1 глава 🌗

Хёнджин был тем, кого называли «спокойным»: не отстранённым — просто сдержанным. Он редко проявлял эмоции, но в его тишине было нечто притягательное. Высокий, с чёткими чертами лица и тёмными волосами, он казался кем-то, кто знает о мире чуть больше, чем говорит. Учебный год завершился, и родители, как всегда занятые своей работой, отправили его на лето в деревню — в старый дом бабушки, что по наследству отошёл семье. Им не был нужен этот дом. Он был слишком простым для их образа жизни. Хёнджину же выдали деньги, наставления и уехали в очередную командировку.

Поезд стучал по рельсам размеренным ритмом, словно отбивая такт какой-то летней песни. В вагоне пахло железом, чаем и пыльным летом. Хёнджин сидел у окна, лениво попивая чай из стакана в железном подстаканнике, наблюдая как солнечные лучи окрашивают небо в оранжево-золотые оттенки.

Дверь купе со скрипом открылась, и внутрь вошёл парень, таща за собой ярко-красный чемодан. Он был к Хёнджину спиной, но тот сразу отметил его светлые волосы, небрежно падающие на затылок. Чемодан с глухим стуком был заброшен на багажную полку. Парень обернулся, и на лице Хёнджина промелькнуло лёгкое удивление.

— Феликс? — тихо, будто не до конца веря, произнёс он.

Феликс расплылся в искренней улыбке.

— Привет! Вот так встреча! Ты куда это собрался?

Разговор завязался легко. Они не были близки — скорее приятельствовали в пределах школы, но эта случайная встреча за пределами города стирала границы. Они говорили, пока колёса стучали под окнами, а закат становился всё глубже. Оранжевое небо сменилось фиолетово синим, и в конце концов поезд погрузился в темноту.

Спать пришлось на нижних полках. Верхние остались пустыми — редкая удача. Феликс, сбросив кеды, устроился на своей, пробормотал пожелание спокойной ночи и почти сразу заснул. Хёнджин ещё немного смотрел в окно, где уже ничего не было видно, кроме отражения собственных мыслей. Потом тоже закрыл глаза.

...

Утро было тихим. Пока вагон ещё покачивался в полудрёме, Хёнджин успел проснуться, умыться, аккуратно сложить постельное бельё и вновь сесть с чаем у окна. Его ладони обхватывали горячую кружку, пар поднимался вверх, размывая утренний свет.

Феликс зашевелился, потянулся и, сев, что-то сонно пробурчал, за что удостоился лёгкой усмешки от Хёнджина.

— Утро, — сказал тот. — Вон твоя кружка.

Феликс, едва продрав глаза, побрёл умываться, и вскоре вернулся — уже чуть бодрее. Он взял чай, шумно отхлебнул и уставился в телефон. Хёнджин достал книгу. И принялся читать. Поезд продолжал мягко раскачиваться, как будто убаюкивая вагон. Хёнджин держал на коленях книгу с черной обложкой, на которой золотыми буквами было выведено название: «Как добиться чьего-то сердца».

Феликс оторвался от телефона, заметив, как взгляд Хёнджина зацепился за строчку, и прищурился.

— Что читаешь? — спросил он, потягиваясь и с любопытством наклоняясь вперёд.

Хёнджин поднял глаза и чуть кивнул в сторону обложки.

— Это... «Как добиться чьего-то сердца». Минхо дал. Говорит, полезная.

Феликс фыркнул, приподняв бровь.

— Минхо дал? Ты — и такая книга? Я думал, ты читаешь только классику или философию.

Хёнджин чуть улыбнулся.

— Ты слишком многого обо мне додумываешь.

— Ну извини, ты всегда такой серьёзный, весь в себе, а тут... любовь! — Феликс театрально приложил ладонь к сердцу, — Что дальше, романтические комедии?

— С тобой — возможно, — бросил Хёнджин, не отрываясь от текста.

Феликс засмеялся, и тёплый смех растёкся по купе, как солнечный свет на рассвете. Они были разными — как солнце и луна, как утро и полночь, но именно это и делало их разговор живым.

Поезд медленно сбавлял ход. Станция всё ближе. За окном мелькнули первые домики, полные окон, отражающих утреннее небо.

— Мы приехали, — сказал Хёнджин, захлопывая книгу.

Станция была маленькой, почти забытой временем. Дощатые перроны, скрипящие под ногами, и запах нагретого солнцем дерева. На вокзале почти никого не было — только пара бабушек с авоськами да ленивая кошка на лавке.

— Ты ведь бывал тут раньше? — спросил Хёнджин, скидывая сумку с плеча.

— Да, каждое лето почти, — ответил Феликс.

— Тогда будь моим проводником. Я был тут в пять лет — и помню только, что однажды упал в крапиву.

— Беру тебя под опеку, городской мальчик, — усмехнулся Феликс и хлопнул его по плечу.

