.

- Зачем?

- Сфотографирую вас.

Она взяла телефон Хёнджина и сделала несколько снимков, пока он стоял рядом с коляской.Когда вернула телефон, их взгляды встретились.

- Получилось хорошо.

Хёнджин посмотрел на фотографии. На одной из них он улыбался Феликсу, а на другой случайно попала Джуён, стоявшая рядом. Он сохранил обе.

На третий день они практически весь день провели в отеле. Хёнджин снова настоял, чтобы Джуён отдыхала.Она отправилась в спа-зону отеля, а он остался с Феликсом. Он кормил его, играл с ним, укладывал спать. Когда Джуён вернулась спустя несколько часов, в номере было тихо.Феликс спал.Хёнджин сидел рядом и читал что-то в телефоне.

- Ты не устал?

Он поднял взгляд.- Устал.

- Тогда почему не позвал меня?

Хёнджин пожал плечами.- Ты же отдыхала.

Джуён ничего не ответила. Она посмотрела на спящего Феликса, а потом на мужа. Всё таки он сам захотел с ним сидеть, чего это её должна совесть мучить.

- Спасибо. - всё-таки за его старания, она ему сказала это и после поцеловала. В этот раз её голос звучал иначе, теплее.

На четвёртый день они устроили небольшой пикник у моря. Хёнджин заранее купил еду, фрукты и напитки.Они расстелили плед, уселись рядом. Феликс лежал между ними. Джуён неожиданно начала рассказывать о том, что видела утром. Хёнджин её слушал, не перебивал. Просто слушал.И вдруг понял, что впервые за очень долгое время она снова рассказывает ему что-то сама.Как раньше.

- А помнишь, - неожиданно сказала она, - мы раньше постоянно спорили, куда поехать?

Хёнджин улыбнулся.- Потому что ты никогда не соглашалась с моим выбором.

- Потому что у тебя был ужасный вкус.

- Неправда.

Она тихо засмеялась и он тоже рассмеялся. Это был короткий момент, но именно его он запомнил лучше всего.

Последний вечер они провели на террасе. Океан был тёмным, а вдалеке мерцали огни. Феликс уже спал в своей кроватке. Хёнджин сидел рядом с Джуён, некоторое время они молчали.

- Мне понравилось, - вдруг сказала она.

- Что?

- Здесь. - Хёнджин посмотрел на неё.

- Мне тоже. - Джуён помолчала.

- И... спасибо. - он слегка улыбнулся.

- За что?

- За то, что действительно занимался им.

Хёнджин опустил взгляд.- Я же обещал. - она кивнула.

И впервые за долгое время сама прислонилась плечом к его плечу. Хёнджин замер, не потому, что не хотел двигаться. А потому, что боялся спугнуть этот момент. Он ничего не сказал, просто остался сидеть рядом.

Через несколько минут Джуён тихо произнесла:- Может, в следующий раз тоже куда-нибудь съездим.

Хёнджин улыбнулся.- Конечно.

Он не стал говорить, что для него это было гораздо больше, чем просто отпуск. Пять дней не исправили всё, не стерли прошлые обиды, не вернули их прежние отношения одним взмахом руки, но они дали им то, чего давно не было. Время и спокойствие.И возможность снова увидеть друг в друге не только супругов и родителей Феликса, но и тех двух людей, которые когда-то действительно любили проводить время вместе. А когда утром они собирались домой, Хёнджин впервые за долгое время не боялся возвращения. Потому что теперь ему казалось, что, возможно, всё ещё можно исправить.

*Чонин из прошлой главы, что был другом Хёнджина с работы и Чонин с больницы - два разных человека, просто с одним именем. Но второй, скорее выдуманный персонаж, а Чонин с работы Хвана, тот кого мы обычно и привыкли видеть, он и будет в дальнейшем появляться в фф.