Они побрели к выходу, и вскоре нашли мужчину с пыльной кепкой, который согласился их подвезти. Старенькая машина поехала по извилистой деревенской дороге, и Феликс всю дорогу расспрашивал:

— А ты где жить будешь? В каком доме? На какой улице? Там где клён у поворота? Или дальше?

Хёнджин, неуверенно отвечая, смотрел в окно, пока машина не остановилась. Он вышел, огляделся — и его взгляд упал на знакомый дом, что стоял напротив.

— Погоди... Ты живёшь здесь? — спросил он, указывая на соседний дом.

Феликс кивнул, улыбаясь до ушей.

— Прямо через забор. Соседи!

Хёнджин даже немного растерялся от такого совпадения.

— Ну, тогда, может, поможешь мне распаковаться?

— Конечно! Тётя на работе, так что я свободен.

Они засмеялись и пошли к дому Хёнджина — старому, обветшалому, но полному летнего света. Лето только начиналось, и в нём было место для чего-то большего, чем просто каникулы.

Когда они вошли в дом, Феликс невольно присвистнул.

— Вау...  — он оглянулся. В углу стоял современный телевизор, под потолком мягко горели теплые светодиодные ленты, кухня блистала чистыми плитами и приличной техникой.

— Мы сделали ремонт в последние годы жизни бабушки, — спокойно пояснил Хёнджин, бросая рюкзак на диван. — Она жила тут одна, родители решили, что ей должно быть удобно.

— Так ты и не знал, что тут такой уют?

— Я почти ничего не помнил. Всё стёрлось.

Они принялись убирать: стирали пыль, проветривали, наводили порядок в шкафах. Летний ветер гулял по дому, и даже хлопанье окон казалось частью чего-то доброго и живого.

— Проводишь до магазина? Надо запастись хоть чем-то съедобным, — спросил Хёнджин, вытирая руки о полотенце.

— Конечно! По дороге расскажу тебе, где у нас что.

Они шли по пыльной деревенской дороге, и Феликс без умолку болтал: показывал, где растёт самая сладкая черешня, где можно ловить светлячков вечером, и как добраться до озера.

— У тебя тут есть друзья? — вдруг спросил Хёнджин.

Феликс кивнул, улыбаясь:— Конечно. Мы тут с ребятами лет с десяти каждый год вместе. Нас четверо. Обязательно познакомлю тебя! Они классные, тебе точно понравятся.

В магазине — небольшом ларьке с колокольчиком на двери — Хёнджин собрал скромную корзинку: хлеб, яйца, лапшу, сок. Перед кассой он остановился, посмотрел на холодильник с мороженым и, не говоря ни слова, взял два рожка.

— Для тебя, — протянул он один из них Феликсу, когда они вышли.

— А ты всё-таки не такой холодный, как кажешься, — ухмыльнулся тот.

Они сели на лавочку прямо у магазинчика, наслаждаясь мороженым и редкой прохладой. Говорили о лете, о том, что каждый из них ждёт.

И вдруг:— Эй! — радостно воскликнул Феликс и подскочил, как будто увидел родную душу.

Хёнджин с удивлением посмотрел, как тот почти бегом направился к троице, идущей по дороге.

— Это они… — пробормотал он, нехотя вставая.

Феликс уже обнимался с каждым, смеялся и болтал на перебой. Он обернулся:— Идём же, Хёнджин! Познакомься!

— Привет, — кивнул Хёнджин, подойдя.

— Это Чаныль, Сонмин и Юнхо, — показал Феликс на каждого. Все трое были улыбчивыми, явно рады возвращению Феликса.

Когда пришло время прощаться, Хёнджин отступил немного назад, наблюдая, как Феликса по очереди обнимают. Но когда подошёл Чаныль  — высокий, с немного хриплым голосом и уверенным взглядом — он обнял Феликса крепче остальных, чуть дольше. В этом было что-то почти слишком близкое.

Что-то кольнуло внутри Хёнджина. Он отвернулся.

— Завтра погуляем вместе! — крикнул Феликс на прощание.

— Я... у меня огород. Надо привести в порядок.

— Отговорки! Я тебя всё равно вытащу! — весело пригрозил Феликс, и они направились домой.

Когда продукты заняли свои места в холодильнике, ребята вышли во двор. День клонился к вечеру, и золотой свет ложился на траву. Они копались в клумбе, рассматривали сорняки, смеялись над жужжащими насекомыми.

И вдруг — глухой звук мотора. У ворот остановилась знакомая машина.

— Тётя вернулась, — с лёгкой грустью сказал Феликс.

Он выпрямился, отряхнул ладони, посмотрел на Хёнджина.

— Спасибо за день. Завтра тебя вытащу, будь уверен.

— Попробуй, — улыбнулся Хёнджин.

На прощание Феликс коротко, но тепло его обнял. И тут же, размахивая руками, побежал к машине.

Хёнджин смотрел ему вслед.

— Как ребёнок, — подумал он, возвращаясь к клумбе. Земля сыпалась сквозь пальцы, и почему-то на душе ему было так тепло.

1289 слов хехе🐱☀️